Глаза цвета маренго

      😿😿😿

      Тэхён сорвался к Юнги сразу, как только получил от него странное одинокое смс — «Мне плохо. Можешь приехать?».       Он чувствовал, у друга приключилось что-то нехорошее. Ещё в школе Тэхён опекал Мина. Тот был скромным омежкой, не способным дать другим отпор. Собственно, их дружба с этого и началась, когда Ким помог Юнги избавиться от приставучего одноклассника-альфы. Тот цеплял его на каждом шагу, зажимая во всех углах. Тэхёна бесило, когда парни вели себя подобным образом, и он решил его наказать, по-своему.       Загипнотизировал альфу на то, чтобы он влюбился в самого невзрачного омегу в классе. Срока действия у этого «приворота» не было, так что альфа, в итоге, даже женился на том пареньке.       Но сейчас всё было по-другому. Тэхён давно знал об увлечении Юнги известным актёром Паком, но никаких попыток их соединить не предпринимал, как говорится, насильно мил не будешь. Но встреча с этим альфой в лапшичной сама всё решила, поэтому Ким, как не хотел, но оказался втянут в нехорошую историю.       — Заходи! — белый как мел Юнги возник на пороге в пижаме, пропуская Кима в квартиру.       На омегу было больно смотреть, опухшее от слёз лицо, трясущиеся губы, дрожащие руки, затравленный вид. Тэхён моментально считал всё, что у того произошло накануне, и говорить что-то в своё оправдание было бессмысленно. Он сам заварил всю эту кашу.       — Ты мне только одно скажи, это ты сделал? — Юнги обвиняюще смотрел на Тэхëна.       — Мы встретились с ним случайно, в кафе. Я не хотел ничего делать, но он меня вывел. Вёл себя слишком нагло и нахально. Я приказал ему стать пай-мальчиком на месяц. Но о тебе речи не шло.       Друг закрыл лицо ладонями и разрыдался. Пока Тэ его успокаивал, Мин рассказал о произошедшем.       — Что-то пошло не так… — пробормотал Ким, гладя Юнги по лохматой голове. — Я ведь не заставлял его думать о тебе или влюбляться. Гипноз вообще тебя не касался. Тогда почему он так отрикошетил, да ещё с такими последствиями? Говоришь, у него память отшибло?       — Да! Он выгнал меня, как какого-то мальчика на одну ночь и даже не извинился! — глотая слёзы, возмущался Юнги. — Я ведь… Мы ведь провели такую прекрасную ночь вместе! Я подарил ему себя, потому что люблю больше жизни! — рыдания усилились, и Тэхён прижал Мина покрепче.       — Я должен увидеть его, чтобы понять, почему так произошло. Это явно какой-то сбой.       — Зачем ты вообще в это полез?! Я просил тебя?! Теперь он никогда ко мне не подойдёт! Не смей больше вмешиваться в это! — Юнги чуть ли не кричал на него, а обидные слова, словно острые кинжалы, резали сердце.       — Прости меня, что так вышло. Прости, что причинил тебе боль.       — Я никогда не чувствовал себя таким униженным, Тэхёни! Он разбил мне сердце…       — Понимаю.       Юнги всегда был слишком восприимчив к критике, заниженная самооценка давала о себе знать. Но увлечение любимым делом помогло ему научиться нормально контактировать с людьми и даже получать удовольствие от общения.       Тэхён с сочувствием посмотрел на друга, мысленно забирая всю его боль на себя. Сейчас он мог помочь только так, не хотел лишний раз травмировать психику омеги. Лицо Юнги на глазах стало розоветь, и Ким даже улыбнулся, его лучший друг обязательно справится с этой ситуацией. А вот с Паком Тэхён собирался разобраться лично, тем более, что у него возникли вопросы по поводу странного рикошета гипноза. Ведь омега сразу почувствовал, что Юнги и этот альфа связаны, а значит, судьба всё равно их сведёт.

