Код 5 (Гуччи эдишн)

У Минхо было хорошее настроение. Чертовски хорошее. Но на лице была маска ничего не выражающей куклы, а взгляд проходил мимо, ни на ком не фокусируясь. Казалось, его безразличие граничило с презрением. Все на площадке крутились вокруг него, говоря, как ему идёт сегодняшний образ и макияж. Он натянуто улыбался или просто сухо кивал. Ему. Очень. Срочно. Надо было домой. С него пытались снять костюм для фотосессии после съёмки, но Лино с помощью хитрости и своей наглости уехал в нём. Внешне он оставался серьезным и мрачным, а внутри горело пламя, которое уже невозможно было погасить. Каждое мгновение приближало его к исполнению порочного желания. Минхо вошёл в квартиру. Свет везде выключен. Шторы плотно закрыты. Он снял туфли, но достал из коробки другие и надел их, зашёл в ванную и вымыл руки, отметил, глядя в зеркало, что макияж вышел действительно удачным. Из зеркала на него смотрел падший ангел, чья внешность была чертовски божественна. Во взгляде читалось что-то темное. Минхо прошел в одну из комнат, где шторы были такими плотными, что стояла кромешная тьма. Он закрыл за собой дверь, включил свет. В лампах был включен режим красных диодов и всё помещение залил красный свет, отбрасывая мрачные тени. У стены стояла широкая кровать. Она была застелена черным шелковым постельным бельем. Рядом на полу сидел юноша. Его глаза завязаны лентой. Во рту кляп в виде черного шарика на ремешке. Тело связано тонкими черными кожаными ремнями. Его руки покоились за спиной, зафиксированные ремнями из одного комплекта. Он сидел на коленях, под которыми лежала мягкая подушка для удобства. На члене также был застегнут ремешок. Между ягодиц блестело основание анальной пробки. Он изящен и красив. Широкие плечи. Тонкая талия. Абсолютно невинное лицо, даже в этих условиях, оно оставалось таковым. Правда была в том, что внутри Хан Джисон точно не был таким невинным. Он собрался и ровно сел, распрямив плечи, когда услышал звук открывающейся двери. Он ждал в таком положении три часа, иногда он менял немного позу, но руки оставались связанными, он не мог ничего поделать, и не хотел. Не пытался снять с себя повязку или кляп. Он честно ждал, когда вернётся его господин. У Минхо затряслись руки, когда он увидел Хана, сидящего в том же положении, что он его оставил, когда уходил. Ли хищно облизнулся. Он расстегнул пару верхних пуговиц на рубашке. Сначала нужно проверить состояние Джисона. Минхо взял с прикроватной тумбочки, подготовленный бокал воды, и подошёл к Хану. Тот сидел замерев, почти не дыша, поняв, что к нему приблизились. В том, что это Минхо, он не сомневался, но что он собирается делать Хан не представлял. Ли одной рукой расстегнул ремень кляпа на затылке и снял его. Приподнял голову Хана за подбородок и приставил бокал к губам, начав поить того. Минхо специально наклонял его чуть больше чем нужно, из-за чего Джисону приходилось быстро и часто глотать, а часть жидкости стекала по губам и подбородку. В конце он полностью опрокинул бокал, вылив остатки на лицо Хана. — Спасибо, господин, — тихо произнес Джисон. Минхо очень понравилась такая реакция. Его идеальный мальчик. Он знал, что нужно делать ещё до того, как Минхо подумал об этом. Ли хотел всего и сразу, он хотел проглотить этого беззащитного невинного парня целиком. — Я не приказывал тебе говорить, — голос Минхо был спокойный и мягкий. Это вызывало диссонанс с его холодным взглядом. Кляп снова был вставлен в рот Хана и крепко застегнут на затылке. Минхо отставил бокал и наклонился к Джисону, чтобы снять с глаз плотную повязку. Тот начал жмурился и моргать, привыкая к свету. А потом зачарованно стал смотреть на Минхо, на его обжигающую ледяную красоту. — Смотри в пол. Минхо отдавал сухие короткие команды. Такие обезличенные и без эмоциональные. Хан виновато потупил