любовь со школы до конца жизни

Что не говори, а факт того, что Федор влюбился первым, был на лицо. Уже прошло столько лет, как они окончили университет, а тем более школу. Уже давно взрослые парни, что ходят на работу и зарабатывают собственные деньги, ни от кого не завися. Но, несмотря на такое длительное время, никто из них практически не изменился. - А помнишь, как ты заставлял меня идти спать, а сам за меня делал домашнее задание? Эх... Вот бы сейчас так... — Надувая губы и опрокидывая голову назад, говорил Осаму, сидя на стуле за кухонным столом и держа возле груди чашку с чаем. - Сейчас ты взрослый и сам можешь делать свою работу. — Притягивая свою кружку с зеленым чаем к губам, Федя сделал несколько глотков. На часах уже было двенадцать часов ночи, но парни совсем и не думали идти продолжать свою работу, а тем более спать. Окна были зашторены, что лунный свет совсем не увидишь за ними, а в помещении пахло печеньем и шоколадными конфетами вперемешку с травами чая. Тепло и уют давно укутали и сковали тела, что спокойно сидели друг напротив друга, вспоминая давние истории. - Ты тогда был таким мииилым! А сейчас совсем не романтичный! — Парень перед ним был самим воплощением спокойствия, но после чужого возмущения на лице возникла легкая улыбка. Что так и притянула к себе, как только Дазай вернул голову в нормальное положение. - Ты раньше постоянно заступался за меня, когда тот самый учитель в средних классах занижал мне оценки. Но сейчас этого не делаешь. – Издавая смешок, Достоевский устремил свой взгляд на взлохмоченном супруге, что спустя длительное время наконец-то вылез из своего кабинета. Что ж, работа писателя не такая легкая, как кажется на первый взгляд. - Но ты ведь сам себе начальник! - Сплошные отговорки. — Пожимая плечами, парень потянулся к конфетам, что стояли посередине стола, совсем не отводя взгляда от возлюбленного, что несколько секунд дул губа, а после расплылся в теплой улыбке. Чужой смех сразу же отдался в ушах приятной мелодией, что позволяет вздохнуть глубже, наполняя легкие еще большим количеством чистого воздуха. Притягивая к себе конфеты, разворачивая и откладывая фантик в сторону, Федор указал на чужую чашку чая. Осаму сразу же заметил жест и рефлекторно опустил голову. Вот оно что. Они так долго сидят тут, что Дазай совсем забыл про напиток, который явно остыл и следовало бы его допить, пока он хотя бы теплый, либо сделать новый. Оставив чашку на столе, парень лишь кратко кивнул, давая понять, что позже сделает новый. Теплый ему уж точно не хочется пить. - Это те самые конфеты, что я дарил тебе в школе? — Смотря на фантик, что лежал рядом с чужим локтем, Осаму издал смешок, ведь помнится в его голове, как Достоевский отказывался от этих конфет, говоря, что они ему не нравятся. - Да. Решил поностальгировать. Вкус все так же ужасен. — Пережевывая шоколад и запивая его чаем, парень бросил взгляд на еще горсть этих самых сладостей, что он купил. - Мм, ну чего ты? Вообще-то, я собирал их с самых красивых могил на кладбище. - Не напоминай мне об этом. По кухне снова прошелся чужой смех, а после и тихий смешок Федора. На самом деле это сейчас так смешно и забавно. Но когда Достоевский и вправду узнал, что все те конфеты, что ему носил Осаму были с кладбища, то спектру его эмоций не было предела. Дазай был не так богат. А чтобы порадовать свою любовь, после школы, когда парень проводил Федю до дома и направлялся к себе, то забегал на кладбище, чтобы насобирать чего-то вкусного. В какой-то степени это даже стало традицией, ведь Осаму каждый день приносил Достоевскому по несколько конфет. А когда были праздники, то целые пакеты. Федор был... Очень рад и в какой-то степени смущен. Но знать об этом Дазаю совсем не нужно было. По крайней мере, в то время. Как уже говорилось, Достоевский был первым, кто почувствовал и принял свои чувства к другу. Но проявлял Федя свою любовь не так открыто, как в дальнейшем это делал Осаму. Он не носил парню конфеты, не осыпал кучей комплиментов каждый