подсобка и ее способы раскрепостить

Не то чтобы Крейг не любил учавствовать в различных студенческих мероприятиях, вернее будет то, что парня с последнего ряда, прячущегося за соседкой впереди, априори никто не захочет выхватить в роли главного персонажа на сцене перед сотнями человек. Но вот второстепенную никто не зажадничал. Все «необязательные» конкурсы заканчивались тем, что вечер среды Такер проводил не дома за игрушкой, а стоя на сцене перед незнакомыми людьми и рассказывая текст, который перед этим учил ещё неделю. Неординарное разбавление серых будней. Особенно приятно, когда к участию подключают ещё и Кенни — его мастерство забывать текст, но там же импровизировать, смешило парня едва ли не до слез. Что не скажешь о Тестабургер, что едва ли не седыми волосами покрывалась и в конвульсиях не билась на полу, стоило кому-то на сцене лишний раз заикнуться. Но это все равно не помешало ей вступить в театральный кружок и выступать главным направляющим во всех сценических мероприятиях. Даже помогло. И даже эта промозглая зима не увенчалась успехом принести ребятам несколько дней отгула. Прямо перед чередой праздников им на голову упала тематическая пьеса, а возможности пропустить никакой — весь класс принимает обязательное участие. Впрочем, как обладателю одной сцены со словами в полуторачасовом представлении, Такер особо не возникал. Бебе вот была главной персонажкой на пару с Брофловски, вот где два вспыльчивых огонёчка идеально дополнили общий нервный настрой всей группы участвующих. И даже Венди с Мистером Мэки с переменным успехом внесли в это улучшения — общими усилиями их и ещё парочки ребят, сценарий подкорректировали под полноценный юмористический номер. Ведь невероятно комично получится, если парень будет играть женскую роль. Так комично, что Такер едва ли вытягивает лицо в одобрительной улыбке Мистеру Мэки, что одобрил идею Тестабургер. Впрочем, в рамках комичного-школьного выступления это действительно что-то «экстравагантное», едва ли не арт-хаус в своём самом ярком проявлении. И радовало, что такой участи его крайне не подходящая платьям фигура и проблемная для макияжа кожа не удостоилось: Такер надел бы платье и заучил женскую роль, но раз судьба решила предоставить это явно на другой случай, то не радоваться он этому не мог. Фоновый персонаж с парочкой фраз — верх его актерского мастерства и желания играть вообще. Но вот что позабавило, так это лицо Твика, стыдливо поджимающее губы после услышанного. — А я говорил тебе подстричься, — Так уж вышло, что из всех парней их не самой талантливой труппы, именно он обладает самим объемными волосами и худой фигурой, втиснуться которой в женское платье будет чуть легче, чем остальным. И как назло сказать что-то против он не мог — уж больно не любит Твик перечить наставникам, особенно таким важным как Мистер Мэки и менее важным, но более вспыльчивым как Венди. — Единственное, в чем я с тобой буду согласен до конца своих дней, Тестабургер, — Подаёт сбоку Картман, заговорщически поглядывая то на девушку, то на Твика, — Это в роли Твика здесь. Окружающие, словно герои типичного шоу на телевизоре, стоящего на кухне для развлечения мамаш во время готовки, поморгали и неловко перевели взгляд на Венди, ожидая ответного выпада. — Очень оригинально признание в том, что тебе нравятся парни в юбках, — Хмурится она в эту секундную тишину, потянув за собой следом смешки всех присутствующих. На лице Эрика взрывается весь запас его эмоций — кажется, в арсенале только злостные и ликующие, но вторые явно были подавлены первыми. Бам-с! Крэйг уже видит, как сумасшедшие таракашки в его голове впопыхах пишут новые сценарии унижений. Когда хотя бы одним краешком пальца задевают его величественное эго, на большом лице это отображается прекрасно, словно на огромном баннере: он едва ли не пыхтит от злости, спешно стараясь придумать что-то более оскорбительное, чтобы не потерять свою и так отсутствующую репутацию