Глаза цвета маренго

🧵🧵🧵

      Юнги уже и не помнил, когда в последний раз ходил на нормальное свидание. Кажется, месяцев девять тому назад. Тогда один из знакомых устроил омеге свидание вслепую, и это оказалась не самая лучшая встреча в его жизни. Мало того, что альфа оказался настоящим бабником, так ещё и мелочным жмотом, не сумевшим заплатить даже за свой заказ. Мин без лишних возражений оплатил счёт, но зарёкся больше не ходить на подобные встречи.       Другое дело, когда свидание тебе назначает человек, которому ты явно неравнодушен. Юнги хотелось думать, что Пак Чимин всё же показал ему своё истинное лицо, а не в очередной раз натянул на него маску одного из своих героев. Альфа оказался довольно приятным в общении и вёл себя, как настоящий джентльмен. А уже на следующий день позвонил Мину и пригласил его на свидание. Последуют ли за ним следующие свидания зависело полностью от омеги. Опыта у него в таких вещах, к сожалению, было немного, но омега надеялся на своё природное обаяние и остроумие.       Давно он так долго куда-то не собирался. Полдня прихорашивался, вызвав удивление Мина-старшего, который несколько раз заглядывал к нему в комнату.       — Сынок, ты сегодня как-то по-особенному выглядишь, даже глаза улыбаются. Я чего-то не знаю?       Юнги бросил на папу кокетничающий взгляд и слегка покраснел. Родитель обычно знал обо всех его немногих кавалерах, но никогда не вмешивался, считал, что омега должен сам сделать выбор.       — Сегодня я встречаюсь с одним человеком… — многозначительно произнёс Юнги, вновь рассматривая себя в зеркале.       В жизни Мин редко пользовался косметикой, использовал лишь уходовые средства для кожи. А макияж делал и вовсе лишь в исключительных случаях. Но после знакомства с Паком заметил, что всё чаще задерживался у зеркала, то подкрашивая глаза, то губы, то поправляя причёску. Ему действительно хотелось нравиться этому альфе.       — И кто он, если не секрет? — поинтересовался мужчина, подходя к сыну и рассматривая его.       — Один актёр.       — Ммм, не думал, что ты увлекаешься подобным. Даже дорамы смотришь нехотя, засыпаешь уже на первых минутах.       — Ты же знаешь, что мне нравятся фильмы с определёнными актёрами.       — Только не говори, что он ещё и известный.       Юнги пожал плечами, давая понять, что так и есть.       — Да они меняют омег, как перчатки! — вспылил неожиданно Мин-старший.       — Папа, а он не такой, как все, — улыбнулся Юнги, широко улыбаясь и склоняя голову набок.       — Раз ты так для него красоту наводишь, значит, чем-то зацепил. Только будь осторожен, творческие люди слишком непостоянны, — предупредил его папа, целуя в макушку. — Ох, даже пахнешь изумительно, твой аромат ещё больше раскрылся.       Ещё пару дней назад Мин заметил, что его запах изменился, стал насыщеннее и приятнее, к нему добавились нотки пачули, аромата Чимина. Почему это вдруг произошло, омега не догадывался.       — Расскажешь потом, как всё прошло? А то я буду волноваться.       — Хорошо.       — Удачи, милый!       Мин-старший чмокнул сына в лоб и удалился из комнаты. Юнги, завершив макияж, причесался, аккуратно уложив волосы. Потом потянулся к телефону и набрал номер лучшего друга. Тэхён ответил не сразу и говорил так тихо, что омеге пришлось прислушиваться.       — Тэ, привет! Ты где? Тебя почти не слышно!       — Извини, я тут… В общем, я на телевидении, мы тут кое-что снимаем, — ответил Ким, позади которого был слышен какой-то странный шум.       — Вау, тебя Джин-хён пригласил? — предположил Мин, зная, что Ким-старший работает ведущим кулинарного блога.       — Нет. Юни, я пока не могу разглашать информацию, скоро сам всё увидишь.       — Вот это да! Класс!       — А ты там уже небось на крыльях любви летаешь? Бабочки в животе, на сердце весна…       Юнги покраснел и почему-то огляделся по сторонам, будто решив, что друг стоит где-то неподалёку. Тэхён всегда чувствовал его на расстоянии, даже за тысячи километров.       — Всё пройдёт хорошо, не переживай. Он тоже волнуется и с нетерпением ждёт встречи. Главное, будь собой. И не отказывайся от того, что он предложит, это твой шанс, — загадочно произнёс Тэхён.       Юнги хотел было уточнить у друга, что он имеет в виду, но тот быстро попрощался, сказав, что его зовут, и положил трубку. Омега принялся жевать нижнюю губу, размышляя о словах Кима, но вспомнив о помаде, вновь бросил взгляд на себя в зеркало. Оттуда на него смотрел потрясающе красивый парень с влюблёнными глазами.

