Под землёй любимый.

12. — Тэттё, ты такой идиот.. Самый настоящий мой любимый идиот. Почему ты по сей день не смирился с тем, что меня больше нет, придурок ходячий? Почему ты этого не сделал, ну скажи мне. — Возмущается еле видный силуэт альбиноса, что стоит на могиле, на которой написано "Дзёно Сайгику.1999-2014.". Он возмущался, ибо стоящий парень пред могилой так и не смог смириться со смертью того, что лежит вечным непробудным сном под этой чёртовой землёй. Брюнет смотря на могилу эту, так же плачет и корвет себя, виня в смерти любимого человека. Ему мерещится тот, тот слепой юноша, которого Суэхиро больше не встретит. Ему хочется почувствовать существование того, но это невозможно. Слеза по щеке летит одна за другою, боль сильнее-сильнее становится, что приливается слезами к глазам, что льётся из очей янтарных, что сложно и больно терпеть, на что не хочется даже смотреть. И этого тёмноволосому не хочется. Прошли дни, месяца и годы, но тот не смирился с этим событием, событием, что разрушило всю юность его жизни, всю любовь и тягу к ней. Желание пойти за Сайгику всё манит и тянет сильней. А капли по щеке продолжают катиться, вкус соли во рту ощутим. Тэттё так и не может смириться всё же, отвечая этому силуэту, — Мх.. Дзёно, Дзёно.. Я не хочу тебя отпускать. Я хочу пойти за тобою, но ты стал лишь сплошной для меня землёю.. — И слёзы сильнее катиться начинают, переливающийся оттенок на щеках и шее того преобладает уже, тяга к смерти становится сильнее. А любовь к тому юноше мёртвому не угасает.. И тут парень добавляет, — Я хочу увидеть тебя, почувствовать, что нам всё снова нипочём. — Шепчет он, утопая в волчище на лице его. Взор его падает на могилы других умерших людей, они не ухожены, заброшены, забором не огорожены большинство их. Атмосфера странная, одиноко на душе, хочется плакать, плакать и плакать. Здесь никого кроме Суэхиро и могил нет, вовсе никого. Это его пугает, заставляя ручей к губам бежать ещё сильнее, а юноша держит в своих руках чёртовы записи, записи Дзёно. Они заставляют его реветь сильнее. Ему этого не хочется, но больше никак не выходит. И тут слышится голос силуэта вновь, — Болван, тебя нужно в психбольницу отправлять.. А слушай, ляг туда, пожалуйста, ради меня и себя, ради нас молодых.. Я прошу тебя лечь в психиатрическую больницу, Суэхиро. Будь добр, сделай это. У тебя развиваются годами несколько симптомов сразу.. Когда ты это поймёшь, мать твою?! Скройся с кладбища уже.. Хватит оплакивать меня. — Пробурчал альбинос, "смотря" в словно оранжевые глазёнки парня. Конечно, себя это существо в них не увидело и не увидит.. — Я.. я.. и туда? Нет, нет, нет.. Подожди меня, постой.. Я хочу быть с тобой. Я пойду ведь всё равно за тобой.. — Прошептал, плача сильнее тёмноволосый, он был уже готов пасть на колени, поднять голову вверх, смотря на деревья и небо и закричать, как ему хочется покончить с собой и о боли той, что была, что есть в его душе молодой. — Не смей, не рушь свою жизнь, Тэттё, ты ведь.. извини. Ты из-за меня страдаешь ведь.. — Испуганно "смотрит" слепой на того, опуская голову вниз и начиная ворошить легонько ногами землю на своей могиле. — Я хочу видеть и чувствовать тебя, любить и пытаться не отпустить, хочу вернуться в юные годы, хочу утопать в твоих объятиях в юности. Почему этому не быть, Дзёно..? — Начинают катиться слёзки с щёк ещё сильнее и шустрее вновь, брюнет голову опустил и начал рассматривать земельку. Она была сухой и твёрдой, на ней виднелись маленькие "волоски" травы, на ней имелись одуванчики местами у неё. Здесь люди более не ходят, лишь тёмноволосый парнишка тупит взглядом в пол вновь и вновь, плача. Ему жаль, что он не в вечном сне обитает. — Ну ты чего так.. Ничего страшного. Ты найдёшь лучше человека, чем я, уж поверь. Прости, отпусти и уйди с глаз моих долой.. Ох..! Ты совсем худой теперь. Кушай нормально.. — Грустнеет четырнадцатилетний мальчик, что вечно будет молодым, что вечно всеми забытым. А капли так и льются потихоньку. Суэхиро смотрит на те зловещие записки, на те каракули в пруду этой тетрадки, на все эти загадки, и продолжает винить лишь себя в этом случае. Вот и приходит печальный час, Тэттё подходит к прекрасному для него силуэту, хватает того за руку, целуя в крепких объятиях любви того в преклоннейшие губы, довольно небрежно, но зато как нежно и даже может быть, прилежно отчасти для них двоих. Им это обоим нравится, им это знакомо и родной. Они целуются в этот раз однажды, словно это первый и последний раз. Этот поцелуй был крепок и приятен, притягивал сильней тёмноволосого. И тут силуэт начинает исчезать, в руках брюнета имеются таблетки, одну из которых он проглотил во время поцелуя с альбиносом. Глаза слепого были так приятны, что брюнету хотелось их расцеловать, но время уже поздно настало, и он легонечко шатаясь, утирает слёзы рукавом своей любимой кофты, что досталась от любимого, что была ему дорога чертовски, уходит вдаль, уходит к другим домам, к своим домам от кладбища подальше, стараясь не зареветь, по улице идя. По пути от кладбища Тэттё смотрел на одну часть оставшегося забора, что потихоньку ржавела и зарастала, на которую падали осенним лепестки листьев и на которой собиралась пыль, которая уже гниёт вместе со скидками, что находятся тут на каждом шагу под землёй. Суэхиро прийдя домой, кидает эти чёртовы записи в ящик, закрывая его злостно, захлопывая всюду за собою двери со злобой. Он не знал, что на него нашло, но просто это начал делать, после чего побрёл к кровати и завалился на неё, стал лежать и смотреть в потолок, после чего перелёг на бок, обнял одеяло и укутавшись под него, сомкнул глаза и уснул. Для него это было странным, но ему хотелось скорее совершить непоправимое.