танец для папочки

— Мистер Макан! Слова вырываются изо рта, и я вздрагиваю. Сейчас он спросит, откуда я его знаю. Отец Деклана хоть и высокопоставленный член ирландской мафии, но умеет вести себя сдержанно. Он встает со своего места, его брови сдвигаются. — Откуда ты знаешь мое имя? Я отступаю назад, пульс бешено стучит в ушах. Как, черт возьми, я выберусь из этой ситуации, сохранив свой секрет? Когда станет ясно, что его будущая невестка стриптизерша, он отменит помолвку. Ходят слухи, что мафия ценит неприкосновенность брака и воспримет подобное как оскорбление. Пострадаю не только я. Дерьмо. Мистер Макан отменит сделку. Тогда папа будет должен ростовщикам сумасшедшую сумму денег. Все потому, что я опьянела от власти и хотела насладиться вниманием привлекательного мужчины. — Отвечай на вопрос, — говорит он стальным голосом. Блять. Мне нужно исчезнуть. Сбежать прямо сейчас, пока я не уничтожила все, что осталось от моей семьи. Развернувшись, бросаюсь к двери на каблуках, но он оказывается быстрее. Хватает меня за руку, разворачивает и прижимает к стене своим огромным телом. Он удивительно аккуратен для человека, который, по слухам, уничтожил банду Фиана, но я не глупа и прекрасно понимаю, что от его гнева меня ничто не убережет. — Кто тебя послал? — рычит он мне в ухо, жар его злости обжигает так сильно, что я покрываюсь потом. — Н-никто, — выпаливаю я. — Кто-то знает мою слабость к брюнеточкам с пышными формами и точно знает типаж, который заставит меня ослабить бдительность. Сейчас ты мне все расскажешь. Пристальный взгляд его глаз словно клеймит, прожигая дыру в моей напускной самоуверенности, но я отворачиваюсь. — Пожалуйста, — шепчу я. — Все, что я сказала, было правдой. С моей подругой произошел несчастный случай… Он сдергивает мою маску и резко выдыхает. Затем одергивает руку и отступает назад. — Эйлин Уолш. Это не вопрос. Он узнает меня даже под густым слоем грима и в парике Дженнифер. — Да сэр, — опускаю голову, плечи, и прижимаю руки к груди. — Почему невеста моего сына раздевается на публике? — Я подменяла свою подругу… — Почему ты взяла деньги за приватный танец? Зажмурившись, я жду, когда он ударит. Деклан обычно хватал меня за горло, шипел оскорбления и бросал на пол. Вероятно, он сделает так же, чтобы сказать что-нибудь ужасное. Мистер Макан отступает, шаги удаляются, и он выключает музыку. Его бездействие заставляет мое сердце безумно колотиться в груди. Я вот-вот потеряю все. Все, что я когда-либо терпела ради семьи, вот-вот сгорит в огне. Зажмуриваюсь, пытаясь сохранять спокойствие. В этой ситуации должно быть хоть что-то, что я могу спасти. — Эйлин, я задал тебе вопрос и жду ответа, — говорит он менее убийственно, но не менее настойчиво. — Почему ты соглашаешься на приватный танец, если ты помолвлена с моим сыном? У меня кружится голова. — Вы сами уже это сказали. Мой жених не заботится о моих потребностях. Но преуспевает в том, чтобы делать меня несчастной. Его взгляд становится жестче. — Объясни. — Я не поощряю его желания. Он терпит эту помолвку только потому, что вы угрожали отлучить его от семьи. — Понятно, — говорит он натянуто. Мистер Макан не бросается придушить меня, что является хорошим знаком, поэтому пользуюсь случаем, чтобы высказаться. — В последний раз, назвав меня толстой заучкой, Деклан пообещал уничтожить меня после свадьбы. — Ты говорила своим родителям? Мои плечи поникли, я опускаю взгляд на туфли. — Им нужен этот союз. Когда шаги мистера Макана приближаются, внутренности завязываются в узелки. Я должна была утихомирить Деклана. Быть женщиной, которая вдохновляет его стать лучше. Вместо этого я стою полуголая в комнате со взрослым мужчиной, только что кончив на сцене перед кучей людей. — Эйлин. — я вздрагиваю. — Посмотри на меня. Игнорируя напряжение у него в штанах, я поднимаю взгляд вверх по его твердому прессу, скульптурной