Не думая ни о чём

Его манящий, прекрасный взгляд янтарных глаз, хитрая улыбка, выдававшая обладателя с поличным и прекрасные, наверняка очень мягкие волосы. Всё в Син Цю было идеально, и его единственным минусом были лишь вечные подшучивания над лучшим другом. Но даже это минусом назвать трудно, не будь пусть и не самого доброго качества - Чунь Юнь бы точно в него не влюбился. Даже это было чем-то прекрасным, чем-то, к чему хотелось тянуться и избегать одновременно. Всегда, когда в голове экзорциста появляется мысль о лучшем друге, приходится мгновенно доставать мороженое, иначе ему поплохеет от наплыва эмоций. Чего хуже, он пойдёт на поиски Син Цю, что-бы всё ему рассказать, а это было бы самым страшным поступком в его жизни. Но он и сделать ничего не может. Лишь думать о янтарных глазах, хитрой улыбке и очень мягких волосах. Что же, совершенно понятно, что Чунь Юнь начинает есть всё больше мороженого, и всё чаще либо говорит что занят своими невероятными делами экзорциста (которые, вообще-то, можно было сделать и с Син Цю), либо что просто устал. И конечно Син Цю это не нравится. Ему нравится когда Чунь Юнь сидит рядом, погружаясь в медитацию или просто отдыхая, и конечно, когда сам Син Цю лишь увлечён интересной книгой, изредка окликая друга, что-бы дать прочитать ему какой-нибудь смешной момент, и услышать приглушённый смешок. Пожалуй, это были одни из лучших моментов их совместного времяпровождения. И Чунь Юню жаль, что ему приходится отнимать это у друга, у себя. Но так нужно. Цю поймёт, обязательно поймёт. Но потом, сейчас не время. Сейчас они будут вновь сидеть как в старые добрые времена. Сегодня Син Цю был увлечён чтением гораздо меньше, чем обычно. - Юнь Юнь - слышится приглушённый голос. - Да? - раздаётся так же приглушённо в ответ. - А тебе нравятся романы? - Син Цю поворачивает голову на друга, ожидая реакции. Тот открывает глаза, отрываясь от мыслей, и несколько секунд думает. - Ты же знаешь, я не часто читаю. А к чему вопрос? - Чунь Юнь склоняет голову, стараясь не всматриваться в чужие глаза. Неужели и вправду чужие? - Ох, не так важно. Просто я стал увлекаться ими всё чаще, решил спросить твоё мнение - поспешно объясняет Син Цю, кладя голову на колени, и смотря куда-то вбок. Странно, обычно он сразу возвращается к чтению. - Я, кажется, листал один.. - задумчиво произносит Чунь Юнь, поднося пальцы к подбородку - не помню. Но там точно было что-то про любовь - чуть улыбнувшись, он наклоняет голову, рассматривая чужое лицо. Про любовь... - Что же, ладно - кивает Син Цю, тоже переводя взгляд на друга. Вероятно, зря, ибо он не ожидал встречи с чужими глазами. Син Цю постоянно избегал зрительного контакта, ведь если заглянет в глаза Чунь Юня - непременно утонет в них, забудется и будет очень-очень долго смотреть, лишь сильнее утопая. И это ужасно, это заставляло задумываться о своих чувствах, эмоциях, размышлять на странные темы. И сейчас он тоже замер, будто чего-то ожидая. Самым комичным в этой ситуации было то, что Чунь Юнь тоже перестал двигаться, и тоже смотрел в чужие глаза. Нет, нет, нет, это ужасно, это просто ужасно! Точнее нет, это прекрасно.. Нет. Было бы прекрасно с любым другим человеком, в любой другой ситуации, но точно не так и не с Син Цю. Рука будто сама собой тянется к чужому лицу, осторожно, невесомо касаясь. Но Син Цю не хочет ждать. Он быстро прижимается к губам Чунь Юня, обнимает его за плечи, и целует аккуратно, будто боясь что его так называемый лучший друг исчезнет, испарится прямо в руках. Но всё хорошо. Никто не исчезает, не испаряется и не отталкивает со злостью. Наоборот, Син Цю чувствует на своих щеках холодные ладони, как ему с нежностью отвечают. К несчастью, Син Цю всё же отстраняется, тяжело выдыхает и вновь всматривается в чужие глаза. - Юнь Юнь, я... Не знаю что на меня нашло... - он хотел уже отодвинуться, уйти, нет, даже убежать, но ему не позволили - холодные руки вновь очутились на щеках, не давая уйти и заставляя обратить внимание. - Ах, ты даже не представляешь как я давно мечтал об этом моменте - почти шёпотом начал Чунь Юнь, проводя большим пальцем по щеке Син Цю, чуть склоняя голову набок. Это казалось чем-то странным и одновременно приятным. Будто что-то было не так, будто... Ох. Точно. Син Цю заботливо поднёс тыльную сторону ладони ко лбу друга, с разочарованием понимая, что он горячее чем должен быть. - Чунь Юнь, ты ведь просто перегрелся.. - вздохнул Син Цю, убирая руку - Как обычно, начинаешь вытворять что-то странное, а я лишь поддался соблазну.. - Син Цю печально усмехнулся, отводя взгляд - Что-бы там твой перегревшийся мозг не придумал, я явно не тот, кого бы ты хотел видеть. - Син Цю... Милый Син Цю, почему ты так вообще решил? - взгляд его всё ещё был прикован к чужим глазам. Сам Чунь Юнь, казалось, выглядел опьянённым, или что-то вроде того - Я хочу видеть лишь тебя, я хочу быть рядом лишь с тобой, я хочу любить лишь тебя, Син Цю - заключил Чунь Юнь, проводя рукой по чужим волосам, и отмечая для себя что они и вправду очень мягкие. - Не может быть такого... - еле слышно ответил Син Цю, лишь сильнее погружаясь в размышления. - Конечно может, Син Цю. Как он услышал? Почему он говорит это? Разве это может быть правдой? Разве Чунь Юнь не доказывал, что "О нет, я определённо не влюблюсь в кого-то, с кем хорошо знаком, это было бы ужасно"? Син Цю уже который раз вздохнул, и уткнулся в грудь своего друга, закрывая глаза. Друга ли? Через секунду его уже приятно гладили по голове, изредка целуя в макушку и что-то шепча. Неужели такое правда бывает? Неужели все те навязчивые мысли были не просто мыслями? Они правда смогли исполниться? Они обязательно об этом поговорят. Но точно не сегодня. Сегодня они будут лишь отдыхать в объятиях друг друга, не думая ни о чём.