069

запах сырости заполнял холодный коридор. тут едва ли горел свет, лампочка постоянно мигала, вызывая раздражение. обстановка вокруг нагнетающая, но ничего не сделаешь. девушка постоянно поправляла выданную ей форму. все из-за нервозности. первый рабочий день уже начинается в напряге. неизвестно, что будет дальше. — твоя задача: следить за заключёнными, не говорить с ними, не позволять прикасаться к себе, а уж тем более не вступать в половые связи. здесь полно девушек с лесбийскими наклоностями, у которых секс не со своими соседками и другими зэчками, давным давно не был. будь осторожна, иначе потеряешь рабочее место. — женский голос замолк, дав возможность длинноволосой профильтровать всё выше сказанное. голубые глаза с непониманием рассматривали впереди стоящую. кусает нижнюю губу, чувствуя волнение. надзирателем предложил ей работать брат. тот считал, что в кристине есть потенциал. девушка там всех «раком поставит» и заставит ноги целовать. так рассуждал денис. в свои двадцать семь захарова не знала куда себя деть, поэтому прислушалась к совету близкого человека. мама устала видеть как её дочь занимается саморазрушением и вместе с сыном подталкивала блондинку к этому. теперь она здесь. стоит в коридоре, нюхая отвратительный запах. её так называемый наставник давно ушла по своим делам, оставив бедную в одиночестве. * * * в столовой суета, оры — привычный для всех обед. светловолосая прижалась спиной к стене, завела за нее руки и стала присматривать за всеми. девушки тут разные. что по массе, что по поведению и степени буйности. одна запомнилась больше всех. сидела особа в среднем ряду за последним столиком, ближе к кухне. от неё больше всего криков, возни и прочего. татуированное лицо выражало наглую улыбку, а взгляд зелёных глаз унижал всех присутствующих. рядом с ней не менее шумные девки, все пытающиеся что-то доказать младшей. но она шла напролом, отстаивала свою правоту. даже самые здоровые по телосложению старались вести себя тихо. лишь бы их разборки никаким боком не коснулись. у всех одна цель — спокойно отбывать мучения и поскорее выйти на волю. а у неё — доказать свою превосходность над ними. начинался конкретный пиздец. девушки не поделили что-то. возможно, сказали слово против этой дамочки. суть не так важна. без церемоний кулак такой на взгляд хрупкой шатенки летит прямо в глаз той, что сидит справа от неё. удар ничего такой, заставлял напрячься скулам, всему телу тоже. захарова должна была что-то сделать, но она продолжала смотреть в эти темно-зелёные глаза. все могло кончиться на этом. только остальные заключённые приняли бунт от шатенки как вызов. у них в голове в тот же миг загорелся зелёный свет, что оповещал: «пора действовать». это месиво продолжалось более четырнадцати минут, пока более опытные нвдзиратели не разогнали балаган. а кристина так и стояла, словно приросла к полу. * * * — она проткнула мне палец вилкой! — слёзно жалуется короткостриженная брюнетка. кристина сидит, наблюдая за всем этим. первый день, а уже пиздец. они выясняют конфликт между заключённой 069 и 054. как оказалось, имён здесь для них не существует. ещё ранее старшей поясняли, что девушки не заслужили обращения к ним по имени. уже битый час дотошного рассказа как 069 жестоко обошлась со своей «подругой» утомил голубоглазую. она даже начала тихо дремать, иногда ощущая сильные толчки со стороны своей коллеги. кира относилась к своей работе с большей ответственностью, словно занимала пост выше, чем простой надзиратель. поэтому не хотелось бы от новенькой такой безалаберности. а кристина потеряла интерес к этому всему уже в первый рабочий день. — 069, тебе уже сделано больше четырёх предупреждений. скучаешь по одиночке, да? — мужчина за большим столом наклонил голову к той самой буйной зэчке, всем видом показывая свою грозность. только вот татуированную это особо не колышало. она сидела с наглой улыбкой, закинув ногу на ногу. взгляд в потолок и мысли явно не о содеянном. по ней видно, что будь такая возможность, она бы повторила это ещё и не один раз. — твои выходки недопустимы. назначаю