Весь мир - ты.

      Любовь к другому - это одно. Её трудно найти, но легко почувствовать. Если человек действительно нравится, то и проблем не находится. Сначала симпатия, затем влюблённость, а после - конфетно-букетный период. За ним ступень отторжения: постоянные ссоры и разногласия, а после него следует заветная любовь. Когда чувства уже не бушуют, а мирно лежат штилем. Оба уже не нуждаются в свиданиях и постоянных объятиях, поцелуях и словах о любви. Достаточно всего лишь присутствия любимого человека рядом, когда можно обнять или сплести пальцы в замок. А что насчёт любви к себе?       Душнов не раз задавался этим вопросом. Юноша имел представление, но какое-то поверхностное. Знал, что это не замечать стоя перед зеркалом нос-картошку, торчащие уши, маленькие глаза или их не очень красивый цвет. К слову, таких комплексов у Олежи и не было. Знал, что это не обращать внимание на мнение других и делать так, как нравится именно тебе; делать для себя, а не для других. Но что из себя представляет та сторона этой любви, которая находится под поверхностью? Мало кто действительно серьёзно относится к этому "подполью", зацикливается на проблеме и пытается в этом разобраться. И это относится даже к тем, кто знает. Но Олегсей хотел узнать сам, а не из статей различных психологов. Ведь зачастую там пишут довольно много ненужной информации. Или же той, с которой будут многие не согласны.       У Олежи как таковых комплексов не было: он не был уродливым, но и идеалом красоты не являлся. Довольно хороший характер, спокойный, не взрывной. При всём при этом, любовь к себе Душнов не особо чувствовал. Но ему это не мешало. Не мешало и не приносило чего-то полезного. Он спокойно жил каждый день посещая пары, встречая свою вторую половинку и чувствуя счастье от того, что находится рядом с ним, с Антоном. И изо дня в день он сидел до поздна, зубря те или иные предметы вне зависимости от того, нужны они в его направленности или нет. Всё может зависеть от знания даже самого мелочного и не нужного предмета, а значит и важно всё. По крайней мере, так считал сам Олежа. И даже не смотря на то, что доверие преподавателей к нему было на одном уровне со Звёздочкиным, юноша всё равно не позволял себе пропускать пары.       Очередное утро не отличалось от других: солнце пряталось за тучами, наплывшими ночью. Но тем не менее, свет проникал в общажную комнату, заставляя проснуться чуть раньше будильника. Надо было закрывать шторы. Олежа перевернулся на спину, с трудом открывая глаза и смотря в потолок. День не обещал ничего нового: метро, пары, Антон, метро, общага, зубрёжка, сон. Единственным более приятным событием в этом повседневном круговороте была встреча с Антоном. От этих мыслей губы тронула лёгкая улыбка. В этот же самый момент тишину разрезал звон будильника, который был поставлен на шесть утра. Душнов вздрогнул от неожиданного звука, сразу же забирая телефон с прикроватной тумбочки и отключая назойливый звук. Разлёживаться было ни к чему: только опоздает на автобус или пропустит нужный поезд метро.       В вуз Олежа пришёл за десять минут до пары. Пока сдаст в гардеробную пальто, пока дойдёт до нужного этажа, а там уже начнут запускать в аудиторию и нужно будет повторять материал. Иногда юноша соглашался с тем, что его называют "главным заучкой универа". В итоге всё получилось так, как и предполагал Душнов: сдать пальто и дойти до третьего этажа заняло около пяти минут. Могло бы получиться меньше, если бы люди у гардероба не столпились в очереди.       У входа в аудиторию уже стояли некоторые одногруппники Олегсея, обсуждая какие-то свои проблемы. Сам Душнов в эти компании не входил, ему это и не нужно было. Он уже хотел подойти к подоконнику, зайти в ВК и написать Антону "Доброе утро)", как предмет воспоминаний показался в конце коридора. Он явно кого-то искал, оглядываясь по сторонам, будто не хотел пропустить этого человека. Но увидев Олежу, сразу же зашагал в его сторону. Брюнет моментально заулыбался и быстрым шагом направился к Звёздочкину, не замечая возле себя шёпотки своих одногруппниц: "Это же Антон!", "Какой красивый...", "Я же говорила, он идеальный!".       Они дошли друг до друга на середине коридора, без слов понимая, кого искал Звёздочкин. — Доброе утро, — Было произнесено одновременно обоими, от чего Олежа отвёл взгляд неловко улыбаясь, а Антон усмехнулся. — Доброе, — Шатен поправил ворот пиджака, наблюдая за Олежей. — А ты чего тут так рано? Вроде договорились после пар встретиться. Не то чтобы я не хотел тебя видеть, ты не подумай, — Юноша всё же оторвал свой взгляд от окна и посмотрел в янтарные глаза, затараторив на последнем предложении, чему Звёздочкин по-доброму усмехнулся. — Хотел тебя увидеть и предложить сходить сегодня в кино. Вышел фильм, на который ты давно хотел сходить. В глазах Душнова сразу же засияли искры. — На тот самый? Спасибо большое, я только за! — Если бы в коридоре не стояло столько людей и не было камер, то юноша бы бросился обнимать Антона, но увы и ах, мог ограничиться только словами. В один миг искры пропали из глаз, выражение лица стало менее радостным, скорее задумчивым, а указательные пальцы сошлись в привычном жесте, соединившись кончиками. — Ан-нет, сегодня не выйдет. Мне нужно к завтрашнему дню подготовиться. Пары, сам понимаешь. Давай в воскресенье сходим? Звёздочкин вздохнул: это было предсказуемо, зная как Олегсей запаривается насчёт учёбы. — Можем сходить в воскресенье, мне не принципиально. Но подумай ещё, пожалуйста. — Хорошо. Но не думаю, что моё решение изменится, — Душнов опустил руки, взявшись за ремень плечевой сумки. Тон голоса был немного расстроенный и извиняющийся одновременно. — И почему ты себя так не любишь? — Вопрос Антона прозвучал тихо, будто предназначался и не Олеже вовсе. Юноша на эту фразу вопросительно поднял бровь и уже хотел спросить "В каком смысле?", но по коридору раздался оклик: — Олегсей! Душнов повернулся на звук, а шатен направил свой взгляд на хмурого преподавателя. Звёздочкин мягко улыбнулся Олеже. — Иди. Встречаемся после пар. Юноша кивнул и быстрым шагом направился в аудиторию. Так же поступил и Антон.       