танец для папочки

      Мой взгляд останавливается на танцевальной студии. Нет времени думать о том, что сейчас произошло с Декланом. Не тогда, когда кричит Дженнифер. Что угодно могло случиться в этом жутком районе.       Подбирая очки, я вскакиваю на ноги, и бегу к зданию. Адреналин бурлит в венах, руки дрожат так сильно, что тяжело найти перцовый баллончик в содержимом сумки. — Дженнифер?       Ответа нет.       Я толкаю дверь и вхожу в пустую танцевальную студию. Она больше похожа на огромную гостиную с зеркальной стеной и стереосистемой сбоку.       Половину противоположной стены занимают три пилона, а также высокая стопка фитнесс-мячей, степ-платформы и коврики для занятий, но Дженнифер нигде не видно.       Надеваю очки, возвращая зрению идеальную ясность. До сих пор нет никаких признаков моей подруги.       Направляясь к двери, ведущей в заднюю комнату, я слышу сдавленный всхлип. — Эйлин, — шепчет она напряженным голосом. — Где ты? — За мячами, — говорит она, тяжело дыша.       Я бросаюсь к оборудованию и обнаруживаю ее лежащей на животе, с повернутой набок головой и согнутой под ужасным углом левой ногой. Под ее распростертым телом валяется то, что осталось от четвертого пилона.       Перцовый баллончик с громким лязгом падает на пол, и я шиплю сквозь зубы. Не знаю, сломала ли она ногу, выдернула ее из сустава или сломала позвоночник. Любое движение имеет катастрофические последствия. — Дерьмо. Я вызову скорую. — Подожди, — хрипит она. — Что? — лезу в сумку и хватаю телефон. — С-сегодня вечером состоится важный вечер в джентльменском клубе, — говорит она, ее слова спотыкаются друг о друга. — Давай я скажу им, что ты не сможешь прийти после того, как вызову скорую помощь. — Нет, — говорит она с болезненным стоном.       Я хочу убрать с дороги фитнесс-мячи и присесть рядом с ней, но что, если это усугубит ее травму? Я где-то читала, что перемещение упавших даже на дюйм может усложнить выздоровление. — Дженнифер, мы можем поговорить об этом после того, как я позову на помощь… — Ты должна меня выслушать, — говорит она, и ее голос взлетает на несколько истерических октав. — Такие мероприятия бывают раз в жизни. Они платят пять штук за час работы.       Дыхание перехватывает, но я отбрасываю удивление. — Ты не можешь танцевать в таком состоянии… — Ты можешь.       Я отступаю назад, у меня отвисает челюсть. Одно дело заниматься танцами вместе с лучшей подругой, а другое — выступать на публике. Должно быть, она ударилась головой, если думает, что я могу взять на себя такую высокооплачиваемую работу в сфере танцев.       Дженнифер стонет. — Мы одного размера… — Нет, это не так.       Я набираю 999. — Да, — говорит она с пола. — У меня ноги длиннее, но мы абсолютно одинаковые там, где это важно.       Оператор отвечает. Я пытаюсь блокировать попытки Дженнифер заставить меня танцевать и объясняю диспетчеру, что произошло, но она не умолкает. — Ты должна сделать это для меня, — говорит она, заикаясь от рыданий. — Такое мероприятие окупит арендную плату за два месяца. Мы можем поделить деньги пополам. Эти деньги будут подстраховкой, пока я выздоравливаю. Я знаю, что тебе тоже не помешали бы наличные.       Я отвечаю на вопросы диспетчера, уверяя, что Дженнифер дышит и в остальном здорова. — Скорая помощь уже в пути, — я, наконец, выдыхаю и сосредотачиваюсь на бессвязной речи подруги. — Джен, я же танцую и близко не на твоем уровне.       От ее истерического смеха волоски на затылке встают дыбом. — Ты шутишь? — говорит она. — Мы танцевали вместе еще до детского сада. Ты всегда была так же хороша, как я. И уж точно хороша в танце на пилоне.       Я потираю затылок. — Заказ был на длинноногую блондинку. Они сойдут с ума, когда увидят меня. — Эйлин, — рычит она. — Ты знаешь все, что нужно. Именно ты помогла мне отточить навыки до совершенства.       Этот разочарованный тон голоса она использует всякий раз, когда я позволяю оскорблениям Деклана пробить мою броню. Он же вселяет в меня уверенность.       Желудок скручивается тошнотворными узлами. Как я могу быть настолько поглощена своей неуверенностью, когда лучшая подруга лежит поломанная на полу и потенциально не в состоянии заработать на жизнь?       Дженнифер поддержала меня в гребанной куче неприятностей. Она предложила ночлег, когда мы думали, что папа потеряет дом, и подставила плечо, чтобы поплакаться, когда мистер Макан предложил выручить нас в обмен на то, что я выйду замуж за Деклана.       Чувство вины давит на грудь и выжимает весь воздух. С какой стати я откажу ей, когда она так нуждается в моей помощи?       Сделав глубокий вдох, загоняю свою неуверенность куда подальше. — Сосредоточься на выздоровлении, — отвечаю ей. — Я выступлю за тебя и выложусь на сто процентов. — Мы поделим деньги, — отвечает она уже менее напряженным голосом. — В следующие несколько недель тебе понадобится много помощи. Просто скажи, куда ехать и что нужно надеть.       Дженнифер бормочет адрес и говорит, что костюм уже висит в задней комнате вместе с парой туфель на шпильке нашего размера.       Я понятия не имела, что этот джентльменский клуб находится на окраине Лондона. На общественном транспорте уже поздно добираться, а на такси денег нет.       Ужас бьет в живот, как тяжелый мяч. В такие моменты мне жаль, что я не проглотила свою гордость, нужно было взять банкноту в пятьдесят фунтов и позволить Деклану его мелкую выходку.       Дверь в студию открывается, и входит пара медиков-мужчин с огромными сумками. Когда они направляются к фитнесс-мячам, я отступаю назад, чтобы пропустить их. — Эйлин? — зовет Дженнифер.       Я сглатываю. — Да? — Если ты не начнешь переодеваться прямо сейчас, то опоздаешь. Кто-нибудь из джентльменского клуба заедет за тобой через час.       Схватившись за живот, я стону, а сердце пускается вскачь. И крошечной части меня это нравится.       Дерьмо.       Это действительно происходит.       Я собираюсь танцевать бурлеск для толпы джентльменов за гонорар.