Чокнутая

— Что-то мне это напоминает… — прокряхтела Жанна.       Она лежала в кровати, ее голова раскалывалась от знакомой боли, а рядом сидела Робин и загадочно улыбалась. В комнате царил полумрак — ее освещал лишь свет от огней снаружи, где все еще продолжался праздничный «корпоратив». На спинке кровати пристроился Пижон и, кажется, дремал. — Ты очнулась куда раньше, чем в прошлый раз, — сказала археолог, протягивая ей стакан воды. — Чоппер говорил, что улучшил формулу. Думаю, он будет рад результату. — Я что… опять это самое? — простонала боцман, делая нервный глоток. — Да, напиток, которым ты решила утолить жажду оказался алкогольным, — пожала плечами Робин. — Но можешь быть спокойна. Мы приняли меры и быстро тебя успокоили. — О, круто, — Жанна приободрилась от этой новости. — И что вы сделали? Вырубили меня колотушкой Усоппа Ясоповича?       Вместо ответа Робин улыбнулась как-то так, что ей стало не по себе. — Скажи мне, пожалуйста, что меня вырубили до того, как я на кого-то накинулась, — взмолилась боцман. — Можешь быть спокойна, — археолог заправила мешающуюся прядь волос ей за ухо. — Счёт ноль-один в мою пользу. — А, — издала Жанна, но спустя секунду до нее дошло, и она добавила: — А?! — Было немного несправедливо, что я осталась единственной нецелованной в нашей команде, — развела Робин руками. — Ну, не считая Санджи и Чоппера. Хотя насчет первого я не уверена. Некоторые его недомолвки в тот вечер, когда мы подверглись нападению «Шальной Снежанны», навели на мысль, что между вами что-то такое имело место быть. И глядя на то, как покраснели сейчас твои уши, я так понимаю, что была права.       Боцман зажала голову руками и спрятала лицо в коленях, издавая нечленораздельное бурчание. Археолог заботливо погладила ее по сгорбленной спине. — Ну не переживай ты так, — ласково произнесла она. — Должна же я была подарить поцелуй своему рыцарю, что была готова так отчаянно и храбро отправиться со мной в ад.       Жанна резко выпрямилась и посмотрела на нее. Хоть лицо боцмана было настолько красным, что этого не скрывало даже плохое освещение, она неожиданно передумала его прятать. Похоже, что ей вдруг захотелось что-то сказать. И это что-то было важнее ее смущения. — Слушай, Ро, — тихо начала она. — Я, конечно, понимаю, что ты ничего такого не имела в виду. И вообще это довольно уморительно шутить в таком направлении, так как «мы же подруги». Но ты должна кое-что знать обо мне во избежание пиздец каких неловких ситуаций в будущем.       Археолог заинтересованно подняла брови, но не перебивала. Она понимала, что для неловких откровений Жанне необходимо как следует разогнать свою болтовню. — Наверное, в этом мире подобное неособо распространено, — продолжила боцман, глядя на свои указательные пальцы, которые нервно теребила между собой. — По крайней мере я ни о чем таком не слышала. Хотя моими источниками информации долгое время были дед, газеты и редкие гости, что к нам заплывали. Естественно, ни с кем из них я на эту тему не заговаривала. Правда, в моем прошлом мире такое тоже не было чем-то общепринятым и говорить об этом тоже было трудно. Знаю-знаю, я все болтаю и болтаю, и никак не могу перейти к долбанной сути. Но пойми меня, в таком признаваться очень непросто… — Ничего страшного, — Робин положила руку ей на плечо. — Я готова еще послушать и подождать. — Аргх! Короче… — Жанна с измученным видом запустила пальцы в волосы. — Дело в том, что в прошлом меня привлекали не только парни, но и… девушки. И вот это поворот — это осталось неизменным. Я не планировала делать камингаут, потому что зареклась строить любовь в этой жизни. Но сейчас посчитала нужным предупредить, потому что начала ловить подозрительные сигналы и… эм… откликаться на них. А ни тебе, ни мне этого точно не нужно. Моему дебильному сердцу и так на сегодня хватило потрясений.       