Поясни за шмот

— Эй, поясни за шмот, пидор. Когда Минхо услышал это, выходя из подъезда в домашней одежде, чтобы выкинуть мусор, он был в ахуе. Это вообще было адресовано ему или нет? Он никак не ожидал того, что его остановит пара школьников, одетых, мягко говоря, не по погоде. В странных куртках с линзами на капюшоне, с подкатами, как показалось парню, по самые колени, а главное в панамках. Дождливой осенью. Он все понял бы, если просто увидел таких на улице, мало ли какая мода сейчас среди школьников. Но когда эта шпана на серьезных щах с сигаретой во рту, хуй пойми как одетых, требуют «пояснить за шмот» — это слишком. — Что-то не так, молодые люди? — он держится тактики полнейшего спокойствия и ловит дзен, хотя по факту он ловит лютую тревожку. С одной стороны он не особо боится, потому что, ну, что может произойти, а с другой стороны очко-то жмется. Детей сейчас не понять, что у них в голове — даже они сами не в состоянии разобрать. — Стоник, так еще и паленый, ты кем себя возомнил, долбаеб? — голос подает самый выебистый, как подметил Минхо «он когда пытается делать пафосное лицо, то похож на белку». Сигаретный дым намеренно врезается в лицо Минхо, испускаемый той самой белкой. Он кривится от отвратного запаха дыма. Минхо не маленький, сам когда-то курил в шестнадцать лет и знает как это все пахнет. Но одно дело, когда сам куришь — это можно вынести, а другое когда от кого-то летит этот дерьмовый запах. Так он и в тот же год и бросил. Все это был всего лишь один сплошной эксперимент. Ли отмахивается от дыма, чтобы хоть как-то разглядеть своего собеседника, но тот лишь продолжает издеваться и выдыхать на него, параллельно указывая на нашивку на кофте, в которой, видимо и было все дело. «Чего блять? Какой еще стоник? Это он про эту хуйню на кофте?» — проносится в голове у него. Это была первая попавшаяся кофта, которая сама вылетела из шкафа, когда он искал, что накинуть на футболку сверху выйти вынести мусор. Он и в мыслях себе не мог представить, что из-за какой-то нашивки к нему могут пристать. — Слушайте, шпана, я не знаю, что за мода у вас гуляет на районе, меня она ни коем образом не касается, — строго говорит Минхо, понимая, что пытается отчитаться перед малолетками за свой «проступок», — А возомнил себя обычным гражданином этой страны, который вышел на три минуты выкинуть мусор или хотите сделать это вместо меня? Да, он все это время стоял с мусорным мешком, который старательно пытался не вонять, но даже при таком давлении агрошкольников не выдержал и стал испускать зловония. Ситуация не из лучших. Школьники начинают чувствовать это благоухание и один из них уже тянет своего друга урегулировать конфликт. Но белка оставался непреклонным и стоял на своем пока не почувствовал причину поспешного завершения переговоров. — Ладно, на первый раз прощаем и делаем предупреждение, на следующий раз уже пощады не жди, — Ли ловит ухмылку, после чего оба парня уходят. Минхо вздыхает чисто по старчески в стиле «Ну и молодежь пошла, тьфу». Закончив свое изначальное действие, а именно вынос мусор, он идет домой ахуевать в личку Чану. Потому что, как это он переживет этот стресс в одиночку. На него! Взрослого двадцатилетнего мужчину! Накинулись малолетки! За «стоник», мать вашу. Что это вообще такое? Руки помыты и теперь можно яростно пыхтя, набирать сообщение.

Минхо: Чани Что за шкеты Который требуют пояснить за шмот

Чан: а это местная гопота оффники

Минхо: понятно сначала были хиппи скинхеды готы эмари теперь оффники и чо это за хуйня

чан: школьники не любят когда простой народ носит всякое типа стон айленд фред перри норт фейс подкаты и все в таком духе а что такое

Минхо: да так попался на таких прямо возле подъезда потребовали объясниться за кофту, на которой была нашивка сказали мол первый раз прощаем дальше бьем ебало и что делать теперь????

Чан: есть вариант игнорировать а есть вариант говорить что ты не в теме и вообще это все для удобства обычно такое прокатывает на себе лично не проверял

Минхо: понял

Ни черта он не понял. Что за полиция моды и почему за обычные тряпки нужно оправдываться. Так тебя еще могут нагнуть, в плохом смысле, если ты что-то не то надел. Ладно. В жизни были ситуации и похуже. Например, стремительно надвигающаяся университетская практика. Черт бы побрал Минхо идти в этот проклятый педагогический. Какими же тентаклями он крыл себя, когда не мог сказать матери, что он не хочет идти туда, куда ЕЙ хочется. Но просто не мог отказать матушке. Ему ничего в жизни и не нужно было: только его котодети под боком и танцы. Но теперь все его время занимает университет. Ну, почти все, все же время раз в две неделю двинуть на пол дня на тренировку он в состоянии найти. Только вот это совсем не то. Минхо хотелось ходить танцевать и не думать, что ему с утра ехать полтора часа на лекции откуда-она-вообще-взялась-философии или педагогики. «Танцы — это не серьезно, Минхо, вот будет тебе пятьдесят пять лет, чем ты будешь заниматься? Нас с отцом уже не будет рядом. Танцы ни тебя, ни твою семью не прокормят, а вот учитель уважаемая и престижная профессия во все времена и будет актуальна всегда, что в двадцать лет, что в семьдесят, подумай об этом, сынок». Ну, он подумал, ему как-то фиолетово на это, но не стал расстраивать родителей. Всего то четыре года перетерпеть и можно заниматься чем угодно. Но какие эти четыре года долгие и мучительные. Ли сейчас на третьем году обучения и его моральное состояние стало еще хуже по сравнению с предыдущими годами. Университетские стены давят неимоверно. И с каждым днем он чувствует лишь то, что просирает свою жизнь и свои. Просидеть в универе на парах — это пол беды, но надо же еще писать курсовые и проходить практику. Благо лучший друг — Чан, который работает в школе на районе Минхо, подмагичил и теперь Минхо будет проходить практику в той самой школе, из которой он сам выпустился четыре года тому назад. Не хочется возвращаться туда под радостное улюлюканье своих же учителей со словами «Ой, Минхошка, ты так вырос, так похорошел, прям жених теперь». Но, к великому сожалению, от этого никуда не деться. Об этом Минхо подумает похоже. Возможно никогда. Но пока он доживает свои последние два дня, чтобы с понедельника