Прекрасное далёко

Чёрные воды Стикса тянулись бесконечностью вдаль. Утратив шанс обрести покой на острове Блаженных, пираты Весёлого Роджера получили своё «может быть». Может быть, они найдут те берега, на которые сойдут для желанного покоя. Может быть, на пути они встретят тех, кого утратили, и воссоединятся. С друзьями, возлюбленными, родными и всеми, с кем хотелось бы провести вечность. Может быть, неопределённость пути однажды даст ответ на скрытые в мятежном разуме вопросы. Может быть, они все станут мудрее. Может быть, рано или поздно их вечность станет радостью. Пока что они привыкали, что они ничуть не пираты, а самые настоящие моряки. Капитан вспоминал себя столь шумно, что истина зацепила остальных. Сми отказался отзываться на фальшивое имя, жёстко подчеркнув, что его имя Георгий Глистер и никак иначе. Кос, хихикая, пожелал остаться Косом, но остальные словно вышли из состояния безликих теней и начали знакомиться. Чёрный флаг сняли. Как и всё напоминающее об их фальшивых личностях. Крюк полетел за борт одним из первых. Следом флаг и невесть откуда взявшаяся дощечка с красивой надписью «Капитан Джез Крюк». Имена. Множество имён. Вслед за Капитаном и от его экипажа почти ничего не осталось. Но остров остался позади, а шок от осознания своей смерти стал слишком сильным, что ничего не изменилось. Первые дни, пока все знакомились друг с другом, на борту царила эйфория. Всем хотелось не только знакомиться и радостно перебирать в пальцах возвращённую память, но и говорить. Вспоминать вслух. Делиться единственным настоящим сокровищем, сохранённым после смерти. Дороже любого золота. Всего на свете. Они недолго пробыли в том портовом городке. Пополнили запасы. Поискали среди занятых своими делами людей знакомые лица. Фиранги, припоминая прошлое, успел пошалить и оболванить немало людей, чтобы с дерзким хохотом вернуться на корабль при добыче. Ничего особенного. Главное — само ощущение от очередной плутовской авантюры. Жека не отставал. Не желал уступать братцу по разуму ни в чём. Эти двое однозначно нашли друг друга. Калипсо отправилась дальше. Вперёд. Вечная ночь над чёрными водами исчезла. Солнце отмеряло для них дни и ночи. Течение и ветер всегда были ровно такие, как требовалось. Чудовища теперь на пути встречались нечасто. Но слух о Жеке и Фиранги распространился по всему Подземному Царству. Теперь к ним на борт частенько приползали различные чудовища, только с очень сильного перепоя напоминающие людей. Выпить, закусить, спеть вместе парочку песен, сделать что-нибудь творческое и вообще пообщаться. Они, конечно, не люди, но это не значит, что с ними нельзя по-человечески. — Кэп, земля на горизонте… а ой, — смутился Глистер, когда в привычной манере Сми, попытался было приоткрыть дверь и глянуть одним глазком на пиратскую каюту. А перед ним возникла тяжело дышащая и покрывшаяся испариной донья Ада, одетая в капитанский камзол, судя по всему, на голое тело. — Офицер Шурикова… ой, тысяча извинений. Офицер де Очоа?.. — Просто Ада, — махнула рукой та. — Капитан немного занят. Командуй стыковку… или как там полагается. Давай сам. — Так точно… офице-це-цер… Ада. Когда дверь за старпомом закрылась, она для верности повернула ключ, окончательно отрезая их от ненужного внимания некоторых любопытных лиц. Рука, которую она старательно прятала от Глистера, подняла плеть, возвещая об очень интересном продолжении. — За то, что изменял мне. И к измене меня склонял… И за всё хорошее будешь наказан! — объявила она, не поворачивая головы. Следила, чтобы никто не подобрался к двери подслушивать. Щель между полом и дверью демонстрировала картину игры теней вне каюты. Она чуть помедлила, прежде чем возвращаться к Диего. Их игра только набирала обороты. В первом акте победительницей вышла Ада. При помощи хитрости и верёвки привязала его руки к изголовью кровати и дала волю собственной фантазии. Пленник не упускал возможности съязвить и прошипеть несерьёзную угрозу, обещал страшную расплату, но наслаждался не меньше. Они оба любили верховодить, обожали смены ролей, когда обретённая власть могла мгновенно оказаться перехвачена. Но сегодня Ада успела довести их обоих до яркого