Ледяное сердце бывшей столицы.

***

— Нет. Я так не могу. Руслан, я тебе честно говорю, у него ледяное сердце, — сказал Кару Белоярский, закатывая глаза и отхлёбывая пиво из банки. Они сидели на крыше какого-то заброшенного здания в центре Москвы — Кару, вечно горящий энтузиазмом, и Руслан, скептичный и усталый. Руслан хмыкнул, поправляя свои рыжие волосы, которые ветер растрёпывал в разные стороны. — Ох... Правда? А мне так не показалось. — Ты смотрел лишь на его задницу, — буркнул Кару. — Ну хоть она у него не ледяная. Хахаха, — рассмеялся Руслан, запрокидывая голову. — Ладно, уговорил. Есть у меня тут одна идейка... Кару посмотрел на него с подозрением. — Какая ещё идейка? — Я вскрываю эту ледяную крепость, — объявил Руслан, поднимая палец вверх. — Спорим, что за месяц я заставлю его молить меня о поцелуе? А потом я его отжарю так, что он забудет, как его зовут. Кару фыркнул. — Руслан, ты даже не представляешь, с кем связываешься. Александр Романов — это воплощение Санкт-Петербурга. Он манерный, напыщенный, весь из себя такой правильный. Он носит шарфы, которые у него на шее завязаны так, будто он собрался на бал, а не на встречу. Он говорит «извините» и «позвольте», даже когда наступает тебе на ногу. Он... — Скучный, — перебил Руслан. — Я знаю. Но в этом-то и кайф. Сломать такого правильного мальчика — это высший пилотаж. Ты же знаешь, я люблю сложные задачи. Кару вздохнул. — Ты пожалеешь. — Не пожалею, — отрезал Руслан, вставая. — Я люблю лёд. Он такой... хрустящий. И тает так сладко на языке. Он спрыгнул с крыши, приземлившись на соседний балкон (потому что он был кошкой, а не человеком), и направился в сторону Питера. За месяц он превратит этого правильного принца в своего раба.

***

Руслан подошёл к Александру в одной из кофеен, которую тот посещал каждую пятницу. Саша сидел за столиком у окна, с идеальной осанкой, попивая чёрный чай с мятой, и листал какую-то книгу. — Привет, — Руслан плюхнулся напротив, нагло свесив ногу на ногу. — Свободно? Саша поднял на него холодный взгляд. Серые, стальные глаза, в которых не было ни искры эмоций. — Мне показалось, или ты действительно только что сел за мой столик без приглашения? — произнёс он голосом, похожим на лёгкий звон хрусталя. — Показалось, — улыбнулся Руслан, подмигивая. — Я подумал, ты заскучал. Ты всегда такой... одинокий. Как маяк. Ну, знаешь, который никого не ждёт. — Я не одинок, — сухо ответил Саша. — Я наслаждаюсь тишиной. — Скучаешь, — перебил Руслан. — Да ладно, Саня, расслабься. Мы можем выпить. Я знаю одно место, где подают такой виски, что даже Питер начинает петь. — Я не пью виски. И я занят, — Саша закрыл книгу и поднялся. — Прошу меня извинить. Он развернулся и ушёл, оставляя за собой шлейф дорогого парфюма и абсолютного равнодушия. Руслан присвистнул, глядя ему вслед. — Ничего, — прошептал он. — У меня есть ещё тридцать дней. Но когда Руслан попытался задеть его на вечеринке, Саша просто переставил бокал на другой конец стола. Когда Руслан уронил при нём грязную шутку, Саша посмотрел на него, как на таракана, который осмелился пересечь его тропу. Всё было бесполезно. — Ты просто не умеешь его зацепить, — сказал Кару, когда Руслан в сотый раз жаловался на свою неудачу. — Он как стена. Ты бьёшься об неё, а она стоит. — Я что-то придумаю, — процедил Руслан, сжимая зубы.