тебя в одиночную камеру. срок пребывания в ней на этот раз составляет месяц. но тут зависит от твоего поведения, потому что я вполне могу продлить твой санаторно-курортный отпуск. — выдавил из себя кривую улыбку, тем самым вызывая раздражение у всех присутствующих. виолетту с другой заключённой вывели из кабинета. крис ждала первое свое поручение, уже зная, что ей назначат носить обеды, завтраки и ужины в тюремную камеру. далеко не сложное задание, тем более особо контактировать не придётся. старшая придерживалась тем напуствиям, которые ей дали как только она пришла. — она у нас входит в число заключенных, требующих особый присмотр. тебе нужно следить за ней в основном только в ночное время. днем не имеет смысла, потому что она девка умная и знает, что если бежать, то когда все спят. * * * день подошёл к своему завершению, а крис специально медленно плелась к одиночной камере. внутри предчувствие, что хорошим все навряд ли кончится, но отказаться надзирательница не в праве. нужно быть готовой ко всему, а главное остаться живой. не хотела, чтобы её нашли мёртвой где нибудь под койкой у 069. дверь с неприятным скрипом открылась, озаряя в камеру свет. вилка сидела на койке, прижавшись к холодной стене спиной. на ней лишь белая спальная майка, да нижнее белье. слишком легко она одета для такого не сказать что тёплого места. размышляла о прошлом. раньше было хорошо гулять по ночам, возвращаться в стельку пьяной и свободно водить в постель прекрасных дам. сейчас же она потеряла даже свое имя. а значит потеряла абсолютно всё. — милашку заставили провести ночку со злой и противной заключённой. — через свои слова она выражает насмешку над длинноволосой. — давненько к нам не посылали таких симпатичных. довольно-таки быстро оказывается на соседней койке, где как раз сидела крис. раньше это была обычная камера, а сейчас её переделали под одиночную, не убрав другую кровать. захаровой не нравилось все, что с ней происходит. давили стены, которые находились слишком близко, теснили захарову. запах вызывал рвотные рефлексы. сырость постели пропитала всю форму девушки, вызывая отвращение. и эта приставучая девчонка, не способная усадить свой тощий зад на место. — ты из тех послушных девчонок, что соблюдают правило «не болтай с ними, а то укусят». — шёпот покрывает мурашками все тело. сама же работница женской тюрьмы вздрагивает, когда чужой скользкий язык проходится по мочке уха. — да, я кусаюсь, только делаю это очень приятно. хочешь проверить? прикусывает там же, слыша громкий ах с уст старшей. она блуждает рукой по чужому телу, ощущая, что оно накаченное. все как 069 любит. бедняжку отправили на произвол судьбы. в лапы безжалостного зверя. кристина опомнилась, с большим усилием оттолкнув от себя извращенку. не позволит наглой девке так легко воспользоваться случаем и переспать с ней. та падает на пол, ударяясь губой об ножку койки. здесь мало места, поэтому они так близко расположены друг к другу. капли алой жидкости испачкали мебель, а ви чувствует металлический привкус. разбила губу. длинноволосая слишком чувственно реагирует на свое действие. становится от чего то жаль заключенную, хоть её учили этому и говорили, что абсолютно нормально делать «таким» больно. не привыкла бить девушек. к ним у неё абсолютно противоположное отношение. — блять, прости. — подходит к все ещё лежащей на полу заключённой. подняла её, усадив на кровать. сейчас нельзя отлучаться от младшей, но достать бинты с перекисью нужно. не понимала природу своих действий, но так воспитала мама, причитая помогать ближнему. да и кого волнует, что этот ближний зэчка. когда она вернулась, ви мёртво пялила в стену. не обращает внимание, что губа не прекращает истекать кровью. она капает на ляжки, успев испачкать и постельное белье. крис уселась рядом. повернула чужую голову за подбордок к себе. приложила влажную ватку к ране, слыша тихое шипение. сама того не замечает как начала дуть на нижнюю губу, чтобы убрать болевой дискомфорт. их зрительный контакт не прерывается ни на секунду. обе молчат. обе чувсвуют себя очень странно рядом друг