***
29 сентября 2023 г., 12:01
Она появлялась с большими трудностями. Всё-таки суккуб, оплодотворенный человеком не смог нормально вынести своё дитя. Но она родилась. Пройдя ад в животе, во всех смыслах, ей пришлось постигать ад и в жизни.
***
Девушка с красно-синими волосами, под стать цветовым гаммам родителей, в откровенном наряде шла по набережной удивительного места. Пасмурная погода придавала особый шарм этому месту. В небе кружились огромные обломки места, когда-то называвшимся "Майншилд". Под ногами разбитый напрочь асфальт, через каждые 2 метра которого встречалась яма глубиной в пол-метра. По краям земля, поросшая мхом и грибами, но не травой. А если поднять взгляд чуть выше, то можно увидеть гигантский небоскрёб... вернее то, что от него осталось. Белые куски здания кружили вместе с ветром, который почти везде теперь дул по кругу. Вокруг ситуация не лучше. Неприступный "монолит", в котором когда-то держали хозяина небоскрёба, хоть и сохранил форму, но дыры в конструкции были уж слишком заметны. На месте спавна красуется дыра, тянущаяся вокруг и вниз на сотни блоков. Хотя не, вниз на миллионы блоков, ибо пробит был даже нерушимый бедрок. А девушка идёт и улыбается. Идёт своей ровной походкой, с расправленными рёбрами на спине. С бледной кожей, которую она уже не стыдиться показать всем, ибо нет никого.***
Всё-таки у малютки было трудное детство. Здоровенный мужик, которого она привыкла называть папой, настаивал, чтобы её отдали на академию. Суккуб понимала, что другого пути нет. На Майншилд нельзя попасть просто так. Даже те сложности, которые она уже прошла: асоциальность (у неё не было ровесников её расы), жестокий мир, который всегда способен причинять боль, и жестокость родителей. Не по отношению к ней, а ко всем, кто её окружал. Хотя она и любила играть с тупыми детьми жителей, она с ними дружила, а родители запирали их в клетках, пытали, добиваясь через детский плачь выгоды в изумрудах. Но она не знала, что с ней станет на академии. Она шла туда с людьми совершенно разного возраста. От таких же детей как она, по типу Опти и Кавкина, заканчивая вполне взрослыми людьми, в лице Змеца или Диззи. Неуверенная в себе, зажатая девочка казалось не выстоит конкуренции. Если раньше она осуждала своих родителей за издевательство над жителями, то сейчас ей самой пришлось это делать. Растить идиотов, которых позже она под пытками заставит даром отдавать ей всё. И ей это даже начало нравиться.***
Проплыв серый океан (мост обрушился), она попала на завод к Обси, вернее на то, что от него осталось. И так жуткая атмосфера завода стала совсем невыносимой и ужасающей. А глвное — этот пепел... Саркофаг над ямой к чертям расхерачило, отчего вся дрянь из неё должна была выползти наружу. Но кажется дрянь мертва... как и все. Пройдя чуть дальше, она нашла дырку заквиеля. Медные шестерни, сложные механизмы и огромный сапрессор погребены под песком, а их обломки кружат над ямой. "Что, Зак? Иерихон оказался слишком мощный?" — с усмешкой сказала Кетрин. Зак ведь ей не ответит. Запрыгнув обратно в лодку, она поплыла на подводную базу Ники — своей матери. Улыбка не сходила с её лица. Казалось, вот-вот она засмеётся.***
Хотя Хайди и Ники обещали навещать её, этого не происходило. И ей приходилось брать пример с более старших академовцев. Со временем, она начала возводить большие проекты, высказывать своё мнение на счёт различных событий, угрожать, протестовать... Из-за того, что она почти всегда находилась в здании, её кожа бледнела. Из-за загруженности, она совершенно не следила за своим внешним видом, и те почерневшие лохмотья, которые она носила с самого прихода на академию, стали её постоянным атрибутом. Из-за резкой смены обстановки, стресса отсутствия приятелей и постоянных издевательств со стороны других академовцев, у неё развилось раздвоение личности, и она стала делить себя на синюю и красную половинку. Да и обращалась она к себе исключительно в мужском роде. Особенно всё стало плохо, когда она бросила вызов Змецу, установившему власть на сервере. Да, было несколько людей, с которыми она сдружилась, по типу Кавкина и Диктатуры, но это лишь из-за общих недовольств правительством. Сбросив Змеца с престола, она вполне готова была вставить им нож в спину, как и они ей. Но что-то пошло не так, и самая крупная организация "Скорострелов" пошла ломать лица оппозиции. Их били, отбирали вещи, закатывали в обсидиан. А Кэтрин не знала, что с этим делать, ведь её никто и никогда не поддерживал без выгоды себе. Но вдруг она услышала: — Если вы сейчас их нахуй не освободите, я вам еблища кристаллом сломаю! Понятно?! — это был голос Оптимиста. Послышались взрывы кристаллов и возгласы о помощи. — Я уже двоих ваших свалил, либо вы съёбываете отсюда, либо я всех убиваю нахуй!***
Кэтрин взяла медальон из инвентаря, открыв который, увидела лицо Оптимиста, которое как всегда, смотрел через чёрные очки. "Хорошо, что Опти остался на академии и не увидел, что я сотворил с этим миром" — сказала она про себя. Пожалуй Опти — был единственным, кого она любила. А теперь, она навсегда его потеряла. Ведь Майншилд теперь запечатан. Бог умер. Никто не войдёт и не выйдет. Иерихон был и впрямь слишком мощный. А расчеты Заквиеля слишком неточные. Заруинил Майншилд получается. Но что же её сподвигло уничтожить родительский дом, уничтожить её дом? Пожалуй из-за обиды на своих родителей, которые будучи монстрами, сделали монстром её саму. Да, не своими руками, но всё же сделали. Огромная и могущественная цивилизация, способная уничтожать миры, пала от рук девочки, обречённой вечно скитаться в одиночестве на руинах города. Но она не хотела оставаться одна. Незеритовый меч прошёл её живот насквозь. И она посмотрела на небо в последний раз вспомнив человека, который до конца жизни будет надеяться, что с ней всё хорошо.***
Впервые Кэтрин почувствовала, что кто-то дерётся и убивает не для себя, а для других. Что-то всё-таки зацепило судью в девушке со странной внешностью. Прошло много лет с принятия Кэтрин на академию, и её уже готовы были взять на Майншилд. Она сидела ночью с Оптимистом на крыше одного из её небоскрёбов, глядя на таймер окончания сезона. — Когда ты попадёшь на Майншилд, замолвишь за меня словечко, чтобы я тоже вскоре туда попал? — казалось, Опти хотел своей выгоды. Но она то знала, что на самом деле он хотел от Майншилда, и в частности от Кэтрин. — А как иначе? — Отвечала Кет с довольной усмешкой. И они слились в поцелуе. Она знала, что это их последний поцелуй, и Опти никогда не попадёт на Майншилд. Как же больно было ему врать, но это было необходимо. Хотя казалось, что Опти всё понимает. Смотря друг на друга в последний раз, у обоих упали слёзы. — Ты уничтожишь Майншилд? — Кетрин ничего на это не ответила.