взгляд, смущённо уставившись в пол, но краем глаза цепляя божество, что находилось сейчас совсем рядом с ним. Минхо нравилась эта ситуация. Ему нравилось абсолютное превосходство, абсолютное подчинение, абсолютный контроль. Он чувствовал себя великолепно. И больше всего ему нравилось абсолютное доверие человека, находящегося перед ним. Несколько приниженный Хан, немного опустил плечи и склонил голову, становясь ещё более маленьким и выглядя виноватым, особенно с этим смущенным взглядом. Минхо же разглядывал и съедал Джисона глазами, он без смущения рассматривал все его тело, вызывая волну мурашек, Хан чувствовал на себе физически этот взгляд хищника. Лино нависал сверху огромной тенью. Минхо сел на кровать. Он подозвал Джисона движением пальцев и когда тот подполз ближе снял кляп. — Сними с меня обувь. Хан поежился, руки были связаны за спиной и Минхо снял с него кляп, значит он хочет, чтобы Джисон сделал это ртом. Хан абсолютно не представлял, что он должен делать. Ли положил ногу на ногу крутя одной из них перед лицом парня. Тот сначала взялся зубами развязывать шнурок, после определенных усилий это ему удалось. Но после ничего не получалось, он не мог поддеть туфлю, как ни пытался, в конце концов он схватился зубами за пятку и пытался стащить вниз. После долгой возни эта попытка увенчалась успехом. Хан поднял глаза на Минхо, держа ботинок в зубах. Его глаза блестели, у него все же получилось. Но Джисон столкнулся с холодным и разочарованным взглядом. Лицо Минхо стало суровым. — Я разочарован в тебе, слишком долго. Он указал пальцем на пол показывая Хану куда поставить ботинок. Слова больно кольнули. Он поставил туфлю и его губы начали мелко дрожать, глаза саднило, он готов был заплакать. Также жестом Минхо указал Джисону повернуться, покрутив пару раз указательным пальцем, направленным вниз. Хан почувствовал холодное прикосновение к спине. Минхо поставил свой ботинок на Хана, используя его в качестве опоры. Сам развязал шнурок и снял обувь. — Повернись, — прозвучала короткая команда. Джисон повернулся и осторожно взял зубами туфлю Минхо, аккуратно поставил ее рядом с первой. Хан снова поднял свои полные слез глаза, его переполняло чувство стыда. — Я вижу, что ты стараешься, но мне придется ещё так многому тебя научить. Объяснить, что значит служить мне. Одной рукой Минхо погладил Хана по волосам. Провел по щеке и спустившись к шее сжал ее, перекрывая кислород, заменяя его собой и своим властным взглядом. Он быстро ослабил хватку и убрал руку. Джисон смотрел на него мокрыми абсолютно покорными глазами. Он тяжело дышал и, кажется, почти не моргал. — Малыш, — Минхо не мог налюбоваться этим видом. Хан просиял и разве что не вилял хвостом. Забирайся на кровать. Минхо встал и с любопытством наблюдал. Руки Хана были связаны, ноги успели порядком затечь. Он пару раз неуклюже попытался встать. Ли без всякого напряжения наклонился и взял парня на руки. Джисон чувствовал себя очень беспомощным, но не беззащитным. Он чувствовал себя спокойно во власти этого человека. От него пахло дорогими духами. Лицо Минхо было очень близко, он пристально смотрел в глаза Хана. Он мягко положил его на кровать. Потом взяв за плечо плавно перевернул того на живот. — Я задам тебе несколько вопросов. И если ответы мне не понравятся ты будешь получать от меня удары этим паддлом. Понятно? — перед глазами Хана покрутили черной лопаткой и быстро убрали из поля зрения. — Да, — ответил Хан и тут же получил удар по ягодицам. — Да, господин, — быстро поправил себя он. — Чего ты хочешь? — сладким голосом спросил Минхо. — Я хочу быть хорошим для господина, — Минхо хмыкнул, Хан получил ещё один удар. — А что тебе нравится? — Ли приставил лопатку к ягодицам и начал плавно водить ей круговыми движениями, немного нажимая. — Мне нравится доставлять удовольствие