Пачка сигарет

      Ей было 16, когда она впервые задумалась о курении. Ему было 18, когда он, хоть и был против, но нашел в интернете и купил пачку достаточно легких для девушки Kent cristal blue.       Они познакомились в Дайвинчике, сходили погулять и решили продолжить общение. Достаточно быстро молодые раскрылись друг другу и уже спустя пол года дружбы негласно стали парой. Никто никому не признавался в чувствах, не обещал золотые горы и вечную любовь. Просто как-то незаметно они перестали быть «просто друзьями» и стали чем-то большим.       Однако, в конце концов, легкий Kent начал горчить и приедаться. Спустя время стало понятно, что никакой любви там никогда не было. Лишь привязанность к стабильности, эмоциям и вкусу сигарет на губах.       Они были коллегами. Ей 18, ему 19. И отчего-то многие в коллективе считали их парой, хотя даже друзьями они не являлись. Всего лишь быстро нашли общий язык, общие темы для разговоров, понимали и продолжали шутки друг друга с полу слова. Они были скорее братом и сестрой, но никак не парой.       Однажды он, шутки ради, предложил ей сигарету вишневого Chapman. А она взяла и согласилась. Так выяснилось, что девушка курит (хотя по правде бросила она сразу после «расставания» с подарившим Kent, хоть в это никто и не верит.) Абсолютно все были шокированы, ведь в образ пай-девочки никак не вписывался сигаретный дым, однако быстро приняли этот факт и образ девушки стал единым с красной пачкой Chapman.       Было необычно и одновременно приятно спустя почти два года вновь почувствовать этот привкус во рту, но, что еще более неожиданно, так это сладость на губах. Сладость, которую она ни разу не ощущала от Kent.       Но что горечь, что сладость в конечном итоге приедаются.       Ей все еще 18, ему 24. Он был таким же коллегой на той же работе, однако к нему она сразу прониклась тёплыми чувствами. Вероятно, именно он больше всех удивлялся курению, матам и вредным привычкам девушки, хоть сразу отмазывался, что ничего плохого в этом нет. Словно боялся выглядеть осуждающим ее, боялся хоть чем-то обидеть хрупкую душу девушки.       Они не были особо близки или что-то вроде этого, просто однажды он подошёл к ней и предложил попробовать Lucky Strike со вкусом вишни. На протяжении нескольких дней она забывала купить их, а он все эти дни невзначай интересовался, как они ей на вкус? Словно знал, что этот вариант вишни придется ей по душе гораздо больше Chapman.       Так и вышло. Если Chapman сладкий лишь внешне с легким поцелуем на губах, то Lucky Strike действительно яркий и запоминающийся как сладостью, так и послевкусием вишни. Он знал, что она любит приторное: приторно-сладкое, приторно-соленое, приторно-кислое. И он знал, что ей понравятся приторно-вишневые сигареты.       Однако лишь мысль о том, что и горечь, и сладость, и приторность не больше, чем вредная привычка, вызывает отвращение к самой себе.

      Или так и должно быть с сигаретами?