***

— Слушай, а ты знаешь, что у нас будет вечеринка в честь возвращения Михалыча? — спросил Руслан у Саши, когда встретил его у входа в университет. — Приходи. Будет весело. Обещаю. Саша посмотрел на него с подозрением. — Я не хожу на такие вечеринки. — Потому что ты боишься, что тебя скомпрометируют? — усмехнулся Руслан. — Да ладно, ты же взрослый мальчик. Выпей, расслабься. Я буду там. Мы даже можем потанцевать. Саша прищурился. На его лице появилась странная, почти неуловимая улыбка. — Хорошо, — сказал он вдруг. — Я приду. Руслан аж подпрыгнул от радости. Его план работал! Саша согласился! Теперь осталось только напоить его, затащить в спальню и... — Ура! — воскликнул Руслан. — Я жду тебя! Вечеринка была большой. Музыка, свет, толпа — всё как Руслан любил. Он ждал Сашу у входа, уже настроенный на победу. Тот пришёл точно в назначенное время — идеальный, с прямой спиной, в белом свитере и с неизменным шарфом на шее. — Привет, — сказал Саша, и в его голосе проскользнула странная лёгкость. — Я пришёл. — Круто! — Руслан всучил ему бокал. — Пей! Это «Мохито», очень освежает. Саша посмотрел на бокал, потом на Руслана, и вдруг, совершенно неожиданно, опрокинул его в себя. — Ещё, — сказал он. — Принеси ещё. Руслан застыл. Это было неожиданно. Но он понёсся за добавкой. А потом ещё. И ещё. К концу третьего бокала Саша снял свой шарф, а на четвёртом закатал рукава свитера. — Музыка, — сказал Саша, глядя на Руслана пьяным, но всё ещё холодным взглядом. — Ты танцуешь? — Я... э-э... да, — промямлил Руслан. — Танцую. — Тогда пошли. Саша схватил его за руку — и это было так неожиданно, что Руслан потерял контроль над ситуацией. Они вышли на танцпол, и Саша начал двигаться. Он двигался плавно, откровенно, так, как не может двигаться ни один правильный мальчик. Его бёдра покачивались в такт музыке, а глаза — стальные, холодные — смотрели на Руслана с вызовом. — Ты не ожидал? — усмехнулся Саша, когда Руслан, ошарашенный, просто стоял и смотрел на него. — Я... нет, — признался Руслан. — Откуда ты это умеешь? Саша наклонился к его уху, и его дыхание обожгло кожу. — Я был негласным королём тусовок, — прошептал он. — Ты думал, я просто правильный мальчик? Ошибаешься. Я перетрахал всех, кого мог. Я был везде. Я знаю всё. И я знаю, что ты пытаешься сделать, Руслан. Руслан вздрогнул. — Что? — Ты хочешь меня соблазнить, — сказал Саша. — Ты думаешь, я ледяной. Что я скучный. Что я не умею отрываться. Но я умею. И сейчас я тебя отжарю, как ты хотел. Только в другом порядке. Руслан не успел даже охнуть, как Саша развернул его, прижал к стене и поцеловал — так, что у Руслана перехватило дыхание. Грубо, настойчиво, с привкусом Мохито и уверенности. — Но я... я же... — начал Руслан, пытаясь сохранить контроль. — Заткнись, — прошептал Саша. — Ты хотел меня. Получи. Он повёл его в спальню, не давая ни секунды на раздумья. И там, в темноте, Руслан понял, что ошибся. Он думал, что совращает невинного принца. Но он сам угодил в лапы настоящему королю. И король знал, что делать.

***

Руслан проснулся утром, чувствуя, что всё тело ломит. Он лежал на кровати Саши, в его квартире, и рядом с ним сидел Александр — с кружкой чая и той же идеальной осанкой, которая никуда не делась даже после ночи греха. — Доброе утро, — сказал Саша с лёгкой улыбкой. — Как спалось? Руслан застонал и прикрыл глаза. — Ты... ты не тот, за кого себя выдаёшь. — Как и ты, — ответил Саша. — Ты думал, что я лёгкая добыча. Но я — Романов. Я никогда не сдаюсь. Я просто притворяюсь. Руслан приподнялся на локтях и посмотрел на него. — Зачем ты притворялся всё это время? — Потому что мне нравится, когда меня недооценивают, — честно признался Саша. — Это весело. Особенно когда кто-то пытается меня завоевать, а потом сам оказывается у меня в кровати. Он усмехнулся, и в этой усмешке Руслан увидел не надменность, а тепло. Настоящее, живое тепло, которое он скрывал за маской льда. — Ты... ты не ненавидишь меня? — спросил Руслан, садясь. Саша покачал головой. — Я ненавижу, когда ко мне подходят с фальшивыми подкатами. Но ты был смешным. И искренним в своей пошлости. Это ценно. — Значит, я тебе понравился? — улыбнулся Руслан. — Ты мне понравился тем, что не побоялся подойти, — тихо ответил Саша. — И тем, что умеешь проигрывать красиво. Это редкость. Руслан фыркнул. — Ты меня трахнул, а теперь говоришь красивые слова. И после этого я должен ходить с тобой за ручку? — Да, — просто ответил Саша. — Если хочешь. Он замолчал, и Руслан впервые увидел его взгляд — не стальной, не холодный, а уязвимый и почти испуганный. — Ты серьёзно? — спросил Руслан. — Серьёзно, — сказал Саша. — Я редко впускаю кого-то к себе. Но ты меня развеселил. Это многого стоит. Руслан смотрел на него — на его идеальную причёску, на эту манерную усмешку, на шарф, который снова лежал на шее, — и вдруг понял, что эта ледяная крепость вовсе не такая холодная, как казалась. — Я тогда, наверное, должен предложить тебе завтрак, — сказал Руслан, пытаясь скрыть улыбку. — О, — усмехнулся Саша. — Ты не умеешь готовить. Я знаю. У тебя пустой холодильник. — Откуда ты знаешь? — Я проверил, когда ты спал, — Саша улыбнулся, поднимаясь. — Заказной завтрак уже в пути. Я всё предусмотрел. Руслан рассмеялся — искренне, легко. — Ты ужасный человек. — Я русский, — ответил Саша. — У нас всё через задницу, но с шиком. Они сидели за столом, пили чай и смеялись. А на улице светило солнце, и даже холодный Питер казался тёплым.

***

— Ну что, Белоярский, — сказал Руслан, сидя на крыше с Кару. — Ты был прав. Он ледяной. Но я его разморозил. — Ты влюбился? — спросил Кару, поднимая бровь. — Нет, — отрезал Руслан. — Я просто... он умеет удивлять. В хорошем смысле. Кару усмехнулся. — Ты влюбился. Я это вижу. Руслан закатил глаза. — Заткнись, Белоярский. Или я расскажу ему про твою тайную страсть к иркутским пельменям. — Только попробуй, — фыркнул Кару. Они замолчали, глядя на закат. И где-то в Питере, в своей идеальной квартире, Александр Романов улыбнулся, вспоминая рыжие волосы и дерзкий смех.