господину, — Минхо усмехнулся. Ещё удар. — А получать, значит, не нравится? Хан растерянно обернулся к Минхо. Тот сидел рядом, положив ногу на ногу, повернувшись вполоборота, одной рукой поглаживая паддлом ягодицы парня. Он как загипнотизированный рассматривал каждый сантиметр кожи Хана. Встретившись с Джисоном взглядом Минхо сказал: – Твои руки затекли. Я освобожу их. Он склонился над Ханом и рукой провел по пяткам, голеням, бедрам, ягодицам, провел по пояснице и, наконец, подобрался к ремням на руках. — Спасибо, господин, — не успел Хан договорить как получил ещё один хлесткий удар. — В коленно-локтевую, — бросил Ли. Хан в сотый раз за вечер почувствовал себя глупо. Он выполнил команду. Минхо немного склонился и одной рукой стал гладить открытую шею Хана. Лёгкими прикосновениями кончиков пальцев он то поднимался к подбородку то опускался к ключицам, невесомо прикасаясь. — Почему ты сказал, что хочешь быть хорошим для господина? — спокойным, немного отстранённым голосом спросил Минхо. — Я, это потому что я хотел почувствовать себя особенным. — Ты здесь со мной, это значит, что ты уже особенный. Минхо продолжал гладить Хана по шее. Откинув паддл, он второй рукой шлёпал Джисона, поглаживая кожу после каждого удара. — Мне нужно приказать тебе считать? Не хочу. Кричи, кричи для меня, — Хан вскрикивал от ударов и в то же время покрывался мурашками и таял от второй руки на своей шее. Лино чувствовал вибрации горла Джисона, когда тот издавал пошлые звуки. Минхо вытащил пробку и сразу пристроился сзади. Он расстегнул ширинку и приспустил брюки. Его венистый массивный член медленно растягивал мышцы Хана. Ноги Джисона дрожали, чувство наполненности поглотило его. Минхо начал двигаться. Он делал это грациозно и развратно, откидывая голову, наслаждаясь каждым движением и каждой реакцией Хана. Тот стонал и скулил, Минхо пришлось придерживать его за талию, потому что он не справлялся с напором. Поступательные движения Минхо были такие же, как его танцы: страстные, но точные. Хан чувствовал возбуждение. — Пожалуйста, прошу, господин, кончите в меня! Минхо вышел из Джисона и застегнул свои брюки. — Я не слушаю приказы. Я их отдаю. Хан снова готов был расплакаться. Он сжал свои губы, но не двинулся с места, так как уже разозлил своего господина. Минхо встал с кровати. — Слезай, — Хан смущённо сполз за ним. — Раздень меня. Джисон принялся исполнять. Он аккуратно стягивал пиджак, расстёгивал трясущимися пальцами пуговицы рубашки. Он делал все медленно и старался не дотрагиваться до кожи. Ему пришлось присесть чтобы также снять брюки. Все это происходило под пристальным взглядом Лино, чьи губы были плотно сомкнуты. Сейчас он был благородным демоном. Соблазнительным и прекрасным. Хан притормозил, когда подошла очередь нижнего белья, поднял глаза на Минхо и тут же опустил их, так как тот продолжал, почти не моргая наблюдать свысока. Когда Джисон закончил с одеждой господина и аккуратно повесил ее, Минхо кивнул в сторону черного шелкового халата, который Хану нужно было надеть на него. Лино немного развел руки в стороны, и Хан надел на его плечи струящуюся прохладную ткань. Минхо не стал подпоясывать его, оставив раскрытым. Его бледная кожа контрастировала с черным шелком. Упругие мышцы в красном свете выглядели очень рельефно и соблазнительно. Хан был уверен, перед ним стояло божество. — Сейчас иди на балкон, будешь там пока я не решу позвать тебя обратно. Хан возмущённо поднял глаза, но тут же опустил их. Стёкла были затонированы, но там было прохладно и сам факт того, что Джисона выставляют как шкодливого пса, был неприятен. Хан вышел и сел на колени, как его учили, положив на них руки и выпрямив спину, ожидая, когда понадобится господину. Через несколько минут дверь открылась и, к разочарованию Джисона, в него кинули подушку, на которой он ждал