Подарок

Чан должен был заподозрить неладное, ещё когда пришел и услышал, как в комнате Хенджина что-то упало без привычной ругани после этого, словно Хенджин намеренно вел себя тише, будто что-то задумал. Вот только уставший после тяжелого дня мозг пропустил "сигналы опасности" мимо, так что, вернувшись в свою комнату после душа, Бан удивленно замирает, разглядывая развалившегося на его кровати Хвана. В одной белоснежной рубашке на прекрасное голое тело. С опасными искрами в темных омутах глаз и лукавой улыбкой на соблазнительных губах, которые сладко тянут: - Сюрприз. - Мой день рождения только завтра. - оставляя полотенце висеть на шее и опираясь плечом о боковую стенку шкафа, отзывается Чан, пока складывает руки на груди и медленно оглядывает свой "сюрприз" от слегка лохматой макушки до изящных кончиков пальцев на этих невозможно бесконечных ногах. - Можно подумать завтра у нас будет время. - очаровательно дуется Хенджин, усаживаясь на кровати, от чего большая по размеру рубашка съезжает с одного плеча, делая картину ещё более соблазнительной. - И мой подарок - это ты? - с улыбкой произносит Чан, отлипая от шкафа и подходя к кровати, не в силах сопротивляться столь приятной провокации любимого. - Вообще-то, рубашка. - чуть хмурясь уточняет Хенджин, разводя руки в стороны и демонстрируя рубашку, после чего с улыбкой продолжает. - Ты как-то жаловался, что у тебя нет ни одной белой рубашки. Вот я и решил подарить. Ну... а всё сопутствующее - бонус. - Приятный бонус. - невольно сглатывает от скопившейся слюны Чан. Хенджин намеренно делает вид, что не понимает настолько сексуально выглядит, играя с терпением Чана. Из-за дикой занятости у них не было нормального секса больше месяца, и если бы Чан не вернулся только что с тренировки, то уже сожрал бы свой аппетитный бонусный подарок, на радость этому самому подарочку. - Тебе нравится? - прикусывает нижнюю губу Хенджин, пока прикасается одной рукой к обнаженной груди Чана, медленно ведя вниз по торсу ко второй, что тянет Бана ближе к кровати за резинку домашних шорт, которые Чан только и одел после душа, и которые уже снимает Хенджин. - Нра-авится. - несдержанно выдыхает Чан, когда Хенджин неожиданно приподнимается, прикусывая и целуя сосок Бана, тем самым давая понять, что кто-то устал ждать, раз первый "удар" пришелся по одной из самых чувствительных точек Чана. Чан лишь ещё раз вздыхает прежде чем, отбрасывает влажное полотенце с шеи куда-то в сторону, после чего нетерпеливо впивается в губы Хенджина, стремительно углубляя поцелуй, вызывая довольный стон Хвана, мгновенно тающего в объятиях, пока Чан опускается на кровать, осторожно подминая под себя этого соблазнителя. Бан с жадностью целует мычащего от удовольствия Хенджина, бегло оглаживая слишком уж ярко реагирующее тело, задевая припухшие соски и уже возбужденный член своего любовника. Быстро догадываясь, что к чему, Чан на всякий случай ныряет одной рукой между ног, вызывая особенно чувственный стон, когда ощупывает очевидно расслабленный анус Хвана. - Кто-то начал развлекаться с моим подарком без меня? - рычит Чан на грани перевозбуждения и злости, отлипая от вкуснейших губ и нависая над их обладателем. - Я закончил с работой раньше, чем планировал, и мне захотелось немного расслабиться, раз уж я пришел домой раньше всех. - с несколько виноватой улыбкой, но с довольным взглядом шепчет в ответ Хенджин. Чан лишь шумно выдыхает, прикрывая глаза и не находя в себе сил по настоящему злиться на любимого бойфренда. Сам же подарил Хенджину вибраторы, помимо всего прочего, чтобы разнообразить секс и скрасить одинокие вечера, когда им приходится быть порознь. Можно подумать, Бан сам никогда в одиночку не пользовался содержимым их "красной коробочки". - Ладно, проехали. - выдыхает Чан, открывая глаза, пока снова оглаживает сжимающееся колечко мышц, медленно проталкивая внутрь свой палец, под протяжный стон Хенджина, и ласковым тоном командует, ещё более медленно вытаскивая его. - А теперь переворачивайся и продемонстрируй мой подарок. - Может, лучше снять рубашку? - немного неуверенно отзывается Хенджин, без лишних объяснений понимая, что от него требуется, не смотря на уже откровенно поплывший от возбуждения взгляд, пока переворачивается на живот и изящно выгибается словно кот, приподнимая свою аппетитную попку повыше и заставляя ткань рубашки сползти вниз, открыв полный доступ голодному взгляду Чана, не медля оставляющего жалящие поцелуи на крепких ягодицах, подбираясь к всё ближе к самому чувствительному месту, заставляя Хенджина подавиться следующей фразой. - Чтобы не запачка-ать... - Постираю потом. - рычит Чан перед тем, как провести языком по нежной коже между ягодиц, заставляя Хенджина жалобно заскулить и поджать пальцы от