       💞💞💞

      Сердце Чонгука трепетно заколотилось, когда на площадку вошёл Тэхён. Омега с интересом оглядел присутствующих здесь участников проекта и вежливо поклонился, проходя на отведённое для него место. И пока камера была направлена на Кима, Чон мог без опаски им любоваться. За время их недолгого знакомства альфа по-настоящему привязался к этому удивительному пареньку с проникновенным взглядом.       — Итак, уважаемые участники, настал час «Х», — громко проговорил ведущий, оглядев зал. — Наша передача идёт в прямом эфире, а значит, зрители впервые могут голосовать. Двое из вас, кто наберёт меньше всего баллов, покинут эту студию уже через неделю! Поэтому самое время постараться и проявить себя! Наше сегодняшнее испытание будет проходить в небольшой деревушке близ Пусана, где происходят весьма странные вещи. А вот какие, вам придётся угадать. Используйте все свои умения, чтобы превзойти соперников. И пусть вам сопутствует удача!       Чон видел волнение Кима, омега то нервно покусывал губы, то переминался с ноги на ногу. Но это было, скорее, следствием съёмок прямого эфира, а не неуверенности в себе. По результатам всех прошедших испытаний Тэхён стоял на вершине пьедестала, и чтобы сбросить его оттуда, нужно было хорошо постараться.       Их взгляды на несколько секунд встретились, и взаимная улыбка одними лишь глазами вселила в обоих смелость. Омега расправил плечи, высоко подняв подбородок, Чонгук засунул руки в карманы, вновь вживаясь в роль заправского скептика. Они делали вид, что едва знакомы, а на самом деле мечтали о новой встрече. Ну по крайней мере, Чон об этом думал чуть ли не каждую секунду, когда видел Тэхёна. Он всё чаще представлял его рядом с собой, ощущая тёплые тонкие пальцы в своей ладони. И постоянно ловил себя на мысли, что засматривается на маленькую родинку на кончике аккуратного носика. Всего за несколько недель их случайного знакомства Ким стал его родственной душой, способной понять и поддержать в любой момент.       Место, куда они поехали, оказалось сущей дырой на окраине города. Деревушка представляла собой крохотный населённый пункт с тремя десятками разноцветных домиков. Жили здесь, в основном, старики, доживающие свой одинокий век.       При виде камер и новых лиц старички заметно оживились и принялись наперебой рассказывать о том, что происходило в их жизни. Тэхён с радостью и уважением выслушивал каждого из них, стараясь помочь. Чон понимал, что такими темпами его друг быстро растратит свою энергию, а ведь ему ещё предстояло проходить испытание. Только вот просьбы и уговоры не сработали, омега будто и не слышал его, продолжая погружаться в проблемы местных жителей.       — Внучек, нога у меня болит, сил никаких нет это терпеть. Помоги, а? Я слышал, ты знахарь хороший, — сгорбленный дедушка лет семидесяти пяти мёртвой хваткой вцепился в руку Тэхёна, с надеждой глядя в глаза.       Омега погладил мужчину по спине, потом усадил на небольшой складной стул, который притащила одна из местных жительниц, и присел рядом. Чонгук с замиранием сердца наблюдал, как Тэхён прикладывал ладони к больному колену дедули, как прикрывал глаза, что-то беззвучно шепча, и как за считанные секунды оживилось лицо старичка. Это чудо преображения альфа видел уже не раз и, словно вместе с Кимом проживал каждое мгновение, стараясь поделиться и своей энергией.       — Попробуйте пройтись, — предложил Тэхён мужчине, широко улыбаясь.       