Рыженькая проблема

***

Южная Каролина. Гринвилл.

       — Джон, Джон, не спи, слышишь меня? — крикнула Мэри в сторону задних сидений. — Да, мама        Им удалось добраться до Южной Каролины, однако все не так радужно, как они могли себе представить. Натан сел им на хвост еще в Шелби и, кажется, ранил Мэри, которая на этот раз была Стефани. Изначально, в их планах было избавиться от Натана и взять заначку матери, которая сейчас была в Джорджтауне, округ Пикенс. — Продержись еще пол часа, мы будем на месте, от Данин до Джорджтауна не очень много — хрипло сказала Стефани, выкручивая руль налево.        Джон ответил ей маленьким, отрывистым кивком. Мальчишка был немного дерганный, все-таки увидел своего отца. Детям же полагается радоваться возвращению кормильца семейства? Почему же у них все не так? Если приходит отец, приходит и боль, страдания, желание спрятаться и убежать, куда глаза глядят. Детям никогда не нужно было испытывать такие чувства.        Через 20 минут они уже подъезжали к месту, Мэри пару раз кашляла, а машину виляло по сторонам, Джон был встревожен. — Мама, все хорошо, я могу помочь? — Терпи, Абрам. Мне не нужна помощь.        Остальная часть поездки была тихой, пока Мэри вновь не схватилась одной рукой за живот, сворачиваясь в кашле. Сердце Джона ушло в пятки от того, как надрывисто кашляла его мать, издавая горловые хрипы и редкие стоны от боли. Машина опять завиляла по дороге, и Мэри, не справившись с управлением, вылетела на встречную полосу.        Джон подскочил, зажимаясь в угол машины. — Мама! Осторожно, я же говорил…        Резкий удар, сигнал, безудержный гудок автомобиля и все в ушах заложило, тонкий писк в мыслях, и хрипы Мэри. Приоткрыв глаза, Джон не смог сфокусировать зрение, все размыто в красный, желтых цветах. От фонарей и…крови? Мэри нагнулась над ним, хватая за обе щеки уже до ужаса слабыми руками. «Что происходит? Почему…» только и успел подумать Джон, как хрип матери вывел из мыслей, заставляя кое-как сосредоточить плывущее сознание. — Абрам… Ты, — Мэри не договорила, слегка поникая на маленьком теле сына, но вновь приподнимая голову, — Нил, Нил… Джорджтаун, на кладбище, под могилой Стефани Роуз, не доверяй никому, Нил, никому, слышишь меня? Все люди… Мэри вновь упала, на этот раз перегнувшись обратно на переднее сидение и уволившись на него полностью. Сердце бешено стучалось, Абрам старался воспринимать голос матери будто из-под воды. — Люди отвратительны, Абрам. Нил Джостен, не доверяй никому, помни Зои Джостен, беги, Нил.        Это было последнее, что услышал Нил Абрам Джостен. Сознание поникло, боль не ощущалась, а в мыслях была лишь Мэри Веснински Хэтфорд — ри.Мэри! Натан распахнул дверь, которая ударилась об стену с гулким звуком. Натаниэль сжался в руках своей матери, которая уже и сама не выносила своего мужа. — Тупая сучка! Что и сын твой, полное разочарование всех моих лет! Ты видела? Он не может даже разделать живого зайца, он не достоин носить фамилию Веснински, он — сын мясника.        Несмотря на дрожь по всему телу, Мэри встала прямо перед Натаном, хмуря брови. Ужас и страх, все два ощущения совмещались сейчас в сердце младшего Веснински. Мэри всплеснула руками по сторонам. — Он ребенок, Натан. Ему 4 года, ты понимаешь, о чем говоришь? — Это ты не понимаешь, Мэри. Я с 6-ти лет убивал подобных сопляков, как он!        Хлесткий удар о щеку Мэри, причем сильный настолько, что женщина упала на пол, ударившись боком. Натаниэль очень тихо сполз с кровати, так, что бы его не было видно. Натан же подошел ближе к Мэри, переворачивая ее на спину пинком ноги, и ею же надавливая на грудную клетку. — Я тебе еще припомню эти слова, пока буду резать твои сухожилия, а потом прижигать раны, что бы ты жила подольше. Давай мы расскажем Натаниэлю вместе, как я буду тебя убивать, а Натаниэль?       Что-ж, про него не забыли, Натан в два шага добрался до угла кровати, хватая младшего за запястье и кидая к матери. Едва он увидел ее, сразу ужаснулся. Облезлая кожа, насекомые на ее теле ползали и пищали, из глазницы выползали черви, пока Натан держал его за волосы стальной хваткой, пихая прямо в лицо Мэри. — А ты ведь мог помочь ей, На-та-ни-эль. Ты трус! Беглец и ужасный лжец, младший. Она могла быть жива, если бы не ты. Посмотри, во что ты превратил ее жалкое и бренное тело. Ты ведь будешь всех оставлять так, верно? — Дэвид… — Жив — Подержать        Наконец, он полностью отключился, оставив для своих мыслей лишь томную пустоту.