Заметки наблюдателя: Они.

Они оба были ужасно сладкие, мерзко-сладкие. Токсично-сладкие? Знаете, как химозная, заграничная сладость яркого ультрафиолетового цвета, которую хочется попробовать из-за интереса к ее необычности. Ты понимаешь, что это не твое и не для тебя, штука откровенно странная, вероятно мерзкая на вкус и наверняка вредная. Потом выясняется, что на вкус она, как ожидалось ядовито приторная. Потом не можешь выкинуть ее вкус из воспоминаний, потом хочешь повторить. Парадокс. Почему так притягательна эта сладость, и почему так сильно хочется ее снова попробовать, зная, что после второго куска буду сожалеть? Они были именно такими, их пара. Они влетали в переговорку за 15 минут до собрания, когда все остальные коллеги и подчиненные потихоньку собирались. Весело здоровались со всеми и, выясняя, что у них есть лишние 15 минут на правах руководителей проектов, отдалялись покурить у окошка. Заметьте, курение в помещении было запрещено, но они обходили это правило. Они же в окошко, они же аккуратно, незаметно и ... ну это они? Они уединялись деланно тихонько. На самом деле, я почти уверен, что они знали, что все взгляды прикованы к ним. Думаю, они делали это нарочно, вроде такого трюка, фокуса. Они всегда курили одну сигарету на двоих. Представляете? Вот такие мелочи выбивали нас из колеи. Но нет, нет, послушайте, сейчас это звучит, как бред! Но именно эти мелочи, именно они, своим множеством добивали нас, как, например, эта одна сигарета на двоих. Они переговаривались и смеялись, передавая сигарету друг другу, иногда даже не передавая, а просто кто-то из них держал ее, прикладывая к губам друг друга поочередно. Выдыхая дым так небрежно. Интимность этого момента была очевидна, но их невозмутимость не оставляла место для возмущения. Они тихо говорили, смеялись. Иногда звали из коллег кого-то к себе в компанию, а иногда кто-то из их близкого круга сам подходил к ним. Когда они садились за стол переговоров во время обычной планёрки, разборов полётов или чего-либо ещё, они не переставали попеременно касаться друг друга. Это были всего лишь незначительные маленькие прикосновения. Запястье, предплечье, похлопывание по плечу - касания, полные невинности. Эти движения, словно рой бабочек, неуловимо мелькали между ними, создавая вихрь постоянных, лёгких, едва заметных движений. Они были так органично-непрерывно вписаны в быт их существования что если бы ты показал это кому-то другому, они бы не смогли уловить этот невидимый танец. По крайней мере не сразу. Когда они обращались друг к другу, они беспардонно смотрели друг другу в глаза. Прямо, без отрыва, смотрели настолько внимательно, будто не просто слушали своего оппонента, словно их слух подводил и они всматривались, вслушивались в каждое слово. Когда один из них начинал плавно отводить взгляд, другой немедленно следовал за ним, ловя его взгляд, и начавший эту игру неизбежно возобновлял прямой контакт. Я уверен, они делали это специально! Уверен! Это взаимное улавливание взгляда, словно они подчёркивали, насколько они близки друг другу. Ощущение, что для них ты просто не существуешь как личность, постоянно терзало меня... Будто они взяли твою жизнь и создали из неё сцену для себя, а ты стал невольным зрителем, не имеющим никакого интереса для актёров. Тебя просто использовали, возможно, как саму сцену. Они внимательно поправляли одежду друг у друга. На особых презентациях и важных совещаниях мы появлялись в костюмах. В нашей технологически-творческой сфере деятельности офисный дресс-код имел свое значение. Они носили изысканные костюмы от Вивьен Вествуд, поражая своей безупречностью, либо простые, но элегантные костюмы от Хельмута Ланга, которые благодаря своей простоте выглядели на них ещё более роскошно. Они использовали любую возможность, чтобы поправить друг другу выглядывающие из пиджака дизайнерски-изорванные воротники, манжеты рукавов, галстуки. Один раз это были шнурки. Шнурки! Завязать коллеге шнурки! В целом,ну, что такого? Завязать шнурки коллеге, ведь его руки заняты ноутбуком и документами. Просто наклониться и заботливо завязать шнурок... Но как они это делали! Как будто это было нечто естественное, разумеющееся. Легкость и органичность одновременно с напряженно-интимным ощущение этого момента, заставляла оставить эту картинку перед глазами на всю жизнь. Я помню это в точности и сейчас: один из них опустился на корточки перед другим, улыбаясь, затем поднял глаза вверх, встретил взгляд коллеги и улыбка стала ещё шире. Полные тепла и неуклюжести движения. Взгляд опускается вниз на шнурки - петля, петля, опля. Затем аккуратно подправил складку брюк, опустившуюся на ботинок. Можете себе представить? Не сразу встать с корточек, а быстро поправить брюки, подняться, словно ничего не произошло, и сесть за стол. Они сознательно все это делали, эмоциональные эксгибиционисты. Вталкивали свою бессловесную любовь нам. Но я не хотел верить во всё это. Никто официально не знал, что они были парой, и никто не осмеливался задавать такие вопросы. Это ещё больше меня сводило с ума. Я хотел знать! Хотел знать и утешать себя мыслью, что вот-вот они расстанутся, поссорятся и разойдутся, ведь не могут же люди всю жизнь так....