Сердце музыканта

Он яростно по клавишам стучал и бил о пол ногами Вдыхал он с жадностью холодный воздух тёмной ночи Он знал, что в ноты он уже давно не попадает, Всё знал, но продолжал играть что было мочи. Играл не головой он, а играл он сердцем И в этих звуках слышно было крик его души И в сердце бедного измученного музыканта, Горел такой пожар, попробуй только потуши. О чём же думал в миг, когда играл он? Какие мысли были в его умной голове? Он думал о прекрасной деве, да, о музе, Ведь он давным-давно не думал о себе. О муза, девушка предавшая его любовь, О муза, та, кой музыка пришлась не кстати О муза, девушка прекраснее любой его мечты Из-за которой он неделю не вставал с кровати. Он посвящал ей свои лучшие творенья Любил её как никого и никогда б не смог Он отдавал ей всё, что было только можно Но вот заставить полюбить себя так и не смог. Его она минуты в своей жизни даже не любила И музыку его она совсем не понимала Она лишь только пользовалась музыкантом И только лишь подарки дорогие принимала И вот сегодня, он пришёл признаться ей в любви Сел за рояль, что расположен посредь зала Решил сыграть он для неё особенную песню Она послушала чуть-чуть, а позже его отослала. «Мне ваши чувства вовсе, сударь, не нужны, Подарки я из жалости лишь принимала Не нравится мне ваша музыка и вы, Падите прочь из моего, вы, зала» И он пошёл, пошёл с разбитым сердцем, Пошёл домой, и музыка неделю в доме не звучала, Она попала прямо в глубь его души, И сердце больше у него не трепетало Но вот прошла неделя, он поднялся, И зашёл в залу, где его рояль стоял И сел, и тут же музыка внутри него затрепетала И он в агонии, без нот, вдруг заиграл Он яростно по клавишам стучал и бил о пол ногами Вдыхал он с жадностью холодный воздух тёмной ночи Он знал, что в ноты он уже давно не попадает, Всё знал, но продолжал играть что было мочи. И вот, он в ярости ударил по злощастному роялю Хотя рояль не в чём и не был не виноват Схватил топор, что прятал за камином И начал инструмент свой колотить, не отрывая взгляд Он вымещал всю свою злобу и всю боль, Всё то, что в его сердце за всё время накопилось Крушил и рушил бедный свой рояль, Пока там окончательно всё не сломалось, не разбилось. И вот, дрожащими и бледными руками, К остаткам инструмента матер музы прикоснулся И в миг он будто осознал, что натворил, И в миг, он от себя же почему-то ужаснулся. Он сел тихонько на пол, опустив топор, Провёл по клавишам, но они больше не играют. Вот так, она разбила музыканту сердце, А он в отместку ей лишь инструмент свой убивает.