возвращения Лино. Он подложил ее, чтобы не было больно коленям. Минхо достал свечи и зажёг их, поставив у кровати, он достал ещё пару игрушек, пока не решив, что хочет использовать. Он немного поиграл с пламенем свечи, проводя по нему пальцем. Красные огоньки отражались в его зрачках. — Зайди, — громко сказал Лино. Хан тихо вошёл в комнату и закрыл за собой дверь, оставшись стоять возле нее. Минхо раздражённо цыкнул. Хан спешно просеменил к нему. — Ты замёрз. Господин поможет тебе согреться. Он подтолкнул Джисона, и тот лег спиной на кровать. Он не знал куда деть руки и оставил их лежать вдоль корпуса, сжав кулаки. Минхо снова рассматривал тело, что так манило его. Ремешки были на месте, очерчивая мышцы. Грудь высоко вздымалась. Хан шумно дышал. Пальцы на ногах были поджаты, член снова напряжен. Минхо держал свечу в одной руке, покручивая в своих пальцах. Второй он провел по груди Джисона, спускаясь к животу. — Такой холодный. Он перевернул свечу на девяносто градусов позволив паре горячих капель упасть на бледную прохладную кожу. Хан вскрикнул от неожиданности. Было совершенно не больно, а действительно тепло в том месте, где образовалась парафиновая корочка. Он взглянул на Минхо, ожидая следующего шага. Лино примерялся. Он снова перевернул свечу, попав на сосок. Хан снова вскрикнул, запрокинул голову и закусил губу. — В глаза, — коротко бросил Минхо. То, как лаконично он говорил и отдавал команды заводило Хана всё больше, он чувствовал, что тот и без слов управляет и подчиняет одной своей энергетикой. Он смотрел в глаза Лино и чувствовал себя будто под гипнозом. Горячие капли продолжали покрывать его грудь и живот. Каждая отдавала внутри усиливающимся возбуждением. Минхо играл с ним. Мучал его. Хан заводился от этого все больше и больше. Он поджимал пальцы на ногах, сжимал руки в кулаки, но старался не вертеться. К сожалению, в глаза он все время не смотрел. Взгляд упал на промежность Лино. Его член, твердый, со стекающей смазкой, плотно прижимался к животу. Минхо это нравилось также, как и Хану. Эта мысль будоражила Джисона больше всего. Лино провел рукой по корпусу, оторвав пару лепестков воска. Он переключился на бедра. В максимальной близости от члена Хана, он продолжил украшать того абстрактными изображениями, используя свечу. Джисон вздрагивал и приподнимал бедра, не в силах удержать их на месте. Хан очень хотел прикоснуться к себе, а ещё больше, чтобы к нему прикоснулся господин. — Чего ты хочешь? — заглядывая в самую душу, немного наклонив в сторону голову спросил Минхо. Свеча подсвечивала его фарфоровое лицо. — Того, что даст мне мой господин. — Ты быстро учишься, — похвалил Лино, отставляя свечу. Он сел у изголовья кровати, облокотившись спиной о борт и поманил рукой Джисона. — Я дам то, что тебе точно очень понравится. Полы халата расходились в стороны, открывая совершенное тело взгляду. Хан подполз ближе. Он начал наклонять голову, чтобы прикоснуться губами к члену. — Подожди. Сначала сделай кое-что ещё для меня. Минхо достал узкую длинную металлическую палочку, на конце которой было кольцо. Он облизал ее высунув язык, проведя вдоль несколько раз, и отдал Хану. Того потряхивало, стоящий член то и дело дёргался. Глаза Джисона округлились. Вот теперь можно и умереть, подумал он после действий Минхо. Хан осторожно взял стержень и боязливо поднес к своему члену, аккуратно направляя к уретре. Он смотрел на Минхо ожидая, что тот поможет ему, но тот хотел быть зрителем, лишь кивнул взглядом — продолжать. Ли открыл специально подготовленную глицериновую смазку и вылил немного сверху на член Хана, чтобы помочь ему. Джисон сглотнул и надавил палкой, вводя ее медленно и очень аккуратно в отверстие. Он не мог сдержать стон, было некомфортно и сначала захотелось убрать инородный предмет. Минхо закусил указательный палец, сосредоточенно