💖💖💖

      У Чимина с самого утра всё валилось из рук. То разбил свою любимую кружку с котятами, когда-то подаренную ему Сонгю, то обжёг палец, доставая сосиску из кастрюли, то забыл закрыть кран в ванной и чуть не затопил квартиру. Мысли его блуждали где-то далеко, скорее всего, в одном из торговых центров у магазинчика со знакомым названием «한복 사랑».       Да, всё это время Пак думал о Юнги. И в его голове даже сложился план дальнейших действий, а первое свидание должно было положить начало их отношениям. Но вчера, когда альфа позвонил парню, то почему-то не надеялся на положительный ответ, хотя видел, что нравится Мину. Несмотря на то, что многим Пак казался слишком уверенным в себе, сомнения часто сопровождали его в жизни, как самого обычного человека. Только Юнги неожиданно согласился, вроде как даже с удовольствием приняв предложение. Чимину показалось, что в голосе омеги слышались нежные нотки.       И теперь альфа волновался, как студент-первокурсник, впервые сдающий сессию. Хоть встреча и была назначена на шесть часов вечера, альфа начал готовиться к ней уже с утра. Решил, что в этот раз наденет один из своих дизайнерских костюмов, предназначенных для фестивалей и выходов на красные дорожки. В них он всегда смотрелся привлекательно, журналисты часто повторяли, что таких, как он, «любит камера». Ну и для полного набора добавил к костюму любимые часы и кожаные ботинки. Ему не хотелось выглядеть слишком вычурно, тем более, что сегодня блистать должен был его омега, а не он сам.       Его омега… Чимин, наверное, в сотый раз поймал себя на том, что думает о Мин Юнги, как о своём возлюбленном, а не просто знакомом. Когда-то забытое чувство, казалось, вернулось вновь.       В ресторане, где они договорились встретиться, звучала живая музыка, молодая девушка сидела за роялем и играла классические мелодии. Официант пригласил Чимина за заказанный им столик, любезно предложил меню и винную карту. О предпочтениях омеги Пак пока ничего не знал, но решил рискнуть и выбрал европейскую кухню. В этом ресторане она была авторской, всем здесь заправлял известный французский шеф-повар, о котором альфа давно был наслышан.       Когда в дверях появился Юнги, Чимин замер от переполнявших его чувств. Омега тоже выбрал чёрный цвет в одежде, делающий его ещё стройнее. Чёрная блузка с кружевами и оригинальный пиджак смотрелись восхитительно. Наверняка омега сшил их сам, всё сидело на фигуре, как влитое. На груди Мин приколол винтажную брошь в виде листка клевера, Чимин тоже перед самым выходом из дома решил разбавить свой костюм оригинальной брошью. Сейчас они оба смотрелись странно, будто договорились надеть парную одежду, как это часто делали парочки.       Юнги подошёл к их столику и улыбнулся, Чимин подскочил к нему, отодвигая стул и предлагая присесть.       — Добрый вечер, господин Пак!       — Добрый вечер! Прекрасно выглядите, Юнги-щи! Пожалуйста, присаживайтесь! Надеюсь, доехали хорошо. Я выбрал европейскую кухню, думаю, вам понравится, — Чимин болтал без остановки, что совсем не было ему свойственно, видимо, сказывалось волнение.       — Всё в порядке, — ответил Мин, усаживаясь за стол и с интересом рассматривая всё вокруг. — Вы выбрали замечательное место, мне всё нравится.       Чимин украдкой бросил взгляд на любопытного омежку и залюбовался им. Парень всё же вернулся к естественному цвету волос, который необычайно ему подходил, а также сделал макияж. Такой красоте нужно почаще выходить в свет, а не отсиживаться в душном магазине.       — Мы даже оделись одинаково… — омега слегка покраснел, но глаз от Чимина не отвёл.       — Да, вы невероятно красивы, Юнги-щи, — альфа привык получать комплименты от окружающих, но сегодня хотел дарить их сам. — Мы и правда оделись, как пара, — он решил разбавить разговор. — Я заказал бёф бургиньон, это тушёная говядина с овощами, луковый суп и суфле из утиной печени, а также красное вино.       — О!..       — Вы пьёте вино, Юнги-щи? — уточнил Пак, заметив беспокойство в глазах омеги.       — П-пью, — запинаясь, проговорил он.       Разговор как-то не клеился. Они явно чувствовали себя не в своей тарелке. Чимину вдруг подумалось, что надо было провести встречу в менее пафосном месте, например, в каком-нибудь корейском кафе, где они бы вместе жарили мясо и просто болтали обо всём. Но ему захотелось удивить омегу.       Официант принёс суфле и вино. Оба пригубили по глоточку и смущённо улыбнулись.       — А где вы сейчас снимаетесь? — спросил неожиданно Мин, перехватывая инициативу на себя.       — Ну… Это дорама. Я играю хорошего парня, который борется со злом. Это триллер, — объяснил Чимин, осушая свой бокал, ему нужно было немного расслабиться.       — Вам нравятся роли со смыслом, где можно не просто сыграть, а по-настоящему вжиться в образ. А в жизни вы тоже хороший парень?       — Ха… Когда как, знаете… Мой характер весьма сложный… Но на площадке я привык отдаваться процессу на все тысячу процентов. А вот в театре мне нравится импровизировать.       — Я был на вашем спектакле, вы красиво танцуете. Тело двигается так пластично. Вы притягиваете к себе взгляд. Чтобы держать себя в такой форме, нужно много тренироваться. Как вы всё успеваете?       Чимин застыл с открытым ртом. Омега соблазнял его не только внешним видом, но и словами. А ведь все мужчины были так падки на подобную лесть.       — Занимаюсь, в основном, дома, по вечерам. По утрам бегаю. Ну и соблюдаю определённую диету уже много лет.       — А вот я далёк от спорта. Люблю гулять по городу, но совсем не хватает времени.       — У вас и так прекрасная фигура.       — Это в папу, — рассмеялся Юнги, — в нашей семье все стройные.       — Вам повезло, — хмыкнул альфа, — я вот расположен к полноте и в детстве был пухлячком.       — Кто бы мог подумать. Вы, наверное, были очень милым, — омега игриво подмигнул Паку. — А, кстати, каким вы были в детстве?       — Очень активным. Ходил в несколько секций, занимался танцами, был старостой класса. Но я никогда не стремился к лидерству, просто был дисциплинированным и воспитанным. Родители хотели сделать из меня хорошего человека.       — И у них получилось, господин Пак! Давайте за это выпьем!       Чимин сам наполнил бокалы. Беседа стала более непринуждённой, благодаря смелости омеги и алкоголю. В обычной жизни Пак предпочитал быть закрытым и не раскрывать душу первому встречному, но Юнги сразу располагал к себе, да и первым встречным не был.       Когда официант принёс основное блюдо, пара уже во всю смеялась и обсуждала новинки проката.       — Наш шеф-повар передаёт вам свой комплимент — это тартар из говядины по его фирменному рецепту, как самой обаятельной паре в этом зале, — сказал вдруг официант, расставляя блюда на столе.       Юнги смущённо опустил глаза, а Чимин поблагодарил шеф-повара за внимание. После Сонгю альфа редко ходил по ресторанам, предпочитая обычные кафешки или лапшичные. Но, если агентство требовало слухов, он появлялся на фестивалях или премьерах с выбранным для него омегой. Честно говоря, Пак даже имён их не помнил.       Еда оказалась очень вкусной, но достаточно сытной, и пара решила прогуляться по вечернему городу. На улице холодало. Юнги то и дело сжимал пальцы в кулачки, видимо, пытаясь согреть, так как карманов в его пальто не было. Он о чём-то задумчиво размышлял, когда они брели по набережной. Чимин долго не решался взять омегу за руку, но потом всё же ухватил за тонкие пальцы. Юнги даже остановился, когда альфа принялся растирать его пальцы и согревать их своим дыханием. Более интимного момента у них ещё не было.       — Вы замёрзли, Юнги, давайте зайдём вон в ту кофейню, погреемся, — предложил Пак, настойчиво потянув омегу за собой на другую сторону дороги.       Маленькая кафешка пустовала, но выглядела довольно мило. Они взяли себе по чашке капучино и присели за небольшой столик у окна. Юнги улыбался, краснея всякий раз, когда Чимин дотрагивался до него, якобы поправляя ему то пальто, то сползшие на лоб волосы.       — Юнги-щи, вы не против перейти на ты?       — Нет. Только не называй меня, пожалуйста, хёном, зови просто по имени.       Пара лет разницы в возрасте, конечно, ничего не меняла, но в Корее было принято определённое отношение к старшим, даже омегам, поэтому Чимину было сложно сразу перестроиться. Они выпили кофе и согрелись. Юнги совсем раскраснелся и начал периодически зевать.       — Пора домой. Утомил я тебя, — решил подшутить альфа.       — Нисколько, просто я сегодня рано встал… Дела были.       — О, я тоже рано поднялся.       — У тебя ведь определённый график работы, скользящий. Это сложно, — произнёс Мин, пододвигаясь поближе.       Аромат роз был таким сладким и приятным, что Чимин не сдержался и вдохнул его полной грудью, пройдясь носом по волосам омеги. Но тот не дёрнулся и не отсел обратно, а просто позволял наслаждаться своим запахом.       — Я всё не мог забыть твой запах, ты так вкусно пахнешь, — альфа указательным пальцем коснулся щеки Мина, кожа была бархатистой и приятной. — На самом деле не хочу сейчас расставаться с тобой. Мне давно не было так хорошо. Понимаю, ещё слишком рано об этом спрашивать, но я не хочу терять драгоценное время. Ты будешь со мной встречаться?       Юнги внимательно посмотрел на него, и Пак без слов прочитал ответ в его глазах. Запах роз усилился, феромоны омеги давали понять, что он чувствовал себя счастливым рядом с альфой. Чимин взял его ладони в свои, прижался к ним губами и услышал тихое, но такое дорогое:       — Я согласен, господин Пак.

⏳⏳⏳

      После двух недель съёмок Тэхён выглядел совсем измученным, а предстояло самое сложное — участие в серьёзных испытаниях. Омега уже не раз ругал себя за то, что согласился на эту авантюру. Он совсем забросил своих «пациентов», которые нуждались в нём не меньше, чем продюсеры шоу. Первый выпуск программы анонсировали уже в следующем месяце, поэтому съёмки шли гораздо быстрее, чем планировались. А Киму ещё нужно было где-то брать силы.       Обычно он ездил в городской парк или в лес, подальше от людей, где подзаряжался энергетически. Но в Сеуле таких мест было немного, да и сами жители убегали туда от городской суеты целыми семьями и компаниями. Так что побыть наедине было почти невозможно.       В этот раз Тэхён решил не заморачиваться и поехать на гору Инвангсан, находящуюся прямо в центре Сеула. Захватив с собой воды и пару снэков, омега сперва доехал на метро до станции Кёнбоккун, а потом пересел на автобус. Гора была не особо высокой. Чтобы достичь её вершины, требовалось каких-то полчаса, да и то по лестнице, а не по каменистым склонам. Но Кима больше интересовал здешний сосновый лес, в который почти никто не заглядывал, предпочитая прогулку на гору.       Расположившись рядом с огромным деревом, омега спиной прижался к его стволу и закрыл глаза, впитывая его силы. Кончики пальцев закололо, это значило, что ему удалось слиться с природой воедино. Организм начал крепнуть, но перед глазами побежали какие-то картинки, мешающие полному отключению от реальности. В сумбуре Тэхёну всё же удалось выцепить несколько, и на одной из них он увидел странного вида комнату, похожую на гримёрную, на другой — музыкальную студию с инструментами. Но сильнее всего его зацепила та, где удалось рассмотреть свою умершую бабушку. Она стояла вдалеке и почему-то напевала колыбельную.       