выйти на практику. *** День не задался. В общем-то начиналось все хорошо. Он мирно собирался на тренировку вместо пар, потому что «достала эта рутина, надо выпустить пар». Но до зала он не доехал. *** — Ну, что? Будешь пояснять за шмот? или мне можно тебе вмазать? — Те же и компания поддержки настигли его вновь на том же месте. Белка все также с сигаретой и противно улыбается, как и в первую встречу. Пока у того чешутся кулаки, а друзья начинают петушиться, Минхо на диком очке. Он не думал, что его в двадцать лет побьют школьники. Даже якобы гайд от Чана о том, как отмазаться от оффников не сработал. Они просто посмеялись с наивности старшего. Короче говоря, оффники набили ебало Минхо. И даже базовые навыки самообороны не помогли. Оффники абсолютно непробиваемые. Особенно когда лезут толпой. Но Минхо не пальцем деланный, пожаловался папе Чану и совместными усилиями они просидели в отделении полиции половину дня, но написали заявление. **** К тому времени, пока Минхо дошел до класса на свой первый в жизни урок истории, прошло несколько уроков. В коридоре тишина, потому что уже начался урок и вообще-то Учитель Ли опаздывает. Но его не колышет. Не опаздывает, а задерживается. Как только он поднимается до третьего этажа, он смотрит в расписание, чтобы найти номер кабинета, потому что из-за всего бумажного стресса прослушал номер и запомнил только, что третий этаж. Кабинет номер триста пять «11Б» «Б — значит блять» — проносится в голове парня, когда он понимает, что это выпускники, которым ни капли вообще не сдалась история ни на экзаменах ни просто уроках. Ничего страшного, в его годы было также. Он никогда не учил историю, но сейчас в процессе получить образование учителя истории. Как так вышло? Минхо сам не понимает. Но и выбора особо не было, либо английский, либо история, остальное уже все забито под завязку и нигде даже стипендии нет. Минхо подходит к кабинету и все громче был слышен адский галдеж. То ли там оргия, то ли у животных брачный период. Тут уж не понять. Он хочет верить, что ему не туда. Он очень надеется. Но все надежды разбиваются как только он видит номер кабинета «305». «Блять. Блять. Блять» Выдыхает и поправляет себя, чтобы не постучать в дверь как дебил. Заходит и видит целый армагеддон. Двадцать пять человек, как примерно оценил Минхо, кидаются вазой от бедной петунии, которая лежит разбитая горем на подоконнике без своего домика. Девочки громко обсуждают кто кому дал-не дал, что чуть ли стулья по классу летают, потому что «ты что дура, у него член семь в стоячем». Кто-то играет в бравл старс, а кто-то пытается читать параграф перед уроком в таком шуме. «Пиздец» У Минхо глаза по пять копеек и картинка перед глазами милого котенка с надписью «уебите меня арматурой». Он проходит в кабинет и кидает несчастный учебник на стол, который приземляется с характерным звуком атомного взрыва, чтобы хоть как-то привлечь внимание народа. — Добрый день, студенты, я ваш временный учитель истории — Ли Минхо, — произносит он, не обращая на то, что шум продолжается даже при присутствии учителя в классе. В конце концов кто-то из тех самых баскетболистов вазой замечает нового незнакомого человека в кабинете и дергает своих обратить внимание. Класс вяло, но здоровается с новым учителем. Девочки вздыхают, потому что находят Минхо достаточно привлекательным, а парни ловят с этого лютый кринж. — Итак, когда вы успокоились, я повторюсь, меня зовут Ли Минхо и на ближайшие несколько недель я ваш учитель, — он смотрит в телефон, где было сообщение от классного руководителя этого класса, — как мне передали, никто из вас не собирается в этом году сдавать экзамен по истории, чему я несказанно рад, так что требовать буду немного: конспекты и устные ответы на вопросы параграфа в конце урока, как было у меня в школьные годы, — он смотрит в класс, ученики рады — рад Минхо, — А теперь перейдет к перекличке и потом я дам вам задание, Минхо начинает отмечать отсутствующих, как ни странно почти все на месте, за исключением двух человек. Хан Джисон и Ли Феликс. На вопрос их нет по уважительным причинам или нет, он получает лишь тот факт, что они были на прошлом уроке, сейчас неизвестно где. Его в принципе и не волнует это. Он за них не отвечает, ему хватит короткого сообщения классному руководителю об отсутствующих без причины. Дав задание, он заходит в телефон поиграть в игру, чтобы хоть как-то убить время. —Учитель Ли, извините за немного личный вопрос, — начинает одна из девочек в классе, а что у вас с лицом? — спрашивает одна, а остальные кивают и соглашаются с ней, потому что им всем интересно, что случилось с их учителем. — Это, — не успевает толком ответит учитель, как в класс залетают два опоздавших с громким «Салам пополам». И тут у Минхо случился сбой в системе. Потому что в класс заходят два тех самых шкета, которые два дня назад и особенно вчера оприходовали лицо учителя. — Добрый день, молодые люди, могу спросить причину вашего опоздания, — переводит взгляд на часы, — На целых пятнадцать минут, На лице Белки слились все ступени принятия данной ситуации, когда он и его друг увидели того позера, которому он вчера «объяснял правила района». Вот так встреча. Они вдвоем стоят мнутся на пороге, вроде как стыдно, а вроде и неловко. Минхо, не дожидаясь ответа, обреченно выдыхает. — Что же, добро пожаловать, только представьтесь, пожалуйста, — он вновь открывает журнал, но не для того, чтобы отметить их, а чтобы узнать кто из них кто. Они по очереди представились и быстро заняли свободные в классе места. Значит белку зовут Хан Джисон. — Задание я дал, спросите у одноклассников, — он закончил говорить и снова уткнулся в телефон, — А, забыл сказать, с лицом все в порядке, можете не переживать, скоро этот человек ответит по заслугам в отделении полиции. Минхо победно улыбается, смотря на этих двух братьев-акробатов. Они смотрят друг на друга и понимают, что Джисон в жопе. Причем в конкретной, ведь в большей степени он бил своего нового учителя. Время вспять не повернуть и придется расхлебывать последствия. Урок заканчивается мирно и без происшествий. Минхо уже собирался тоже уходить, как к его столу подошел ученик. Хан Джисон. Он уже предсказывает у себя в голове, что он может сказать