"Говяжье" мясо

      Девяностые годы двадцатого века, Россия. Что представляете себе при этих словах? Расцвет ОПГ, развал некогда огромной страны, нищета. Что ж, это правильные мысли.       Исидор Поляков был ещё мальчиком, лет шести, когда застал тысяча девятьсот девяносто шестой год. Хотя жили они в сталинке, но всё лето и недели две зимой, маленький Исидор вместе с со старшей сестрой Василисой и родителями жил в деревне Загорово.       Сама деревенька уже тогда была не особо большой. Да и молодёжь туда не ездила, лишь старики и старушки были там.       Исидор уже не вспомнит, что теперь стало с той деревушкой. Но туда он точно не поедет. Ведь он не хочет видеть тот сарай отца, где он нашёл мясо, о происхождении которого лучше не знать.

***

      Зимой всегда было холодно, а беря во внимание то, что новогодние каникулы семья Исидора проводила в деревеньке, не самой шумной, то градусник мог спокойно понизиться до минус двадцати пяти.       Электричество было, но лампочки могли легко перегореть. А греться можно было только с помощью старенькой печки, которая была построена ещё в двадцатых годах. Ещё семья Исидора голодала, из еды почти отсутствовало мясо и всякие сладости типа конфет, леденцов и прочее.       Ещё в семье из четырёх человек жил пёс по кличке Тузик. Это был среднего роста пес белого цвета с одним слепым глазом. Пёс был любимцем семье и той самой «жилеткой для слёз» для Исидора и его мамы. Потому что чем больше он находился в доме, где тепло только от печки, чем быстрее он желал окончания каникул, чтобы вернуться в город, преодолев три километра пустынной дороги с редкими магазинчиками.       Однажды Тузик куда-то пропал на весь день, но вернулся под вечер. Пёс вилял хвостом, держа кулёк в пасти, где виднелось что-то красное. Тузик положил кулёк под ноги отцу Исидора — Виктору.       Когда он занёс кулёк в дом и развернул его там лежал кусок красного мяса. Мать, обрадовавшись, начала готовить суп, наконец-то добавив туда мясо.       Сам Исидор очень боялся, что это окажется сном и ел быстро, не особо думая о том, а где собственно Тузик нашёл мясо.       Списав всё на соседку, жившую неподалёку от их дома, Исидор успокоился, раздумывая о том, что возможно, завтра всё повторится снова.

***

      На следующий день, когда Василиса почитывала книгу, взятую из города, к ней подошёл брат и, подняв голову, спросил: — А сегодня тоже будет суп с мясом?       Василиса посмотрела в карие глаза братца. Исидор, даже за время нахождения в деревне не сбросил вес. Он так и остался пухлым восьмилетним мальчиком. — Нет. Ты же знаешь, Тузику просто повезло найти мясо. Как-будто он всегда будет тебе приносить его! — сказала она, явно насмехаясь над наивностью брата.       Исидор лишь надул щёки. Ему никогда не нравилось отношение сестре к нему.       «Я не такой глупый! Я знаю, что так не будет все каникулы, но помечтать же можно?» — думал он, несколько злясь на такое пренебрежение к своей персоне.       Что ж, мяса, как говорила Василиса, не было дня два. Но потом Тузик снова притащил пакет со знакомым краснеющим куском. Исидор был этому очень-очень рад. — Завтра ты, Иси, можешь приготовить сам мясо. Мама решила, что тебе надо учиться готовить! — сказала Василиса, — Ты же выполнешь это поручение?       Мальчик согласно закивал. Ещё бы! Ему поручили приготовить суп самому, а значит, он уже совсем взрослый. — Вот тебе рецепт, завтра приготовишь по нему обед. Послезавтра всё равно уедем, а так хоть поедим, — улыбнулась Василиса.       А потом она велела ему лечь спать. Но спать мальчик не мог. Его сердце радостно билось, что он во второй раз поест это чудесное мясо.        Он был настолько рад этому предстоящему событию, что смог уснуть лишь под рассвет.

***

      Сегодня Исидор в первый раз самостоятельно готовил суп. Ранее он ограничивался чаем, бутербродами и омлетом.       Промыв мясо под проточной водой и смыв кровь, Исидор начал резать. Его внимание привлекла странная выпуклость.       Мальчик отложил нож и начал рассматривать находку. Это был сосок, но он не принадлежал свинье, а был больше.       «Но чей же он? Это не свиной, у коров таких и подавно нет, но что это за мясо?» — подумал Исидор.       Он с отвращением порезал мясо на куски, разрезав непонятный сосок и быстро кинул его в кастрюлю. Потом в суп попала мелкая картошка и две дряблые морковки. Поставив на плиту, мальчик с отвращением смотрел на булькающий суп.       Из головы не выходил сосок, который он видел на алом куске мяса.       Стоит ли говорить, что есть он суп не стал. Почему-то ему было противно смотреть на суп, где плавал небольшой кусочек этого непонятного мяса. Но его семья с преспокойством ела, а отец ещё и нахваливал суп. — Я, пожалуй, ограничусь бутербродом с колбасой, — сказал Исидор, кладя на полусухой батон такую же сухую колбасу со вкраплениями моркови и зелени.       Мать удивилась, но ничего не сказала. Дожевав бутерброд, Исидор пошёл спать.       Спать он лёг рано, да и не хотел видеть он как семья ест суп с непонятным жилистым мясом.

***

      Остальное Исидор умалчивает по поводу своего «каннибальского» детства. Он уже допускает то, что с приходом девяностых его семья могла есть совсем не курицу или говядину. — Я не ем мясо ещё из-за того, что в детстве у меня была одна травма, — сказал Исидор, пожёвывая жвачку, — когда мы должны были уезжать, я решил по следам нашего пса узнать, куда я ходил.       Снег ночью не выпал и я без труда различал собачьи следы. Минуты через три, я дошёл до старого отцовского сарая.       Из него пахло гнилью, но я, являясь глупым ребёнком, зашёл в него.       Там меня встретили въевшиеся в пол пятна крови, скелеты, очень похожие на людей, полусгнившие человеческие тела без рук, ног или просто без куска мяса. От ужаса я не смог кричать или звать на помощь. Осознание пришло как-то внезапно: мой отец тайно убивал людей или ему кто-то поставлял их. — Исидор! — раздался строгий окрик отца, — Где ты? Мы уезжаем! — Сейчас! — крикнул я и побежал прочь от сарая с останками.

***

— Я больше никогда не заикался об этом, потом забылось, но страх перед мясом остался, — закончил Исидор и, попрощавшись, ушёл домой.       В свете фонарей мелькнула чёрная куртка и пропала из виду.