Тэхён очнулся, тяжело дыша, потом осел на траву и прижался затылком к стволу дерева. Бабушка Ынгён всегда была дорога омеге. Она вырастила их с Джином, ведь родители всё время были заняты работой. Бабушка умерла семь лет назад, но Тэхёну до сих пор её очень не хватало.       В кармане спортивных брюк завибрировал телефон, и омега отвлёкся, пытаясь выудить его оттуда. На экране высветилось довольное лицо брата, но Киму показалось, что звонит он вовсе не с хорошими новостями.       — Привёт, хён! — бодро заметил Тэ, поднимаясь на ноги и сбрасывая со штанов сосновые иголки.       — Привет. Ты сейчас дома? Могу я заехать? — голос Джина был совсем убитым.       Тэхён настроился, пытаясь уловить энергетику зятя на расстоянии. В отличии от хёна, с Намджуном у омеги не было никаких проблем с «подключением». Но настроение Джуна было вполне нормальным.       — Вы снова поругались? — предположил Ким.       — Я не хочу обсуждать это по телефону. Можно мне приехать? Только… Ты можешь забежать в магазин и купить соджу? Я сейчас в дороге, не хочу тратить на это время. Буду через минут сорок.       Ох, если дело дошло до алкоголя, значит, всё плохо, подумал Тэ, глянув на часы. До дома ему добираться около часа, до приезда брата он точно не успеет.       — Можешь через час? Я просто не дома.       — А где ты? Давай я приеду! — когда Джину нужна была помощь, он сильно напирал на человека, даже не замечая этого.       — Давай встретимся через сорок минут у выхода станции Кёнбоккун, там кафешка есть неподалёку.       — Хорошо!       — Будь осторожнее в дороге! — попросил Тэ, но брат уже повесил трубку.       Пришлось быстро спускаться и топать к автобусной остановке. К станции метро он приехал раньше, чем планировал, но брат уже дожидался его, сидя в машине с сигаретой в трясущихся пальцах.       — Хён, ты же бросил, ну чёрт возьми! Ты мне обещал! — прикрикнул на него омега, когда тот вышел из машины, сделал глубокую затяжку и затушил окурок.       Выглядел Джин не лучшим образом. Обычно одетый с иголочки, сейчас он казался неопрятным и потрёпанным. Да ещё и курил сигареты одну за одной. Глаза покраснели, то ли от недосыпания, то ли от слёз. Тэхёну стало так жалко своего хёна, что он без слов прижал его к себе, а тот в голос разрыдался.       — Помоги, Тэ, помоги мне, пожалуйста…       — Давай зайдём в кафе, и ты спокойно, слышишь, спокойно всё мне расскажешь.       Джин кивнул, пытаясь сдержать слёзы, но они всё бежали и бежали по красивому лицу. Тэхён взял брата за руку и повёл его в ближайшее заведение, где можно было выпить. Усадив хёна на стул, помог ему снять пальто и немного пригладил его взъерошенные волосы. Сокджин даже не реагировал, просто сидел и ждал, когда его приведут в порядок. Тэхён принёс две бутылки соджу и две стопки.       — Ты плохо выглядишь. Впервые вижу тебя таким, — признался Тэ.       — Всё когда-то б-бывает в первый р-раз, — заикаясь, проговорил брат, схватившись за бутылку, как за спасательный трос.       Наполнив обе стопки до краёв, выпил свою и налил ещё одну, тут же её опустошив.       — Эй, эй, ты чего, хён? Помедленнее, — возмутился Тэ, придерживая брата за рукав.       — Отстань! Я хочу напиться! — отдергивая его руку и наливая ещё стопку, буркнул Джин.       — Я пить не собирался. Учти, домой я тебя не потащу.       Сокджин вдруг громко рассмеялся, а в глазах у самого застыли слёзы. Это больше походило на начинающуюся истерику.       — Ну вот, я даже тебе не нужен! Я никому не нужен… — бормотал он. — У меня теперь, наверное, и дома не будет. После того, что я натворил… — омега запустил пальцы в волосы и принялся их дёргать в разные стороны.       — Хён, объясни толком, что произошло. Я не могу тебя считать, — попытался успокоить его младший.       — Я совершил ужасное, Тэ, и мне нет прощения. Это точно конец…