Боцман напряженно засопела, утыкаясь лбом в дрожащие от воления колени. Это было непростое признание, и переживания боцмана можно было понять. И хоть для Робин это не стало каким-то откровением, она была тронута, что подруга доверилась ей. Хотелось как-то успокоить ее и дать знать, что все в порядке. И она знала только один способ это сделать. — Насколько я знаю, любовь между женщинами не является чем-то неслыханным, — сказала археолог, задумчиво подпирая голову рукой. — Они имеют место быть на Амазон Лили, который является островом женщин. Так как мужчинам там быть запрещено, местные девушки нередко вступают друг с другом в отношения. — Эм, а как они тогда, простите, размножаются? Почкованием? — Жанну настолько заинтересовал этот вопрос, что она оторвала голову от коленей и даже перестала трястись. — Или они берут в плен мужчин и делают с ними «сну-сну»? — Впервые слышу подобное слово, но я догадываюсь, о чем ты, — хихикнула археолог. — Я читала, что среди них есть пиратки, которые под предводительством императрицы имеют право покидать остров и отправляться в плавание. Зачастую в этих плаваниях они находят себе сексуальных партнеров и возвращаются беременными. — Ого, — присвистнула боцман. — А что они делают, если у них рождается там пацан? Высылают на лодочке? Отдают аистам? Сбрасывают со скалы? Приносят в жертву богам? — Такого не случается, — покачала головой Робин. — По какой-то неизвестной причине, на этом острове рождаются только девочки. Не думаю, что они стали бы скрывать судьбу младенцев-мальчиков. Из этого вышло бы много устрашающих историй, которые оградили бы их остров от нежеланных посетителей еще больше. Хотя он и так находится прямо в Калм Белт, и добраться туда очень трудно. — М-да, с каждым днем понимаю, как мало я понимаю в этом мире, — изрекла Жанна, глядя в потолок. — Оно неудивительно. Чем больше ты узнаешь, тем больше понимаешь, как мало ты на самом деле знаешь, — сказала археолог и, немного помолчав, решила добавить главное: — Я благодарна тебе, что ты поделилась со мной. Это сделало меня счастливой. Не думай, что я увела тему, потому что чувствую нечто… негативное по этому поводу. Просто я плохо умею работать с чужими эмоциями. Тебе, должно быть, пришлось очень нелегко. Мне хочется утешить тебя, однако я не знаю, что лучше сказать в этой ситуации. Но я хотя бы знаю много интересных фактов и историй о нашем мире, которые иногда могут оказаться кстати. — Они всегда кстати, — улыбнулась ей боцман. — Без них хер бы мы попали на Небесный остров. Да и там особо далеко не продвинулись бы. И сейчас твоя прохладная история про остров лесбиянок, кажись, спасла мой рассудок от коллапса. За что тоже спасибо. — Всегда пожалуйста, — улыбнулась ей в ответ Робин, после чего вновь задумчиво подперла рукой подбородок и произнесла: — Так вот, что ты имела в виду, когда говорила о «нетрадиционном партнере», с которым вам пришлось расстаться.       Жанна уставилась на нее приоткрыв рот. — Ты чо, подслушивала наш разговор с Саней? — возмутилась она. — Прости, — пристыженно произнесла археолог, отводя взгляд. — Это моя дурная профессиональная привычка везде иметь уши. Плюс я так долго ждала, что ты поговоришь со мной о том, что тебя волнует в последнее время, что я не удержалась, когда поняла, что ты обсуждаешь эти вопросы с Санджи. Знаю, это меня не оправдывает. Но надеюсь, что ты меня простишь за мои излишние нетерпение и любопытство. — Ладно, забей, — вздохнула Жанна, неловко почесывая затылок. — Я и так собиралась поговорить с тобой о чем-то подобном. Так что ты просто сберегла мне время и нервы. Неособо приятно рассказывать об этом вновь. Но все же я не могу оставить это просто так, — она посмотрела прямо на подругу. — И ты теперь мне задолжала личную инфу про себя. Никакие отговорки и оправдания не принимаются. — Я не против, — сказала Робин