Чон, приоткрыв рот, пялился на расплывшиеся в улыбке губы омеги и поймал себя на мысли, что хочет коснуться их своими. В этот момент старичок встал, распрямился, прошёлся пару метров и торжественно провозгласил, отвлекая альфу:       — Боли нет… Я не чувствую боль…       Удивлённый дедуля браво начал приседать, хотя до этого даже лишний шаг давался ему с трудом. А несколько танцевальных движений, легко сделанных им, повергли в шок окружающих.       — Кибом-щи, да ты прямо как в молодости, — глаза одной из женщин загорелись янтарным блеском, — на нашей танцплощадке.       — Точно… — подхватила другая, качая головой.       — Неужели теперь я смогу нормально ходить? Я ведь уже и забыл, что это такое, — дедуля, смахивая скупую мужскую слезу, прикрыл лицо ладонями и застонал.       Тэхён неосознанно взглянул на Чона, с лица которого не сходила улыбка, и слегка покраснел. До сих пор этот парень, творивший настоящие чудеса, стеснялся собственных возможностей и переживал, что скажут люди. В эту самую секунду альфа понял, что больше никогда не оставит его одного, будет рядом, что бы ни произошло. Омега, словно почувствовав, отвёл от него взгляд, но продолжал смущённо улыбаться.       — Мне ведь даже операция не помогла, — причитал дедуля, — а я и смирился. Но теперь всё изменится, — он вновь схватил за руку Кима. — Внучек, ты же меня спас! Спасибо, родной! Спасибо! — мужчина крепким объятием прижал хрупкого омегу к себе и долго не отпускал.       — Я вам оставлю свой телефон, будут проблемы, звоните, я помогу, — проговорил Тэхён, вызывая дружелюбные овации окружавших их людей.       Чонгук заметил, с каким пренебрежением на Кима смотрели остальные участники, явно завидуя. И только одна шаманка, с которой, по словам Тэхёна, он сдружился на проекте, понимающе кивала головой. Теперь омеге предстояло самое сложное, и это не испытание славой, которая по сути была ему не нужна, а дозировка собственных сил, ведь после шоу на Кима точно обрушится небывалая популярность. И Чонгук лично собирался проследить за этим, помня, в каком состоянии находился омега после каждого подобного сеанса.       — Прошу прощения, уважаемые друзья, — Чон виновато откашлялся, переводя всё внимание жителей на себя, — но господину Киму нужно подготовиться к испытанию. Он обязательно уделит вам время после него, не волнуйтесь.       Чон старался быть дружелюбным, но местные загудели, как потревоженный рой пчёл, и начали возмущаться. Они окружили Тэхёна, не собираясь отпускать, и выжидающе таращились на него. Парень вежливо всем поклонился, а потом сделал странный жест рукой, и толпа тут же отступила, угомонившись. Чон понял, что для успокоения жителей омега вновь применил какую-то силу и поразился, насколько успешно тот пользовался различными техниками.       — Так, ребята, приступаем к съёмкам! — прокричал помощник оператора. — У вас есть десять минут! Будем вызывать вас на испытания. Первым пойдёт госпожа Мин, — парень бегло посмотрел на шаманку, сидевшую прямо на земле и перебиравшую камушки. — Остальным всем удалиться в автобусы, не мешайте нам!       Чон последовал за споткнувшимся на ровном месте Кимом и подумал, что за тем и правда нужен глаз да глаз. Того и гляди либо со стула упадёт, либо покалечится. При своих суперспособностях он был совершенно не приспособлен к нормальной жизни.       — Ты решил приглядывать за мной? — пробубнил омега, идя к небольшому автобусу, на котором они сюда приехали.       — Да, — честно признался Чонгук, беря Кима за руку и помогая взобраться на ступеньки. — А ты против?       — Так мы лишь привлекаем к себе излишнее внимание. Уже слухи пустили.       — И что? С карьерой айдола всё равно у меня не задалось. Продюсер Сон обещал участие в каком-то музыкальном шоу, но меня это особо не прельщает. Если только из-за денег.       О дальнейших перспективах Чон пока не заботился. Он до сих пор не осознавал, что, возможно, больше никогда не будет выступать на сцене не только в составе группы, но и один. Сердце противно заныло. Он так привык жить по графику, что теперь просто растерялся, уходя в свободное плавание.       — Твоя музыкальная карьера ещё не закончена, да и успех ждёт впереди, так что набирайся сил для покорения новых горизонтов, — куда-то в пустоту проговорил Ким.       — Ты это видишь, да? — всё ещё не веря его словам, спросил альфа.       — Ты очень талантлив, Чонгуки, а талант нельзя зарывать в землю. Только с продюсером Соном больше не связывайся, он не чист на руку, может обмануть.       Чон нахмурился. Он слышал, что Сон уже несколько раз «кидал» своих артистов на деньги, но на безрыбье, как говорится, и рак рыба, так что выбирать не приходилось. Сейчас альфа беспрекословно верил прогнозам Тэхёна, так что собирался последовать его совету.       — А что будет с группой? — этот вопрос волновал Чона больше всего, ведь парни за это время стали для него настоящими близкими людьми, его семьёй.       — Совсем скоро появится человек, который вам поможет. Ты будешь совмещать работу и в группе, и как соло артист, — со знанием дела сказал Тэхён, делая несколько глотков минералки из бутылки. — Нас ждёт много шедевров, которые разорвут музыкальные чарты. Тебя начнут продвигать на Запад.       — Офигеть, да я и мечтать о таком не смел. Да, в Корее мы популярны, но целый мир…       — Учи английский, он тебе точно пригодится, — заверил омега и проникновенно на него посмотрел. В тёмно-серых глазах было столько нежности, что Чон мгновенно опьянел от нахлынувших собственных чувств.       — Ты нравишься мне, Тэхёни, — неожиданно слетело с губ Чонгука, но он нисколько не жалел о такой поспешности, хотя внутри, конечно, переживал, как отреагирует на его слова омега. Ведь они знакомы всего-ничего, но Тэхён наверняка уже прочитал его как открытую книгу и сам всё почувствовал.       — Я ведь не такой, как все, странный. Не пожалеешь о своём выборе? — серьёзно спросил Ким, хотя Чон ждал от него других слов.       — Моё сердце выбрало тебя, и я ни о чём не жалею. Ты не странный, а особенный и самый чудесный, — с теплотой сказал альфа, беря в свои ладони прохладные пальцы парня.       — Я не вижу нашего будущего, точнее… — омега запнулся, — я вижу твою жизнь, но в ней нет меня. И я не могу сказать, как повлияет на неё моё присутствие, — голос Тэхёна слегка дрожал от волнения.       — Значит, мы сами будем выстраивать нашу судьбу, без подсказок, — с улыбкой заметил альфа. — Ну представь, как было бы скучно, знай ты о каждом нашем шаге. А так мы будем, как обычная пара.       — Ты… Ты правда хочешь стать моим альфой?       — Хочу. Только твоим, Тэхёни, — Чон положил голову на плечо омеги и вдохнул его аромат. Мелкая россыпь мурашек разбежалась по всему телу, даря приятные ощущения.       — Ким Тэхён, Чон Чонгук, на площадку! — раздалось вдруг из колонки, и парни одновременно вздрогнули. Тэхён тихо рассмеялся, легонько прижимаясь губами к взъерошенным волосам альфы. Бабочки в животе Чона начали танцевать свои ритуальные танцы.