так быть поглощены друг другом... Хотелось бы знать, действительно ли они вместе. Но никто наверняка не знал, а они не расставались. Они безупречно , постоянно, играли свою эмоциональную эксгибиционистскую игру, мучая мой разум своей стабильностью. Они пили кофе друг у друга. Один из них заходил и просил секретаря сделать кофе, потом пил его, обязательно пил! Я много раз замечал и проверял. Да пока ничего необычного, но подождите. Вот, он отпил и оставил чашку на столе, уходя к окну, чтобы поговорить по телефону. Затем позже заходил второй(они, кстати, работали в разных отделах, но у них было много совместных проектов). Глазами он искал первого, видя, что тот разговаривает по телефону, рукой указывал на чашку и получал в ответ кивок, забирал её для себя. Первый, заказавший и отдавший теперь свой кофе, затем снова заказывал у секретаря для себя... И так каждый раз. Я имею в виду...пейте каждый свой! Но они всё делали общим так или иначе, вся рутина ,все движения друг о друге. Они делали вид, что им нужно поговорить, пошептаться, склонялись друг к другу близко. Еще один повод быть ближе. Я не смог удержаться и во время ежемесячной беседы с нашим менеджером по управлению стрессом я заговорил о них. Поверьте мне, глаза менеджера засияли. Я знал, что не я один желаю разгадать тайну их отношений. Но менеджер боялся вести разговор о таких неофициальных сплетнях, ведь можно получить огромный штраф и потерять работу. Наша европейская компания строго соблюдала все рамки харрасмента и личных свобод. Я спросил, как долго они уже работают вместе, всегда ли так продуктивно. Менеджер ответил, выпучив глаза и наклонившись вперед от нетерпения обсудить это: "Десять лет, десять лет!" Я задержал дыхание, совершенно не ожидая такой цифры. "И они всё так же продуктивны, очень ценные сотрудники, настоящая ценность для компании," - подтвердил менеджер, - "эта ...ммм...стабильность впечатляют," - добавил он, задумавшись. Я не мог избавиться от мысли, что желаю им счастья ещё на 10 лет. Они захватили меня стокгольмским синдромом... Теперь я следил за всеми их трюками с методичностью психологического статистика, чтобы заметить и оценить, не уменьшается ли их взаимодействие, равномерно ли оно распределено по графику? Они смотрят друг на друга? Курят, пьют кофе, касаются друг друга? Передвигаются по зданию вместе, словно броуновское движение, сталкиваются и возвращаются. Да, да, всё на месте, все взгляды и касания! Возможно, я так погрузился в слежку за ними, что однажды, заходя в стеклянную курилку на втором этаже, где они курили и разговаривали у окна, я непроизвольно уставился на них в привычной уже попытке оценить уровень близости их отношений, что это стало заметно по моему одержимо -оценочному взгляду. Изящно стряхивая пепел, один из них перевел на меня взгляд и уголок его губ потянулся в лёгкой, снисходительной ухмылке, второй ,мгновенно проследив его взгляд тоже уставился на меня. Господи!!! Как объяснить мои ощущения? Они оба смотрели на меня, но как! Как будто я был зеркалом, а они смотрели друг на друга через это зеркало, через меня! Они оба смотрели на меня и любовались своим эффектом, своим отражением на мне. Настолько сильно они были поглощены друг другом, что всё превращали в историю о себе? Я не смог удержаться и неловко, с придурковатой улыбкой похлопал себя по карманам, и спешно вылетел из курилки со словами: "Забыл айкос". Они оба едва слышно и одинаково хихикнули мне вслед. Через полгода я был переведен в отделение в другом городе, но память о них осталась во мне навсегда мучая своей необычностью, таинственностью и невозможностью объяснить, что это было и что я чувствовал, наблюдая за ними... Единственное, что я четко заметил в себе, это то, что начиная романтические отношения, проведя нескольких лет с партнером я разрывал отношения вновь и вновь, в бессознательной, постоянной и безуспешной попытке найти то самое единение, ту волну, ту странную синхронность движений, взглядов, прикосновений, какая была у них... Ни с кем я не мог повторить это, никогда раньше я не чувствовал такого, никогда не имел подобных отношений или даже отдаленно похожих... Кто они? Какое у них друг к другу отношение? Как они так чувствуют то, что они чувствуют на самом деле? На эти вопросы я никогда не получу ответов.