Гербарий

— Мне можно уже открывать глаза? — нетерпеливо спрашивает Арсений, когда чувствует, что машина остановилась. — Пока что нет. Еще немного, — усмехаясь, отвечает Антон и вроде как достает что-то с заднего сиденья. Шастун повез его куда-то еще с утра пораньше и, когда они, по словам Антона, подъезжали, попросил надеть повязку для сна, через которую невозможно было что-либо разглядеть. Этот сюрприз, как сказал до этого Шастун, он готовил несколько дней. Теперь же, когда они где-то остановились и судя по всему приехали, Попов безумно сильно ждал, когда повязку можно будет снять. Антон выходит из машины — это Арсений угадывает по звукам — и открывает дверь с его стороны, помогая выйти. Попов цепляется за его руку, потому что повязка до сих пор у него на глазах. Он послушно следует куда-то за Шастуном и с каждым шагом все острее ощущает запах сена и навоза. — Сюрприз! — Антон аккуратно снимает маску для сна, и Арсений понимает, что они на ферме. Он недоверчиво оглядывается по сторонам и останавливается взглядом на безумно радостном Шастуне, который сияет как начищенный пятак. — Ну как тебе? — Неожиданно, — признается Попов. — А что мы тут будем делать? — Сейчас мы пообедаем, тут есть небольшая кафешка, через полтора часа у нас экскурсия, а потом в контактном уголке мы можем покормить этих милашек, — с воодушевлением перечисляет Антон, пока Арсений натягивает на себя улыбку. Не сказать, что ему не нравится, просто на ферме обитают определенные животные, которые связаны не с очень приятными воспоминаниями. В кафе, на удивление, они очень сытно и вкусно обедают. Антон по своей неизменной традиции заказывает борщ, который приносят вместе с чесночными гренками. Арсений решает попробовать ассорти пельменей. А также они заказывают двойную порцию сырников, от которых остаются в восторге. Их подают с домашней сметаной и двумя видами варенья: из черной смородины и из клубники. Экскурсия, на удивление, тоже захватывает Арсения. Постепенно он включается в рассказ и уже с искренним интересом слушает о том, как на ферме разводят животных, почему им включают классическую музыку... У Антона энтузиазм не гаснет совершенно. Возможно, это тоже влияет на Арсения, потому что не подхватить улыбку Антона невозможно. Сложности у Попова возникают только в контактном уголке. Шастун настаивает на том, чтобы Арсений покормил красивых козликов и козочек морковкой, а тот в свою очередь всячески пытается от этого отказаться. С ними у Попова связано лишь одно воспоминание, которое совсем не из приятных — как однажды в детстве, в деревне у бабушки с дедушкой, одна такая белая коза подкинула его рогами в воздух, по чистой случайности не распоров ему живот. — Арс, ну давай. Посмотри, какие они милашки, — подбадривает его Антон, отдает Арсению пару кусочков моркови и легонько подталкивает к вольеру. — Ты посмотри, как сильно этот козлик хочет вкусняшку. — Я не могу, — упирается Попов, но Шастун поддерживающе улыбается, берет его за локоть и вместе с ним отдает козлу кусок моркови. Арсений старается в этот момент не шевелиться. — Ну как? Нежные губы? — усмехается Антон. Попов щурится, следом фыркает и шепчет, чтобы его услышать мог только Шастун: — Видал я губы понежнее. Антон смеется, откидывает назад волосы и отходит на шаг в сторону. Арсений широко улыбается, незаметно переплетает их пальцы на пару секунд и все-таки решает покормить козу самостоятельно.