Лисёнок под дверью

      Город шумел, жил, умирал в одночасье. Всё это происходило здесь и сейчас, в огромном мегаполисе Тауствен — сосредоточении технологий и магии. Живущие бок о бок люди и такие существа как могущественные кицунэ — для многих страшные существа наравне с ёкаями, — которые являлись в наше время хранителями людей. Но в одном заведении, что располагалось в бедном, непримечательном районе Тауствена, кицуне работали по другой причине…       В ларьке «Бутик желаний» сегодняшней ночью стоял ажиотаж: кто-то носился по помещению с документами, кто-то готовился к выходу на заказы и ночную охоту, кто-то же наоборот собирался отдохнуть от всей этой суматохи. Неоновые огни жёлтых и красных цветов нисколько не раздражали глаза работников, большая часть из которых была кицунэ. Каждый второй угловой стол был заполнен папками, баночками с палочками благовоний, отчего по офису летал лёгкий дымок с ароматом сакуры; ёкаи иногда препирались с кицунэ, если что-то шло не по плану, составленному ещё неделю назад. Помимо аромата сакуры, пахло и тонким шлейфом чужого одеколона, а мужчина, что источал этот запах, ходил между столов с невозмутимым видом. Его как будто ничего не волновало, словно он, привыкшей к каждой такой бурной ночи, плевать хотел на дела в офисе с высокой колокольни.       Снаружи здание было украшено резной табличкой жёлтого цвета с красивыми иероглифами «Бутик желаний». Массивные деревянные двери с узорами на манер древних легенд были сейчас закрыты, но открытие грозилось состоятся с минуты на минуту. И так почти сорок восемь лет подряд — открытие, приём клиентов, выполнение заказов и закрытие под утро.       — Господин Хвон, к вам пришли, — перед мужчиной поклонилась миловидная девушка кицунэ — её вид выдавали серые ушки на макушке и такие же три куцых хвоста, болтающихся сзади.       — Спасибо, пусть проходят, — Вейн поклонился в ответ, мотнув девятью хвостами и навострив уши. Секретарша ушла восвояси, в то время как глава «Бутика желаний» двинулся к выходу из помещения.       Городская суматоха Элиаса не слишком сильно волновала, как и новости о том, что в честь праздника будет перекрыта главная улица и что скоро будет проходить парад. Многолюдная толпа была его личным адом, посему мужчина просто занимался своими делами, пока из телевизора слышался голос какой-то новой популярной певички. Настроение, в принципе, было хорошим, вот только сильно тревожил тот факт, что он нашёл у себя под дверью уже вторую записку с угрозой убийства и птицу со свёрнутой шеей. Трупик-то мужчина, превозмогая рвотные позывы, выкинул, но исписанный блокнотный лист откровенно напугал, ибо ему было известно, кто мог такое сделать       В данный же момент, стараясь забыть об угрозе и по сути нависшим над ним Дамокловом мече, Элиас улёгся, чтобы немного вздремнуть, а то спина болела уже шкаф туда и назад двигать для уборки       — Я понял, спасибо за обращение к нам, — Вейн, приятно улыбаясь, подписал новый контракт на заказ и отправил тучного человека восвояси. Как только за ним закрылась дверь, кицунэ устало зарычал и выпустил уши с огромными, пустыми хвостами цвета красных неоновых огней. Впрочем, в кабинете самого главы был привычный глазу людей белый, больничный свет, что раздражал Хвона только так. Плату он получил, контракт подписал, осталось только дело за малым — выйти из норы. В последний раз Вейн выбирался из «Бутика» около двадцати лет назад на одно массовое кровавое побоище между ёкаями и людьми, что привело в упадок его бизнес. Тем не менее, решив, что это отличная возможность прогуляться, Вейн накинул излюбленный полосатый плащ поверх белой рубашки и чёрных джинс, и двинулся в сторону выхода, стуча небольшими каблуками сапог.       Разморило его знатно, если проспал он с обеда почти до вечера, надо бы уже ужин готовить; примерно с такими мыслями рыжеволосый стёк с дивана и, изредка зевая и потирая шрам на шее, побрёл на полу-ватных ногах в сторону кухни и холодильника. В пищеблоке же его ждало разочарование — пара морковок, пару обрезков сыра и колбасы в пакетике и пара упаковок молока. Душа в свою очередь неистово желала жаренной картошки, отчего, тихонько матюкнувшись, травник пошёл одеваться в магазин       На улице шёл неистовый дождь, отчего Вейн рычал и матерился себе под нос, но до нужного адреса добрался довольно быстро. Зайдя в подъезд и поднявшись на нужный этаж, мужчина отряхнулся. Красная шерсть вся намокла и слиплась в сосульки, белое пузико с «носочками» стали совсем грязными. Поджав хвост, Хвон поплёлся к двери своей жертвы. Подойдя ближе, кицунэ встал на задние лапы, а передними начал активно скрести по двери, жалобно тявкая.       