Дополнительные занятия

В библиотеке было на удивление много студентов. Стайки молодых людей смеялись, шептали, получали замечания, готовились к занятиям, передавали сплетни, а парочки целовались, прячась по углам. "Это очень интересная книга" – за годы обучения это уже стало для Хогвартса притчей во языцех, ну а то, что устраивалась Грейнджер всегда между дальними стеллажами библиотеки, знал каждый первый, и никого уже не удивляло, что Гермиона сидела в относительной тишине и читала. Ну… Пыталась читать. Сейчас её мысли никак не хотели дружить с учебником по зельям. Закидывая в рот арахис в разноцветной глазури, Грейнджер злилась до такой степени, что хотелось запустить это драже в глаз профессору. Будь он неладен. Нет, конечно, ладен… И очень даже собой хорош. На пару лет старше, выпускник Дурмстранга. И никакого покоя её совершеннолетнему девичьему мозгу, отдающему сигналы не туда, куда нужно. Через несколько месяцев выпускные экзамены, а она никак не может освоить этот предмет. Даже руны давались легче. Ответ прост: во всём виноват учитель! Ведь если студент не понимает, то значит, что он плохо объясняет. А Гермиона не понимала. Она вообще не могла слушать его на занятиях. Могла только зачарованно смотреть, как его пухлые губы раскрываются, когда он рассказывает материал… Который Грейнджер ну никак не усваивала. И когда он предложил дополнительные занятия… Но именно сегодня ей хотелось побыть одной, и домашняя работа по этим самым зельям была хорошей отмазкой. Гарри, Рон и Джинни отправились на вечерний променад в Хогсмид, а Грейнджер уединилась в библиотеке. Вспоминая о той ночи с профессором на протяжении недели, мыслями она была явно не в изучении новой темы. — Переверните книгу, — Гермиона настолько глубоко задумалась, что не замечала ничего вокруг. — А? — Мерлин, мисс Грейнджер! Профессор Малфой присел на корточки, поправляя брюки. Он тоже не мог отпустить её из мыслей после того… Инцидента. Тогда изучение сложного зелья зашло слишком далеко. А сейчас, взяв книгу из её рук, вернул ей, но уже в правильном положении. — Через двадцать минут у меня, — Драко надеялся, что она придёт. Хотя после той ночи поводов Гермиона больше не давала. — У меня есть чтиво поинтереснее. Подмигнув, Малфой заправил ей прядь волос за ухо и, быстро поцеловав в уголок губ, так же быстро ушёл, не давая возможности задать какие-либо вопросы. А вопросов и не было. Как только профессор скрылся за стеллажом, она подпрыгнула в восторженном предвкушении. Только Джинни знала, как Грейнджер хотела снова встретиться с таинственным ухажёром, который вскружил ей голову. Мисс Уизли была крайне рада, что её прекрасная подруга нашла наконец-то себе парня, а не очередную очень интересную книгу. От нетерпения подкосились колени (а ещё оттого, что затекли ноги), Гермиона повалилась на стеллаж, который пошатнулся и начал падать. Не успев и пикнуть, Грейнджер прикрыла голову от слетающих с полок книг в надежде, что стеллаж удержится, не упадёт. — Решила самоубиться, чтобы не приходить? Поймав шкаф, не успевший далеко отойти Малфой вернул его на место и быстро отлевитировал по местам слетевшие книги, предвкушая, как на шум сбегаются студенты и очень беспокойная библиотекарь. Гермиона вертела в руках пойманную книгу и мысленно ликовала! Вот он, повод оправдать и скрыть свою неуклюжесть! — Вот, — девушка протянула ему фолиант в бордовой обложке. — Нашла материал для дополнительного изучения. Поможете освоить программу? Она отвела будто смущённый взгляд в сторону. Посмотрев на книгу, Малфой расплылся в довольной ухмылке. Камасутра. В библиотеке Хогвартса. — Мисс Грейнджер! Вам выговор и отработка! — не выдержав, рассмеялся мужчина. — Говорите мне это чаще, профессор, — промурлыкала девушка, раздумывая, хочет ли она его обнять? Хочет. Очень-очень хочет. Запустив руки под мантию Малфоя, Грейнджер прижалась щекой к его груди. — Ну… — протянул Драко. — Мне нравится. Предлагаю оставить это на постоянной основе. — Мерлин, да вы романтик! Гермионе было на удивление легко с ним не только… Но и просто говорить. И не волновали мысли о том, что он профессор. Ещё несколько месяцев – и они станут коллегами. — Четвёртая часть. Десятая глава, — нравоучительно заявил Малфой, отпустив девушку и поправляя воображаемые очки. — О царапинах. Грейнджер хихикнула, прикрыв рот кулаком. Выглядел профессор слишком сексуально: мантия распахнута, рукава рубашки закатаны, воротник расстёгнут. Венка на шее пульсировала, и Гермиона еле поборола в себе желание провести по ней языком. — Вы, мисс Грейнджер, неправильно царапали мою задницу, — пробегая взглядом по словам, изрёк Драко. — А как нужно? — уточнила Гермиона, спешно собирая свои вещи в сумку. — Очень плохо, мисс Грейнджер, что вы не подготовили теоретический материал. Думаю, что из всех видов царапин нам подойдёт цветок лотоса. Гермиона быстро приняла правила его игры. Подойдя вплотную, она встала на носочки и, приобняв одной рукой Драко за шею, а второй будто невзначай касаясь паха, прошептала, проводя своим языком по его губам: — У меня есть шанс на пересдачу, профессор Малфой? Драко сглотнул. Ему слишком нравилось то, что происходит. От её близости было физически больно — хотелось большего. — К-конечно… — заикнулся Малфой, когда ладонь Гермионы вдруг достигла цели. — Это же было только первое наше занятие. Нам нужно ещё многое изучить.