груди, которая вздымается и опускается от частых вдохов, к сильной челюсти. — Ты все еще должна мне танец, — хрипит он. — Но Деклан… — Мы что-нибудь придумаем, — его губы изгибаются в полуулыбке. — Теперь ты продолжишь? Я прикусываю нижнюю губу, сердце все еще колотится. Если Деклан узнает, что я сделала… Да пошел он. Если мне приходится смотреть в социальных сетях, как этот ублюдок резвится с продажными моделями, то я, черт возьми, могу станцевать для его отца. — Хорошо, — кладу руку ему на грудь, у меня перехватывает дыхание, когда чувствую его учащенное сердцебиение. — Но вам придется вернуться на свое место. Его полуулыбка превращается в ухмылку, от которой сердце падает в обморок. — Хорошая девочка. Я понятия не имею, почему такие простые слова посылают заряд возбуждения прямо к киске, но мне приходится сжать бедра, чтобы они не дрожали. Мистер Макан возвращается к кровати и опускается на сиденье, а я возвращаюсь к телефону и ищу другой трек. Музыка начинается с медленной мелодии духовых, перемежающейся стаккато барабанов. Я подкрадываюсь к мистеру Макану в такт, между ног нещадно пульсирует. Это возбуждает еще больше, чем то, что я делала с шестом. Я танцую перед одним из самых влиятельных людей, которых знала — единственным человеком, который боится мой жених. Его взгляд скользит вверх и вниз по моему телу. Он смотрит так пронзительно, что я ощущаю это физически. — Мой сын — идиот, — говорит он с придыханием. — Ты так невыразимо прекрасна. Сердце делает кувырок. Те же слова можно сказать и о нем. Мистер Макан — воплощение мужской красоты, спортивного телосложения, высокого роста и точеной формы. Хоть мы и встречались всего несколько раз, я никогда не осмеливалась смотреть ему в глаза из-за его жестокой репутации. Прямо сейчас он мистер Бордо, человек, который не мог оторвать глаз от меня на сцене. Поднимаю руки над головой и низко приседаю, мой взгляд падает на эрекцию, выпирающую сквозь его брюки. Он длиннее и толще, чем у мистера Белого Смокинга, и я не могу не задаться вопросом, намерен ли мистер Макан так же вытащить его. — Заметила что-то интересное? — спрашивает он, растягивая слова. — Может быть, — встаю, кладу руки на талию и вращаю бедрами. Взгляд мистера Макана сопровождает движение в течение нескольких ударов сердца, затем проходится по корсету и останавливается на декольте. Он дышит через приоткрытые губы, его пальцы сжимаются в кулаки. Кожа покалывает от потребности почувствовать эти руки на бедрах, груди, между ног. Власть над этим мужчиной опьяняет. Музыка меняется. Я поворачиваюсь и иду в другой конец комнаты, останавливаюсь, разворачиваю бедра, и оглядываюсь через плечо. Затем легонько шлепаю себя по заднице. Когда мистер Макан поднимается с сиденья, мое тело дрожит в предвкушении. Он дышит так тяжело и быстро, что кажется готовым броситься вперед, как делали джентльмены ранее. Часть меня хочет, чтобы он снова прижал меня к стене, только на этот раз я не испугаюсь. На этот раз моя рука коснется не только его груди. Расправляя плечи, я вытягиваю руку и провожу пальцами по коже. Это движение предназначено для возбуждения, и я клянусь, что слышу рычание мистера Макана. Я должна отступить и сделать что-то менее рискованное, например, боковой поворот, но я провожу руками по изгибу груди, животу и бедрам. Он приближается ко мне, с каждым шагом мое сердце начинает биться сильнее. Здравый смысл кричит, чтобы я остановилась, напомнила ему вернуться на свое место, но заряд возбуждения, пронзающий живот, подталкивает меня продолжать. Сгибаю палец и маню его. Мистер Макан стоит так близко, что тепло его тела согревает мою кожу. Или, возможно, это уголек, горящий глубоко в моем сердце. Я наклоняю голову, приоткрываю губы и перевожу взгляд на его губы. — Эйлин, — хрипит он. — Да? — провожу пальцем по его груди. — Что нужно, чтобы ты сняла это белье?