с другом. обе пытаются заглушить грешные мысли здравым рассудком. а не потерял ли он эту здравость? — мне нравится как ты пахнешь. обычно надзирательницы выбирают резкие духи, про мужчин вообще молчу. — тихо говорит 069. голос приятный, не свойственный в большенстве случаев заключённым. она в целом отличалась от них сильно. смазливое личико внушало малую долю доверия. молочная кожа мягкая на ощупь, хотя у других жизнь повидавшая. к ней крис не относится с брезгливостью. брат по несколько часов проводил воспитательные беседы о том, что нужно ставить этих уголовниц на свое место. — и хочу облизать твою кожу, даже в самых запретных местах. — шепчет чуть ли не в губы. опасное расстояние. одно неверное движение — все посыпется прахом. малышенко хоть привыкла флирту, выходя за границы дозволенного, но угробить жизнь старшей не посмеет. она знала последствия. подобного рода связь усугубит ситуацию. крис уволят, не дав проработать хотя бы месяц. испортят репутацию, чтобы ту никуда больше не взяли. а ви будет подвергаться продолжительным мучениям, в виде насильственных действий. крис осторожно провела пальцами по щеке, водя по контуру татуировки. впервые она хочет пойти против системы, забив на последствия. виолетта нравится ей. находит в ней красивую девушку с хорошим чувством юмора и своей какой-то перчинкой. а виолетте нравится крис. она серьёзная, строгая по отношению своей работы. но видит в ней это желание помогать нуждающимся. она не ставит себя выше других, хоть у них далеко разные социальные положения. их губы сливаются в животном поцелуе, ведя борьбу за инициативу. крис наваливается на шатенка сверху. телосложение создаёт давление над ви, но она далеко не против такого исхода. они мокро исследуют друг друга губами, смакуя. с каждым разом отстраниться хочется меньше всего. заключённая запустила пальцы в длинные волосы, натягивая их на кулак. томный стон срывается в губы малышенко. она прикусывает их, тем самым прося быть тише. отлиплают друг от друга. обе тяжело дышат. обе разглядывают абсолютно по-другому. в глазах желание продолжить. — 069.-только хочет что-то сказать своей спутнице, но та тут же ее перебивает. — я виолетта. ещё одно из правил, что ей объясняли ранее: «не пытайся узнать личные данные заключённых» бежевая футболка задирается пальцами выше груди. ей открывается вид на маленькую грудь с пирсингом. она мазком проходится по холодному металлу, слыша судорожное дыхание. губами всасывает кожу. играясь языком с сосками, надзирательница обводит ареол круговыми движениями. виолетта и представить не могла насколько внимательна к деталям светловолосая. её поцелуи сладкие, прикосновения пылающие, а объятия самые желанные. младшая послушно принимает чужие поцелуи, прогибаясь спиной. от этих действий противно скрипит кровать. она и так хиленькая, не дай бог сломают её окончательно. — сейчас кончу, зай. — жалобно произнесла малышенко. с уст темноволосой прозвище звучит не так слащаво и приторно. захарова не любит такие обращения, видя в них что-то бредовое. но вилке можно все. белье летит куда-то в сторону, а кристина раздвинула стройные ножки как можно шире. удобно устроилась между ними, поглаживая внутреннюю часть бедра. губами обхватила клитор. посасывает, а языком щедро мажет по складкам. они успели намокнуть за все время их мучительных прелюдий. заключённая суёт себе в рот конец одеяла, чтобы её стоны были не так слышны. им нужно быть максимально тихими. только вот язык кристины желал видимо обратного. скользнула глубже, резкими движениями двигаясь внутри. на глазах внизу лежащей появлялись слезы из-за сильного наслаждения. лишь иногда успевала поправить светлые волосы, а потом вовсе намотать их себе на кулак. она ощущала их мягкость, сводящую окончательно с ума. теперь в одиночной комнате совсем не холодно. теперь они обе чувствуют капли пота по всему телу. и ви кончает, мыча в одеяло. бьется в конвульсиях, да 069 не в том состояние, чтобы контролировать это. голубоглазая ложится рядом, соприкаясь с чужим плечом. тоже сбито дышит, но довольна всем, что произошло между ними.