Method to the madness

      — Тихо!       — Сам заткнись!       Стоя лицом к друг другу, мужчины старались замолкнуть. Вокруг необъятное пространство темноты и куча заражённых, которые могут их сожрать, дайте только времени побольше. Зажав рот Минхо ладонью, Кристофер нахмурился и прикрыл свет фонарика тканью своей куртки. На коже даже сквозь перчатку ощущалось, как часто дышит бывший военный, а его глаза чуть ли не беспокойно бегали взглядом по лицу напротив. Они в этом сранном тоннеле уже пару часов бродили, пока так и не отыскав выход отсюда. Вообще, Чикаго никогда не нравился Минхо своим метрополитеном — сколько себя помнил, всегда стороной обходил данный транспорт и старался в городе на своих двоих добраться.       Кристофер схватил Ли за руку и, пока тот особо не очухался, быстро повёл за собой. Луч фонаря освещал путь тускло, потому что мужчина прикрыл его тонкой тряпкой, чтобы не привлекать внимания. Под берцами хлюпала вода из луж, разносясь эхом по тоннелю. Влажно и сыро, пахнет везде плесенью, особенно там, где находятся брошенные вагоны метро. Они поросли вьюном, плющом и всем, что только могло прийти в голову, стоило только взглянуть на металлические конструкции. Минхо старался не отставать от Бана, чтобы не потеряться здесь, в сырой и неприятной темноте. Бедро начало побаливать от такой нагрузки, отчего мужчина едва слышно что-то пробормотал себе под нос, потирая свободной рукой место, где под джинсами был уродливый шрам.       — Ты не устал? — тихо поинтересовался Крис, как только они дошли до завалов из вагонов и кусков дороги, что обвалились внутрь тоннеля.       — Нет, давай дальше. Нам ещё до госпиталя топать хрен знает сколько, — отмахнулся Минхо, быстро убрав ладонь с бедра. На самом деле там уже жутко горело и болело, а обезбол просто так тратить не хотелось, и так лекарств мало.       Вздохнув, Бан кивнул в ответ и прицепил фонарик к лямке рюкзака, чтобы тот не мешался. Подняв голову наверх, Крис примерился: высота была не очень большой, примерно с трёхэтажный дом, так что должны вылезти без проблем. Выпустив руку Минхо из своей, мужчина зацепился за торчащий поручень и рывком поднялся на крышу вагона, чуть не соскользнув вниз. Схватится удалось за кусок асфальта, что был достаточно удачной опорой для дальнейшего подъёма.       Минхо смотрел на стоящего наверху Бана, пока соображал, как подняться так, чтобы не сильно беспокоить разболевшееся бедро. Поправив лямки рюкзака и проверив кобуру с пистолетом, мужчина полез по вагону наверх. Несмотря на то, что болело не сильно, в какой-то момент Минхо зарычал сквозь зубы матом и присел на край одного из вагон, разминая болящую конечность. До поверхности оставалось совсем немного, но дальше подниматься Ли смысла не видел. По крайней мере сейчас, когда волна острой боли накатила с силой.       — Снова болит? Может, я тебя на себе потащу? — Крис присел рядом и беспокойно глянул на Минхо, пока тот не отрывал взгляда от ноги.       Больно. Больно. Больно.       — Не надо, у тебя и так рюкзак тяжёлый, а ещё я если сверху буду ты себе спину надорвёшь.       — Хо, не спорь. Я же вижу, как ты страдаешь.       Ли прекрасно знал, что спорить с Кристофером самая глупая ошибка в мире. Его даже заядлый душнила не переспорит, если дело касается заботы о ком-то. Прикрыв глаза, бывший военный устало вздохнул и промычал что-то себе под нос, хмурясь. Надо было что-то делать, не могут же они вечность сидеть тут, хотя Минхо бы не отказался часок другой провести в компании лунного света и тишины, лишь бы от него отстали. Но темнота, что сгустилась тут, внизу, давила собой и вызвала чувство тревоги не хуже больной конечности.       — Ладно… давай, но как только выберемся, не жалуйся, что у тебя спина болит как у каменщика.       — Хорошо, мой господин.       