На звуки животного Элиас подумал, что это опять девочку соседскую на дождь плющит, и накинул на плечи тёплый плащ. Выйдя на лестничную площадку, сероглазый чуть на месте подскочил и на секунду подумал, что Энджи тут таки не при чём; заметив несчастную тварь божию, хозяин квартиры присел к нему и, беззлобно немного нахмурясь, осторожно протянул руку       — Привет, ты откуда тут?..       «С улицы, чувак, с улицы» — подумалось Вейну, а после он поджал уши к голове и хвост, низко пригнувшись к полу. Тявкнув в ответ, лисёнок глянул на человека своими огромными, фиолетовыми глазами, трясясь от холода. — «Домой пусти, а то от холода умру!»       — Чудо-юдо, блин… — вздохнув, мужчина взял лисёныша в руки, выставил перед собой и окинул его оценивающим взглядом, после чего встал и спрятал животное под плащ, начиная спускаться вниз. Всё равно вещи стирать придётся, а этот мелкий вроде не сильно его испачкает, да и не впадлу лекарю помочь кому-то       «Ты куда? Э? А… Точно, у тебя же есть дома нечего» — чихнув, зверёк поплотнее прильнул к тёплому телу, смотря куда-то перед собой. Что-то Вейну подсказывало, что заказчик явно попутал этого мужчину с тем, кого описывал у Хвона в кабинете. Хотя, нет, похож ведь.       — Дома одного я тебя оставить не могу, еды в холодильнике нет, поэтому идём в магазин, — приход от мяты он не ловил, просто что-то в голове решило объяснить этой бесхозной мордашке, что на улицу её не выставляют       «А, ну спасибо что ли и без тебя понял» — высунув голову из-под плаща, Вейн глянул на Элиаса с каким-то детским любопытством. — «Тьфу, блять, вот поэтому я не люблю в лисят превращаться… Сразу ребёнком себя чувствую»       — Лезь обратно, мокро на улице, а ты и так грязный, — тявкнув в ответ, Вейн залез обратно, свернувшись мокрым клубком. Он бы хотел сейчас нормально помыться и спать лечь. — Не ворчи там, — тихо хихикнув, сероокий открыл железную дверь и тут же чуть-чуть скривился от оглушительного шума дождя, морща нос. Благо, зонт позволял открыть его одной рукой, посему дальнейший путь проходил настолько сухо, насколько это вообще было возможно       «Я не ворчу, а разговариваю с тобой. И вообще, ты чего такой добрый, а?» — постучав лапами по груди мужчины, кицунэ снова что-то протявкал.       — Что? — «Дожил, брат, с лисёнком разговариваешь… Он же не ответит» — вздохнув, Эли слегка почухал «приблуду» большим пальцем как смог и наконец вошёл под навес продуктового       «Аллилуйя! Магазин, слава богу!» — уркнув что-то себе под нос, Вейн высунул голову наружу, принюхиваясь. Нос уловил аромат сырой свинины, отчего лисёнок весь завертелся. — «Да ё-моё… В следующий раз буду во взрослого лиса превращаться»       — А ну не ёрзай, а то уроню, — тон немного осаживал, а молодой человек, оставив зонт в специальной подставке, начал тихонько мурчать песню и направился к овощному отделу       «Овощи, серьёзно? Хотя, ладно, я и сам люблю помидоры, чего греха таить?» — перестав ёрзать, Вейн только чихнул, мотнув головой. Он упрямо хотел намекнуть на то, что надо бы мяса купить, а то кицунэ совсем загнётся без него.       — Так, картошка, сыр, хлеб, соль, может быть что-то мясное и печенье, — на несколько секунд остановившись и прикрыв веки, Элиас быстро пробормотал себе под нос сделанный в голове список и немного прикусил губу. — Не, мясо точно взять надо, — взгляд опустился на красную пушистую макушку, а на губы налезла улыбка. — Да, ты хищник у нас?       «Естественно, идиота ты кусок… Хотя, ладно, признаю, люди не так глупы…» — Хвон уркнул и поднял голову, глядя в лицо Элиаса.       — Мурчишь, значит согласен. Пойдём тогда, найдёныш       «У меня имя есть… Хвон Вейн, между прочим, или Чимей-Тэки» — опустив голову, лисёнок снова заактивничал, тявкая и скуля так громко, как мог. Вейн уже не противился уму маленького пушистого «ребёнка» в коего он не совсем удачно превратился.       — Тихо ты, а то ничего не купим, — немного испугался рыжеволосый, быстро обернулся по сторонам и слегка погладил малого по холке, подходя к ящику с картошкой. — У меня список, я иду чётко по нему, не тявкай       «Да я виноват что ли, что в мелкого лисёнка обернулся?» — Вейн затих, но хвост под плащом продолжал вилять из стороны в сторону.       — Хотя маленький ты ещё наверно… Солнце, мы тут ненадолго, посиди тихо пожалуйста десять минут…       …Когда его опустили на дно ванной, Вейн посмотрел на человека так, будто бы немо спрашивал о чём-то. Он, конечно, понимал, что грязный с улицы и надо мыться, но было как-то не совсем приятно от факта, что его, главу мафиозной организации, будет мыть какой-то лекарь. Посему, распушив хвост и грозно тявкая, Вейн пятился попой в другой край огромной (для глаз лисёнка) ванной.       — Купаться не любишь? — вздохнув, Элиас взял в руку душевую лейку и слегка покрутил её, показывая потеряшке. — Я постараюсь быстро, а то ты грязный совсем, вон как шерсть висит, — на обожженном лице играло немного плутоватое выражение — глаза прищуренные, улыбка. Но всё равно человек пытался уговорить лиса хотя бы не сопротивляться       «Да я воду люблю, чувак, но, блять, чтоб ты меня мыл?!» — выгнувшись дугой, Хвон пуще прежнего затявкал. Его внутренний пушистый «ребёнок» противился водным процедурам, отчего кицунэ пытался его присмирить, но пока не получалось. И вообще, зачем он выбрал для удобства четырёх месячного лисёнка?       — Так, ладно, я тебя понял, — пожав плечами, хозяин квартиры одним поворотом головы убедился, что дверь закрыта, включил теплую воду и направил лейку на зверька, окатывая его душем. Ну заколебался он уже уговаривать его, значит надо действовать силой. Выть Вейн не собирался, но тявкнул очень агрессивно, а затем сел на попу, слизывая с морды грязную воду. Шерсть потяжелела и намокла, так что в любом случае Вейн бы не смог выскочить из ванной, перед этим не посушившись. — Вот и умница, — выдавив на руку немного, Элиас стал мягкими массирующими движениями натирать приблуденцу спинку и бока, периодически осторожно почухивая, чтобы окончательно завоевать доверие. — Видишь, купаться не страшно, а ты такой хороший. Вот сейчас вымою тебя, в полотенце заверну, и будет тебе тепло       «Спасибо, добрый чувак, но я до сих пор не вкуриваю, за что на тебя заказ поступил?» — стоически перенося все процедуры, Хвон только удручённо глядел фиалковыми глазятами на грязную пену.       — Не грусти, малой… смотришь так, будто я тебя убивать собрался, самому грустно становится       «Не грущу я, я просто думаю, как бы с тобой быть, если я заказ не выполню»       Таки вымыв чужую шерсть, рыжик обмотал лисёнка в пушистое банное полотенце (явно своё) и, поудобнее взяв на руки, побрёл на кухню. Снизу вверх было видно, что шрам у лекаря довольно большой, даже под подбородком имеется, а майка не сильно скрывала опаленное когда-то плечо и кусок груди       «М-да, чувак, где ж тебя потрепать успело?» — глядя на мужчину снизу вверх, лисёнок только нос языком облизывал и периодически уши к голове прижимал. Живот неожиданно громко заурчал, отчего Вейн весь смутился.       — Сейчас, иду я, — улыбнувшись, сероокий мягко почесал зверя за ухом и вошёл в пищеблок, прикидывая, на какие кусочки ему резать мясо, чтоб обоим было нормально       «Я сейчас помру от голода, чувак» — Хвон что-то проурчал и облизнулся, тарабаня лапами по груди Элиаса.       — Не лупи меня, я думаю, — посадив мелочь на стул, Элиас отошёл к столу и стал разбирать пакет. Достав куриные филешки и свою картошку, мужчина опустил пакетики на стол и шагнул к ящику со столовыми приборами, после чего извлёк небольшой нож       «И на том спасибо» — сидя в полотенце на стуле, Вейн жадными глазами смотрел на упаковку с курицей.       Десять минут прошло прежде, чем лисёнку дали сварившуюся и быстро наструганную курицу, и ещё столько же прежде чем человек сел есть сам. Сковорода была закрыта крышкой, где-то над холодильником висело несколько пучков травы, а хозяин квартиры краем глаза поглядывал на временного жильца и старался не ржать. Вейн, скинув полотенце и подсохнув, отчего красная шерсть пушилась во все стороны, топтался на стуле и скулил, облизываясь. Ему хотелось есть, причём очень сильно, отчего фиолетовые глазята сверкали голодом.       — Я ж тебе уже дал целую, ты ещё голодный?       «Я взрослый мужик в теле лисёнка, ты думаешь, мне этого достаточно?!» — заскулив, Вейн пушистым комом залез на стол, после чего ловко скинул крышку посудины в сторону. Грохот был страшный, а проворный лисёнок быстро смёл половину от сковороды и, спрыгнув на пол, помчался подальше от человека.       — Эй! — от такой наглости Элиас охренел и проводил зверька ошалелым взглядом, после чего перевёл взгляд на разбившуюся крышку и хорошенько выругался, задрав голову к потолку. Ещё ж и убирать теперь придётся, ну зашибись       «Прости, но я был голоден» — нерасчёсанный зверёк улёгся на диване, подобрав лапки под себя. Спрятав мордочку в хвосте, Хвон злорадно усмехнулся своим мыслями. — «А ты прикольный, человек, мне даже жалко тебя убивать»       — Сучонок мелкий… — пробормотал себе под нос рыжик, пока заметал и мыл пол, но всё равно старался дышать носом и просто успокоиться, чтобы не заматериться в голос       «Я всё слышу, человек» — лисёнок зевнул и затих, решив немного поспать. Если человек решит его вычесать, придётся договариваться с пушистым «ребёнком». Обнаружив уснувшего на его любимой диванной подушке почти товарища, сероглазый даже возражать особо не стал, просто тихо включил телевизор и лёг на остальной части, что была свободна       Ночь Вейна понесла куда-то в сторону кухни. Хотелось пить, отчего зверёк тихо возмущённо тявкал и стучал коготками по полу. Размахивая хвостом туда сюда, Хвон пришёл в пищеблок. Там на кафеле стояла небольшая миска с питьевой водой, а Элиас сейчас был в ванной, что было понятно по тонкой полоске света под закрытой дверью. Устало глядя на своё отражение, мужчина сидел на краю ванной и потихоньку мазал шрамы каким-то кремом. Отметины были и на торсе, и на спине, но меньше, да и они перемешались с веснушками       «О, аллилуйя! Вода!» — уркнув что-то себе под нос, Вейн подошёл ближе и стал жадно лакать. Жажда была неимоверная, посему в какой-то момент лисёнок чуть не поперхнулся и закашлялся.       — М? — кашляя и чихая, Вейн быстренько потрусил в сторону ванной. Не мог же он сейчас в человека обернуться, чтобы облегчить себе жизнь, посему решил обратился за помощью к Элиасу. — Ты чего тут? — быстро вытерев руки от мази, рыжик подхватил зверька и мягко похлопал по спине. — Слышал, ты пить бегал, осторожнее быть надо…       «Когда этот самый маленький ребёнок хочет пить, его не остановишь…» — грустно подумалось Вейну, пока он сам откашлялся и теперь глядел на полуголого мужчину. Хвост замотался туда сюда, пока кицунэ мысленно костерил себя за то, что он пялился слишком откровенно. Хотя, чего ему бояться, если Вейн это несмышлённый зверёк.       — Не смотри так на меня, это несчастный случай был, — похоже, взгляд человек истолковал по своему, отчего и без того несколько сонные и усталые глаза совсем потухли, а животинку опустили на пол и слегка подпихнули под задницу. — Иди спать, я скоро приду       «Да уж… У меня тоже есть кой-что, но всё потом…» — когда его подпихнули под попу, Вейн послушно поплёлся в сторону гостиной.       — Вот и умница, иди…       «Бля, чё так спать тянет?» — улёгшись где-то на краю дивана, Хвон зевнул и растянулся нечёсанной пушистой линией. Раскинув лапки в стороны, лисёнок снова зевнул. Немного подумав, молодой человек тихо забрал жильца с дивана к себе в комнату, потихоньку уложил на подушку и сам умостился головой на другой и по привычке на животе, запихнув руки под щёку. А дождь по-прежнему за окном тарабанил, периодически разрывая тёмное небо иглами молний       «Мф-ф… Голова болит…» — примерно с такой мыслью проснулся Вейн чуть время перевалило за обед. Ему было плохо, кажется, в горле слегка першило, а тушка лиса чувствовала себя слишком слабо. Вытянув лапы вперёд, Хвон чихнул и заскулил, чувствуя ещё большую слабость. Кажись, пока шёл до Элиаса под дождём, заболел. У кицунэ всегда был слабый организм, отчего простуда была сейчас нежелательной. На кухне поочерёдно слышалось два голоса, один из коих принадлежал самому хозяину квартиры, а другой — женский, даже в какой-то степени девичий       — Ты же понимаешь, что я гарантий никогда не даю? Чтобы претензий потом не было, людей я к себе насильно не тяну, просто стараюсь помогать тем, кто меня находит       — Да, я понимаю… Мне просто больше не к кому пойти, Эли, — девушка смущённо расправила платье на коленках и зажалась, на что рыжеволосый тяжело вздохнул и придвинул к Энджи чашку с тёплым чаем. — Мне страшно…       «Чё происходит?..» — мутило страшно, но каким-то образом Вейн слез с кровати и поплёлся на шатающихся лапах на кухню. Дойдя до туда, лисёнок кое-как дополз до миски с водой, лениво глотая остатки вчерашней воды. Горло драло, но пить надо, потому что потом вряд ли удастся нормально ходить.       — М? Кто это? — брови кицунэ поползли вверх, а сама девушка несколько удивлённо разглядывала одного из сородичей. Странно как-то было       — А, к двери вчера пришёл, без понятия откуда, — вздохнув, старший через стол глянул на малого и тихо хмыкнул. — Доброе утро, долго ж ты спал       — Эль, по-моему, этому парню плохо, видишь, как шатается?       «Бля, здрасте приехали… Ты ж моя бывшая секретарша…» — глянув в сторону девушки, Вейн аж нахмурился и что-то недовольно протявкал. Он дал ей уйти из «Бутика желаний» по собственной воле, а теперь она припёрлась к этому человеку зачем-то.       — Не ругайся, красавчик, — осторожно подхватив малявку под пузико и грудку, шатенка аккуратно умостила его на своих коленях и снова подняла глаза на соседа. — Приболел, видимо, когда сюда шёл. Интересно, сколько ему и родители где…       «Э, отпусти меня…» — Вейн снова болезненно тявкнул, растянувшись в руках девушки.       — Чш-ш-ш, тихонько, я тебя больше не потревожу       — Слушай, если это кицунэ, ему же можно давать тёплый чай?       «Чай? А мёд будет?..» — лисёнок снова тявкнул и попытался свернуться клубком. Не особо получилось, потому что Хвон чувствовал себя не очень хорошо.       — Да, можно, только не очень горячий, а то легко будет пасть и нос обжечь, — вздохнув, девушка села так, чтобы сородич смог нормально умоститься, а Элиас откинулся на спинку стула и закинул ногу на ногу, немного задумчиво сверля взглядом чужой маникюр       «Ой, бля, дайте попить… Умру же так…» — Вейн кое как поднялся на задние лапы, после чего опустил морду в чужую кружку, бессовестно лакая подостывший чай девушки. Так хотя бы немного жажда ушла, а то в пасти совсем сухо было.       — Хей, — хлопнув глазками, Энджи чуток опешила, но мешать не стала, только взяла посудинку за ручку и опустила со стола, чтобы было удобнее, и опустила приболевшего, как ей казалось, ребёнка       «Ладно, ты не зря упёрлась из организации, хвалю тебя за это» — лакая дальше, Хвон думал о том, сколько он ещё будет болеть и находится в теле маленького лисёнка.       — Он немного похож на одного из моих братьев, Геру. Тоже шерстка мягкая такая и током бьётся чуть-чуть, — тихо пхикнув, молодая особа вернула чашку на место и глянула на задумавшегося рыжика. — Всё хорошо?       — А? Да, я так, о своём немного, — тряхнув головой, отчего простой низкий хвост вильнул туда-сюда, мужчина улыбнулся и сделал большой глоток из своей кружки. — Интересно вот просто, сколько ему и, если он ещё маленький, получится ли у меня найти его родителей. А то некрасиво получится, что я технически украл чужого ребёнка       «Дядя, мне двести семьдесят лет, родаков не ищи, они сами меня видеть не хотят…» — уркнув что-то недовольное, Вейн разлёгся на чужих коленях и тихонько засопел. После чая его сморило, а больной организм сам решил, что нужно поспать.       — Милашка…)       Через неделю Вейн нормально выздоровел и сейчас, снова лёжа в позе буханки, наблюдал за Элиасом и его действиями. Солнце светило в окно, делая расчёсанную красную шубку ярче, как и фиолетовые глаза, прищуренные от света. Внутренний пушистый «ребёнок» рвался погулять на улице, но мужчина сдерживал его, чтобы не натворить бед. Ему и так пару раз посылали сигналы того, что пора возвращаться в «Бутик желаний» и докладывать заказчику о выполнении или провале заказа. Да только глава не торопился этого делать.       — А теперь, дневные новости, — донеслось из включённого телевизора, на что Вейн повернул к нему голову. — Общеизвестная криминальная группировка «Бутик желаний», кажется, прекратила свою работу на какое-то время. Несмотря на то, что дела этой организации теперь официально легализированы, Хвон Вейн не спешит ответить что-то по этому поводу.       «А что я отвечу, если пролёживаю бока у своего заказа?»       — Интересно, это у кого фантазия столь оригинальная? — тихо фыркнув, Элиас отложил пульт и немного поджал губы, слегка странно кривясь. — Не ОПГ, а какой-то парфюмерный магазин, — ещё немного послушав, мужчина потянулся за большим бокалом с чаем. Да, посуда для пива, но кто ему запретит пить оттуда что-то менее вредное? Никто, он у себя дома. Шрамы немного щипали, отчего рядом лежала ещё какая-то увлажняющая мазь; вообще, периодически можно было заметить, что эти отметины нервируют человека, но не сейчас, ибо в данный момент ему на это было пофигу. Кроме того, что плечо жгло и щипало, отчего к нему рыжеволосый кицунэ не подпускал от слова совсем       — Издеваться надо мной вздумал? — поинтересовался Вейн низким, бархатным голосом, смотря на человека как на дурака. Товарищ лисёнок выглядел хмуро и это можно было бы назвать комичным, если бы не недавно прозвучавшая фраза глубоким тембром.       — Ебать!       — Чё орёшь, как будто кицунэ никогда не видел? — Хвон зевнул и потянулся, лапками топчась на выделенной ему подушке.       Вдох, выдох, спокойно… Подумаешь, у маленького лисёнка голос как вышибалы в баре, действительно, что в этом такого; лицо же отскочившего вмиг мужчины показывало совершенно обратное — даже шрам побледнел вместе с физиономией       — Какого хрена?..       — Такого, Элиас, такого, — продолжив топтаться по подушке, Вейн глянул на мужчину пронзительно, почти убийственно. — Так, как ты мою организацию назвал? Парфюмерный магазин? — встав с дивана, хозяин квартиры послал собеседника в далёкие дали с эротическим уклоном (ибо, как оказалось, оба взрослые мужики) и просто свалил на кухню. Мысли смешались от слова совсем, а адреналин крайне термоядерно бил в голову и заставлял сердце биться в темпе адской чечётки       Пролежав в тишине около получаса, Хвон решил, что лучше проверить Элиаса, а то вдруг он в обморок упал. Спрыгнув с дивана, лисёнок потрусил на кухню, попутно думая, что лучше сказать человеку. Вообще, можно было сразу все карты раскрыть, но что-то упорно подсказывало, что стоит с этим повременить. Пройдя на кухню, Вейн запрыгнул сначала на стул, потом на стол и сел, глядя прямо на Элиаса.       — Ну, успокоился или мне свалить обратно? — сероокий ничего не ответил и молча затянулся сигаретой, стараясь не смотреть ни на гостя, ни на тлеющий кончик табачной палочки. Сколько раз обещал себе бросить эту пагубную привычку, но сейчас любой вариант казался лучше, чем помереть от сердечного приступа. Бледность сошла, правда, вместо этого щёки теперь были пунцовыми. — Эй, курить вредно, — теперь к лицу человека потянулась тонкая кисть с ниточками вен, которые проступили от напряжения. Вейн теперь сидел на краю стола, закинув ногу на ногу, обтянутые тканью узких джинс, и поправил свободной рукой красные, кудрявые волосы. Отобрав сигарету, глава «Бутика» потушил её о дно пепельницы, смотря строго и нетерпящим возражений взглядом. Рубашка была расстёгнута буквально на пару пуговиц, открывая вид на острые ключицы и немного подкачанную грудь; шею украшал чокер в виде собачьего ошейника.       — Не тебе мной командовать, вуайерист хренов… — подперев щёку кулаком, Элиас просто нахмурился и глухо засопел, затем потряся свободной рукой почти полную пачку курева. Да, обиделся, что его обманули, такой себе ребёнок двадцати семи годиков. Значит, он этому лисенышу всё тепло, заботу и какую-никакую, но любовь, а он оказался взрослым мужиком       — Послушай, у меня на то причины были, — забрав и пачку, кицунэ отложил её куда подальше, тут же прижав уши к голове и чуть наклонившись к человеку. — Тебя заказали и в тот день твоя жизнь должна была оборваться. Я в живых оставил только потому, что не понял суть заказа. Ты не такой, каким мне описали, понял?       — Не за что меня убивать… был один, который хотел, но я не виноват, что он привёл ко мне дочь, когда даже с врачами было бы поздно, но ограничился, видимо одним только сдохшим голубем… Ан нет, тебя вон нанял, оказывается. И сколько дали за мою смерть?       — Люди платят четверть от своей жизни, ёкаи и кицунэ не в праве таким пользоваться, мы услуги для них не выполняем. Этот же заплатил больше, чем четверть так и двинул коней, а вот другой… Другой жив ещё.       — Короче неважно, — отмахнулся от непонятных ему объяснений лекарь, отошёл к окну и развернулся на пятках, закрыв глаза и разведя руки в стороны. — Давай, жги, раз уж заплатили, надо выполнять, — лжи Элиас не терпел от слова совсем, посему взвинченные за несколько полу-бессонных ночей и от такого поворота нервы просто-напросто сдали       — Ага, щас, погоди немного, — мужчина слез с края стола, едва слышным шагом подошёл и обнял сзади, положив голову на чужое плечо. Руки сомкнулись на чужой талии, а сам Вейн прикрыл глаза и тихо проурчал что-то.       — Что тебе просто надо?..       — Ну, тебя, получается, — проведя носом по чужой шее снизу вверх, Хвон оставил поцелуй за ухом, после чего отстранился.       — Не лезь ко мне, ты обманщик, а я лжецов не терплю, — рыжеволосый повёл плечами и с силой потёр обожжённое ухо, будто стараясь стереть поцелуй       — Ладно, как скажешь. Было приятно у тебя пожить и спасибо за лечение, малыш, — мужчина слабо улыбнулся и развернулся в сторону выхода, таким же еле слышным шагом уходя в коридор. Вскоре послышался хлопок двери, а сам Вейн уже спускался вниз по лестнице. Пора домой возвращаться, тем более, в «Бутике» нужно провести кардинальные перемены и искать место получше, чем бедный район Тауствена. О словах мужчина не жалел от слова совсем, да и вообще не он это дерьмо первый начал, не ему же первым извиняться. Виноватым себя Эли не чувствовал вот совсем. И ничего не ёкнуло, когда хлопнула входная дверь       Две недели пролетели незаметно, Вейн со своей командой из ёкаев и кицунэ переехал в богатый район Жуэ, где они обосновались довольно быстро. Благо денег хватало на выкуп помещения, небольшой ремонт и украшение главного офиса, что было только на руку Хвону. Хотя сам владелец и босс «Бутика» после того заказа больше на улицу не выходил, предпочитая отсиживаться у себя в кабинете или в квартире, находящейся прямо над «Бутиком». Чтобы так получилось, Вейн специально выкупил помещение в жилом доме, а затем и квартиру над ним, проведя лестницу прямиком в свой офис. Про Элиаса Вейн вспоминал мельком, больше погружённый в свою работу и документы, которых за последние дни было мерено-немерено. Сейчас же кицунэ ходил между столами своих сотрудников, читая план на ближайшую неделю и распределение нагрузки на каждого наёмника.       