Чужой

Ази тянуло туда. Сколько раз, лёжа перед сном и глядя в окно на звёзды, он представлял, фантазировал, как окажется там… Ходить туда запрещено. Не в том смысле, что за это наказывали… Просто все говорили, что там очень опасно. Слишком вредные для здоровья атмосферные условия, можно заболеть, а если быть там слишком долго, ещё и умереть… И мало того! Там, далеко, жили чужие. Враждебные существа иной расы… Ази находился как раз в том возрасте, когда каждый мнит себя бессмертным, а опасности не пугают, а манят. В этом возрасте всё привычное кажется невероятно скучным, ты уже считаешь окружающих ничего не понимающими дураками, а себя невероятно умным, и любопытство ведёт тебя туда, куда в трезвом рассудке и твёрдой памяти никто бы заходить не стал… Сегодняшнее утро было особенным. Чем-то неуловимым. Может, дело было в растекающемся медовом запахе, который приятный ветерок сносил с лугов, пёстрых от цветов, тянущихся к солнцу. Может, дело было в волшебных облаках, похожих на розовую сладкую вату. Или всё дело в сне, в котором Ази совершил подвиг, убив многоголового монстра… Лес, издали казавшийся синим, а теперь разделившийся на десятки сосен, вырос перед Ази. От него веяло какой-то жутью, он, казалось, засасывал воздух, приглушал звуки… Внутри свернулся комок ледяного предчувствия… Впрочем, такая ерунда не могла остановить подростка, собравшегося совершить подвиг. Воровато оглянувшись, он убедился, что никто на него не смотрит, и ускорил шаг. Чёрно-зелёная кожа служила хорошей маскировкой, можно было не беспокоиться, что незваного гостя заметят раньше, чем он заметит чужих. Пробираясь между кустами, наступая ногами на колючие шишки и мягкую хвою, Ази чувствовал, как постепенно меняется погода. Если на родных цветистых лугах, полных стрёкота цикад, было жарко, то здесь – как в преддверьях ада. И, что важнее, воздух начинал пропитываться влагой, вокруг заклубился туман, сосны постепенно уступали права на землю, их сменяли развесистые ивы… В конце концов лес впереди расступился, показалась та самая чужая долина, перемежавшаяся чёрными шрамами - пластами лавы, вытекшей из находившегося на горизонте вулкана. Ази не решался выйти из тени деревьев, всё-таки тревожный червячок опасения внутри велел подождать, убедиться, что всё в порядке. Вдруг эти чужаки и правда агрессивные и захотят убить нарушителя границы?.. Ази шёл вдоль кромки леса, с щекотливым возбуждением оглядывая непривычную местность, пока не услышал голоса. Он остановился, пригляделся… На соседних серых скалах перемещались три силуэта. Это они. Сырники. Извечные тёмные, враждебные соседи арбузов… Такие, какими их и описывали… Похожи на шайбы, которыми арбузы играют в хоккей на траве. Только, конечно, ростом с арбузов. И не чёрные. Обод желтоватого, бежевого цвета, а кругляши румяные, золотистые, но неравномерные, пятнисто-треснутые, местами доходившие почти до бронзового, а местами опускающиеся до кремового. Судя по звонким голосам, это были подростки. Осторожно Ази подкрался ещё ближе, чтобы расслышать, о чём они говорят... Чем больше он слушал, тем сильнее росло смятение, непонимание, перераставшее в шок. Сырники вовсе не обсуждали коварные планы по захвату арбузов, не придумывали жестокие способы убийства и расчленения врагов… Нет, они говорили они о том же, о чём и Ази болтал с друзьями. О прочитанных книгах, о играх, о жизни, отношениях… Это так поразило молодого арбуза, что он подошёл ещё ближе. Какие в таком случае сырники чужие?.. Они же точно такие же! Подростки как раз слезли со скал и пошли в сторону видневшейся вдали деревни. Только сейчас Ази обратил на неё внимание. А ведь даже их архитектура очень похожа на архитектуру арбузов! Ведь сырники тоже большие и круглые, а значит, и дома нужно строить примерно под те же габариты. Подростки проходили мимо, когда под ногой арбуза хрустнула ветка. Двое не обратили внимания на звук, утонувший в сером шуме леса, а вот третий остановился, повернулся, внимательно огляделся. Ази замер, молясь, чтобы полосатая маскировка сработала. - Я вас догоню! – крикнул сырник друзьям, и направился прямо в сторону кустов, за которыми притаился арбуз. Судя по взгляду сырника, блуждающему туда-сюда, пока нежданного гостя он не видел, и всё же, это не могло длиться вечно. Душа Ази леденела, уходила в пятки, немедленно зачесался нос и захотелось чихнуть, превращая каждую секунду ожидания в пытку… Сырник подошёл почти вплотную, когда наконец заметил арбуз... Замер, не донеся ногу до земли, а чёрные глаза стали такими же круглыми от ужаса, как и глаза Ази. Несколько секунд подростки настороженно изучали друг друга. Поняв, что незнакомец вовсе не агрессивный, и боится его ничуть не меньше, чем Ази того, арбуз понял, что нужно разрядить обстановку. - Привет, - сказал он. – Я Ази. Арбуз. После короткой паузы сырник настороженно ответил: - Я Ник. Сырник. - Давай дружить? – внезапно даже для самого себя выпалил Ази. И Ник расслабился. Смущённо, но отчего-то радостно улыбнулся: - Давай… Всё-таки, он тоже был подростком. И его душа тоже требовала приключений, чего-то необычного… Так начались их отношения. Игнорируя все заветы старших родственников опасаться соседний вид, они встречались почти каждый день, посередине леса, на границе сосен и ив, на установленном месте. Здесь обоим было