с немного напряженной улыбкой. — Могу даже сделать это прямо сейчас, раз уж нам выдалась возможность поговорить. Но перед этим не могла бы ответить мне на еще один вопрос? — Ок, валяй, — кивнула та. — О чем таком вы с Луффи говорили, что потом вы решили устроить салочки? — А ты… не слышала? — напряглась Жанна. — Нет, меня… — Робин отвела взгляд и поежилась будто бы от холода. — Кое-что отвлекло. — И что же это? — Не могу сказать. — Тогда и я не могу сказать, — хмыкнула боцман. — Раз уж ты так ставишь вопрос, то я скажу тебе, но это… — Не-не, не надо, — прервала ее Жанна. — Я пока не могу ответить тебе на твой вопрос. Так что ты имеешь полное право хранить молчание.       Робин не знала, что между ней и Луффи произошло, но эта ситуация явно нервировала боцмана. А у них и так состоялся довольно напряженный разговор. Не стоило давить еще больше. Потому археолог улыбнулась и предложила сменить тему и поговорить о своем прошлом.       Об этом было непросто вновь вспоминать и рассказывать вслух. Особенно непросто было говорить о смертях ее близких: о маме, профессоре Кловере и Сауле. Но когда Жанна заботливо взяла ее за руку для поддержки, сердце Робин наполнилось теплом и спокойствием. ***       Утром того дня пришли две вести. Одна хорошая, другая для кого-то радостная, а для кого-то не очень. Во-первых, «корабль мечты», созданный Фрэнки, Айсбергом и плотниками Галлей-Ла, наконец-то был готов. А во-вторых, за всю команду назначили награды.       Взволнованный Замбай прямо на пороге раскидал перед командой ворох листовок, чтобы они как следует все рассмотрели. Луффи с Зоро обрадовались, что их награды выросли до 300 и 120 миллионов белли соответственно. Нами была в ужасе от того, что ее фотографировали не для обложки модного журнала, а для того, чтобы назначить награду в 16 миллионов белли за ее прелестную голову.       Санджи бы порадовался своей первой награде в 77 миллионов белли, но вот стремная карикатура вместо нормальной фотографии его немало расстроила. Чоппер же расстроился, что его приняли за домашнюю зверушку и назначили за него какие-то жалкие 50 белли, хотя он старался и сражался изо всех сил. Робин немного позабавило, что ее награду округлили до 80 миллионов. Но больше ее заинтересовала листовка Жанны, где была одна любопытная деталь. Сама боцман, по словам Киви и Модзу, немного задержалась у Фрэнки, но вскоре должна была вернуться. — Ура! Наконец-то за Великого Капитана Усоппа тоже назначили награду! — обрадовался Усопп, гордо демонстрируя всем листовку с 30 миллионами белли. — Капитана Усоппа? — выгнул бровь Зоро. — Не вижу тут такого. Разве это не Король Снайперов, Согекинг? — Да, но… — Какая жалость, что ты остался в тени славы своего глупого придуманного альтер-эго, — хмыкнула Нами, с сочувствием похлопав его по плечу. — Слышь, это кто тут глупый?! — возмутился канонир. — Он крутой! — Да-да, как скажешь, — отмахнулась от него навигатор. — Когда-нибудь люди узнают, что за маской скрывается Великий Воин Морей, Капитан Усопп, вот увидите! — Да уж, догадаться будет трудно, — закатил глаза мечник.       Их обсуждение и реакции прервал все еще ужасно взволнованный Замбай, который сообщил, что он сюда через весь город бежал не только за этим. Оказалось, что за их лидера Фрэнки также назначили награду в 44 миллиона белли. И теперь ему опасно оставаться на этом острове — за ним непременно назначат охоту, как дозорные, так и охотники за головами. А Клан Фрэнки ну точно не сможет спасти своего братана своими силами. Потому он предложил Пиратам Соломенной Шляпы забрать его с собой от греха подальше. — О, здарова, Замбро и другие братаны, — поприветствовала Жанна, которая вернулась вместе с Пижоном как раз в этот момент. — Что за суета тут у вас? И от чего надо спасать Бигбро?       