Отблески красного

Тишину нарушали лишь капли дождя, отчаянно бьющиеся о землю и ветви елей. На поляне, где собрались сильнейшие существа мира духов, стояла неестественная тишина. Камико все еще пребывала в ступоре, мыслями находясь совсем в другом месте. В тренировочном зале, на полу которого растекалась красная лужа. Поэтому девушка не заметила, как плавно скользнул Юмэй, будто ненароком загораживая ее собой. Сусаноо обернулся не сразу. Куницуками бурь долго не отрывал взгляда, обращенного куда-то гораздо дальше, чем дремучий лес, и будто даже не дышал. Потом медленно повернул голову. В ярко-голубых глазах не осталось никаких эмоций - лишь вековая, тяжелая усталость. Такой не понять человеку, чей век слишком скоротечен. Тэнгу напрягся сильнее, готовый до последнего защищать Камико. В голове, обычно холодной, горячечно носились разрозненные мысли. А если Сарутахико, тот, кому он служил всю свою жизнь, прикажет отступить? А если прийдется пойти против Инари? Все решилось само собой. Еще с минуту Сусаноо ничего не выражающим взглядом смотрел на Камико, а потом развернулся и неровной походкой направился в лес. Чем дальше уходил ёкай, тем светлее становилось на поляне. Тучи потихоньку расходились, будто не дождавшись ничего интересного, дождь перешел в изморось, а после и вовсе прекратился. Еще через пару минут выглянуло солнце, и вот о разразившейся буре напоминали только капли, срывавшиеся с ветвей. - И что это, черт возьми, было? - Инари, как всегда, заговорил первым. Узумэ встала, чтобы догнать Сусаноо, но Сарутахико мягко ее остановил. - Дай ему время, - тихо шепнул он любимой. Та нахмурилась, но послушалась, снова занимая место во главе стола. Юмэй позволил себе немного расслабиться. Конечно, его выходка не осталась незамеченной, но все - даже Инари - не стали ее никак комментировать. Тэнгу обернулся - Камико стояла на том же месте, дрожа от холода, но будто не замечая этого. Принц теней потянул ее к прежнему месту, но девушка осталась неподвижна. Она подняла взгляд карих глаз, в которых сейчас особенно сильно выделялись ярко-зеленые прожилки. Будто светились изнутри решимостью, виной, стыдом, силой и отвагой. Юмэй в очередной раз поразился, как человек способен испытывать столько противоречивых эмоций за раз. - Сарутахико, куницуками гор и властитель мира духов, - сделав шаг вперед, Камико почтительно склонилась. - Я понимаю, что своей вины перед вами и вашим миром мне не искупить никогда. Но позвольте мне помочь вам в грядущей битве, а после определите мое наказание. Юмэй оказался позади нее, выражая свою молчаливую поддержку. Но вот гордости в глазах он скрыть не мог. И снова эта маленькая, вечно испуганная девушка смогла его удивить. Сарутахико поднял тяжелый взор поверх головы Камико - и встретился с серебристыми глазами того, кто служил ему не одно столетие. Прочитав там что-то, ведомое лишь ему одному, он вновь посмотрел на Камико. - Дитя, твои отвага и решимость заслуживают уважения, - куницуками говорил тихо, но слова его отдавались даже в горах на противоположной стороне долины. - Если желание твое искренне, я даю тебе свое позволение. Твою судьбу я решу на исходе битвы.