день, не срывал с чужих клумб цветы, чтобы подарить своему объекту обожания. Нет, совсем нет. В отличие от Дазая, он делал все куда проще. Приготовит нормальной и полезной еды, чтобы накормить парня. Отдаст свою ушанку, когда Осаму потеряет свою. Сделает за возлюбленного домашнее задание, когда тот уже будет клевать носом над столом. И многое другое. Да и подобные проявления любви могли показаться обычной заботой, без чего-либо. На тот момент для парня это было прекрасным выбором, ведь полностью осознать и принять свои чувства он смог не сразу. И в какой-то степени это ему помогало. И разобраться в себе, и не подать никакого виду. В какой-то степени, несмотря на то, что парни чувствовали друг другу что-то большее, а после и начали встречаться, кое-какое соперничество между ними все таки было. Они учились в одном классе и были теми самыми отличниками. Можно сказать, гордостью класса. Поэтому, когда дело доходило до оценок, подготовки к контрольным и прочему, никаких чувств практически не было. Практически. Парни не уступали друг другу ни в чем. Все их оценки были копирка под копирку. Но настал день, когда все пришлось изменить. Оказалось, что скоро будет проходить олимпиада по физике. А точнее олимпиада, что будет вбирать в себе весь город. Город, что составлял в себе больше миллиона жителей. Шансы на победу с таким количеством конкурентов просто равны нулю. Но не для Осаму и Федора, что были уверены в своей победе. Что же требовалось для этой олимпиады? С каждого класса брали исключительно одного ученика. Точнее по 10 с каждой школы. Начиная с 7 классов, заканчивая 11 классами. И чтобы оказаться тем самым учеником, нужно быть лучшим в классе. Это совсем не проблема, ведь учеников со всех классов выбрали быстро. Со всех, кроме одного. Десятого. А точнее класса, где учились Дазай и Федор. Почему? Все очень легко. Они оба были прекрасны в физике и оба хотели взять участие. И учитель попросту не мог выбрать, кого же именно взять на такую главную роль? Поэтому он решил дать задание. Задание, что они должны были выполнить в кратчайшие сроки, а точнее за пять дней. Ту работу, что им дали, невозможно было выполнить и за неделю. Объем был слишком велик, учитывая и то, что от остальных уроков их никто не освобождал. Учитель это понимал. А потому оценивал он так: кто сделает больше и правильнее. Составит все плюсы и минусы и выберет лучшую работу. Парни хоть и были умны, но каждый работал в своем темпе, поэтому нужно было не только все правильно решить, но и попытаться сделать и намного больше. Дазай взялся за эту работу с головой. И это было сложно не заметить. Особенно Федору. Он хоть и сам тратил несколько часов сна, чтобы решить очередную задачу в задании, но вид его был не настолько плачевен, как у его любви. Это заставляло парня уж слишком беспокоиться. На переменах он всегда подходил к Дазаю и спрашивал о самочувствии. Когда шел урок, то кидал на своего соседа по парте чуть больше взглядов, чем обычно. Чтобы убедиться, все ли с ним хорошо? Но когда наступил четвертый день, предпоследний, то сердце Феди попросту не выдержало. Осаму был так измотан по внешнему виду, что у Достоевского напросто пропало хоть какое-то желание соперничать. А тем более побеждать в этом "состязании". Вместо этого он после очередного урока двинулся в кабинет физики, чтобы оповестить о своем отказе об олимпиаде. Учитель хоть и был в легком шоке и задал несколько вопросов, но в подробности не вдавался, а потому Федя молча поблагодарил его и вышел из кабинета. Самым главным для него на тот момент было то, чтобы позаботиться о горе друге. Федя до сих пор помнит о то, как отпрашивался у учителя домой вместе с Дазаем под предлогом, что второму плохо. Хотя все так и было. Родители парня очень редко появлялись дома из-за работы, да и дом его был куда ближе к школе, чем дом Осаму. Просто схватив свою любовь, Федор молча утащил его со школы, пока ели стоящая фигура задавала уж слишком много вопросов за его спиной. Только через три года, на