в стиле быдло. — Учитель, вы правда написали заявление в полицию? — мнется Хан, вот тут образ забивного разрушился впервые. Минхо не ожидал такого поворота событий, в те разы белка показался ему обычным гопником, в котором нет ни грамма уважения к людям. Но тут просто мальчик, который боится, что мама узнает об этом? Его даже немного жаль. Но ссадины на лице напоминают, что он должен быть справедливым. Если сделал однажды и за это ему ничего не было, значит он будет делать это из раза в раз постоянно. — А что такое? Стыдно стало? — Минхо скрещивает руки на груди, — Бить в лицо за одежду не было стыдно? Минхо зол. Он понимает, что Джисон просто подросток, который полностью не отдает себе отчет в своих действиях и творит полную дичь, только потому что он еще молодой, но не понимает, почему он допускает возникновение таких ситуаций и не ожидает, что за этим пойдут последствия. Если ты считаешь себя взрослым — то ты обязан нести ответственность за свои действия, как ни крути. — Я не знал, что вы окажетесь моим школьным учителем, — у Джисона глаза в пол, а нога нервно бьет по ножке стола. — Что это меняет? Был бы я обычным прохожим, учителем или твоим знакомым, ты не имеешь никакого права бить, вот что бы то ни были одеты, Джисон, — поясняет старший, — Заявление я не заберу, это будет тебе уроком, ты можешь идти дальше творить всякую дичь, думая, что тебе ничего не будет. Минхо встает из-за стола и выходит из кабинет. Сзади доносится лишь «Да похуй» и громкий глухой звук. Джисон психует, что ничего у него не вышло. А Минхо ухмыляется, что все же карма в жизни существует и она настигает быстро. «Не выебывайся, ибо вознаебнется» *** Не тут то было. Все же этот одиннадцатый класс доставил Минхо некоторые, не то чтобы проблемы, просто неприятности. Все же грустную петунию пришлось выбросить и убрать все ее остатки. Наверное, придется еще и купить новую, пока пропажа не хватила удар у основного учителя этого кабинета. Ебучий одиннадцатый «Б». Уроки закончились и в школе никого нет, кроме поникших учителей, которые изрядно подзаебались служить школе добрые двадцать лет. Вооружившись набором школьной уборщицы, он начал убирать подобие цветка, что стоял тут раньше. Все было хорошо до того момента, пока он не начал убирать это все. Пахло неприятно. В цветок кто-то очень часто ссал и земля теперь пахнет отходами этого мастера. Ведь туалет совсем рядом с кабинетом, почему кто-то не дотерпел и решил обмочиться прямо в цветок? Пока Минхо тщательно старался оттереть подоконник его толкнули в спину. Обернувшись, он увидел перед собой того самого Белку — Хан Джисона с противной улыбкой, как вчера. — Значит ты решил не забирать заявление, да? — для полноты образа ему только сигареты меж пальцев не хватало, хотя нет, за ухом красуется одна. — Я, видимо, слабовато тебя оприходовал? Минхо в нокауте от такой наглости. Он не ошибся, когда думал, что у него возможно есть частички совести, но нет. Хан Джисон — отбитый наглухо. И это было лишь временное помутнение с угрызением совести. Теперь уж в Минхо никаким сочувствием к парню и не пахнет. — Ты совсем страх потерял, белка? Осознаешь с кем ты сейчас разговариваешь? — он снимает резиновые перчатки с рук, — Тебе заявления не хватило? Или мне матери твоей звонить, чтобы она тебя образумила? — Как ты сказал, это ничего не меняет, обычный прохожий, учитель или мой знакомый, мне абсолютно поебать кто ты, — он подходит ближе, заставляя старшего вжаться в подоконник, — Я хочу, чтобы ты забрал свое обоссанное заявление из мусарни, — Мне с этого какая-то польза будет? Я не нанимался в фонд «помоги будущему уголовнику», — Учитель напряжен, ему абсолютно не нравится вся эта ситуация и к чему она идет, мало ли что выпускнику придет в голову и он выкинет Ли из открытого окна, возле которого они сейчас стоят — Поменяй свой образ жизни, парень, взрослей и отвечай за свои поступки, иначе и до зоны не далеко. — Не тебе, блять, решать как мне жить, — закипает Хан, злобно тыча в грудь Минхо, — забери свое заявление, пока я прошу по-хорошему. И это по-хорошему? А что будет по-плохому? До чего он может опуститься, чтобы добиться своего? *** Все полторы недели между учителем Ли и учеником Хан Джисоном шла напряженная холодная война. Хан бойкотировал по-школьному: отказывался выполнять классную и домашнюю работу, порой не появлялся на уроках, но ни разу не было такого, чтобы Хан снова пришел с угрозами, чтобы преподаватель забрал заявление из полиции. В принципе, Минхо было побоку, что творит этот пацан в стенах храма знаний, если это не касалось его напрямую. Двойки ставить не так сложно, да и писать о прогулах ученика классному совсем не лень. Это даже весело. Каждый урок сообщения начинались с одинаковых слов «Доброе утро, Учитель Ким, Хан Джисона нет на уроке, примите меры». Чем бы дитя не тешилось, главное дайте прожить день без выебонов Хан Джисона. Но сегодня особенный день — день рождения Хана. Он первый парень на деревне, точнее, самый популярный в школе и, конечно, его поздравляет вся школа. И вот среди всех поздравлений, Джисона толкнули в коридоре настолько сильно, что он отлетел в мимо проходящего историка. Парень лишь грозно посмотрел на него и ушел. Что это вообще было — ни Минхо, ни вселенной не было понятно. Урок проходит как обычно: Джисон устраивает цирк и отказывается сдавать конспекты, на что Минхо может лишь тяжело вздохнуть. — Так уж и быть, — Ли решил сделать ему небольшой подарок, — Сегодня я не буду ставить тебе двойку и стерплю твою истерику, потому что сегодня твой день рождения, но такое только один раз, Класс смеется, Джисон вместе с ними. Он отвечает короткое «Ага». Так и заканчивается урок. И вторая неделя его практики. Впереди вечер пятницы, где можно выдохнуть. Но Минхо отдохнуть толком не получается: Чан вытаскивает бедного измученного практиканта в бар, чтобы обсудить то, как у них идут дела. Так они и условились вечером пойти в бар. Минхо пить не хочется, потому что по горло сыт событиями этой недели. Он рассказывает Чану о Джисоне, от чего старший, мягко говоря, пребывает в шоке, потому что на его уроках Хан показывает себя лучше всех и вообще оказался совсем другим человеком, нежели каким его описывает Минхо. Похоже они либо