Крест

— Антон, это только кажется сложным, на деле все просто! Давай так, без агрессии, спокойно скажем все, что нам не нравится в отношениях. Я уверен, это поможет сделать нашу жизнь ещё более комфортной! По крайней пере, так пишут в статьях… — Ну хорошо, только давай начнёшь ты, мне так проще, — Антон неуверенно предложил. Олежа и Звёздочкин сидели напротив друг друга на диване. Чуть ранее об этом попросил Олежа, пригласив Антона на серьёзный разговор. — Ну хорошо, я начну. Я хочу, что бы ты поставил крест на Дипломаторстве, но, так как для тебя это, невозможно я прошу тебя поставить крест хотя бы на опасных вылазках. Ещё я хочу что бы ты проработал свои проблемы с агрессией и посетил хотя бы пару терапий у психотерапевта. Ну, и если возможно, перестань вести себя так наигранно на публике, попытайся быть самим собой. Я не в чем тебя не обвиняю, это просто то что мешает и тебе и мне и с этим нужно бороться. Антон задумался. Требования Олежи были сложными для выполнения, но ради него он был готов изменяться - к тому же это было не открытие что такие проблемы есть и Звёздочкин давно хотел начать их решить, но то не было времени, то желания. — Хорошо, моя очередь. Я хочу что бы ты поставил крест на общении с отцом и что бы ты пошёл в актерский университет. Я знаю, что для тебя это сложно, наверное даже почти невозможно но это то, что тебе нужно. Сам подумай, разве ты хочешь закончить жизнь так, как ты не хотел? Я буду с тобой сначала и до конца и помогу тебе со всем. Я давно хотел тебе сказать, но повода толком не было. Я хочу что бы ты жил той жизнью, которой хочешь жить ты, а не твой отец, я, мама или сестра. Если коротко, я хочу что бы ты САМ выбрал свой путь. Ах да, психолог тебе бы точно не помешал. Можем даже ходить вместе, если тебе так спокойнее. Главное следи за своим психологическим здоровьем, твоё прошлое тебе явно мешает. Глаза Олежи намокли и заблестели. От напряжения он мял в руках рубашку, но Антон поднял его руку и поцеловал. Олежа начинал всхлипывать и они обнялись. -Х-хорошо, я обещаю тебе это, — Олежа уже начинал плакать, слова его Тоши расстрогали. Наверное впервые это были слезы радости, а не печали. -И я тебе обещаю.