Спорить на желание, жалеть (?) потом

— Я не верю, Шастун, не верю! — твердо стоит на своём преподаватель, хмуря брови и старательно пряча азартную улыбку. — Так, а что там делать? — не унимается студент. — Задания на «Past Perfect» и «Present Perfect Countinious» в перемешку с лексикой десятого класса? Я-то знаю, у меня друг на эту олимпиаду ходил. Проще простого! — О боже, — цокает Арсений Сергеевич. — какой же ты неугомонный! Поверь, университетские олимпиады отличаются от школьных, — сердито твердит брюнет, выделяя два последних слова. Парни замолкают на несколько секунд, обдумывая, что каждому делать дальше. И тут Попов предлагает следующее: «Так, ладно. Я тебя запишу, но готов поспорить, что ты даже третье место не получишь». — С этого и нужно было начинать, Арсений Сергеевич, — самодовольно ухмыляется Шаст. — На что спорим? — А-э, — преподаватель заметно опешил. Он и вовсе не закладывал в свою фразу никакого смысла. Но ладно уж..была не была. — Предлагаю на желание. Будешь у меня в аудитории неделю полы драить. — Согласен, но над своим желанием я еще подумаю, — снова ухмыляется Антон, протягивая руку для фиксации спора. — Отлично, Шастун, — Арсений Сергеевич не выдает своей неуверенности и крепко пожимает теплую руку студента своей, до дрожи холодной. — Не нравится мне это все, — думает про себя брюнет, пока кудрявый парень медленным шагом удаляется из аудитории.

***

— Арсений Сергеевич! — громко окликает преподавателя Антон в шумном коридоре, подбегая ближе. — Вам пришли результаты? — Знаешь, — начинает заговаривать зубы, в попытке оттянуть свой провал англичанин. — еще не пришли, ты пойди лучше спроси у Павла Алексеевича. — Так я уже ходил, он сказал к Вам идти, — щурит глаза парень, заподозрив что-то неладное. — Не придуривайтесь, все Вы знаете. — Тебя невозможно обхитрить, — досадно выдыхает мужчина. — Пойдем ко мне, — с этими словами Сергеевич делает шаг с места, и они с Шастуном направляются в сторону своей аудитории. — Второе место в городе!? — таращится в экран компьютера Антон. — А Вы в меня не верили! — Оказывается, ошибся, — искренне улыбается Арсений Сергеевич. — Ты молодец, Антон, — гордо добавляет он. — Так-то лучше. — А что насчет твоего желания? — Попов крутит свое единственное кольцо на среднем пальце, не желая сталкиваться с взглядом студента и надеясь, что парень давно забыл про этот глупый спор. — А, точно, — Шастун хмуриться, задумываясь. — Ну, с учетом того, что вы даже на третье место меня бы не поставили, оно должно быть жестким, — потирает ладошки Антон. — Мне уже страшно, — англичанин не врет. Что же такого может придумать первокурсник, который только недавно съездил на свою первую ответственную олимпиаду? — Бога ради, только не минет, — неудерживается и тихо, практически себе под нос шутит Арсений, ведь вся эта ситуация так и напоминает начало какого-то дешевого порно. — Заметьте, не я это начал, Арсений Сергеевич, — еле сдерживая смех, говорит Шастун. — Что? — Я придумал желание, — гордо заявляет он. — Блядь. Нет, нет, — до Попова доходит, и теперь он старательно всматривается в зеленые глаза, ожидая услышать что-то по типу «Это шутка, не парьтесь», но Антон только скрещивает руки на своей груди. — Ты, блядь, серьёзно? — мужчина цепляется обеими руками за предплечья Антона, немного потряхивая парня. — Сука, кто же меня за язык дергал то, а!? — досадно прячет лицо в ладонях, откидывая голову назад и начиная наворачивать круги по просторному помещению.

***

Арсений Сергеевич: Ладно, уж, спор значит спор, — набирая это сообщение уже поздним вечером, преподаватель борется с миллионном мыслей, противоречащими его действиям. С одной стороны — это самый настоящий спор, о последствиях которого думать нужно было намного раньше. А с другой — это, сука, твой (!) студент, и если кто-то об этом узнает — мало не покажется никому. В любом случае Шастун не из последних по привлекательности, а Арсений в свою очередь точно не первый и даже не последний натурал. Но это останется исключительно между нами. Иначе меня нахер попрут с этого университета, понимаешь?