Наконец, она обратила внимание на разбросанные на траве листовки. — Вау, это что за ёбанный шедевр? — воскликнула она, указывая на плакат Санджи. — Охуеть. У меня аж слезы выступили от восторга. Можно я помещу это в рамку и повешу себе на стеночку?       Пребывающий в депрессии кок на это никак не откликнулся. — Тебе разве не интересно посмотреть на свою листовку? — спросила Робин, что как раз держала ее в руках. — О. У меня тоже есть? Ну-ка, давай.       Археолог развернула к ней пергамент, и все уставились на боцмана в ожиданни ее реакции. — Бля, какая неудачная фотка, — расстроилась она. — Вот вечно я херово выхожу на документах. — В каком месте она неудачная? Ты на ней такая же, как всегда, — не понял прикола Усопп.       Он еще раз рассмотрел листовку с наградой в 33 миллиона белли, где среди дыма стояла одетая в латекс и красную накидку Жанна с голубем на плече. И у нее была та же покерная физиономия, что и сейчас, и вообще каждый день. — Ахахаха! У тебя тут такое смешное выражение лица! — рассмеялся Луффи. — Да в каком месте-то? — все ещё не понимал канонир. — Жанна-чан выглядит прекрасно, как всегда. А вместо меня поместили какое-то… чудовище! — заныл сидящий в сторонке на корточках Санджи. — Все девушки мира будут насмехаться надо мной. Ладно бы «насмехаться» — они будут видеть эту рожу в кошмарах! — А по мне так там вылитый ты, — фыркнул Зоро.       Депрессивное облако вокруг кока выросло еще больше. — Ладно-ладно, я пошутил, не ной, — поспешил исправиться мечник, раздраженно почесывая затылок. — Жанне вон нравится как получилось. Авось и другие такие поклонницы найдутся…       Всеми позабытый Замбай решил напомнить о себе и о том вопросе, что он поднял. Однако его прервала Робин. — Меня больше заинтересовало другое, — сказала она, указывая пальцем на строку под фотографией. — Почему тут написано «only alive»?       Все посмотрели на листовку боцмана и сравнили ее надпись со своими, где четко значилось стандартное «dead or alive». — Только живой? — переспросил Чоппер. — Жанна, ты нужна Морскому Дозору живой? Но зачем? — Вообще без понятия, — пожала плечами боцман. — Может, я реально оказалась дочкой мамки Спандекса или типа того? Или Спандекс хочет меня как следует помучить перед смертью? — «Такое требование в розыскной листовке большая редкость», — перевел доктор курлыканье Пижона. — «Обычно подобное декларируется на высшем уровне чинов Морского Дозора или знати. Ни Спандам, ни его семья не имеют такого влияния». — На этом любопытные вещи не заканчиваются, — сказала Робин, ткнув пальцем на описание мелким шрифтом под наградой, где обычно указывается дополнительная информация о розыскиваемом. — Здесь написано, что тебе дали прозвище «Чокнутая». А также есть приписка: «также известная как Язва с Мысов Близнецов». Тебе это о чем-то говорит?       Жанна ничего на это не ответила, но даже присутствующим членам Клана Фрэнки было очевидно, что она напряглась. — Язва с Мысов Близнецов? — задумчиво произнесла Нами. — Что-то знакомое… — Да, мне тоже показалось, что где-то я это видела, — сказала археолог. — Что скажешь, Жа…       Она запнулась на полуслове, когда боцман подскочила к ней, выхватила из рук листовку и начала рвать на мелкие части. — Жанна, какого чёрта ты творишь?! — вскрикнул Усопп.       Под всеобщими шокированным взглядами, она внезапно взяла и начала запихивать обрывки бумаги себе в рот. — Жанна! — рявкнул на нее Чоппер. — Сейчас же выплюни эту гадость!       Он обратился в свою человекоподобную форму и сделал ей захват Геймлиха, заставляя выплюнуть бумагу. Впрочем она успела намочить слюной прожевать все так, что из этого мессива нельзя было ничего склеить при всем желании. — Что на тебя нашло? — спросила ее Нами.       Все еще висящая на руках Чоппера Жанна откашлялась и вытерла рот рукавом. — Давайте лучше обсудим, как нам заманить моего дорогого Бигбро к нам в команду, — прокряхтела она.