среди ребят, но попытки подумать пресекает внезапно вошедший психолог, дабы утвердить роли и проверить сохранность ребят с реквизитами в одном помещении без руководителей. Следом — вопросы к Венди, ведь она руководит процессом, хоть и это звание ей не присваивали официально. Негласный лидер, который не против взять ответственность на себя, прекрасная девушка и находка для подобных мероприятий! — Директриса Виктория зайдёт сюда через час, проверить что мы приготовили и не опозорим ли школу на мероприятии, — После десятиминутных расспросов тяжело выдыхает девушка, пока сзади Бебе легонько сминает её плечи. — То есть, здесь торчать ещё час? Слышится недовольное сбоку, пока Такер примеряет бюст какого-то писателя на голову Кенни. Возможность оставаться здесь на час делает его заранее ещё более уставшим. Венди кивает, чтобы практически сразу всплеснуть руками: — Учите роли, одевайтесь, всё должно быть прекрасно, если не хотите сидеть тут ещё больше, — Послужило спусковым крючком, после которого все принялись разбегаться во все стороны в поисках нарядов, текстов и прочих сценических штук. Крейг окинул взглядом уже пустующую сцену, вынул из-за пазухи свернутые и изрядно помятые листы текста, чтобы быстро пробежаться по ним глазами и свернуть в темное закулисье, дабы найти одну из каморок с нарядами. Учить текст, который ты заучивал до этого целую неделю было бессмысленным, поэтому стоило одеться. Благо память у него хорошая, а вот тело ещё должно привыкнуть к допотопной одежке их актерского инвентаря. Глаза потихоньку привыкают к темноте, а бушующие подростки бегают туда-сюда, нервничая, крича друг на друга и смеясь одновременно. Кажется, дать власть тинейджерам идея спорная. С ног чуть не сбивает Бебе, в панике пытаясь завязать корсет и глазами рыская по маленькому коридору в поисках помощника. Оглянула Крейга и махнула рукой, устремляясь к другой девушке позади. До прихода Виктории час, а кричат все так, словно уже вот-вот начнётся выступление. Возможно, Такер не нервничает так же лишь по той причине, что его роль незначительна и появляется со словами лишь в одной сцене, но всеобщая паника все равно легонько сбивает с толку. Спасибо за отсутствие хорошо развитой эмпатии. Самая большая каморка, а в ней укладывающий свои волосы Клайд, смеющийся Маккормик и спешно натягивающий штаны Картман, пробирающий на улыбку. — А принцесса где? Знакомой белой макушки, что должна была сверкать в платье не наблюдалось, а на такое глянуть заранее уж очень хотелось. Твик ещё не надевал свой сценический наряд до важных репетиций, хоть и постоянно мозолил глаза. — Черт его знает, просит помощи в макияже у девушек, наверное, — Хмурится в пыльное зеркало Кайл, поправляя мятую рубашку. — В макияже? В ответ самый не добродушный взгляд в мире, заставляющий Крейга спасительно поднять руки вверх и найти свой костюм. Всё налегке, от этого он чувствовал себя спокойнее всех присутствующих в разы. Голоса в коридоре стихали, парни молча учили роли и не возникали лишний раз, что удивительно. Крейг почувствовал себя лишним рядом со столь сосредоточенными людьми, даже гребанный Маккормик не мог побеситься с ним в данную минуту, а потому было принято самое лучшее решение — выйти из душной комнатушки в поисках главной принцессы спектакля. По крайней мере, для самого Крейга. Коридор пахнет сыростью и ожиданием, нервным, таким тягучим и напрягающим. Наверное, лишь поэтому Крейг не смог играть бы на большой сцене: ждать своего выхода на сцену и бояться облажаться, чувствовать, как самые уверенные люди сомневаются в себе и нервничают… Такер выплывает из комнаты и медленно шагает, прислушиваясь к приглушённым голосам. На сцене собрался народ, в комнатах по бокам кто-то матерится и передаёт ауру напряжения по всему залу. Такер шагает в жутко неудобных ботинках, ведь негоже в такой постановке выступать в кедах, а подходящую обувь нашли лишь на размер меньше. Вытирает пот со лба, появившийся то