Брюнет правда старался вслушиваться в слова преподавателя и выносить в конспект важные детали лекции, но из головы не выходил вопрос Звёздочкина. Что это вообще значило? Ведь с самооценкой дела были замечательные, комплексы вообще отсутствовали. Писать Антону сейчас об этом не хотелось: ещё не дай Боже препод заметит Душнова с телефоном, что-то важное может пропустить, да и своего парня отвлекать не хотелось... К слову о важном, внимательности сейчас как раз таки не хватало. Это было не очень хорошо, но сделать Олежа мало что мог. При любой попытке сконцентрироваться в голову лезли мысли о том, к чему был вопрос. Душнов на самом деле догадывался, что может быть это было связано с учёбой, мол, слишком много циклится. Но знать наверняка Олежа на мог. Как это обычно бывает, заместо размышлениям пришло чувство вины. В голове сразу же появились мысли о том, что лучше вообще не нужно было отказываться, а наоборот - сразу соглашаться. Тогда не было бы бесконечных размышлений, как нужно было поступить. Под конец пар мыслей об этом уже не осталось. Вместо них Олежа наконец-то поймал концентрацию и внимание, с интересом слушая третьего преподавателя за день. Даже если очередные догадки и появлялись, брюнет быстро отгонял их, вновь сосредотачиваясь на теме лекции.       Третья пара прошла быстрее двух остальных, что было удивительно и естественно одновременно: удивительно потому, что обычно пары длились по ощущениям дольше обычного. А естественно потому, что преподаватель рассказывал интересно, затянув в тему философии и заставляя размышлять. Как только пара была объявлена законченной, Олежа потянулся, а затем быстрыми движениями положил конспект и ручку в плечевую сумку. Хотелось побыстрее встретиться с Антоном, ибо время проведённое с ним - бесценно. Выйдя из аудитории, Душнов быстрым шагом - почти срываясь на бег - направился к лестнице. Гардероб - благо без очереди, а дальше на выход, находившийся неподалёку.       Антон уже ждал на улице, вновь осматриваясь по сторонам, ища взглядом Олежу. Лишь бы не пропустить... Долго ждать не пришлось: брюнет вышел из универа и, сорвавшись на бег, чуть не налетел на Звёздочкина. Благо тот вовремя раскинул руки в стороны, ловя юношу. Со стороны это выглядело бы странно, если бы они долго стояли в объятиях друг друга. Но оба знали правила: на улице или в других общественных местах нужно стараться не показывать их отношений. Но, сказать честно, всё видно в их взгляде друг на друга. Не зря говорят что глаза - зеркало души человека. Хорошо, что никто из прохожих особо внимания на взгляд не обращал.       Отпустив Олегсея, Антон улыбнулся. Душнов выглядел радостным, и это уже поднимало и так хорошее настроение. — Пойдём? — Юноша пошёл первый, чуть обогнав Звёздочкина. Шатен кивнул, догоняя ушедшего вперёд Олежу.       Разговор не шёл, но было хорошо и без него: иногда в хорошей компании или с хорошим человеком комфортно просто помолчать, наслаждаясь осенней атмосферой вокруг. Душнов перевёл взгляд на Антона, и в голове всплыл утренний диалог. Самое время узнать, к чему был тот вопрос. — Это, я хотел спросить... — Шатен повернул голову в сторону Олегсея. Выражение лица говорило само за себя: я тебя внимательно слушаю. — Что ты имел ввиду говоря о том, что я себя не люблю? Звёздочкин вновь начал смотреть вперёд - и вовремя, ведь прямо на него мчался ребёнок на самокате и нужно было отойти, что Антон и сделал -, несколько секунд молча шагая по аллее, будто думая, как бы объяснить. Наконец удушающую тишину прервал бархатный голос шатена. — Я имел ввиду, что ты практически всё своё время отдаёшь учёбе, забывая про себя. Себе тоже надо давать отдых, а ты пашешь, считай, без перерыва. И это одна из причин моего приглашения в кино и причина моих слов. Я не говорю, что можно забыть про учёбу, это конечно тоже важно. Но и про себя забывать не стоит. Олежа кивнул, направив взгляд под ноги. Так вот оно что... Юноша предполагал, что это и есть тот самый посыл вопроса. И хотелось опровергнуть объяснение, но Душнов вовремя понял, что всё сказанное Антоном - правда. Ведь по сути всё так и есть: брюнет на протяжении всей учебной недели учит всё что есть, старается преуспевать в каждом предмете, тем самым не оставляя времени на самого себя. От души отлегли все самые плохие предположения, а вместо них появился частичный ответ на вопрос «Что подразумевает любовь к себе?». — Кстати, — Поток размышлений прервал Звёздочкин, возвращаясь к утренней теме. — Что по поводу кино? Юноша ненадолго задумался. Иногда можно и нужно давать себе возможность отдохнуть, Антон был прав. Олежа повернулся к шатену, и встретившись с ним взглядом улыбнулся. — Пошли, почему нет.