Пока Энджи сидела в гостиной и тихонько смотрела какой-то фильм, Элиас спал как убитый. Да, теперь уже человеку ливень и открытое окно вышли очень кривым боком, но уже что произошло, то произошло. Несколько раз мужчина просил соседку оставить его с болезнью наедине, но получил жёсткий отказ, а девушка ещё и оскалилась, когда ей попытались возразить. Ну большинство кицунэ ж не слепые, и тот факт, что её рыжеволосый друг тихо помирает в кровати от боли в груди и температуры, был очевиден как дважды два четыре. Как итог сейчас были единоличные походы за лекарствами в довольно дальнюю аптеку и попытки пресечь любое сопротивление заботе хотя бы мирным способом       — Чимей-Тэки… Ты себе кликуху лучше не мог придумать? — в кабинет к Вейну вошёл давно знакомый заказчик, от которого кицунэ временами блевать тянуло. Отложив документы в сторону, мужчина едва улыбнулся уголком губ. — Вейн.       — Жоэн, — красноволосый встал и чуть поклонился, не смотря на заказчика. — Что на этот раз тебя привело?       — Элиас, тот, которого ты не грохнул тогда.       — Не обсуждается, — сразу отрезал Хвон, для пущего эффекта стукнув по столу кулаком в перчатке. — Я даже слышать о заказах на него не хочу.       — Да нет же, Вейн, тут дело намного интереснее…       — Заткнись и пей, — уже тихо прорычала Эндельс, придерживая чужую голову и медленно вливая разведённое в воде лекарство. Ближе к концу Элиас скривился и поперхнулся, да так, что жидкость через нос пошла. — Ых ты ж бесхвостый… как так?.. — вопрос был риторический, а сама младшая потянулась за салфетками       — Га-адость…       «Да чтоб Жоэн, бесстыжий ёкаин сын, в канаву провалился!» — рыча что-то себе под нос, Вейн шёл сейчас по направлению к дому Элиаса. Не совсем хотелось идти к этому человеку, но надо было. Сердце неспокойно рвало и метало от мысли, что с его бывшей целью что-то не так. Можно сказать, за ту неделю между ними установилась незримая связь, которая сейчас портила Вейну жизнь. Поднявшись на нужный этаж, мужчина подошёл к двери и замер с тяжкими думами.       — Чай стоит здесь, если я пойму, что ты делал что-то по дому, я тебе поотрываю все уши, — пригрозив, девушка накинула куртку, застегнула сапоги и, подхватив на плечо маленький рюкзачок с телефоном и кошельком, открыла дверь, сразу после заметив высокого мужчину, коий странно застыл у чужой двери. — Ой… здрасьте, а вы к кому?..       — Здравствуйте, я к Элиасу, — прижав уши к голове и вильнув девятью хвостами в разные стороны, мужчина приятно улыбнулся. — Он дома?       — Он дома, но думаю, вам лучше зайти через несколько дней, Эли болен, — снова хлопнув глазками, Энджел вышла из квартиры и, немного деловито отпихнув мужчину бедром, заперла дверь. Сейчас ни с кем особо разбираться не хотелось       — Хорошо, но спасибо за ответ, — Вейн чуть улыбнулся, а сам подумал, что было бы неплохо поухаживать за Эли. Надо же как-то отлатить за доброту.       — Мгм, — тихо мыкнув, девчуля сбежала вниз по лестнице и быстро исчезла, только топот слышался…       …Ещё через полторы недели Вейн вернулся к Элиасу не с пустыми руками — в небольшой коробке он принёс немного сладкого, так что сейчас опять под дверью стоял. Нервно дёргались туда сюда хвосты, а уши были прижаты к голове. Надо было постучать, но какая-то странная паника окутала с ног до головы. Элиас же сидел в гостиной и под телевизор тихо собирал недавно подаренный пазл. Впринципе картинка с замком и озером ему очень даже понравилась, отчего собирать её мужчина начал в первый же вечер       «Да ты ж босс целой организации, чего тебе боятся человека, а?» — таки постучавшись, Вейн отошёл от двери на пару шагов назад, заранее придумывая, что сказать. Хотя, слова наверняка потеряются где-то на полпути до того, как Вейн увидит Элиаса.       — Кто там? — остановившись у выхода, рыжеволосый пока открывать не спешил. Ибо и Энджи, и клиенты звонили в звонок, а вот любителей в двери стучать в окружении лекаря не было       — Вейн. Пришёл извиниться, — с кандачка выдал мужчина, плотно прижав уши к голове. Несколько секунд молчания, после чего дверь немного отворилась, а из щели теперь смотрели два холодных серых глаза. Пока ещё Эли полностью впускать гостя не собирался, вот и смотрел на него с некоторым подозрением. — Я тебе сладкого принёс. Не знаю, любишь ли ты маффины и трюфели, но я постарался выбрать нормальные, — показав щели коробку, обвязанную красной лентой, Вейн склонил голову на бок.       — Жду извинений, — видимо, не собирался молодой человек так дёшево покупаться за какие-то вкусняшки. Вот пусть сначала он услышит «Прости, нельзя было врать», а потом уже решит, впускать незваного гостя или нет       — Что ж… Я был не прав тогда, прошу, прости меня за ложь, — людей было очень легко читать, так что Вейну не составило труда извиниться перед мужчиной. Ну а что ещё делать?       — Не верю…       — Ладно, а если так? — встав на одно колено, кицунэ хвосты поджал, уши навострил, а сам сделал виноватое лицо как мордочку у маленького лисёнка. — Прости, я не должен был тебе лгать.       — Эй, ты чего, подъём, — распахнув дверь, Элиас с запунцовевшими щеками потянул старшего вверх под подмышки. — Не хватало, чтоб кто-то увидел ещё, а ну быстро внутрь, — и поверил, кажется, и смутился аки дитя малое, и вообще было всё. В общем, через пень колоду, но кицунэ в коридор чуть ли не пинком загнали       — Ладно, ладно, мог бы и не пинать, — Вейн чуть улыбнулся уголком губ, встав таки на ноги. Заметно выше человека, мужчина попрятал свои хвосты, оставив на голове только уши.       — Идиот, — едва слышно буркнул сероокий себе под нос и проходя на кухню с жестом, мол тоже давай сюда. На секунду стало интересно, как бы он отреагировал, приди Хвон на четыре дня раньше, в его день рождения, но младший фыркнул и тряхнул головой, чуть прикусывая щёку. — Чай, кофе?       — Кофе без сахара, — пройдя следом за хозяином квартиры аки хвостик, мужчина сел за стол и поставил на поверхность коробочку. Красные пряди, обрезанные до каре, были тут же заправлены за человеческие уши, которые имели больше декоративное назначение, чем прямое. Хотя, тоже слышали, но не так, как родные лисьи, что торчали сейчас на голове и двигались в разные стороны.       — Мгм, — впринципе, за время, что они не виделись, Элиас не изменился совсем, только немного похудел и стал молчаливей. Не понимал мужчина, скучал он или не особо, но всё же визиту был немножко рад. — Так всё-таки, что тебе нужно? Не верю, что ты пришёл извиняться спустя две недели, точно что-то другое       — Поставили меня на твою охрану, — Хвон устало вздохнул и отвёл взгляд куда-то в сторону окна, прижав уши к голове. Ну неприятно ему было об этом говорить, отчего мужчина нахмурился, сложив руки на груди.       — Это ещё с какой стати? Он что, не успокоится никак или что?       — Ага, если бы, — Хвон всё-таки стукнул по стулу одним из хвостом сначала тихо, потом как-то нервно и с раздражением. Лекарь глухо вздохнул, прикрыл глаза и потёр переносицу меж бровей, не обратив внимания на щелкнувший чайник       — Тогда на кой бес мне охрана?..       — Вот и я не знаю, — пожав плечами, Вейн не сводил взгляда со стекла окна. Ему было и смешно в какой-то степени, и тревожно, что домой не вернётся ещё бог знает сколько времени. А ведь там ёкаи и кицуне могут друг друга разодрать, если глава не рявкнет на них как следует и не установит порядок жёстким графиком.       — А выяснить это как-то можно? Желательно в ближайшем обозримом будущем       — Можно, но муторно, не хочу с заказчиком разговаривать. Он у нас постоянный клиент.       «Ах муторно тебе значит…» — вслух же человек не сказал ничего, хмыкнул только и вроде как безразлично пожал плечами, заливая в чашки кипяток, мол нет и нет. А самому страшно стало       «Да не трясись ты как банный лист» — Хвон чуть прикусил губу, устало вздыхая. Работы непочатый край за последние пару дней и ведь это ещё не аврал как двадцать лет назад. Немного подумав, мужчина вслух произнёс:       — Я за последние сорок восемь лет так надолго вышел из «Бутика» впервые.       — Из-за меня что ли? — хозяин дома поставил чашку перед кицунэ и сам сел со своим чаем напротив; на губы невольно наползла кривая ухмылка. — Миленько       — Ну да, получается. Только в теле четырёхмесячного лисёнка неудобно немного. Вечно с внутренним пушистым «ребёнком» приходится спорить, — придвинув чашку к себе, Вейн отпил немного, довольно урча что-то себе под нос. Челюсти как-то сразу машинально сжались, а Эли стиснул под столом кулаки и немного поджал губы, сверля взглядом посудинку       — Не со мной тебе об этом разговаривать, я в душе не знаю, каково быть в теле любой мелкой твари       — М-м-м, ты просто не представляешь, насколько это сложно, — в жестах человека Вейн ничего такого обидного не уловил, зато этот самый «ребёнок» требовал сейчас ласки и любви со стороны Элиаса. Это было странно, но больше смешно, потому что сам Хвон тоже этого очень хотел, но не торопился с действиями.       — Мгм… кстати, мне Энджи рассказывала, что ты приходил, когда я болел, зачем?       — Так вот, ещё раньше хотел извинится, а получилось, как получилось.       — Ладно, — немного подумав, рыжик глянул на гостя исподлобья и вздохнул. — Ты там вроде принёс что-то, да? Выкладывай тогда уже, а то говорил и будто хвастался, что купил…