Антон:

Понимаю, конечно, можете мне доверять

Арсений Сергеевич: Я надеюсь У тебя же завтра последняя пара английский?

Антон:

Да, английский

***

— Всем спасибо за внимание. Пара окончена, — громко заявляет студентам Арсений Сергеевич, затем наблюдает за постепенно пустеющими партами, параллельно выискивая взглядом Антона. — Шаст, стой, — цепляет парня за запястье брюнет, когда тот проходит мимо учительского стола. — Где Димка? — решает спросить преподаватель, пока студенты толпой проходят мимо. — Сегодня не пришел, сказал температура поднялась, — спокойно отвечает Антон, хотя весь его организм в диком предвкушении интимной связи: сердце внутри колотится с бешеной скоростью, ладони потеют, а завитая челка все падает и падает на лоб. — Ясно, — сухо отвечает брюнет, когда последние девушка с парнем закрывают за собой дверь. Раз беседа не задалась, Попов решает немедленно приступить к выполнению желания Шастуна. Размеренным шагом он направляется к двери, хватая по пути связку ключей. — Чтобы никто нас не побеспокоил, — коротко подмигивает Арсений, защелкивая дверь на ключ и запихивая его себе в карман. Затем мужчина подходит к уже успевшему побледнеть Антону, мягко касаясь пальцами его предплечьев. Взгляд голубых глаз медленно скользит по чужим скулам, проходится по сильно сжатому краю челюсти и утыкается в шею. Вскоре, на этом месте Шаст чувствует пару мокрых, но действейных поцелуя. Арсений кусает нежную кожу, сразу же зализывая, проходясь языком размашисто и хаотично. После подобных недолгих манипуляций брюнет неожиданно упирается бедром в чужой пах. И когда получает рваный вздох, он чуть подгибает ноги в коленях, прогибается в пояснице и не разрывая зрительного контакта, с небольшим ударом, из-за которого челка подскакивает вверх, опускается на колени. Затем садится на свои пятки, широко разводя ноги между собой и все продолжая смотреть глаза в глаза, тянет руки к антоновому ремню. — Ты просто прекрасный, Арсений, — шепчет откуда-то сверху Шастун. Парень всё-таки не удерживается и берет Попова за подбородок, заставляя выгнуться еще больше. Он поворачивает его голову из стороны в сторону, наслаждаясь прекрасным видом и удивляясь, что Сергеевич позволяет проделывать с ним такое. У парня дух захватывает от преподавателя в подобном виде. Заканчивая эти недогляделки, брюнет наконец стягивает с Антона штаны, а затем и боксеры. При виде достаточно возбужденного органа, Попов до невозможности пошло облизывается, приподнимается, удобно расставляя свои колени на полу и проводит рукой по всей длине, аккуратно облизывая головку члена. Затем вбирает в рот совсем немного, делая пару безамплетудных движений и вынимает обратно, словно дразня. Привыкнув, брюнет берет больше, насаживается ртом глубже и выполняет движения намного чаще, выбивая этим из Антона приглушённые постанывания. Вскоре, понимая, что готов, он нащупывает Антонову руку своей, немного подрагивающей, и кладет ее себе на макушку, призывая вцепиться пальцами в темные густые волосы. Теперь Антон получает полное разрешение и перехватывает инициативу на себя: сжимает волосы Арсения, водит его голову взад вперед, насаживая на свой член и получая в ответ только тихое причмокивание. В один из подобных толчков Попов берет по самое основание, что головка упирается прямиком в глотку, создавая довольно странное ощущение. И только он хочет поскорее отстраниться, как теплая ладонь на макушке давит обратно. Арс на это отрицательно мычит, упирается ладонями в Антоновы бедра, ставит гибкие брови домиком и зажмуривает глаза. — Спокойно, расслабьтесь, — по-чертовски возбуждающе произносит Антон. И Арсений Сергеевич правда расслабляется, довольно постанывая, насколько это возможно с занятым ртом, что вибрация проходит по органу Антона, растекаясь во всем теле. Брюнет начинает потихоньку двигаться туда-сюда, порой втягивает щеки. А свободной рукой тянется к своему паху, пытаясь постыдно, через плонтную ткань брюк унять свое образовавшееся возбуждение. Утопая в этих ужасно приятных ощущениях, Антон вовсе не заботится о завершении. А когда чувствует, что он уже на исходе, забывает предупредить об этом Арсения. И только обильно изливается ему в рот с обеспокоенным «Арс!». Ошарашенный Попов сразу же отстраняется, снова посадив свой зад на пятки. — Боже, прости, я совсем забыл, — Шаст приседает на корточки, и брюнет даже не замечает, когда тот успел натянуть штаны. — Все нормально? — англичанин так и продолжает сидеть на полу с полным ртом теплой спермы, что по чуть-чуть капает с его приоткрытой нижней губы. — Да, я в норме, — убеждает он Антона и показательно глотает содержимое, даже не поморщившись. — Просто предупреждай заранее о таком. Шаст помогает ему встать, легонько придерживая за руку, и Арсений идет к небольшому кранчику в коморке, чтобы поскорее умыться. — Арс, — окликает Шастун. — Тебе хоть понравилось? — Ну как видишь, — Попов показательно разводит руками и устремляет свой взгляд вниз. Тогда Антон замечает небольшой бугорок в чужих брюках. — да. Не думал, что могу получить так много эмоций от того, как кто-то трахает меня в рот, — Шаст слегка ухмыляется своим мыслям и осматривается в поисках какой-нибудь тряпочки или пачки салфеток. — Лови, — в антоновы руки прилетает несколько салфеток. Подняв взгляд, он замечает пару таких же у Арсения. — А, ты куда? — успевает спросить шатен, перед тем как преподаватель закроется в маленькой коморке. — Ну-так, — Попов пытается намекнуть, но выходит явно плохо, — не горю желанием ехать домой со стояком. — Ааа, — тянет Шастун. — Хочешь, помогу? — без всякой надежды в голосе спрашивает парень. — Нет, мы договорились только на один раз. Я справлюсь сам, — твердо отвечает Арсений. — А, и еще одно. То, что произошло никак не влияет на наши отношения, как преподавателя и студента, — Шаст коротко кивает, немного поджав губы. На обратное рассчитывать было бы наверное глупо. Вытерев пол и вымыв руки, Антон уже не знает чем себя занять. От скуки парень начинает внимательно разглядывать просторную аудиторию, упорно игнорируя компактную дверцу, за которой и спрятался преподаватель. Но взгляд сам периодически падает именно в ту сторону. В итоге Шаст досадно проигрывает своему интересу и буквально на цыпочках подходит к тонкой двери, заглядывая в небольшую щелку. К счастью или к сожалению, лицезреть весь процесс полностью не получается. Через маленькое отверстие можно заметить только как мужчина опирается бедром о стол, широкую спину и откинутую назад голову. Арс делает это тихо, тяжко дыша и порой издавая почти неуловимый скулеж. Резко выходя из коморки, Попов еле заметно ухмыляется невинно наворачивающему круги вокруг парт Антону, будто подтверждая некие свои догадки. — Могу подбросить, если ты не против, — говорит он Шастуну, даже не поднимая на того взгляда, а параллельно проверяя ключи от машины. — Тем более прохладно уже по улицам мотаться. — Если Вам не сложно, конечно, я буду благодарен, — переходит обратно на «Вы» шатен.