      🏍🏍🏍

      — Придурок вернулся… — расслышал за своей спиной Чимин голос Чонхи и сделал вид, что оглох.       — Ты о ком? — уточнила Дживон, подозрительно оглядываясь, не подслушивают ли их.       — Да о Паке. С самого утра на всех срывается. Как будто он пуп земли тут. Выпендрёжник хренов!       — Я слышала, что режиссёр им тоже недоволен. Прошлые серии он казался таким пай-мальчиком, а теперь словно ураган, непредсказуемый. Такими темпами его заменят другим актёром.       — Давно пора! Строит из себя звезду!       Чимин покрутил головой, разминая шейные позвонки и слыша их громкий хруст. Он никак не мог взять в толк, что происходит с окружающими. Уже несколько дней на него косо поглядывала вся съёмочная площадка, а противные шепотки за спиной не давали сосредоточиться.       Заглянув в телефон, альфа чертыхнулся, вновь заметив на заставке фото омеги из торгового центра. Тот широко улыбался, держа в руках хлопушку со съёмок фильма. Чимин не понимал, как оно тут оказалось, ведь он удалил его ещё несколько дней назад. Этот Мин Юнги будто специально проник в его мобильный и сохранил там кучу фотоснимков. Но ладно бы только своих. Здесь было полно их совместных фотографий, на которых Пак так широко улыбался, что становилось приторно. И вся эта ситуация напоминала настоящий спектакль, ведь Чимин совершенно не помнил своих встреч с этим омегой. А они абсолютно точно были на площадке и вели себя, судя по фото, как влюблённая парочка.       Чимин скривился, чувствуя себя, как в сумасшедшем доме.       — Может, у меня провалы в памяти начались? Нельзя просто взять и выкинуть кусок из жизни. Я же нормальный и чётко помню, что было вчера, — пробормотал Пак себе под нос, замечая, что за ним наблюдает парень-стилист с большой кистью в руке.       — Чимин-щи, вы сегодня не в настроении? Наверное, поругались со своим молодым человеком? А он мне понравился, сразу видно, что не из творческой тусовки. Да и хорошенький.       Пак открыл рот, чтобы заткнуть наглого бету, но слова повисли в воздухе. Выходит, многие видели, что они были тут вдвоём. Кровь отлила от лица альфы, и он схватился за спинку стула, стоящего поблизости. Никогда ещё Пак не чувствовал себя таким дураком. Похоже, ему всё-таки придётся встретиться с этим Юнги, чтобы попробовать разобраться с ситуацией. Либо тот действительно ему что-то подмешал, и у Чимина случилась кратковременная амнезия, либо у него проблемы со здоровьем, а вот это уже куда серьёзнее. Схватив куртку и шлем, Пак выскочил со съёмочной площадки, никого не предупредив.       Он мчался на максимально разрешённой скорости по открытому участку дороги к знакомому торговому центру. В памяти вдруг всплыл магазинчик ханбоков и сладкий аромат роз, принадлежавший Мину, их неприятный разговор, переросший в ссору, а дальше — полный провал. И никаких совместных воспоминаний или какого-то общения.       Ненадолго уйдя в себя, Чимин не успел перестроиться в другой ряд и следовавшая за ним машина протаранила мотоцикл. Пак слетел с него на асфальт и несколько раз перевернулся, теряя сознание. Последнее, что пронеслось перед глазами, это совместная с Мином фотосессия в свадебных ханбоках.

      🤕🤕🤕

      Юнги уже несколько дней безвылазно сидел дома, забросив любимую работу и погрязнув в собственных мыслях. Несколько раз звонили родители, интересуясь его делами, но сил хватало лишь на обыденные фразы типа «со мной всё в порядке» или «я просто хочу отдохнуть». Тэхён ежедневно наговаривал ему аудиосообщения со словами поддержки, хотя Мин и так чувствовал, что друг даже на расстоянии помогает ему, несмотря на занятость в проекте.       Юнги выть хотелось от того, что его лишили возможности видеть и трогать любимого. Он пересмотрел уже все дорамы и передачи с участием Пака, но так и не смог свыкнуться с мыслью, что больше никогда не ощутит его близость. Совместно проведённая ночь стала спусковым механизмом для омеги, он больше не представлял себе жизни без Чимина, без его ласковых рук, горячих поцелуев и прикосновений. Внутренности жгло от боли всякий раз, когда он вспоминал их последнее утро вместе.       