втором курсе, Дазай узнал настоящую причину того, почему именно он поехал на олимпиаду. Ведь все это время Достоевский говорил о том, что, оказывается, у него не так все хорошо с оценками. И есть одна, что немного, но портит картину. А вместе с этим и не делает его самым лучшим учеником по физике. Поэтому "когда ему об этом сказали", он решил сразу же забрать парня отдохнуть, чтобы тот не перенагружался. Это казалось Осаму очень милым, но когда он узнал настоящую историю, то это "мило" переросло в такое же "мило" только с еще большим спектром эмоций и большим количеством ударов в грудной клетки. На тот момент Федор совсем не хотел говорить о том, что сдался по собственной инициативе. И Дазай его понимает. Это был не единственный поступок Достоевского, что показывал его любовь к Осаму. Но один из запоминающихся. Да, скорее так и есть. Ведь сколько потом Федя слушал радостных возгласов, что он не на первом месте и одна оценка все испортила, этого просто не сосчитать. Но он все равно был счастлив. Признались парни друг другу в чувствах в конце десятого класса. Вообще-то Достоевский собирался признаться в конце одиннадцатого. На выпускном. Но Дазай оказался быстрее. И, конечно же, Федя не мог не ответить взаимностью. Именно после этого и начались те самый проявления любви от Осаму. И ровно через год, на первом курсе, Достоевский и узнал, где брали те самый конфеты, что он ел чуть ли не каждый день. Поступали парни в одно учебное заведение. Только на разные факультеты. Теперь они, конечно, не сидели вместе, да и в принципе, были в разных группах, но не так далеко друг от друга, как могли бы. Отношения их с каждым днем, месяцем и годом только укреплялись. Сколько болезней, конфликтов, смешных и неловких ситуаций они пережили? Не пересчитать. На втором курсе парни и вовсе начали жить вместе. По большей части это организовал Федя, чтобы купить квартиру, а не снимать какое-то захолустье. Но и Дазай тоже приложил немало усилий. После совместного заселения, парни узнали много нового друг о друге. Вот Федор теперь не ложиться в кровать к Осаму, если у них только одно одеяло. Ведь парень попросту забирает все себе. Либо вообще скидывает его с кровати и наваливается на Достоевского, прижимая к себе и запрокидывая ногу, заменяя потерю. Наличие другого одеяла конечно устраняет не все проблемы, но большинство. Дазай же заметил одну из "странных" привычек Феди, например: помешивать чай или еду исключительно правой рукой, хотя сам парень левша. Либо Достоевский в любой момент мог уставиться в одну точку, в большинстве случаев это была книга или ноутбук, и сидеть так длительное время. И нет, он не читал, не смотрел что-то, просто сидел. Осаму проверял. Тот даже глазами не шевелил и не моргал. Такого при их встречах он совсем не наблюдал. Но после это даже казалось Дазаю забавным. Особенно, когда Федя выныривает из своих мыслей и, как котенок, что оказался в новом месте, начинал пробегаться глазами по помещению. Поцелуи и объятья стали намного частым занятием и неотъемлемой частью их совместной жизни. Не пройдет и часу, как кто-то из них прейдет и заключит возлюбленного в свой плен. Годы шли, а желание стать ближе и ближе все росло. Их первый секс случился, когда оба были на пятом курсе. Честно... День этот запомнился кучей забавных моментов. Начиная с того, что они только начинали детальнее изучать тела друг друга и еще не знали, что именно нужно сделать, чтобы доставить партнеру удовольствие. Заканчивая тем, что Осаму на ровном месте мог захихикать или вообще засмеяться. Ну правда, это было так забавно. Особенно довольно сосредоточенное лицо Феди, что так и заставляло прыснуть со смеху. Но, несмотря на это, их первый секс запомнился очень нежным и невинным. В головах обоих. Дазай постоянно цеплялся за чужие плечи, когда по его простате проезжала головка члена. Так отчаянно откидывал голову назад и в судорогах вытягивал ноги, выстанывая имя возлюбленного. Темп был таким медленным, но толчки были настолько сильными, что паре