говорят о разных Джисонах, либо у него есть злой брат близнец Джисон — оффник, который не дает покоя историку. Вечер проходит весьма спокойно и близится к ночи, Минхо направляется домой, пока на его телефон не поступает звонок с неизвестного номера. — Доброй ночи, Ли Минхо, Вас беспокоят из полицейского участка, — Минхо хотел уже было сбросить, потому что, ну, какие сотрудники полиции звонят по ночам, спасибо, что еще не вотсапу. Что-то останавливает его, чтобы сбросить и поэтому он продолжает слушать, — В наш участок поступило двое подростков, одного из них забрали родители, а другой дал Ваш номер, потому что родители не отвечают, Вы же его учитель, верно? Можете подойти забрать его? Вот тут Минхо конкретно присел. Во-первых, какие подростки в полиции, а во-вторых, откуда у этого подростка его номер телефона. — Да, конечно, говорите адрес, — Минхо ведется на это, потому что у него есть совесть, не оставлять же подростка до утра в обезьяннике? Ему сообщают адрес и он мчится поскорее забрать это чудо. Спустя двадцать минут он добегает до участка. Пройдя всех возможных работников полиции он доходит до обезьянников. Он понимает, что лучше он сбросил трубку тогда. Потому что в камере сидел блядский Хан Джисон. Сидел он среди алкашей и клубных дебоширов, которые пытались через решетки протиснуться к девушкам легкого поведения в соседней камере. Один из алкашей пытался яро философствовать с подростком на тему того, как стоит жить эту жизнь правильно. Джисон отодвигался, по-видимому не только из-за неприятного запаха, но и из-за страха, видимо парнишка никогда в таких ситуациях не оказывался. Пьяный собеседник не хотел так просто прекращать диалог со своим «братаном». Пройдя все формальности, Минхо забирает своего ученика. Хан молчит и даже не благодарит. — Номер мой у тебя откуда? — спрашивает устало Минхо, этот день кажется ему бесконечным, ведь события все не заканчиваются. — У мамки взял, ты же ей постоянно наяриваешь, — обиженно говорит Хан, да, все-таки стоило оставить его в камере и закрыть на пятнадцать суток для профилактики. Чтобы не выпендривался. Но Минхо настолько устал, что он уже не реагирует на него. Попутно Ли решает пожалеть Джисона и все же забрать заявление. Малой и так в участке оказался за что его потом мать убьет, так если она еще и про заявление узнает, то от Джисона и мокрого места не останется. Оказывается полиция страны работает не покладая рук, раз его заявление об избиении до сих пор не передали на разбирательство. Но Минхо же лучше, его можно спокойно забрать. Джисон, по просьбе учителя, стоит и ждет его на улице. Выходя из участка, ему протягивают лист бумаги. Парень вопросительно посмотрел на своего преподавателя. — Держи, это мой второй подарок на день рождения, — младший берет лист и начинает его читать, чтобы понять, что ему подсунули, — Делай с этим что хочешь, но меня, честно говоря, ты заебал, — За стенами школы Минхо уже не выбирает как культурно разъясняться, поэтому он говорит по факту, — так что перестань вызывать у меня воспаление мозга, Хан молча рвет заявление на маленькие части и выкидывает его в мусорку, вдруг он что-то не так скажет и Ли передумает. И также молча закуривает сигарету. Оба стоят ни проронив ни единого слова, не решаясь пойти по домам, точнее до дома Джисона, ведь временный опекун обещал сотрудникам полиции проводить его до дома. — Учитель, может по пиву? — внезапно предлагает Джисон, — Мне уже есть восемнадцать, имею право, Минхо смеется. — С этим ты прав, имеешь, — он корчится от холода, — А тебя не смущает, что я твой учитель? — Скажем так, у нас странные отношения, — он чешет нос фалангой большого пальца той же рукой, в которой он держит сигарету, — То почему бы и нет? Все равно вы надолго не задержитесь в школе, не выглядите вы как учитель. Минхо заметил как Джисон внезапно перешел на более уважительный тон и уже обращается к нему на «Вы» и «Учитель». Значит не все еще потеряно. Совесть у него есть. Да и еще похоже, что Хан начал по-немногу уважать его. В этом он прав. Совершенно не похож и не хочет быть похожим. — А как я еще выгляжу? — улыбается Минхо, — По-пидорски, — рубит с плеча Джисон, сам же после этого смеясь, — Который носит ебаный стон айленд, хотя я сказал его не носить, — без грамма злости, лишь по-доброму уже говорит Джи. И снова старая шарманка. — Как ты меня достал, противная белка — цокнул Ли, — Эту кофту мне подарила мать в восемнадцать лет, мне все равно на ваши эти оффнические бренды, это просто вещь — она не имеет какого либо значения, она не дает какого-либо статуса, — Вы усложняете все, — выдыхает Хан, — В наше время даже такие мелочи могут иметь значение, и почему я белка? — повысил голос младший, — Когда ты весь на выебонах, то очень похож на белку, — поясняет Ли, — Долго тут будем стоять? По пиву или расход? — По пиву. *** Они сидят возле какого-то подъезда и нежно потягивают пиво в полной тишине. Никто не решался рушить эту идиллию. — Как ты эту дрянь вообще пьешь? Компот с послевкусием пива, — Минхо смотрит на бутылку вишневого «гаража» после того как сделал глоток, — Лучше уж «балтику семерку» гасить, чем этот отстой, — он отставляет в сторону стеклянную бутылку и достает банку уже знакомого «Хейнекена», — Свой компот допивай сам, мне такое не предлагай больше, — Ничего вы не понимаете, учитель, — он хихикает и забирает вторую бутылку себе, — В следующий раз виноградный день будем пить, вы вообще улетите, — В следующий раз? — удивляется Хо, — Не помню, чтобы я тебя приглашал на пьянку, — Зато я приглашаю. *** — Какая вообще кому разница в чем люди одеты? Почему ты избиваешь людей за то, во что они одеты? — Минхо уже ловит легкие вертолет и теперь можно вести философские думы за жизнь, да и сблизились они как-то после выпитых каждый по две бутылки пива — Мне все равно, что на тебе одето, да, не по погоде, да, ты можешь заболеть, но это же твоя жизнь, кто я такой, чтобы осуждать тебя за обычные тряпки, ты человек, в первую очередь, тебя любят за то, какой ты, а не за то, что на тебе надето. Джисону неприятно, что кто-то пытается рушить его установки и образ, которые строились годами. Снова начнется промывка мозгов от взрослого и иногда ему так и хочется куснуть в ответ вопросом «А что ты делал в свои восемнадцать лет?». Но лучшее оружие против этого — полное игнорирование. — Это сложно, — задумался Джисон, — Мы не ищем цели избить кого-то конкретно за шмот или что-то типа этого, мы просто ищем с кем бы подраться и выяснить какая из банд сильнее, а одежда это как опознавательный знак для других, что возможно это кто-то с соседнего района, вот откуда я могу знать, что вы не оффник с другого района например? — На словах, — возмущается Минхо, — Ты можешь поверить на слово, не обязательно применять грубую силу, — Люди — пиздаболы, они всегда пиздят, лишь бы защитить себя, а кулаки, — он задумывается как правильно сформулировать свои мысли, — Это быстрый метод узнать правду, — Хуевый метод, — кратко выразился старший, — Джисони, как я сказал ранее, это просто тряпки, мы их носим для того, чтобы не замерзнуть холодной осенью, суровой зимой, все эти бренды — просто пыль в глаза, чтобы казаться крутыми, мол смотрите у меня есть куртка за сто тысяч, а у вас нет. И что с того, ну, есть у тебя эта куртка за сотку? А дальше что? Ты стал президентом мира, выиграл лотерею или спас котят из пожара? Это просто шмотка. Люди не должны избивать других людей, если они одеты в другие куртки, которые не соответствуют вашим требованиям. Представь, что оффники начнут избивать детей маленьких из-за того, что их родители не скупились и купили им одежду какого-то бренда или пожилых людей-ветеранов, которые боролись на войне за нашу жизнь в этой стране, и которые доживают свои последние годы жизни на мизерной пенсии или колясочных инвалидов, которые даже ответить не могут. Мы должны иметь уважение ко всем людям в этом мире, не смотря на их внешнюю оболочку, мы любим людей за их поступки, за их душу. Ты не чертов бог, который диктует всем как им одеваться. Сбавь обороты. Это просто одежда. Если хочется подраться есть множество секций, где можно выпустить пар и напиздячить оппоненту, почему это должны быть случайные прохожие, которые одеваются так, как им комфортно? Сейчас вы просто избиваете людей, думая, что это круто, а что потом? Вы начнете убивать за ебучую нашивку? Начнется гражданская война и половина ваших оффников просто вымрет, потому что вам нечего защищать, кроме ваших тряпок, за которые вы можете сожрать любого. Такие у вас принципы? Чем тогда вы отличаетесь от гопников, которые в подворотнях отжимают телефоны? Джисону сказать нечего, потому что, ну объективно учитель Ли прав. Он молчит из-за стыда. Минхо ведь был случайным прохожим, который выбрасывал мусор просто накинувший на себя первый попавшиеся шмот, что был у него в шкафу. Для него вещи не имеют никакого значения, для него имеют значения люди. Ведь он забрал Джисона из полиции, не смотря на то, что он две недели пытался его вывести из себя. Ему не важно во что одет Джисон, он его ученик и придет на помощь в любом случае. Джисон долго молчит, что-то обдумывая. Он кусает заусенцы на пальцах из-за нервов, думая стоит ли ему сейчас поведать историю или нет. — Мне всегда казалось, что я не вольюсь в общество из-за своей тревожности и жуткой социофобии, но потом появился Феликс, который потащил меня пьянку со своей компанией оффников, — Джисон начал рассказ о своем пути, — Там меня приняли как своего и мне было комфортно впервые с людьми, кроме Феликса, и мне все их поступки казались крутыми, так и сам начал этим заниматься не думая, что это какая-то хуйня, — глубокий вздох, — Я видел множество жестоких избиений и избивал сам, но всегда прокатывало и никто не обращался в полицию, кроме вас. Тогда я уже понял, что я творю полную дичь и это ненормально, а сейчас после вашего монолога тем более. Но я не знаю, что мне делать. Мне блять страшно, понимаете? Я в сложном положении, потому что могу оказаться по ту сторону корабля. Пацаны не поймут, если я брошу все это, а хуже — изобьют в мясо. Они конченные. Никто меня так просто и спокойно не отпустит. Вот образ забивного Хан Джисона разрушился во второй раз. Он просто подросток, который все еще нуждается в одобрении со стороны сверстников, пусть даже из плохой компании. Боится не оправдать ожидания людей от него. Боится заниматься тем, чем любит. — Даже Феликс? — Феликс другой, он всегда был против насилия и тусил только на пьянках и никогда не поддерживал меня во всей этой хуйне, что я творил, но он вряд ли поддержит меня, потому что для него важно оставаться в компании и ходить на вписки, — Джисон смотрит на небо, на котором, как назло, нет ни одной звезды, чтобы перевести тему разговора. — Феликс не откажется от тебя, если ты не будешь принадлежать компании, которая заставляет тебя, откровенно говоря, деградировать, он твой друг и поймет тебя. Тебе стоит поговорить с ним об этом, не думаю, что он будет против твоего выбора, когда он стал лично твоим, а не выбором, сделанным под влиянием компании малолетних уголовников, — сказал Минхо, — В любом случае, у тебя есть я. — В-вы? — заикнулся Хан. Этого он не ожидал, человек, которого он отпиздил и доставил множество неприятностей говорит, что он может на него положиться, что он поможет не смотря ни на что. — Я. — качает головой, — Ты сам сказал, что отношения у нас странные и я не похож на учителя, так что, что нам мешает общаться за стенами школы? — Вы правы, — Джисон облегченно улыбнулся, ему все еще страшно, но теперь он может положиться на своего историка. *** Минхо и Джисон сидят у старшего дома, потому что Минхо было лень тащиться сегодня на очередную «по пиву» с Джисоном и поэтому позвал его к себе. Практика закончилась после трех недель и теперь Минхо больше не учитель истории в школе. Нагрузки стало меньше и теперь можно было иногда без проблем выбираться на встречи. — Так вот, на последней вписке, — Джисон рассказывает очередную невероятную историю из жизни, а у Минхо в голове только мартышка с тарелками играет, — Что такое? — Что такое вписка? — спросил в недоумении старший, — Бля, чувак, ты на три года меня старше, а не на тридцать, почему ты ничего не знаешь? — оборачивается к нему парень, — Это алкотусовки на хате, надеюсь знаешь, что такое хата и тусовка? — Ха-ха, — наигранно смеется Ли, — иди в жопу, я дружу с Чаном, я не понимаю твой забивной сленг, — слегка ударил в плечо, Хан драматично