обоюдного исступления уже два раза и сейчас давала шанс пленнику на второй акт. Едва она сделала шаг в сторону кровати, как немедленно оказалась перехвачена. На мочке уха сошлись зубы готового к продолжению супруга. — Любовь моя, ты всё так же паршиво вяжешь узлы. Стремительным рывком она была раздета, обезоружена и уложена на тумбу так, чтобы в зеркало из первых рядов видеть всё. Как супруг собирается в самой пиратской манере овладеть ею. Что-то от Капитана в нём осталось. Впрочем, память подсказывала, что эта искорка была в нём и при жизни. — Я намеренно допустила три ошибки. А ты развязался только сейчас?! — выдохнула она с наигранным возмущением. — Я разочарована, мой грозный адмирал. Неужто время в роли Капитана так истощило твои навыки? За дерзость она была немедленно отшлёпана. Легонько. Ровно так, чтобы начать краснеть от такого детского наказания и чувствовать себя провинившейся девчонкой. И чем больше пламенели щёки, тем больше власти теряла Ада, не в силах сопротивляться. Слишком уж сильно захватывало её желание. Супруг умело подчинял её, ни на секунду не позволяя усомниться — ему и его рукам она может доверять беспрекословно. Захват власти вышел мучительно медленным, когда после постыдных шлепков Диего умело терзал её расплавляющей нежностью. Буйный нрав Ады требовал поскорее сорваться в сумасшедшую страсть, от которой из глаз посыпятся искры. Жадность призывала получить всё и сразу. Тем слабее она становилась с каждым мгновением пытки неспешного удовольствия. — Люблю тебя… с ума по тебе схожу. Всегда. В той жизни… в этой! Моя… моя… моя!!! — шелестел бархатом его шёпот, когда она сорвалась с края и в невыносимо прекрасном миге забыла себя, но помнила его. Как никогда в жизни и после. Ада великодушно пообещала, что отпустит Диего выполнять свои обязанности капитана, которые остались частью его сущности. Даже дала слово не вредничать и не ворчать, что Калипсо ему не меньше жена. Но взамен весь день они проведут по её правилам. До самого заката. А потом и до рассвета. Столько всего хотелось наверстать. Утолить аппетиты, чтобы погрузиться в дух авантюризма. Целый мир раскрывался перед ними. Рядом верные друзья, а в распоряжении великолепный галеон. Новый взгляд на мир показал, что не так уж плачевна их участь. А всё началось с упоминания её сна, где она была такой безвольной, связанной, а он мог делать с ней всё, что вздумается. И последующего предложения взять верёвку и повторить события грёз. В мире живых их путь завершился. Ада и Диего сделали всё, что было в их силах. Воспитали сильных детей, способных свернуть горы. Дали им всё необходимое, чтобы те строили то будущее, в котором захотят жить сами растить уже своих детей. Уже их детям предстояло множество встреч, испытаний, друзей, противников и всех чудес самой жизни. Их история продолжалась. Стоило ли страдать из-за нынешней участи? Особенно если посмертие было даровано им в своём уме и вместе? Кто-то из экипажа для порядка взгрустнул, но следом попутный ветер понёс Калипсо вперёд. — Я тебя победил, душа моя. Ты моя. Пока смерть не разлучит… а она не разлучила. Значит, моя навсегда, — довольно прошептал Диего с улыбкой человека, который всегда добивается того, чего желает. «После нескольких десятков лет вместе, трёх детей и восьмерых внуков?! Не слишком ли ты торопишься, дорогой?» — со смехом думала она, умаянная после их волнующей близости. Всегда волнующей. Всегда прекрасной. Но каждый раз по-разному. — Победил, — согласно кивнула она, но поспешила добавить: — И проиграл. Ты мой. Там. Здесь. Навсегда. И никуда тебе от меня не деться. — С тобой, мой Марсианский Демон, хоть в аду гореть. — В аду мы всех чертей распугаем, мой грозный адмирал, — расхохоталась она, перекатываясь на спину. — Думаю, сначала надо отыскать Мэри и Эдварда Кенуэй. Я соскучилась. Курс на порт Лондон. Начнём с него!..

***

— Капитан, гигантская крокодилица справа по борту! — Не стреляйте, это моя Марфутка плывёт! Мы с ней подружились… — Какая в ракшасам Марфутка? Я её первый увидел! И первый назвал! Это Зафира. И плывёт она ко мне. — Парни, выберите себе питомца поменьше! Например, попугая… — Зануда! — Королевская зануда!