***
Он провожает её в кровать. Осторожно подталкивает в спину, когда захмелевшая жрица отвлекается на флирт с разгулявшимися спутниками. Спокойно, но непреклонно, будто ребенку, объясняет, что купаться они не пойдут, потому что иначе её пьяная тушка пойдёт ко дну, а он, как ответственный и самый трезвый, спасать никого не полезет. Сидит рядом, пока беспокойная девчонка не уймётся и не прекратит тщетные попытки встать. И лишь когда Ари проваливается в сон - выдыхает. Как же с ней тяжело, боги... Следовало выбрать целью Шадоухарт. Та по крайней мере не устраивает пьяные дебоши. И та, пожалуй, не стала бы настолько рьяно отпираться от его ухаживаний. В самом деле, что он делает не так? Астарион поклясться готов, что видел в её глазах то же, что и у сотен прошлых любовников, но стоит сделать следующий шаг навстречу и его сносит волной презрения и высокомерия Будто барьер, плотный, непреодолимый, встаёт между ними, как только речь заходит о прикосновении. И как её перекосило вчера, когда он дотронулся щеки... Кого вообще можно ненавидеть настолько, чтобы в лес убегать из-за такой мелочи? Вдруг в голове щёлкает. "Фейский мальчик". Он ведь старше её лет на сто! Астарион с подозрением глядит на спящую жрицу. Да нет, не может быть. Но слишком многое говорит об этом. Разговор, но не поцелуй, смех, но не касание и каждый флирт кончается угрозой. Только одну расу дроу могут воспринимать так двояко. Тихо смеётся себе под нос. Вот так, да? Не любим светлых эльфов, значит? Ну ничего, ничего, он заставит себя уважать. И не такие крепости брали!Глава 3
2 октября 2023 г., 10:56
- Всё, чего я хочу - хорошо провести время. Неужели я о многом прошу?
Смеётся. Ари наблюдает за ним весь вечер - бутылка в руках, легкомысленный тон, презрительные взгляды в сторону тифлингов.
Она и сама не в восторге от хвостатых, но Минтара, проклятая отступница предавшая паучью матерь ради какой-то личинки в голове... О нет, такое жрица не могла оставить безнаказанным.
И теперь они вдвоём, будто замерли посреди общего безумия, изолировались от всех, не желая иметь дел с благодарными за спасение жителями рощи.
- И что же наш фейский мальчик считает достойным развлечением?
Дроу усмехается, покачивая в ладони свой кубок. Кажется, за эту ночь она выпила куда больше, чем могло вместить это хрупкое тело, но вот что странно - почти не чувствует влияния спиртного. Лишь лёгкий туман в голове и непривычное зудящее желание оказаться в эпицентре проблемы.
Одной конкретной красноглазой клыкастой проблемы.
- Ради всего святого, секс, моя дорогая. Ночь любви. Если ты не против, конечно
Её проблема начинает терять терпение. Весь вечер осыпал комплиментами и намёками, а тут вдруг сдался и прямо заговорил? Теряешь хватку, Астарион. Так не пойдёт
- Как грубо! Как настоящей леди, мне полагается упасть в обморок от вашего вопиющего хамства, сэр!
Ари театрально прикладывает руку ко лбу, будто у неё и впрямь поднялась температура после неслыханной дерзости вампира, прикрывает глаза. Тот лишь ухмыляется, обнажая клыкастую улыбку, иронично приподнимает бровь
- Мне бы стало совестно, не знай я, на что способны настоящие тёмные леди в постели, душа моя
Крючок заглочен. Её любимый приём, осталось только подсечь
- А как настоящей тёмной леди...
Насмешливый тон слетает в один миг, открывая новую личину - манящую, как тьма ночи. Личину, отполированную до блеска, заготовленную специально для таких как он.
Ари подаётся вперёд, едва не касаясь мужского лица. От него приятно пахнет вином и, что удивительно, бергамотом. Близость, пусть и мимолётная, но настолько губительная, настолько пугающая, что сердце пропускает такт. Возьми себя в руки, отступать нельзя, ты делала это сотни раз, чтобы отшить таких как он. Ари замирает, приблизив губы к уху эльфа.
- А как тёмной леди мне полагается разрезать тебя на сотню маленьких вампирчиков и скормить паукам, дорогуша
И тут же отстраняется, заливаясь насмешливым хохотом. Вино оказалось с замедленным эффектом.
Примечания:
Она думает, что знает, что он думает о ней
А он считает, что видит, как она видит его
И оба совершенно уверенны, что ошибиться не способны
(Злодейское закадровое хихиканье автора)