делает вид, что ему больно, но после успокаивается. — Кстати о Чане, он же тоже учитель и, насколько я помню, вы долго достаточно общаетесь, почему ты решил пойти в педагогический и стать учителем? — поинтересоваля Джисон, Минхо никогда не рассказывал парню об этой стороны жизни, в которой он просто заебался. — Все просто, мама хотела, воплощаю ее желания, — сказал парень, — Благо остался этот и следующий год и я смогу жить спокойно, — Тебе это не нравится? — Я ненавижу это всем своим нутром. — Слушай, это получается мы оба долбаеба, — подытожил Хан, на что он получает взгляд полного недоумения, — Я в плане, что мы с тобой оба оказались в полной жопе, потому что нас заставили в ней оказаться, я стал оффником из-за компании, ты пошел в ненавистный пед из-за матери, скажи, чем ты любишь заниматься в свободное от учебы время? Минхо долго не думал над этим вопросом. — Я люблю танцевать, — признался парень, — но из-за учебы у меня нет времени часто выбираться на тренировки, я очень хотел бы быть хореографом, на самом деле. — Ну, так, действуй, не трать свою жизнь на то, что тебе не нравится, — подбадривает его Джисон, — Я же вон, стараюсь выйти из своего образа забивного, хотя я строил его годами, мне нравится проводить свой день обычно, просыпаться утром, ходить в школу, а вечером выходить с тобой на рандеву по пиву, — Джисони, это сложно, — трет переносицу старший, — Тут дело не в том, что я сам пошел туда, где мне не нравится, тут дело в том, что этого хотела мама, я не хочу, чтобы она разочаровалась во мне, я же почти закончил обучение, — Мама переживет, — говорит Джисон, — Твоя мама живет свою жизнь, а ты свою, прежде всего она твоя мать, она желает тебе быть счастливым, да, она подуется немного, но в конце концов она примет тебя любым, главное, чтобы тебе твое дело приносило удовольствие, дерзай, у тебя все получится! Он подбадривает Минхо. И от этого у последнего теплеет в груди. Ему приятно, что о нем заботится еще один человек, помимо Чана. — Противная белка, — смеется парень, — Я подумаю над твоими словами, хорошо? Потом скажу, что решил. — Не знаю, что тут думать, нравится — оставайся, не нравится — бросай, всегда же можно вернуться, — кивает головой, — но ладно, буду ждать ответа и сам ты противный, кто мне ставил кучу двоек, которые я неделю закрывал? Парни смеются. *** Выходной день Ли решил провести дома, потому что студия была закрыта на ремонт, а искать что-то другое время уже не позволяло. Так он и просидел целый день перед теликом с котами под боком. Звонок в дверь озадачил Минхо. Доставок он не заказывал, гостей он не ждет. Он встает с дивана, коты сразу же разбегаются, а он подходит к двери. Посмотрев в глазок, он увидел парня, который стоял спиной. Тревожность настигла мгновенно и он подумал просто тихо уйти в комнату, проигнорировав незванного гостя. Но звонок повторился вновь, который сопровождался еще и стуками. — Минхо, это я, — послышалось с другой стороны. Это был Джисон. Открыв дверь, Минхо встретился со спиной Хана. Когда младший предстал перед Ли лицом, Минхо накатил ужас от этой картины. Лицо Джисона было в крови, бровь и губа были разбиты, глаз уже успел заплыть из-за разницы температур на улице и в подъезде. — Помнишь, что я говорил про своих друзей? Прощание с компанией выглядит именно так. Минхо без слов пустил младшего внутрь и усадил его на диван, а сам метался по квартире, не понимая с чего начать. И вот он сидит перед Джисоном и обрабатывает все эти побои, злобно пыхча. Благо тупить не пришлось и Минхо быстро сообразил, что надо делать. Универ и курсы мед помощи с первого курса ему все-таки понадобились. Закончив со всем, он убрал аптечку на место и достал мазь от отека и протянул ее Джисону. — На, будешь мазать ее утром и вечером. — Слушай, ты это, — Джисон пытается подобрать слова, — Не горячись и в полицию не иди писать заявление. — Замолчи. Я злюсь. — Но я же ушел из компании и они обещали меня больше не трогать и тебя тоже — Джисон обиженно смотрит на Минхо. Примерно такой реакции он и ожидал. — Не собирался идти я никуда, еще чего не хватало, убьют ведь правда, если пойдем. В комнате повисло молчание. Каждый думал о чем-то своем. — Ты рад? — Твоей побитой мордашке — нет, в общем, да. Они улыбнулись друг другу после чего Джисон остался у Минхо с ночевкой, чтобы не шокировать мать своим лицом. Сказал лишь, что будет всю неделю скрываться от нее, а там уж как будет проходить — выкрутится. *** Минхо все же решился уйти из университета и поступить в следующем году на хореографический факультет. Возможно, он жалеет, что потерял три года жизни в педе, но это теперь не имеет значения. Теперь он будет заниматься тем, чем ему нравится, чем он горит по сей день, хоть и почти потерял веру в себя. Но до разговора с родителями он решил обсудить все с лучшим другом — Чаном. Чан всегда поддержит своего младшего и даст нужный совет. Встретиться они условились все в том же баре, в котором они сидели, когда Минхо звонили из полиции. Его немного потряхивает от волнения, потому что Чан — семья. И если Чан поддержит эту идею, то что говорить о родителях. Чан мудр не по годам и всегда понимает, в чем нуждаются люди. В общем, Чан — золото. Они встречаются за их любимым столиком подальше от людей, но возле окна. Чан в предвкушении от ожидания новостей от друга и заметно тоже нервничает, потому что не знает, что ожидать от него. Они заказывают по бокалу пива и закуски к ним. — Давай уже, рассказывай, мне интересно, что у тебя там такого, — говорит он, отпивая глоток. — В общем, — Ли делает паузу, не решаясь продолжить, Чан смотрит на него многообещающе, — Я решил бросить пед и поступить заново на хореографа в следующем году, Чан ставит бокал на стол, не отводя взгляда от друга напротив. Он ожидал этого, он знал, что парень когда-то сдастся. Ему тяжело давалась учеба, она его буквально душила, не давая заниматься танцами, отнимала все свободное время. И наконец-то вопреки всему, это случилось. Он решает бросить это. — Что ж…- старший вздыхает, — Это из-за Джисона? — Это не из-за него, это благодаря ему, — поправляет Минхо, — Я рад, что история этого малого помогла тебе все осознать и взвесить все за и против, — он поднимает бокал для тоста, — надеюсь, что