ли от нервов, то ли от духоты помещения, глухо и вместе с тем на пару мгновений теряет весь запас воздуха: от двери сбоку слышится скрип и чья-то крепкая рука хватает за предплечье, утягивая внутрь. Крейг не успевает даже среагировать, как тут же напарывается на какой-то склад коробок и слышит спешный хлопок двери — закрыта. Забыв вдохнуть, он свыкается с гремучей темнотой маленькой комнаты, в которую не входит даже самый маленький проблеск света. Тут ещё дурнее, душнее и нервнее, а цепкие руки неаккуратно проходятся по туловищу, будто ориентируясь. Они же резко останавливаются, будто удивлённые отсутствием препирательств со стороны жертвы: Такер чувствует тяжёлое дыхание рядом, пока собственное сбито из-за столкновения с холодной стеной позади. Они стоят так с пару секунд, прежде чем Крейг решается наконец-то задействовать собственные руки. Отсутствие намека на фигуру, грудь и мягкие волосы дали моментально уловить всю суть происходящего, но совершенно не угомонили сильно бьющееся сердце. Спускаться ниже, чувствовать тонкий подол юбки и осознавать. Платье старое, потрепанное временем: ткань максимально тонкая и лишь на талии создаёт уплотнение, ведь там все отделано под корсет. Оно напоминает шаль и Такер уверен, находись они в хорошем освещении и принадлежи его внимание сейчас этому платью, а не тому кто его носит, то нашёл бы там шквал дырочек, что с удовольствием наделала прожорливая моль. Впрочем, его одеяние не лучше, но какой толк, если его время на сцене не займёт и десяти минут, а ближайший зритель в двух метрах от тебя? Удивительно смелый Твик приближается быстро и нагло, стирая попытки задать вполне подходящий к данной ситуации вопрос, но и этим самым приумножая данное желание на ноль. Очень не похоже на его обычное поведение, чем заставляет Крейга держать легкое удивление на лице весь процесс. Губы резко падают на чужие. Удивление усиливается, как только Крейг чувствует липкие и до безумия пахучие губы, вместо привычных сухих и слегка грубых. Они нравятся ему такими, какими были и есть, но то, что они пахли гребанной вишней и их структура была такой липучей, будто он окунул их в мёд, заставляли черноволосого первым приоткрыть рот и захватить их. Такер не так чувствителен к касаниям и словам в такие моменты, как к запахам. Не самое лучшее место для чего-то подобного, но каков был старт… Сырость подсобки перебилась запахом вишни, старой ткани и запахом Твика. Парень возбудился мгновенно, стоило почувствовать такие разные, но в момент смешанные и горячие вещи. Твик целует в скулы и едва ли не вылизывает, пока руки бродят по всему телу парня: его вечный тремор можно было успокоить только в моменты максимальной сосредоточенности, куда входит и его собственное возбуждение. Мелочь, которую Крейг никогда не озвучит, но и никогда не упустит мимо. — Ты же в гребанной юбке, — Шепчет улыбающийся Такер, стоит рукам принять активное участие в происходящем и опуститься на бёдра. Вместо грубой ткани джинс, там оказался совершенно нежный и нескончаемый подол юбки, доходящий до щиколоток. Что-то непривычное и странное, но заставляющее разогреться огню внутри больше. Твик никак не реагирует на его фразы, лишь смиренно молчит и целует в шею, будто отвлекая от того, что делают его руки — они ловят пряжку ремня на сценических брюках Крейга, щёлкая ею пару раз и вызволяя парня из крепкой хватки искусственной кожи на бёдрах. Потому единственное, что помогает штанам не свалиться с худых ног Крейга — застежка и цепкие руки Твика, двусмысленно блуждающие по всей зоне его бёдер. Глаза черноволосого округляются, стоит услышать приближённый звук у двери и краем глаза заметить, как тени навязчиво прыгают в маленькой щелке внизу двери. — Я без понятия, где этот чертов бюст, а тем более, где сейчас Твик! Нет его — нет бюста, а как найду, сделаю второй из него за компанию, — Такер подавляет смешок, а позже замечает в углу комнаты идеально белого, едва ли не сияющего