глядя на Хана. Джисон немного привык. Он начал водить палочкой вверх и вниз внутри своего члена. Эти непривычные ощущения сводили с ума, он постепенно переставал понимать, что происходит вокруг. Лино хотел вернуть его в реальность. Он притянул Хана за затылок к своему члену, разрешая прикоснуться к себе. Джисон вдыхал крепкий мужской запах у основания члена, несколько раз проведя щекой вдоль него. А потом взял его в рот, стараясь сразу полностью заглотить. Свой член он оставил в покое, оставив стержень в нем. Хан вздрагивал каждый раз, когда тот немного смещался. Минхо гладил себя руками по груди, шее, животу. Он стонал сквозь приоткрытые губы, запрокидывая голову. Эти звуки заставляли Хана ещё усерднее удовлетворять господина. Минхо решил не позволять Джисону много самостоятельности, он обхватил его голову руками, насаживая на свой член. Одну ногу он просунул между колен и немного приподнял ее, проходясь по чужой промежности. Хан начал вздрагивать всем телом, всё было для него слишком интенсивным, член в его рту уже заходил в саму глотку, он почти не мог дышать, его собственный член получал непривычную стимуляцию, Джисон готов был взорваться, но Минхо следил за его состоянием. Он вытащил свой член, отодвинув от себя голову Хана. Тот откашлялся и тяжело дыша взглянул на господина, готовый продолжать. — Я дам тебе награду. Лино похлопал по своим бедрам, призывая Джисона. Тот начал перекидывать ногу и пытаться сесть лицом к господину, но Минхо развернул его прижав к себе спиной. — Вот так, — прошептал он в самое ухо Хану. Джисон подогнул колени, расставив их по обе стороны от бедер Минхо и, помогая рукой, стал насаживаться на член Лино. Хотя Хан и был растянут, самому опуститься до конца сразу не получалось. Минхо громко дышал, давая Джисону действовать, но все же, вскоре схватился за чужую талию и с нажимом опустил Хана на свой член до конца. Громкий стон незамедлительно вырвался из груди Джисона. Лино тихо промычал, стиснув челюсти. Хан начал двигаться, опускаясь и поднимаясь, раскачиваясь и иногда делая круговые движения, он плавно снова и снова опускался на член Минхо. Тот придерживал его одной рукой, помогая. Вторая же трогала металлическое кольцо, торчавшее из уретры Джисона. Он собрал выделившуюся на головке члена жидкость пальцем и облизал его. После снова потянулся к кольцу и начал выводить его, он очень мягко двигал стержень. Внутрь и наружу. У Джисона перехватило дыхание, он запрокинул голову, положив ее на плечо Минхо. Тот в свою очередь наклонил свою немного вперёд положив подбородок на плечо Хана, чтобы лучше видеть, как металлический предмет погружается внутрь Джисона. — А теперь я разрешаю тебе кончить, — тихо, в ухо Хану сказал Минхо, немного прикусив мочку. Лино вытащил металлическую палочку и отбросил в сторону, схватил Джисона обеими руками за талию, и сам стал совершать фрикции, доводя того. Хана пробили судороги, волна оргазма накрыла его до звона в ушах, все тело превратилось в оголённый провод, по которому Минхо пускал электричество. Хан кончил, не касаясь своего члена, забрызгав свой живот, грудь и простыни. Лино также подошёл к своему краю, почувствовав, как Джисон сжался вокруг него, в этой позе он кончил глубоко внутрь Хана. Сперма не вытекала, потому что два тела были плотно прижаты к друг другу. Минхо нежно гладил Хана по бедрам, животу, груди и рукам. Одаривал Джисона своими прикосновениями. Покрывал шею и плечи Хана влажными поцелуями там, куда мог дотянуться. — Спасибо, господин, — Джисон с блаженной улыбкой начал проваливаться в сон, греясь в теплых объятьях. *** Ранее. — Минхо, этот красный режим в лампах что-то с чем-то. Тут вообще весь спектр есть, но красный просто анриал. Минхо почесал затылок, задумавшись. — Ты знаешь, Хани, появилась у меня тут пара идей. Тебе точно понравится.