Триггер

В последнее время у Миши со сном — полный пиздец совсем беда. Хотя ладно, полный пиздец всё же звучало намного правдивее любого варианта без мата. Так считал даже интеллигентный Питер, который каждый день написывал Москве в «Телеграме», умоляя — нет, требуя! — наконец пойти спать. Миша, естественно, отнекивался и лишь кидал дурацкие стикеры в ответ. Ну какой отдых, какой сон, когда дел невпроворот? Кто будет новые ветки метро отстраивать и российские аналоги ChatGPT создавать? Обычно из-за недосыпа работоспособность людей снижалась. Но с Мишей Московским всё происходило ровно наоборот: чем меньше он смыкал глаза ночью, тем активнее пахал весь день. Возможно, дело в том, что Миша был не совсем человеком… Вот только раздражительность и нервозность, которые (не)красиво вошли в его грешную жизнь, от человеческих мало чем отличались. Записывая кружочек Саше, всего за минуту Москва умудрился мимоходом прикрикнуть на секретаря, который передал ему новости от Химки, обматерить Химки — слава богу, до бедняги эти слова не дошли, иначе бы он вконец загнался — и от злости скинуть со стола пустой бумажный стаканчик. А когда Миша нагнулся поднять его, то понял, что случайно отправил этот поток ругани Саше. Сука. Рядом с сообщением тут же появились две зелёные галочки. Ну естественно. И почти сразу раздался видеозвонок. А как иначе! — Они хуёво работают — я их отчитываю, — без предисловий начал Миша. — Я что, должен спускать с рук любую херню? Тебя же тоже бесит, когда Гатчина и другие города Ленобласти из раза в раз проёбываются на одних и тех же вещах. Но у меня нет времени со всеми сюсюкаться, Саш. В Химках эта история с обманутыми дольщиками уже несколько лет тянется, квартиры в этом чёртовом ЖК никак не могут сдать. Почему меня вечно дёргают из-за таких, сука, мелочей… — И тебе привет, Миша. — Голос Питера прозвучал настолько спокойно, что распознать в нём дозированный сарказм смог бы далеко не каждый. Но Москва уже давным-давно развил в себе эту суперспособность. — Очень рад тебя слышать и видеть, дорогой. У меня дела тоже идут неплохо, спасибо, что поинтересовался. — Ла-а-адно, добивай меня. Я заслужил, — усмехнулся Миша и якобы пристыженно опустил голову. — Сарказмом жги сердца людей, да? — Ну каков актёр. Для пущей убедительного стыдливого румянца не хватает, а то вместо него — болезненная бледность и тёмные круги под глазами. Ещё и на гонце с дурной вестью сорвался. — Москва чужое недовольство даже через экран смартфона чувствовал. — Попытку сослаться на Александра Сергеевича я тебе засчитаю. Но лишь при одном условии: ты поспишь — ну так, разнообразия ради! — Что, прямо сейчас? Во время нашего разговора? А не обидишься? Саша вздохнул. Так тяжело и драматично, будто не дома по «Телеграму» разговаривал, а выступал на театральных подмостках где-нибудь в Александринке: там как раз «Руслана и Людмилу» поставили. Питер даже собирался потащить туда Москву на прошлых выходных, но Миша умело выкрутился, объяснив, что спектакль — всё-таки детский, и вместо него предложил заняться более взрослыми вещами… Поначалу Саша упрямился, однако Мишин минет отлично убеждал. И кто из них двоих ещё актёра изображал? — На глупых столиц не обижаются. — То есть я — глупый? — По-твоему, гробить собственный организм — признак великого ума? Бессонницу, как и любую проблему со здоровьем, нужно лечить, Миша. Минздрав вроде не для красоты клинические рекомендации утверждает. Вопреки Сашиным (отнюдь не большим) надеждам, после упоминания отечественного здравоохранения Москва задумался о чём угодно, кроме своего здоровья. Вот прямо сейчас он весьма некстати вспомнил, насколько подорожало лекарственное сырьё из-за рубежа, и чуть было не стукнулся головой об стол. Где там этот документ с точными расчётами лежал, вроде в левом ящике… — О нет, Михаил Юрьевич снова думает о делах… — У Питера тоже была суперспособность. Он всегда замечал, когда Москва с «будничного» режима внезапно переключался на «рабочий». — Надо бы попросить твоего секретаря вынести из кабинета всю технику и отчёты. Пусть оставит только диван и плед. — А как же подушка, Александр Петрович? Без неё будет неудобно. Саша ненадолго замолчал, напустив на себя деланой строгости. Казалось, он обдумывал вопрос государственной важности: что, впрочем, было не так уж и далеко от истины. Разве комфорт столицы не должен заботить всю страну? — Так и быть, подушку тоже оставим. Мишины губы растянулись в довольной улыбке. Как хорошо, что Саша решил подыграть. — Диван, плед и подушка, конечно, — замечательный комплект, но всё ещё неполный. — И чего же вам не хватает, Михаил Юрьевич? Маски для сна, чтобы столичное солнышко не мешало? А может, берушей? — Тебя, — выдохнул Миша, поймав Сашин взгляд. Удивительно, но с годами эти серые глаза всё меньше ассоциировались с пасмурным питерским небом и безнадёгой. Сейчас Москва видел спокойствие, которое в них плескалось. Видел тепло. Серый цвет напоминал ему о мягком