во мраке Шекспира без половины туловища. Командующая всеми Венди наверняка знает что он тут и для этого поручила ключи Твику, дабы тот перетащил его на сцену. С каким успехом эту дверь могли выломать, при длительном отсутствии двоих? Ведь сколько прошло времени с попадания сюда, парниша и приблизительно отсчитать не сможет. Глаза вновь пугливо распахиваются в трусливом осознании того, что их могут поймать… Но это было совсем лишним — это доказывают руки Твика, в секунду расстегнув молнию брюк стоящего столбом парня. Прямо тут? И как бы ничем не сокрушаемый Крейг не реагировал на данные манёвры своего, на минуточку, до чертиков тревожного молодого человека, его член предательски набухает сильнее, уже по инерции поддаваясь вперёд к ладони. Такер ловит пронзительный взгляд зелёных глаз на себе, будто в немом вопросе. Такой искренний и невинный проблеск показался слегка смущающим… До того самого момента, как смотря этим же взглядом на взбудораженного парня, Твику удаётся чуть приспустить его брюки. Кажется, он немного не так расценил совет Крейга слегка раскрепоститься к предстоящему моменту выхода на сцену в женской юбке. Вишневые губы рвано целуют мягкие губы напротив, будто отвлекая от хватки на члене Такера через боксеры. Все кажется невероятно громким, будто в комнату проведено с десяток громкоговорителей и его резкие вздохи слышит весь зал, каждый проходящий мимо зевака. И будто Твик целует в доказательство тому, что нужно быть тише, ведь найти оправдание человеку, что полгода назад был до безумства стеснителен в таких темах, сейчас просто является чем то невозможным. Под подолом юбки Крейг нащупывает твёрдое уплотнение, издающее жар даже через два слоя ткани. Гребанный Твик! Держать руки одновременно на паху своего искусителя и позволять ему пробираться под резинку трусов не совсем удобно, потому Крейг сдаётся в этой войне и позволяет тёплой ладони коснуться уже ничем не скрываемого члена. С первыми движениями руки губы открываются чуть шире, а глаза непроизвольно закатываются. Твик резко взгромоздил свою коленку между ног парня для собственной опоры. Горячее дыхание отдаёт в исцелованную шею, по ощущениям точно воспламеняя ее к чертям собачим, пока тонкие пальцы сжимают его член и плавно двигаются в заданном темпе. Крейг буквально валится всем телом на долбанного Твика в сценическом платье, кончиками пальцев сжимая подол его юбки и вдыхая запах шеи. Каждый маленький вдох, стон и неразборчивое шептание казалось для Такера самыми громкими действиями априори. Он умалчивает о хлюпанье, доносящемся снизу с помощью рук его парня, о том как Твик сам поджимает губы и сбивается с темпа, стоит Крейгу несколько секунд стимулировать его возбуждение под двумя тонкими слоями ткани. Шея влажная от поцелуев и хранит на себе след от лёгкого укуса, а одну ладошку парня беловолосый и вовсе взял в свою, дабы подарить самый нежный поцелуй, слегка щекочущий тонкую кожу кисти. Такер улыбается и убирает руку, вовлекая в новый поцелуй. Какофония из собственных звуков и тех, что возникают за не самой надежной дверью уже не так пугает — она вообще не волнует парня, когда его ноги начинают подрагивать, а сердце биться быстрее. На щеках румянец и следы помады, но пока бёдра Крейга двигаются в такт движениям чужой руки, ничего не имеет смысла. Температура растёт, черноволосый чувствует как ко лбу прилипают непослушные прядки волос и как учащение дыхания доходит до критической точки. Он не в состоянии ответить на поцелуй, потому просто тыкает губы куда-то в щеку Твика и сжимает его предплечье в предупредительном знаке. Близкие и горячие вздохи парня усиливают возбуждение и приближают разрядку. Ощущения накаляются в тот момент, когда около двери слышатся шаги и виднеется приближающая тень в маленькой щелке. — Тише, Такер, — Было единственным, что вымолвил запыхавшийся Твик за все время процесса, охрипшим голосом и приказным тоном вкупе. Крейг слушается — он зажимает губы