удовольствия, пока Бан продолжает рокотать между ласками. - Сейчас я хочу в полной мере насладиться своим подарком. - То-олько н-не пере-усердствуй, у нас завтра общий прогон хореографиииии... я не х-хочу получа-ать в тык из-за тебя-я-я - срываясь со стонов на скулеж, едва проговаривает Хван, пока Чан не отрывается от его задницы, вылизывая, целуя, прикусывая, оглаживая, каждым своим действием посылая сотни разрядов тока по до предела возбужденному телу Хенджина, заставляя его мозг плавиться от удовольствия. - Я помню - недовольно выдыхает Чан, спустя несколько минут нехотя отрываясь от своего любимого десерта, оставляя уже более легкие поцелуи на ягодицах и подрагивающих бедрах, пока тянется под кровать за "красной коробочкой", чтобы достать смазку и презерватив. Хенджин достаточно растянут, Чан отчетливо почувствовал мягкость мышц и привкус смазки своим языком, но завтра действительно важный прогон, так что лучше перестраховаться. - Переворачивайся на спину. - Ага. - выдыхает Хенджин, уже не так грациозно плюхаясь на спину из-за легкой дрожи во всем теле. Чан шустро достает необходимое из коробки, после чего тут же не глядя возвращает её на место, пока Хенджин удобно вытягивается на кровати, подпихивая подушку под свою поясницу, заставляя ткань рубашки соскользнуть с тонкой талии и продемонстрировать Бану твердо стоящий член, прижавшийся к подтянутому животу возлюбленного. Чан на мгновение замирает от соблазнительной картины, Хенджина лежащего под ним с диким блеском в возбужденных глазах, с испариной на изящной шее, уже сбито ловящего воздух припухшими от поцелуев и попыток сдержать стоны губами. Вздымающаяся грудь заставляет ткань не до конца сползшей рубашки то и дело задевать твердые чувствительные соски Хвана, отзывающегося сейчас на каждое, даже самое малейшее, прикосновение тихим стоном, пока Чан пожирает его глазами, оттягивая тот момент, когда насытится своим подарком в полной мере. Пока не глядя натягивает презерватив на собственный ноющий от возбуждения член, обильно смазывая его. Пока хищно облизываясь снова нависает на Хенджином, невесомо оглаживая кончиками пальцев чувствительные бедра, опускаясь всё ближе, ловя громкий стон поцелуем, когда входит одним плавным движением. Перед глазами мигают "звёздочки" от давления и жара внутри Хенджина. Как же Чан соскучился по этим ощущениям, по этим стонам своего прекрасного возлюбленного, которые приходится заглушать поцелуями, так как неизвестно, когда домой вернутся остальные. Не то, чтобы они могут услышать что-то новое, но не хочется снова видеть недовольные взгляды их соседей на следующее утро. Правда, и думать об этом сейчас хочется в последнюю очередь. Не тогда, когда Хенджин с каждым движением льнет всё ближе, подается навстречу, жадно втягивая член Чана, закатывая глаза от удовольствия при каждом толчке, всё меньше контролируя себя с каждой секундой, полностью отдаваясь эйфории, полностью отдаваясь Чану. На долго их не хватает, так как возбуждение бьет через край, заставляя почти одновременно кончить, крепко сжав друг друга в объятиях, пока по позвоночнику проходят разряды молний, а перед глазами вместо "звёздочек" взрываются уже "фейерверки". - Если бы не завтрашний прогон, я бы всю душу из тебя вытрахал после таких провокаций. - сбивчиво выдыхает Чан, медленно выходя из Хенджина, после чего снимает презерватив и тянется за салфетками на столе, чтобы прибраться. - Можно подумать, кто-то был бы против. - довольно "мурлыкает" Хенджин в ответ, пока Чан вытирает его. - Не нарывайся. - рычит Чан, зажимая сосок Хвана своими пальцами. - Понял-понял. - скулит Хенджин, прикусывая губы от сверхстимуляции на грани удовольствия и боли. - На сегодня хватит. - Хороший мальчик. - с улыбкой отзывается Чан, поглаживая любимого по слегка влажным от пота волосам, и после смачного зевка Хвана, пока тот стаскивает с себя прилипшую "подарочную упаковку", то есть рубашку, добавляет. - Ты здесь собираешься спать? - Не хочу оставаться один. - по-детски надувается Хенджин, удобнее устраиваясь на кровати, пока Чан выбрасывает мусор в небольшое ведерко рядом с рабочим столом, и оставляет подаренную рубашку на стуле. - Ладно. - с легким смешком выдыхает Чан, чмокая своего бойфренда в кончик носа, заставляя тем самым довольно улыбнуться, после чего продолжает, укладываясь рядом. - Оставайся сколько хочешь, подарочек. Хенджин в ответ лишь закатывает глаза, но продолжает довольно улыбаться, укрывая Чана одеялом, под которое уже успел забраться сам, и обнимая не менее довольного Бана, который хотел ещё поработать после тренировки над парой песен, которым, видимо, придется подождать до завтра, в отличии от самого драгоценного подарка в жизни Чана, который с нежностью и любовью смотрит сейчас на него.