***

В комнате было приятно прохладно. Больше ничего не напоминало об их с Юмэем ночи - кто-то прибрал постель, свежие простыни не пахли ничем. Камико пыталась успокоиться. Собрание прошло совсем не так, как она надеялась, но гораздо лучше, чем ожидала. Девушка все еще помнила взгляд Сусаноо. Пустой, потерянный, лишенный жизни. Это она была тому виной. И это пятно на ее душе расползалось черной кляксой, рискуя запачкать все то немногое светлое, что пережила Камико за это время. Например, как Тэнгу неоднократно вставал на ее защиту. Закрывал собой от своих же сородичей и друзей, тех, с кем он был знаком вечность. При мысли об этом сердце билось сильней, а в животе порхали такие неуместные в данный момент бабочки. Столь противоречивые эмоции изматывали, лишали последних сил. Камико, хоть и не признавалась Юмэю, с каждым днем чувствовала себя все хуже. Усталость, что, как она думала, была вызвана долгим переходом по горам, не только не проходила, но, наоборот, увсиливалась. Иногда в глазах просто темнело, а на предплечьях появились странные, безобразные темно-синие синяки. Камико задрала рукава и снова их осмотрела. В груди заворочалось нехорошее предчувствие, смешиваясь с тревогой от предстоящей битвы. Девушка сообщила Сарутахико и остальным куницуками все, что знала о Верховном и Клане Света. Юмэй отправил на разведку своих карасу, а в дальнейшие детали плана ее пока что не посвятили. Камико была даже благодарна за такую необходимую ей передышку. В дверь постучали. Звук не сразу дошел за сознания, затуманенного многочисленными мыслями. Девушка вскочила и подошла к двери, надеясь увидеть за ней высокого ёкая с серебристыми глазами. Но в ответ на нее посмотрели глубокие, темно-карие, полные бесконечной мудрости и доброты глаза. Узумэ. - Здравствуйте, куницуками леса, - не зная, как должно приветствовать таких гостей, Камико неловко поклонилась. - Не стоит таких любезностей, дитя, - ёкай тепло улыбнулась и тронула Камико за плечо, побуждая распрямиться. - Я пришла тебя проведать. Камико улыбнулась, пропуская Узумэ внутрь. Приятное спокойствие, что возникало всегда рядом с этой женщиной неземной красоты, растеклось внутри, смывая, наконец, переживания последних часов. Куницуками леса осмотрелась и повернулась к девушке, намереваясь продолжить разговор. И ее взгляд упал на руку Камико, которой она закрывала дверь. Рукав просторного кимоно снова упал, обнажая страшные синяки на медовой коже. Девушка постаралась прикрыть их, но Узумэ подошла ближе, мягко, но настойчиво осматривая ее руку. - Давно так у тебя, Камико? - ёкай нахмурилась, но не выглядела удивленной. Внутри снова заворочалось недоброе предчувствие. - Это пустяки, пройдет, - девушка неловко выдернула руку и не к месту рассмеялась. Звук повис в воздухе, чужеродный для сгущающейся атмосферы. - Боюсь, что не пустяки, дитя, - Узумэ поджала губы, в глазах промелькнуло неподдельное сочувствие. Тревога внутри била набатом. - Об этом я и хотела поговорить. - О чем? - девушка нахмурилась, не уверенная, что хочет знать ответь. - Присядь, - куницуками указала на мягкий диван. Видя, что Камико не двигается, вздохнула и вновь повернулась к ней. - Видишь ли, я долго размышляла о твоей природе. О том, как им удалось дать жизнь кому-то, тебе подобному. - Узумэ устремила взгляд на великолепный лес, раскинувшийся за окном. - Ты знаешь, что у людей и ёкаев никогда не бывает детей. Это потому, что человеческое тело не в силах удержать дух ёкая. Наши же состоят из силы, что улетучивается, как только мы умираем. Узумэ вновь бросила взгляд на Камико. Подсознательно девушка уже понимала то, что скажет ей ёкай. Знала это очень давно, но не решалась признавать. Поэтому ей захотелось зажать уши, закричать, убежать - все что угодно, лишь бы не слышать страшной правды. - Я думаю, среди всех тех процедур, которым тебя подвергали, была хотя бы одна, что была действительно важна - она поддерживала дух ёкая в теле, не давая ему разрушиться. - Узумэ поджала губы, следующие слова и ей давались нелегко. - Я боюсь, что это не предположение, а факт, дитя. Ты умираешь вдали от того ужасного места, и лишь они могли поддерживать в тебе жизнь. Я ничем не могу помочь, потому как властна лишь над всем естественным. Ты же была создана против правил природы. Камико дрожала. Она пыталась не слушать, но слова упорно проникали внутрь, цеплялись за внутренности и раздирали изнутри. - Боюсь, дитя, - Узумэ подошла ближе и нежно погладила девушку по щеке. - Счет идет на дни.

***

Тэнгу не мог на таком далеком расстоянии видеть глазами своих Карасу, их связь напоминала скорее ощущения, неясные образы. И все же он сразу понял, что что-то не так. Как только его вороны подлетели к базе Клана Света в горах, он почувствовал это. Вернее, не почувствовал. Вообще ничего. Там не было никого живого. Ни одного человека в радиусе нескольких километров. Принц теней нахмурился, используя свои силы по максимуму. По лбу скатилась капелька пота. Словно сквозь толщу воды, к нему пробился встревоженный голос Инари: - Юмэй, где Сусаноо? Тэнгу раздраженно открыл глаза, прерывая контакт с Карасу. - Не знаю, не видел с собрания. А что? - Я его не чувствую. Вообще. Как будто… Как будто его больше нет. Не успели слова куницуками огня осесть в сознании Юмэя, как рядом появился Сарутахико. - Кто-то проник за барьер. Я чувствую как минимум двадцать человек. - Но как это возможно? За барьер могут войти лишь куницуками и сильнейшие ёкаи… - Юмэй не договорил. Давние боевые товарищи переглянулись, понимая одновременно. Их обыграли.