I hate to admit

♧♧♧♧♧♧♧♧♧♧

      Ёнджун попал в больницу после очередного обморока в школе. В свои семнадцать он несчастливый обладатель рпп, ставшее последствием подростковой депрессии, как назвали это его родители. Им, мягко говоря, плевать на сына и его проблемы, но слишком уж этих людей утомили звонки от директора.       Больница, в которой лежит парень, частная и дорогая с хорошими врачами, знающими своё дело. Это и стало мучением Чхве, ведь за его приёмами пищи пристально следят, пичкают лекарствами и проводят встречи с психологом. Её Джун просто ненавидит. Хотя ещё большее отвращение он питает к другому человеку.       Бомгю болеет уже давно, лет шесть так точно. Для его родителей, конечно же, новость о заболевании стала серьёзным потрясением. Бедная миссис Чхве долго плакала, не зная, что делать. За все эти годы подросток сменил уже три больницы, но наконец-то здесь ему дали надежду. Для того, чтобы вылечить сердце, необходима сложная и рискованная операция, но Бомгю готов. Родители сопротивлялись, но в итоге сдались и согласились на то, что хочет их единственный ребёнок. Поэтому вот уже год подросток проходит лечение и подготовку к операции в этой больнице.       Поначалу ему было грустно и скучно, потом всё просто стало рутинным. Но пару месяцев назад его жизнь наполнил красками один парень на два года старше него. Жаль только, что краски эти неприятные.       Их ненависть началась с совершенно глупой ситуации. Откуда же Гю знал, что тапочки в виде лисиц, могут принадлежать взрослому парню? В общем та ссора разгорелась из-за попытки младшего украсть эти самые тапки. Только вот Ёнджун поймал его с поличным. С того дня они и начали перекидываться колкими фразами, нецензурными словами и частенько стали пакостить друг другу. То Джун перепрячет таблетки длинноволосого, то Бомгю насыпет побольше соли в еду старшего, из-за чего того выворачивает ещё сильнее, чем обычно. Думали ли парни о серьёзности и опасности своих поступков? Нет конечно.       Но есть и нечто приятное в том, что подростки встретились. Гю, узнав про болезнь, и не надеялся узнать чувство влюблённости. Но Ёнджун ворвался неожиданно и засел в больном сердце, заставляя орган работать.       Для старшего Бомгю стал причиной бороться. Признается ли он, что начал заставлять себя есть и заниматься с психологом только ради того, чтобы видеть этого мальчишку? Вряд ли. Обида за тапки слишком сильна, а взаимные гадости уже стали привычкой.

♧♧♧♧♧♧♧♧♧♧

      На улице уже темно, а часы показывают два ночи. Но Бомгю не спит. Уже сегодня днём начнётся его операция. Родителям он врёт, что всё хорошо, что он не боится и что всё пройдёт гладко. То же самое он говорит и психологу. Но себе он врать не может. Он боится, ужасно боится. А от страха сердце болит сильнее, поэтому уснуть Чхве так и не смог. Внутренний голос подталкивает его к безрассудному и глупому поступку. Так что сейчас длинноволосый тихо передвигается по коридорам, направляясь к одной конкретной палате. К счастью, она находится не сильно далеко от его собственной.       Благодаря деньгам родителей Ёнджуна, парень находится в отдельной палате без соседей. Он знает, что у младшего через несколько часов будет операция, и он очень боится не встретиться перед ней. Конечно же юноша хочет верить в лучшее, но гадкие мысли о плохом исходе не дают уснуть. И как же он удивляется, когда замечает, что дверь в палату приоткрывается.       Гю не ожидал, что наткнётся на Ёнджуна, сидящего на кровати и думающего о чём-то. Впрочем он вообще ничего не ожидал.       — Привет, — шёпотом здоровается старший. Почему-то сейчас не хочется ни шутить, ни ругаться.       — Привет, — так же тихо отвечает Бомгю и присаживается на больничную койку. — Ничего, что я пришёл?       — Нет, я даже рад, — русоволосый пытается выдавить улыбку, но она выходит грустной.       Парни сидят молча. Они оба прекрасно понимают, о чём думает каждый из них. Как пройдёт операция? Встретятся ли они ещё? Однако в какой-то момент тишина начинает бесить старшего.       — Сильно боишься? — он догадывается, какой будет ответ, но стоит же спросить хоть что-то.       — Так, что аж больно, — подросток машинально дотрагивается до груди с левой стороны там, где под рёбрами скрывается сердце.       Старший легонько кивает и подсаживается ближе, обнимая Гю. Тот, в свою очередь, боязливо опускает голову на чужое плечо.       — Пообещай, что всё пройдёт хорошо, — шмыгая носом, произносит младший. Эмоции берут верх, и парень начинает плакать. На спине чувствуются успокаивающие поглаживания       — Ты же знаешь, что я не могу, — признаётся Джун. Он готов сделать всё, чтобы помочь Бомгю, но врать он не хочет. Никто не знает, чем всё закончится. — Это ты должен мне обещать такое. Как я без тебя лечиться буду?       Длинноволосый поднимает заплаканные глаза и смотрит непонимающе. Старший же отмечает, что он выглядит слишком невинно в лунном свете. Как же несправедлива жизнь, которая пытается отдать самых лучших в лапы смерти.       — В смысле? — дрожащим голосом переспрашивает Бомгю.       — Я перестал избегать психолога и еды только благодаря тебе, — абсолютно честно отвечает Ёнджун. Пусть его всё ещё тошнит после каждого приёма пищи, чувство голода так и не возвращается, а сам он продолжает винить себя за каждый кусочек, но он честно старается исправиться. И мелкие подвижки уже есть, Чхве хочет вылечиться.       — С появлением тебя я перестал считать, что обречён, — шепчет Гю, утыкаясь хлюпающим носом в чужую шею.       Им не нужны слова "люблю" и "нравишься", чтобы признаться в чувствах. Возможно они слишком долго прятали очевидное за маской ненависти. Возможно уже поздно. Но, в любом случае, у них есть ещё несколько часов, чтобы просто побыть вдвоём, прочувствовать волшебство первой влюблённости и хоть ненадолго забыть про проблемы.

••••••••••••••••••••