в следующем году, все будет отлично и тебе понравится учиться, за тебя! Минхо поднимает бокал и они чокаются. Чан принял его выбор. — На самом деле, я ждал этого момента, когда ты расскажешь мне об этом однажды, — он вновь делает глоток, — Но не думал, что это случится так поздно, хорошо, что не на последнем курсе перед дипломом, — он делает короткую паузу, — маме говорил? — Нет, решил сначала с тобой поделиться и понять правильно ли поступаю, — он закидывает в рот чипсы, стоящие на столе, — Теперь я точно уверен, что поступаю правильно, — Хо, я тоже могу и ошибаюсь в жизни, я не идеален и постоянно надеяться, что я дам тебе правильный совет, это то же самое, что и верить, что дед мороз существует, — Минхо смотрит на него взглядом: «Ты что, не веришь в деда мороза?», — Только ты в своей жизни своим опытом можешь понять, какой совет был правильным, а какой нет, — Бан подытоживает, — Если тебе будет сложно в одиночку сказать матери, я могу пойти с тобой, — Нет, я хочу сказать обо всем сам наедине с родителями, ты и так много сделал для меня в жизни, — таким образом Ли благодарит Чана. Вечер проходит спокойно. И ближе к ночи парни расходятся по причине того «Ты то решил свалить из моих рядов, а мне завтра на работу, учить буду твоего Хан Джисона». Его Хан Джисона? Да, возможно за такой короткий промежуток он привязался к этому подростку, пусть и их история началась не очень красиво. Но не мог сказать, что у него огромная любовь к нему. Минхо хочется заботиться о нем. Как в свое время Бан заботился о самом Минхо. Хочется давать ему советы, направлять его на истинный путь и так далее. Ему невероятно греет душу мысль, что Джисон решил поменять свой образ жизни после его слов. Что он решился на это, не потому что он ему так сказал, а потому что подумал и сам так решил. Ли ни на что не надеялся после полицейского участка, он думал, что он просто пропустит это все мимо ушей и будет жить так дальше. Но этого не случилось. Да даже побои стерпел, чтобы уйти от этого, хотя боялся. Минхо нравится, что Джисон помог подтолкнуть его уйти с ненавистного педагогического и сделать выбор в пользу того, что ему нравится. Это взаимоподдержка и помощь друг другу. Но если это одноразовая акция, то почему его так тянет каждый гребанный вечер выходить с Джисону на очередное пивное рандеву? *** Они снова у Минхо дома, потому что на улице дождь. Старший еле отговорил Джисона «ловить вайб» в подъезде. На этот раз он притащил с собой «Виноградный день», чтобы дед Минхо попробовал, чем наслаждался давился Джисон от пятницы к пятницы в компании. Бывший учитель не заценил, сказал, что лучше уж давиться блейзером, чем этим говном за семьдесят рублей. На что Джисон ответил, что старший ничего не понимает. Вайб в том, что у тебя нет денег и вы всем селом скидываетесь на это пойло, а потом ищете какого-то пропитого алкаша, который купит вам это говно. Выбирать не приходилось, либо скидываешься и пьешь, либо в сторонке от тусовки. Минхо всего такого не понять. Да, у них маленькая разница в возрасте, но все еще Минхо кажется, что между ними огромная возрастная дыра. Минхо многое не понимает о нынешнем поколении Джисона и часто задает глупые вопросы. А Джисон не понимает, как жил Минхо в свое время. Ощущение было будто Минхо динозавр какой-то, так еще и с Чаном дружит, этот вообще древний. Входная дверь открывается, но Минхо никого не ждал. Он выходит из комнаты и видит свою мать. Она пришла занести продукты сыну и спросить как у него дела. — Мамуль, я тебя не ждал, ты чего не позвонила то, я бы хоть убрался, — он как пуля влетел в коридор, забирая у матери сумки с продуктами, — У меня гости, Не смотря на все, он всегда называл маму ласково. Как бы она на него не ругалась, как бы она жизнь ему не портила. Он никогда не назовет не иначе, чем «Мамуля». Он оборачивается в сторону комнаты и видит, как Джисон тихонько высовывается из двери, оценивая обстановку. Ему кажется это идеальным моментом, чтобы все рассказать, ведь прошла целая неделя, а Минхо все еще не решился рассказать все маме. Он лишь губами говорит ему «Скажи ей. У тебя все получится. Удачи» и скрывается в комнате. — Да я так зашла, на пять минут, не переживай, — с улыбкой поясняет мама, — Что у тебя новенького, сынок? У него как раз есть для нее новости. Действительно, идеальный момент, но он хотел сделать это наедине, а не когда в комнате как любовница прячется Хан. — Лучше сядь, мамуль, — говорит он и мама смотрит на него недоверчиво, но все же садится на стул на кухне, — Я решил уйти из университета, Сердце бешено стучит. Возможно, мама сейчас взбесится и начнет кричать, возможно, она начнет кидаться этими самыми продуктами, что принесла и это услышит Джисон за стенкой. Возможно, она просто молча уйдет, затаив обиду на сына за такое предательство. Вариантов много. — Господи, ты меня так напугал, я думала правда, что случилось, — выдохнула женщина, — Как так случилось то? Она спокойна, что вводит его в заблуждение. — Я чувствую себя как птица в клетке, учась в педагогическом, — говорит парень, — Я был на практике и понял, что это действительно не мое, мне не нравится половину дня сидеть в классе, а вечером проверять задания и ставить за них оценки, — он набирается воздуха для продолжения, — Учеба в педе, я пошел туда ради тебя, я хотел закончить, потому что ты этого хотела, но я уже больше не могу, я скорее повешусь, чем напишу диплом, Мама недолго сидит в тишине, обдумывая все сказанное сыном. Он был прав. Весь первый и половину второго курса, пока Минхо жил с ними, мама видела как мучился сын, приходя поздно вечером с учебы домой. Помнит, как ссорился с ней, что вместо пар он поедет на тренировку, потому что заебался ездить шесть дней в неделю на лекции и семинары. Она все помнит и понимает, что она не смела так на него давить. И теперь она услышала об этом лично от него напрямую. — Ну, что теперь поделать? Раз решил, поступай как знаешь, это твоя жизнь, — она грустно вздыхает, — Я до сих пор хочу, чтобы ты закончил учебу по этой профессии, но что я могу сделать, если мой сын мучается? Я хочу видеть твою улыбку и слышать о том, как тебе нравится твоя учеба или работа, котенок, — она улыбается, — раз тебе нравятся танцы, то дерзай, может