комфортно. Сырнику не слишком холодно и сухо, Ази не слишком жарко и влажно. За несколько месяцев их отношения стали крепкими, как металл. Они обожали болтать, играть вместе, веселиться. Вдвоём, втайне, без взрослых. Узнавать о соседнем виде новое, удивляться неожиданному и радоваться тому, как много у них общего, насколько сильно они интересны друг другу… Они буквально упивались друг другом, потрясённые и восхищённые каждое встречей. Как-то, за завтраком, наворачивая кашу из минералов, Ази взглянул на маму, хозяйничающую у печи, на блестящие от усилий чёрно-зелёные полоски на круглых боках, на закручивающийся хвостик... Постаравшись сделать совершенно нейтральное, скучающее лицо, он наконец решился задать так давно волнующий его вопрос. - Мам… А вот почему мы считаем сырников опасными? - Как это почему? – удивилась арбузиха, хлопая ресницами. – Это же очевидно! - Ну да, - Ази максимально равнодушно пожал плечами, - я просто пытаюсь это сформулировать. - Ну, - женщина задумалась. – Они чужие. - Ну да. И что?.. Мы же могли с ними бы торговать, например. Разве они кого-то убили? Мама взглянула на Ази с почти суеверным ужасом. - Торговать с ними?! Как ты можешь так говорить! Подросток вздохнул. Древняя, многовековая ненависть не поддавалась рациональному осмыслению. Она просто была. Её впитывали с самого рождения, как воздух… Небо голубое, трава зелёная, сырники – враги. Это очевидно. - Ну кого они убили? - Ну, - арбузиха нахмурилась, - мне папа рассказывал, как когда он был маленьким, они закололи одного арбуза, который зашёл на их территорию… Ну отлично. Значит уже десятилетия ничего не происходило, но всё равно вражда не гаснет… Да даже этот случай не факт что серьёзный, мало ли что там произошло. Может арбуз сам был виноват. Может сырники испугались, приняв его за врага. Может это был несчастный случай… Правду уже не узнать. Но Ази понял главное. Точнее, убедился в том, о чём подумал ещё в первый день знакомства с Ником. Для вражды не было никакого реального повода. Это всё просто глупые стереотипы. И как бы ни печально было это признавать, с враждой не было смысла бороться. Этих дубоголовых не переубедить… А значит, придётся общаться с Ником так же, как и раньше - абсолютно тайно… В принципе, неудобств это почти не приносит, так что и нормально. Да и вообще, чувство, что ты знаешь что-то тайное, особенное – невероятно приятно. Сегодня друзья шли дальше, чем обычно, и ближе к долине сырников. Ник сказал, что хочет показать что-то особенное. Притом уже полчаса он твёрдо не хотел колоться, ни на какие просьбы и мольбы не раскрывая, что же там такое, только подогревая любопытство Ази, разрывающее его изнутри. И вот Ник с восторгом ткнул пальцем вперёд. - Вот оно! Приглядевшись, Ази увидел на земле впереди большое белое пятно, и любопытство загорелось сильнее в стократ. Арбуз никогда не видел столько белого. Даже облака были не настолько белыми, в них было слишком много синих теней. Подходя ближе, Ази понял, что это пруд. Только вместо воды в нём было… что-то. Что-то белое, густое. Ветер даже не поднимал волны, хотя каким-то странным образом жидкость лениво колыхалась. - Что это? – с благоговением прошептал арбуз. - Это сливки! - Ник хитро сверкнул глазами. – Большая редкость! Мы, сырники, обожаем их. Он вошёл в пруд, и его тело разогнало медленные, тяжёлые волны. От разгорячённой кожи субстанция плавилась… И внутри Ази что-то перевернулось, сжалось, возникло незнакомое, обжигающее чувство… Желание. Ник… его сияющие глаза… то, как сливки облегали его тело, стекали… его улыбка, его смех… всё существо сырника, всегда вызывающее приятное, расслабляющее тепло, счастье, радость, сейчас порождало распирающее изнутри желание. Не выдержав, Ази вошёл в пруд вслед за Ником, сливки приятно холодили тело, противясь окружающей жаре, но не были способны остудить внутреннее пламя. - Ты чего? – обернувшись, сырник удивлённо взглянул на друга. - Я хочу тебя, - горячо прошептал арбуз, руками раздвигая в себе щель, обнажая ярко-красную, рыхлую плоть, чёрные семечки… Глаза Ника загорелись, он сглотнул, глядя на то, как из щели стекает розовый сок, падает в сливки, окрашивая… Сырник шагнул вперёд, погружаясь в щель всем телом, застонал от ощущения прохладной мякоти, прикасающейся к раскалённой коже. От соприкасающихся тел пошёл пар. Ази тоже застонал. Его голова разрывалась от изумительно приятных чувств, никогда неведанных ранее. Все арбузы внутри холодные, но Ник был не такой. Его раскалённые руки, погружающиеся в мякоть, находили самые эрогенные зоны, размазывая по ним сливки, обострявшие чувства… Теряя контроль, арбуз слишком сильно сжимал партнёра, царапал, но тот даже не замечал – никакая боль не могла даже приглушить это страстное прикосновение влажных, потаённых частей Ази, которые проникали внутрь сырника, как зелье наркотического наслаждения… Нервы трущихся друг об друга тел, раскалённые до предела, непривычные к такой нагрузке, жалобно стонали в такт звукам, вырывающимся из ртов. Это не могло продолжаться долго – взрывом наступил оргазм, вокруг широким веером разлетелись чёрные семечки. Ослабевшие, но до безумства счастливые, партнёры обмякли, глубже погружаясь в блаженную густоту сливок. Ази нежно гладил пальцы Ника, а тот смотрел в ответ бесконечно ласковым взглядом, и шептал: - Я люблю тебя…