Когда в новостях работающего для фона телевизора внезапно появилось видео с места аварии мотоцикла, Юнги не сразу обратил внимание на знакомый костюм и байк, мало ли подобных в Корее. Но, когда на экране показали валявшийся на дороге шлем со звёздами, точно такой же был у Чимина, его сердце ёкнуло и забилось, как сумасшедшее.       Юнги слетел с кровати на пол, запутавшись в одеяле и потеряв равновесие. Потом всё-таки вскочил, принявшись копаться в шкафу в поисках одежды. Монотонной голос диктора оповещал зрителей о том, что известный актёр Пак Чимин, попавший минувшим днём в аварию, находился в одной из сеульских клиник в тяжёлом состоянии. Ведущая упомянула, что жизни Чимина ничего не угрожало, но слёзы, хлынувшие из глаз омеги, были лучшим доказательством того, как он переживал за любимого.       Наскоро одевшись, Мин выбежал в коридор и принялся натягивать на себя кроссовки. Потом вспомнил, что забыл телефон в комнате и вернулся, заодно отключив телевизор. Уже на подземной парковке, Юнги набрал номер Тэхёна, понимая, что без помощи друга точно не справится.       — Да, Юнги-я! — взволнованный голос омеги заставил Юнги воспрянуть духом и сосредоточиться, хотя слёзы продолжали бежать по его щекам.       — Тэхёни, с Чимином беда, ты мне срочно нужен! Можешь приехать?       — Конечно! — в трубке послышалась какая-то возня. — Гуки, я ведь ненадолго… Да ничего со мной не случится!       — Ты там не один, что ли? Я помешал?       — Всё в порядке! Скинь мне адрес, я приеду! — Тэхён отключился, оставляя Юнги в полном замешательстве.       В больнице царила настоящая суматоха. Сразу разыскать палату Чимина не удалось. Оказалось, что его положили в одну из вип-палат на самом верхнем этаже, куда вход был разрешён только близким родственникам.       — А вы ему кто? — осведомилась медсестра, с подозрением рассматривая взлохмаченного Мина.       — Я его опекун, Мин Юнги! — пришлось соврать омеге, иначе, никто бы его в палату не пустил.       Девушка уткнулась в журнал с записями и долго его изучала. У Юнги в этот момент вся жизнь перед глазами пронеслась.       — Пациент Пак Чимин лежит на десятом этаже в палате номер четыреста два. После операции его состояние удалось стабилизировать, сейчас он спит. Сломано несколько рёбер и левая рука, порвана селезёнка. К тому же у него сотрясение мозга.       — Чимина… Любовь моя… — зашептал Юнги, еле сдерживая слёзы. Пришлось прокусить губу, чтобы заглушить душившую омегу боль.       — Не волнуйтесь так! У нас замечательные врачи, его быстро поставят на ноги.       — Могу я… его увидеть? Пожалуйста… — Мин понимал, что, если сейчас хоть на секундочку не увидит своего альфу, точно больше не заснёт.       Девушка колебалась, но потом кивнула, видя искренние переживания омеги. Юнги метнулся к лифтам, расталкивая всех на своём пути. А уже около палаты вдруг растерялся, боясь, что Чимин очнётся и вновь прогонит его, как в прошлый раз. В палате пахло лекарствами. Альфа с мертвецки бледным лицом лежал на кровати в окружении различных трубочек и пищащих мониторов. Юнги тихонько подошёл поближе и присел на краешек стула, стоящего рядом с кроватью. Даже во сне Чимин выглядел мужественно и очень привлекательно. Омега дотронулся до его заклеенной пластырем ссадины на руке и поморщился, словно ощущая боль.       — Прости меня, Чимини… Я был таким дураком. Ругал тебя плохими словами за то, что ты выгнал меня. Просто я не знаю, как бы жил без тебя… — Юнги нагнулся к альфе и поцеловал его в щёку. — Ты любовь всей моей жизни, но я приму любое твоё решение. Только выздоравливай, пожалуйста. Я тебя прошу…       — Я с тобой, Юни, не волнуйся, — Мин сперва оторопел от услышанного, ведь именно так называл его Чимин до их ссоры. — Врачи сказали, что до свадьбы заживёт, — альфа попытался улыбнуться, но лишь поморщился от боли. — Ты ведь подождёшь меня?       — Конечно, любовь моя… Я готов ждать тебя всю жизнь!