и его костяшки точно белеют, когда он хватается за юбку, кончая прямо в чужой кулак. Продолжительно, заостряя внимание только на том, что происходит чуть ниже пупка. Тело ослабевает моментально, из-за чего Твик едва ли не прижимает к стене парня. Как только опора под ногами находится, беловолосый отходит и садится на стоящую в углу парту, что стоит тут в качестве полки, на которую взгромоздили все имеющиеся атрибуты. Парень находит рулон салфеток и пользуется одной, чтобы убрать все доказательства с рук. — Все в порядке? Шепчет отдышавшийся Крейг, с лёгкой улыбкой смотря на сидящего на столе парня. — Это я должен спрашивать, — Отводит раскрасневшийся взгляд Твик, закусывая губу. Снова он смущающийся всего молодой человек. Крейг улыбается, на вялых ногах подходя к парнише и целуя его в макушку, а после приподнимая за подбородок, дабы посмотреть тому в глаза: — Отыграешь сегодня превосходно, — И целует, ловя легкую улыбку в губы. В губы, на которых уже толком и нет помады, она размазалась по лицу Твика и делает его ещё более красным, чем природное смущение. — Нужно уходить, — Прерывает поцелуй беловолосый, слыша, что топотание у двери усиливается, — Выходи первее, а я ещё… отойду, там… Бюст возьму… Крейг непонимающи хмурится, чтобы после наоборот — наградить самой искренней улыбкой и кивнуть, окончательно застегивая пряжку ремня. Открытая дверь дарит Такеру глоток свежего воздуха. Оказывается, даже в коридоре за сценой может быть свежо и легче дышится, если перед этим ты не будешь заперт в маленькой коморке вместе с другим, не менее разгоряченным человеком. Тревожность, стоящая последние несколько минут за дверью, предстояла Крейгу в лице Эрика. Расслаблено выдохнув, не встретившись взглядом с Тестабургер, он смотрит на удивленное лицо напротив: Картман выглядит так, будто все это время специально ждал у коморки и прислушивался к каждому шороху, что было не маловероятным, рядом с его самодовольным лицом не хватает только камеры со вспышкой в руке. Крейг вытирает губы тыльной стороной ладони и пихает его с прохода, быстро убегая в примерочную. Хрен кто тебе поверит, внезапный свидетель чужого возбуждения. Ближайший туалет по другую сторону сцены, а бежать туда через всех знакомых и ловить внимание посторонних глаз не то, что сейчас хотел бы зацелованный парнишка. Распахивая двери с кучей ребят внутри примерочной, он молча идёт к ближайшему столику с влажными салфетками. Его лицо, шея полностью исцелованы — где покраснения от помады, а где от собственных чувств различить сложно. Кисти рук так же подверглись нападению настырных губ, но из-за того, что слишком много одного слоя помады ушло на верхнюю часть тела парня, красные пятна выглядят очень смазано и совсем не смахивают на следы губ. За один раз Такер использует едва ли не всю пачку под усталые вздохи Токена, которому битый час не могли нарисовать что-то на лице и с каждым разом приходилось стирать все новые неудачные попытки. — Да не видно уже ничего, отдай, — Не сдержался Токен, буквально выхватывая из рук Крейга салфетку, проводя ее по неудачному рисунку. Надо будет пожаловаться на то, что в гримерке недостаточно средств для целой группы парней. — Ага! Картман залетает в комнату, снова прерывая тот хаос шума и зацикленности на себе, ища взглядом Крейга и мгновенно тыкая в него пальцем. То, что его руки были облачены в некачественные перчатки для роли, почему-то смешило парня все то время, что приятель попадался ему на глаза. Сейчас тем более. — Он… Он с Твиком, прямо в подсобке, я видел его! Их! Они все-таки пе… — Картман, завались, — Бросает Кайл, спешно ретируясь из комнаты чтобы повторить строчки в пятый раз за минуту, но уже в коридоре, ведь в комнате для него теперь новая, отвлекающая от всего несуразица в лице Эрика. Крейг ловит его взгляд в зеркале и кивает, продолжая приводить в порядок своё гнездо на голове. Спасибо Эрику Теодору Картману за выстроенную им же репутацию в глазах ребят.