За такое обращение Крис получил подзатыльник, пока перетягивал рюкзак вперёд. На спине тут же оказалось несколько десятков килограмм живого веса, отчего Бан охнул, но встал, поудобнее подхватив под задницу. Руки Минхо сомкнулись замком повыше чужого рюкзака на груди, ноги плотно обвили под ношей. Бывший военный вот никоим образом не хотел стеснять товарища, но ничего не поделаешь, когда бедро болит как проклятое.       Залезать дальше наверх было очень сложно, но вполне поправимо. Выбравшись, Кристофер аккуратно ссадил Минхо с себя на землю, потягиваясь. Спина звучно хрустнула, после чего снайпер довольно замычал, жмуря глаза. Ли наблюдал за товарищем снизу вверх, невольно цепляясь взглядом за напряжённые плечи и спину, хоть в лунном свете почти ничего не разглядеть. Ещё повезло, что дождь не идёт, а то передвижение было бы затруднительным.       — Можем идти дальше? — поинтересовался Бан, повернувшись к Минхо, и поймал взгляд. Такой усталый, несколько заворожённый; Ли тут же глаза опустил на свою ногу. Сев перед другом на корточки, Крис взял того за руки и сжал в своих, смотря прямо в лицо напротив. — Сильно болит?       — Немного сильнее, чем обычно… — очень тихо признался Минхо, всё-таки глянув в глаза Криса.       Бан устало вздохнул и отвёл взгляд куда-то в сторону, но руки из своих не выпустил. Грел и пытался успокоиться, чтобы раньше времени не паниковать. Обезболивающее они нашли ещё в Калифорнии, когда держали путь сюда, в Чикаго, но спасательных капсул оставалось мало. Как и шприцов, которые тоже были не вечны и очень дóроги. Минхо виновато смотрел на Кристофера, кусая губу. Ему было стыдно за то, что он задерживает снайпера на пути к основной цели. Хотелось под землю провалиться от такого, но один Бан вряд ли дойдёт до госпиталя без посторонней помощи.       — Надо идти дальше, Хо. Ты сможешь ещё немного пройти?       — Я постараюсь, но боюсь, что придётся колоться…       — Давай, выхода всё равно нет.       Сняв рюкзак с груди, Кристофер открыл один из отделов и пошарился в нём. Вытащив шприц и капсулу, мужчина в пару ловких движений наполнил шприц, глядя на Минхо. Тот кивнул головой и отвернулся, чтобы не видеть, как игла войдёт в ногу. Боль от укола была, конечно, но не такая сильная, как та, что прямо сейчас сжирала изнутри.       — Всё, надеюсь, что на пару часов хватит, — ладонь в перчатке мягко потрепала по бедру, после же Бан выбросил в сторону использованные шприц и капсулу.       — Мгм… Остаётся только немного подождать, пока нормально подействует.       Минхо устало вздохнул и прикрыл глаза, откинув голову назад. Крис сел рядом с ним, сложив руки на груди, и глянул вверх. Луна светила слабо из-за полотна облаков, которые предвещали дождь; опустив голову на здоровое бедро Ли, снайпер прикрыл глаза и нахмурился. Ему не хотелось думать, что в случае опасности придётся убить Минхо, как он просил ещё в Калифорнии, когда они попали в западню. Тогда их буквально зажали солдаты «Параллелей» между зданиями и бедро у Ли болело от долгого бега. И именно в момент, когда казалось, что выхода нет, бывший военный прошептал Бану на ухо: «Если невмоготу — застрели».       Вспоминая об этом, Бан не заметил, как Минхо вплёл ладонь в тёмные кудри, мягко перебирая. В какой-то степени этот процесс его успокаивал и нёс чисто символический смысл. Опустив голову, мужчина едва слышно что-то пробормотал себе под нос и аккуратно погладил по щеке холодными пальцами. Кристофер вздрогнул и выпрямился, повернувшись на товарища.       — Если невмоготу…       —… застрели. Я знаю, Хо, но не стану этого делать. Не сейчас точно.       Ли издал горький смешок, глядя прямо в глаза. Они оба устали, оба хотели домой и выбраться из этого дерьма. Наклонившись, Минхо прижался лбом ко лбу Криса, положив руку на затылок. Ресницы слегка подрагивали, на кончиках же скопилась влага. Но Ли даже не всхлипнул, позволив слезам скатиться по щекам без единого звука. Крис смотрел на всё это с очень близкого расстояния, не решаясь что-то сказать или сделать. В ответ получилось только вымученно улыбнуться, что означало только одно — понимание. Понимание того, в каком незавидном положении они находятся. Того, что до цели почти рукой подать, но всё же, очень далеко идти до нужного места.       — Всё равно, если совсем пиздец будет, — застрели, не мучайся.       — Я подумаю.       — А я не прошу подумать, я говорю тебе, нет, приказываю это сделать в случае полнейшей жопы.       Минхо тихо плакал, голос его не дрожал, но в нём чувствовалась усталость и измученность от жизни. Кристофер взял мокрое лицо в ладони, поглаживая по скулам большими пальцами, и сам пустил слезу. Видеть такого Ли ему приходилось редко, а уж сейчас, когда им нужно идти дальше — тем более. Очень хотелось понять, как бы облегчить боль бывшего военного, но из всех возможных вариантов оставалось просто быть рядом. Столько, сколько Бан сможет прожить в этом проклятом мире.       — А ты бы меня застрелил, если бы…       — Да. Ты даже мог не спрашивать об этом, — Минхо прикусил губу не в силах сдерживать слёзы.       И они оба плакали, сидя друг перед другом такие, какие они есть на самом деле. Оба старались держать Джексон в безопасности, оба всячески отдавали себя во благо города. Но никто не знал, что эти двое израненных мужчин жаждут покоя хотя бы на миг. Как они хотят время повернуть вспять и оказаться там, откуда они пришли изначально. Но, опять же, если бы не выброс, они бы никогда не встретились. Хватаясь за плечи Кристофера, Минхо выл как побитая собака и матерился во весь голос, пока Бан крепко сжимал его в объятиях, стараясь не завыть вместе с ним. Они стояли посреди улицы, окружённые темнотой ночи и светом луны, пока где-то вдалеке маячили заражённые и щелкуны…       … Таща Минхо за руку, Кристофер всё ближе ощущал, как они медленно, но верно приближаются к нужному госпиталю. Здание огромной башней возвышалось над остальными разрушенными постройками, внутри неё горели какие-то огни. Видимо, туда пришли за запасами лекарств не только они, что Бана не особо радовало. Глянув на Минхо, сердце у мужчины сжалось до размера виноградной косточки. В рассветных лучах лицо Ли выглядело совсем плохо: под глазами залегли тёмные тени, щёки слегка впали от малого количества потребления еды. Прикусив губу, Крис мягко погладил холодные костяшки большим пальцем, ловя в ответ почти безразличный взгляд.       — Мы почти пришли, Хо. Скоро сможем нормально отдохнуть…       — Правда что ли?..       Минхо спросил это хрипло и тихо, так как всю дорогу молчал в отличие от Бана, который старался не молчать и говорил. Говорил много и долго, отчего под утро голос несколько скрипел и тоже был тихим. Кристофер в ответ слабо улыбнулся и кивнул в сторону госпиталя, видя в тёмных глазах бывшего военного огонёк. Это в некоторой степени вселило надежду в снайпера, что они действительно смогут отдохнуть там без приключений и уже после отправиться на поиски нужных медикаментов.       — Холодно тут, однако… — произнёс Бан, как только они вошли в помещение. Огни, которые они видели издалека оказались всего лишь бликами солнечного света. Значит из людей они тут единственные гости.       — Найдём из чего костёр разжечь. Пошли.       Минхо потянул товарища за собой, стараясь не особо торопиться. Бедро хоть и не болело с ночного укола, стоило не забывать, что оно вообще когда-то было травмировано. Поднимаясь по винтовой лестнице, Ли прислушивался к их собственным шагам, к звукам в здании в целом. Эхо здесь было очень даже хорошим, так что услышать посторонних не составило бы труда…       … Добрались до одного из врачебных кабинетов достаточно быстро, примерно за час или полтора. Сидя на полу, Кристофер разжигал костерок, смотря в разбитое окно. Там небо уже было ярко-голубым и солнце, кажется, начало палить нещадно, отчего границы улиц несколько поплыли как в мираже. Позади мужчины на диване копошился Минхо, выкладывая наружу их скромный паёк: тушёнку в банках, бобы, воду и кусочки вяленого мяса. Их хотя бы вместе с тушёнкой можно было подогреть.       — Ты есть будешь?       — А?.. — Бан повернулся к Ли, немного недоумённо моргая. Бывший солдат только глаза закатил и сел рядом, протянув одну банку с тушёнкой.       — Говорю, ты есть будешь?       — Да, спасибо.       Соорудив что-то вроде ручек и держателя из подручных средств, мужчины стали ждать, когда еда достаточно подогреется. Сидя плечом к плечу, Крис и Минхо молчали, наблюдая за языками пламени. Ли вытянул ногу с больным бедром, вторую же прижав к себе и положив руку на колено. Рассматривать его со стороны было интересно, чем и занимался Кристофер на данный момент. Точённые скулы, чуть впалые щёки, пару шрамов на коже в районе подбородка, губ и бровей. Бану его товарищ казался поистине красивым, даже чересчур, несмотря на то, в каких условиях они живут.       — Думаю, можно уже снимать, — вырвал из мыслей голос Минхо, который потянулся к подвешенным над огнём банкам с тушёнкой.       Завтрак они негласно решили провести в тишине. Слышно было только стук ложек о стенки банок, довольное хлюпанье и мычание. Что бог им не даст в качестве еды, на то они и уповают и радуются, что вообще смогли дожить до этого момента. Не каждому из людей было дано дойти до цели и они не стали исключением… Из отряда в семь человек их осталось только двое. Кристофер и Минхо. Они об этом старались между собой не обсуждать, но временами накатывало настолько сильно, что держать это в себе становилось до невозможного больно.       — Ребята были бы в восторге от здешних видов, — оставив пустую банку, Бан глянул на товарища, что тут же перестал жевать недавно открытые бобы.       — Наверное… — тихо выдохнул Минхо, убрав банку подальше от себя. Он только глаза на Криса поднял, слегка помявшись. — Крис…       — Хо…       Не нужно было много слов, чтобы понять друг друга и то желание, которое они отчаянно сдерживали на протяжении нескольких недель. Ли тут же обхватил лицо напротив ладонями, жадно целуя. Отчаяние чувствовалось в каждом движении, в каждом вздохе, отчего Крис целовал также, прижимая бывшего солдата к себе. Жар по обоим телам прокатился крупной волной, вызывая приятную дрожь. Минхо обхватил ногами талию снайпера, явственно упираясь в него крепким стояком.       — Кристофер, — запалмашно прошептал Минхо между поцелуями, с тихим стоном потираясь о чужое возбуждение, хорошо ощутимое через несколько слоёв ткани.       — Хо, — также тихо вторил Крис, повалив Ли на пол. Чужой вес ощущался настолько приятно, что когда пах к паху встретились, мужчины в голос застонали.       Хотелось до жути почувствовать друг друга ближе. Руки залезли под чужую толстовку, поглаживая по бокам и груди, намеренно задевая тёмные чувствительные бутоны сосков. Сорваться сейчас было крайне легко, но, держа себя в руках, Бан жадно и со всей страстью зацеловывал Минхо там, где доставал. Зубы периодически оставляли ярко-красные следы на ничем не прикрытой шее, запястьях и предплечьях. Ли вцепился в плечи Криса, выгнувшись навстречу, потому что очень хотелось и сильно мешала одежда. Нужно было её снять, чтобы не мешала, но снайпер решил иначе. Навалившись сверху, Кристофер специально посильнее потёрся о пах под собой, вырывая шипение:       — Блять, я тебя ненавижу…       — Ты меня обожаешь.       — Заткнись и делай!       Такой Минхо Кристоферу нравился больше, отчего Бан специально царапнул по бокам ногтями, в ответ получая ещё один стон. По мере того, как они друг другу притирались, крышу сносило от похабных действий, поцелуев и прикосновений, а в помещении становилось донельзя жарко. Ли как в бреду шептал имя старшего, цепляясь ещё сильнее, и стонал в голос так, что Кристофер невольно вздрагивал. Слишком близко, слишком горячо и сладко-тянуще внизу, отчего мужчины распалялись ещё больше.       — Крис! — коротко вскрикнул Ли, крупно вздрагивая, вынуждая Бана вместе с ним застонать и кончить. Одышка била по ушам в оглушающей тишине, где даже костёр в такой момент со своим треском казался чем-то далёким. Уткнувшись лбом в плечо Минхо, снайпер прикрыл глаза и сглотнул ком, вставший в горле.       — Прости…       — Похуй… я спать хочу…       … Внизу было холодно до невозможности, отчего зуб на зуб нормально не попадал. Не грела и найденная одежда, которую путники успели урвать до того, как за ними понеслась стая заражённых. Минхо послушно плёлся следом за Баном, стараясь не сильно отставать. Бедро не болело, только иногда беспокоило лёгким покалыванием, но это дело второстепенное. Освещая путь фонариками, путники направлялись по цокольному этажу в сторону мед-склада, так как это единственное место, куда точно бы не сунулись нормальные люди. До спуска мужчины прошерстили несколько этажей и то наткнулись лишь на остатки медикаментов или вовсе пустые помещения. Сырость и полумрак оставляли желать лучшего, когда под берцами противно хлюпали лужи из воды вперемешку с чьей-то кровью.       — Ты как хочешь, а я только больше не могу, — стянув со спины рюкзак, Минхо нашёл противогаз, тут же надевая защиту на лицо. Дышать стало полегче, особенно теперь, когда стекло отлично прикрывало глаза и их не шипало от едкого аромата гнили.       — Мы почти пришли, потерпи ещё немного, — устало вздохнул Кристофер, последовав примеру товарища, и через пару мгновений защелкнул замки маски на затылке.       Дверь, которая была тут последней, отворилась с жутких скрипом, будто ножом по стеклу поскребли. Вздрогнув и скривившись, Минхо осветил фонариком помещение, относительно целое для такого масштаба разрушений. Стеллажи с лекарствами поросли лозой, мхом и вьюном, что шёл сверху от пробитого потолка и вниз к полу. Крупных коробок было немного, больше всего бывшего военного сейчас интересовало обезболивающее, которого тут было навалом. Подойдя к самому дальнему шкафу, Минхо открыл его и присел на корточки, хоть бедро и слегка заныло от таких действий. Это ещё хорошо, что Кристофер полностью больную конечность не отдавил пока они…       — Да тут на целый город можно набрать можно… Правда, машины у нас нет, — немного хмуро произнёс Бан, рассматривая коробку с морфием.       — Попытаемся отжать у «Журавлей»?       Ли взял в руки коробку с сильным обезболивающим, тряхнув её в руке. Капсулы друг о друга звонко ударились, на что мужчина удовлетворённо хмыкнул, разглядывая этикетку, почти содранную с картона. Узнав, что срок годности ещё не вышел, Минхо засунул найденное к себе в рюкзак.       — Слишком рискованно соваться к ним. Нас и так не жалуют ни на каких военных базах после того случая.       — А, это когда ты поджёг бочку с бензином думая, что в ней дрова, и пустил по склону в сторону склада? Кажется, там были боеприпасы или что-то в этом роде.       — Ага, конечно… Там провизия была, которую мы могли, между прочим, тогда себе загрести в рюкзаки.       Минхо глухо рассмеялся, зажимая рот ладонью в перчатке. От одного только воспоминания становилось смешно, а когда Крис это подтвердил, совсем весело стало. Кристофер хмуро глянул на товарища, но всё равно в улыбке расплылся, а после и сам не смог сдержать смеха. Представить себе нетрудно было ту ситуацию. Закат, двое парней стоят рядом с бочкой: один поджигает, другой смотрит на первого; горящая тара в аккурат покатилась по крутому склону к складу с провизией, сжигая палатку до тла. Согнувшись от смеха пополам, мужчины глядели друг на друга, стараясь остановиться, но всё было тщетно — смех в буквальном смысле их съедал.       — Ой, бля, сколько ж нам тогда было? Лет по двадцать? — кое как отсмеявшись, поинтересовался Минхо, сморгнув под стеклом противогаза слёзы.       — Да нет, меньше немного, восемнадцать точно, — Кристофер помог подняться Ли с пола, подав руку помощи. Когда товарищ твёрдо встал на ноги, снайпер не удержался от того, чтобы не потрепать по волосам. Минхо только фыркнул в ответ, шутливо ткнув в бок Криса.       — Лучшее, что ты тогда мог сделать, так это бросить ещё гранату вдогонку.       — Хо!       …Закат на улицах был поистине прекрасен. Оранжевые полосы ложились на потрескавшийся асфальт и разбитые здания, поросшие всякой зеленью, что в лучах уходящего дня казалась слишком жуткой и мрачной. Минхо, покрепче сжав поводья в руках, смотрел на дорогу по которой они ехали, кусая губу. Лошадь, которая была оставлена ещё где-то на входе в Чикаго, удивительным образом нашла их спустя почти неделю отсутствия, что было только на руку путникам. Нагруженная сумками, кобыла ещё несла на своём крупе двух мужчин, так что ей можно было благодарность выдать в виде яблок или морковки по возвращении в Джексон.       Ли прищурился от луча, что светил прямо в глаза, и остановил лошадь. Крис, сидящий сзади, поудобнее обнял бывшего военного, поставив подбородок ему на плечо. Щурясь, они молча наблюдали, как с каждой минутой солнце уходит за горизонт, прячась за раздолбанными зданиями и руинами, что остались тут с незапамятных времён. Минхо устало вздохнул и отвёл взгляд куда-то в сторону, натыкаясь на лицо Бана.       — Красиво. Жалко, что Феликс с нами не поехал, — снайпер умильно расплылся в улыбке, глядя на Минхо почти устало. Почти, потому что конкретно сейчас Бан чувствовал себя прекрасно рядом со своим товарищем.       — Да, ему тут понравилось. Но у меня один только вопрос. Крис, какого фига ты о нём говоришь?       — Ты что же, ревнуешь меня к своему младшему брату?       Ли не ответил, целуя несколько жадно, ещё и прикусив губу в отместку за такой вопрос. Бан весь вздрогнул, поудобнее обхватив руками талию Ли, отвечая на поцелуй. Злой Минхо — привычный Минхо, потому что если бы он не злился, можно было бы подумать, что бывшего военного подменили. Такого Кристоферу точно не нужно было, посему он не кусался в ответ, больше углубляя поцелуй и периодически улыбаясь в губы напротив.       — Домой приедем, я тебя сожру и не пожалею об этом.       — Только давай не как в прошлый раз? Я до сих пор не могу оправиться от той генеральной уборки по квартире, — Бан провёл носом по щеке Минхо, отчего тот прикрыл глаза и тихо проурчал что-то себе под нос.       — Я подумаю. Может быть и ремонт в нашей комнате такими темпами заставлю тебя сделать.       Кристофер якобы вымученно застонал в духе «ну не надо, Хо!» и выпрямился. Ли на такое злорадно хихикнул, пришпорив лошадь. Однажды он всё-таки заставит своего товарища это сделать, если не сейчас то в ближайшем будущем уж точно.       — Знаешь. На самом деле, это не такая уж и плохая идея, — немного погодя отозвался Бан, когда они уже минули ворота, ведущие из города прочь. Позади себя они оставляли всё то, что пережили в этой поездке и никому не расскажут, что же они тут делали. Не в этой жизни.       — Что, решил всё-таки отремонтировать комнату?       — Да, покрасим стены в мятный цвет, как ты и хотел. Можем попробовать смешать с чёрным, чтобы получить какой-нибудь узор.       Минхо задумчиво мыкнул себе под нос, немного улыбаясь. Идея показалась очень даже заманчивой, на что Ли был не против. Потрепав свободной рукой по замку из ладоней на своей талии, мужчина ещё немного пришпорил кобылу, чтобы та прибавила шагу.       — Давай попробуем в стиле акриловых картин?       — Это как?       — Когда на стену наливаешь сначала один цвет, быстро его распределяешь, потом другой цвет льёшь и смешиваешь с тем, который уже есть.       Кристофер задумался. Неплохо звучало, осталось только нужные краски поискать по дороге домой, в лучшем случае, если что, попросить Хёнджина сделать мятный цвет, потому что чёрной краски в городе навалом. Ли молчание старшего понял по-своему, так что мешать не стал, смотря на дорогу…       …В квартире стоял шум и гам, потому что парни носились туда сюда и не давали никак расслабиться. В какой-то степени Минхо чувствовал себя как мамка-утка, которая должна следить за тем, чтобы ни один утёнок не пострадал. Кристофер тоже не отставал, сейчас помогая Феликсу украсить ёлку гирляндами и шариками, пока сам парень чуть ли не запутался в цветных дождиках.       — Уён, помоги мне на кухне, пожалуйста! — крикнул Ли, нарезая крупным кубиком огурцы и помидоры. Хотелось приготовить что-то достаточно лёгкое, чтобы не заморачиваться на это Рождество как в прошлом году.       — Что-то надо нарезать или почистить? — Чон вошёл на кухню весь растрёпанный и красный, потому что совсем недавно выбрался из лап Хёнджин и Хонджуна, которые сейчас чуть ли не терризировали бедного Чонина своими вопросами по поводу путешествий в Бостон. Минхо звуки с мольбами о помощи только глаза закатил и пхикнул себе под нос, пододвинув в сторону помощника доску с мясом.       — Да, мясо кубком порежь и кинь в кастрюлю на плите, пусть варится.       — Слышал, вы с Крисом в Чикаго ездили. Как там ситуация с «Журавлями»?       — Как… Мы к ним даже не совались, на фиг надо было.       Ли, нарезав огурцы с помидорами, кинул их в глубокую миску и взял в руки две деревянные лопатки. Перемешивая, мужчина едва улыбнулся и глянул на усердно помогающего Уёна, который пыхтел и сдувал со лба лезущие на лицо пряди. Перемешав овощи, Минхо подошёл ближе к парню и аккуратно собрал тёмные волосы в хвост на макушке, за что Чон был безумно благодарен.       — Спасибо, а то прям надоели.       — Не за что, кстати, как проходили патрули, пока нас с Крисом не было?       Уён оторвал взгляд от своих рук и ножа, глянул на Минхо, после снова вернулся к работе. В глазах парня можно было увидеть некое беспокойство, что не совсем понравилось Ли, но он решил промолчать. Если Чон захочет, то сам обо всём расскажет, нечего давить на парня.       — Феликс, ёлку держи! — раздался голос Кристофера из гостиной и под всеобщий смех остальных парней, кажется, дерево было спасено от падения. Видимо, кто-то задел праздничное дерево, вот оно и норовило упасть на пол.       — Ащ, да как ты так её поставил? — а это был уже Хан, который до этого занимался тем, что просто у камина сидел и грелся.       Уён и Минхо глухо засмеялись, смотря друг на друга. Это Рождество точно будет самым весёлым и любимым в жизни Ли. Ведь нет ничего важнее, чем провести праздник в кругу близких людей и того, кто прямо сейчас пытался спасти жизнь бедной ёлки…       … Обхватив кружку с чаем ладонями, Минхо сидел перед камином и смотрел, как языки огня медленно затухают, если вовремя не подкидывать и не ворошить дрова. Кинув пару палений в нишу, бывший военный устало вздохнул и пригубил кружку, ощущая горечь слишком крепко заваренного чая. Нужно было напомнить Кристоферу, чтобы он в следующий раз не забывал про чай так надолго. Запахнувшись в плед, мужчина едва слышно что-то пробормотал себе под нос, наблюдая за огнём. Хотелось бы, чтобы мысли о той поездке стёрлись на какое-то время, особенно сейчас, когда бедро снова начало болеть, хоть обезбол сегодня был принят чуть ли не несколько раз. Сунув одну руку под плед, Минхо аккуратно потёр то место, где болело больше всего, и тихо вздохнул.       — Болит? — раздалось рядом, отчего Ли вздрогнул и чуть не уронил кружку, крепко сжав её в руке.       — Немного, ничего страшного. Пройдёт скоро.       Кристофер сел на пол, подогнув ноги к себе, и глянул на Минхо несколько беспокойно. Ли знал, что сейчас опять начнётся свистопляска с заботой, отчего слегка скривился и поставил кружку подальше от себя, повернув голову к товарищу. Смотрели они так друг на друга пару минут, пока Бан не произнёс очень тихо:       — Хо, мы же оба знаем, что болит и будет болеть всю жизнь.       — Прости, просто… Сам понимаешь.       Бан всё понимал, потому и сел ближе, обнимая покрепче, чтобы обернуть собой всего Минхо. А тот только прикрыл глаза, прижимаясь ближе, и обнял в ответ. В тишине и при треска камина было тепло и уютно, особенно сейчас, когда между ними не было никаких проблем и сомнений, что что-то может пойти не так.       — Справимся, всё нормально будет. Я ещё подумаю, как тебе помочь, обещаю.       — Спасибо тебе, Крис. Я тебя очень люблю.       Слова давались с трудом, но это было им необходимо. Особенно тогда, когда казалось, что ничего хуже быть не может, чем потерять друг друга или доверие, что выстраивалось долгими годами.       «Если невмоготу — застрели» — иногда будет неким напоминание о том, что мир живёт по методу безумия, который в конечном итоге придёт к одному результату…