***

— Ало, Серег, — время уже довольно позднее, но у мужчины так и не получается заснуть без какого-либо наставления лучшего друга. — Не спишь ещё? — Не-а, — доносится расслабленный и уже родной голос из трубки. — только не говори, что что-то случилось посреди ночи. — Случилось, — брюнет немного мнётся. — Я Шасту отсосал, — пауза. — В рамках спора. — Блядь. Что за хуйня, Арс? — слышно, как Матвиенко кладет телефон куда-то на стол. — Ну, я ему желание проспорил, а этот пиздюк...оказался извращенцем, — посмеивается брюнет. — Пиздец, Арс, я тебя иногда вообще не понимаю, — досадно говорит Сергей. — Вот сколько тебе повторять, что если ты хочешь каких либо отношений с человеком, то необязательно начинать их с минетов и споров на эти минеты! — Так это первый раз такой! — возмущается Попов. — И вообще, ты сначала на себя посмотри. — Так, стоять. Мы сейчас не обо мне говорим, — не дает перевести стрелки хитрому Арсению Серега. — Тебя-то я знаю на отлично, Попов. Уверен, ты об одном мороженом на двоих, свиданиях под луной и поцелуе только на десятом мечтаешь. — С Антоном? — задумывается брюнет. — Ты снова прав, Серег. — Если я прав, то что же случилось с нашим стеснительным Арсением?