хоть кто-то из внучков моих захочет стать учителем, я подожду. Минхо стоит перед матерью в полнейшем непонимании всего происходящего. Что это сейчас было непонятно. Она вроде и расстроилась и дала добро. — Ты правда не злишься и даешь добро на это? — недоверчиво спрашивает парень, — Тебе уже двадцать лет, дорогой, ты можешь распоряжаться своей жизнью как хочется, я с твоим отцом могу лишь порадоваться за тебя или поругаться, но не запретить, — она встает и берет сына за руки, — Насчет папки не переживай, я поговорю с ним, главное будь счастлив, я пойду, а то у тебя же гости, негоже заставлять гостей ждать, покушайте фруктов, что я принесла. Минхо проводит женщину и сползает по входной двери к полу. Он облегченно выдыхает. Слезы счастья так и катятся по щекам. Он свободен. Он может делать то, чего он хотел половину своей жизни. Из комнаты выбегает гость, что сидел там, пока Минхо говорил с матерью. — Сосааааать, — громко протягивает Хан, — Напомни, кто говорил, что мама именно так и скажет? — он видит плачущего Минхо и неожиданно начинает щемить сердце от такой картины, — Эй, ты чего? Джисон подходит и садится перед ним на колени, чтобы попытаться его немного успокоить. Он сначала тормошит его за плечи, чтобы перестал плакать как девчонка. Но Минхо не переставал. И тогда он решил его обнять. Он делал это неумело, потому что обычно он обнимался только по-братски с пацанами в стиле кто сильнее ебанет по плечу. А тут нужно нежно, чтобы успокоило. Минхо протягивает руки навстречу и обнимает в ответ. Он начинает смеяться сквозь слезы. — Все получилось, Хани, — он абсолютно счастлив сейчас, — Все благодаря тебе, спасибо, — он обнимает крепче. Джисон молчит и не размыкает объятия. Ему приятно сейчас так сидеть, несмотря на боль в коленях. Он понял, как Минхо мучался в универе, раз у него такая реакция после разговора с матерью. Если счастлив Минхо — значит счастлив и Хан. Он смог вложить свой вклад в маленькую часть его жизни. Теперь плачет и Хан. Он шмыгает носом от чего Минхо отстраняется и смотрит на него. — Ты чего сам заревел как девчонка, — он смеется. — Иди на хуй, я растрогался от такого момента милого, — он смахивает вновь подступившие слезы и смотрит на парня напротив, — А вообще я очень рад за тебя, прям пиздец как, Джисон хочет перестать рыдать, но у него никак не получается, наоборот слезы градом падают. Тогда Минхо принимает решения, крепко обнять его, аж до сломанных ребер. Хан пытается вырваться, но у старшего хватка крепка и фиг выберешься. Минхо в макушку начинает его расцеловывать. — Ты че делаешь, пидор, — кричит Джисон, — Отпусти меня, я не стану геем, пацаны не простят, Ли отпускает его и вопросительно смотрит, надув губы. — Тебе не понравилась атака любви? — строит глупую рожицу Хо, — Ну, я не понял, попробуй еще, — просит Хан и в этот же момент Минхо снова на него нападает на него с объятиями и случайными поцелуйчиками куда попало, — Пиздец, пацаны точно засмеют, я реально гей. — Это ты так в любви мне признаешься или что? — не разжимая объятий спрашивает старший, — Ну типа, — он мнется, — Не заставляй меня говорить это вслух, я же сдохну от смущения, — А Хани в меня влюбился, — хихикает Минхо, явно подстебывая его, — Влюбился по самые беличьи уши, — Завались блять! — он вырывается из объятий Минхо и смотрит на него, — Ну, ты мне хоть что-то скажи, а то чувствую себя полным долбаебом влюбленным, — Если ты до сих пор не понял, — он встает с пола, — То ты мне тоже нравишься, бельчонок. *** Новый учебный год. Джисон и Минхо поступили в один университет, но на разные факультеты. Оба первокурсники, зато счастливы друг с другом. Минхо наконец занимается тем, что любит. Джисон теперь живет, как нравится ему. Почти за год все повадки оффника ушли, оставались только шутки-подъебки в стиле «поясни за шмот», когда Минхо впопыхах собирался на тренировки, кое-как натянув первые попавшиеся шмотки. Но Минхо больше не триггерило с этого. Он знал, что его любимый никогда больше не вернется к этому образу жизни. Это все осталось в сентябре прошлого года, как и педагогический Минхо. Они собираются на первый учебный день. Джисон не знал как одеваться и поэтому напялил на себя самые достойные шмотки, что не осталось от бывалого Минхо без внимания. Тот то знал, что это просто учебный день и никаких торжеств не будет. Что значило, что не нужно выряжаться как-то по особенному. — Эй, поясни за шмот, — дразнит Минхо, обнимая парня со спины, — Куда ты так выряжаешься, это же просто учеба, можешь ходить как в школе, — он на секунду задумался, нет, как в школе не надо, Он вспомнил привычный школьный аутфит Джисона. Зип-кофта с линзами, на рукаве, которой тот самый патч «стон айленд», джинсы с подкатами по самые колени, а также панамка на любую погоду. Он смеется. — Эй, че лезешь, — он вырывается из объятий, пытаясь застегнуть пуговицу на рубашке — Самое приличное достал, у меня нет вещей других, остальное все с того года осталось, — Надо бы тебе одежды купить, — констатирует Минхо, — Хотя дома можешь ходить голым, ты все равно мне нравишься любым и твоя одежда не имеет значения, — Воу, воу, воу, остановись, — требует Джисон, он осматривает своего парня с головы до ног, — Поясни за хуй, — Ты просто сейчас очень красивый, как и всегда, — говорит Минхо, все же помогая застегнуть пуговицу на рубашке Хана, — Я люблю тебя. — И я тебя люблю. *** То, во что вы одеты — не имеет никакого значения. Одежда поможет вам раскрыть себя лишь с внешней стороны. Вас любят за ваши мысли, чувства, душу. Одежда не дает статуса. Это всего лишь внешняя оболочка, которая не дает нам замерзнуть в холода. Люди не должны насиловать людей за то, какая у них оболочка. Ситуации, которые происходили далеко в прошлом, которые произошли недавно — это неправильно. Вы можете одеваться в брендовые вещи, но что это поменяет? Главное, чтобы вам было удобно. Носите вещи за тысячу рублей или за сто тысяч рублей, главное не осуждайте людей за выбор их одежды. Жизнь одна и у нас нет времени, что заставлять людей пояснять за выбор их одежды. Займитесь любимым делом и тратьте время на то, что вам не нравится. Наслаждайтесь провождением времени с друзьями. Любите этот мир, он всегда преподносит нам удивительных людей.