беличьем мехе, что согревал в зимнюю пору. А ещё о перьях дроздов — в далёком детстве Миша часто убегал из дома послушать птичьи трели. Саша оттянул ворот бадлона. Его кадык слегка дёрнулся, часть шеи обнажилась. В глаза бросилась красноватая отметина, которую Миша оставил на бледной коже в прошлое воскресенье — ну как же без подарка перед отъездом? Окажись Саша в его кабинете прямо сейчас, Москва бы точно не зажмотился на ещё один: стянул бы этот чёртов ворот и укусил за шею, вызывая тихие стоны. Саша непременно бы сдерживался — ведь за дверью, между прочим, ходят люди, вдруг они услышат? Но эти попытки быть тише только сильнее распалили бы обоих… — А как ты будешь без меня? — тревожный голос Питера неожиданно вырвал Мишу из приятных фантазий. Ну такой вопрос был хуже любой пытки, ей богу. — Я хочу… чтобы ты чувствовал себя хорошо не только по выходным. И не только со мной. — С чего ты взял, что мне не хорошо? Господи, какой ты пиздабол, Миша, блядь, хватит газлайтить Судя по скепсису, что отразился на красивом лице, Саша собирался сказать именно эти слова. Однако, видимо, в последний момент решил пожалеть глупую столицу и произнёс совсем другое: — Можешь назвать меня душнилой и открыть окно в кабинете — вперёд. Можешь сказать, что я тоже много лет себя гробил, и будешь прав. Я не обижусь. Но нам нужно обсудить, как воскресить твой убитый режим. Настала очередь Москвы тяжело вздыхать. Самое ужасное, что Саша был прав: да когда он вообще ошибался? Миша это прекрасно понимал и не хотел спорить, но признать собственное поражение было выше его сил. Он настолько привык ежедневно изнурять себя работой, восполняя потерянную энергию литрами кофе, что уже и не обращал внимания на усталость. Отсутствие сна и отдыха превратилось в норму. Должно быть, грёбаная песня DJ Smash всё-таки стала Мишиным девизом. Проклятые нулевые… — Проще воскресить Ленина в мавзолее, — измученно усмехнулся Миша, сдаваясь на Сашину милость. Про лежащих в Петропавловском соборе Романовых он предусмотрительно не шутил. — Вы себя недооцениваете, Михаил Юрьевич. И явно переоцениваете Владимира Ильича, — хмыкнул Питер. — Подожди минутку, не отключайся. Изображение в телефоне исчезло. Когда экран вновь показал питерскую квартиру, высокие книжные шкафы на фоне сменились странной синей картиной. Теперь Миша видел не Сашу анфас, а лишь его подбородок и кусочек тела — от плеча до талии. — Собираешься устроить мне утешительный стриптиз? Тогда опусти камеру пониже и отойди немного подальше. Хочу получше рассмотреть. Питер принялся натягивать поверх бадлона пальто. — Увы, придётся лицезреть неутешительное одевание. — Музыкальные пальцы ловко застёгивали круглые пуговицы. Буквально пару дней назад Миша занимался ровно обратным: медленно, пуговица за пуговицей, расстёгивал то же самое пальто, прижимая Сашу к стене и глубоко целуя. — У меня сегодня по плану психолог. Предлагаешь прийти к нему без одежды? — Только если этот психолог — я. — Миша весело поиграл бровями. — Советую приобрести мои услуги, Александр Петрович. Поделюсь очень эффективным способом снять стресс. Ещё и на практике опробуем. — Часто именно стресс становится причиной затяжной бессонницы… — осторожно и как бы вскользь заметил Саша. Он словно шёл мимо спящего медведя, надеясь на авось. — Хороший специалист мог бы помочь. Ну это так, к слову. — О нет, сервис «Ясно» и тебе за рекламу платит? — Я сейчас отключусь. Сашин голос пробрал Мишу хлеще петербургского речного ветра — прямо до костей. На такой тон переходил Александр Романов в XIX веке, когда отправлял провинившихся в ссылку. Москва даже имперские флешбэки словил. В интернет-ссылку — ныне чёрный список — он попасть ой как не желал, поэтому попробовал сгладить углы. — Согласен, шутка тупая. Но ты же знаешь… — Миша, тебя никто не заставляет. Терапия должна быть добровольной, иначе толку от неё не будет. Я просто… — картинка немного сдвинулась, и Москва снова увидел это взволнованное выражение на Сашином лице. Уголки его рта были опущены, между бровями пролегла складка. От осознания, что Питер так за него переживает, дурацкое сердце ёкнуло в груди, — … пытаюсь понять, какие варианты тебе сейчас подходят. Что в больнице сказали? — Выписали таблетки. Но у них побочка — головная боль просто ебейшая. Да и эффект кратковременный. — Может, включишь в расписание больше спорта? Мишу этот вариант позабавил. — А чего не секса? Он, говорят, тоже от бессонницы помогает. Но Саше смешно не было. — Для справки: сбитый режим сна приводит к эректильной дисфункции. Если продолжишь закрывать глаза на проблему, у тебя не будет даже маленькой возможности решить её через… постель. Ничего просто не поднимется. — И вот зачем ты мне эти ужасы рассказываешь? Теперь-то я точно не усну. — Это не ужасы, Мишенька, а неприятные факты. — Приеду на выходных — проверим твои факты. Хотя в прошлые ты особо не жаловался: всё так же плакал и выстанывал моё имя, пока я жёстко имел тебя на… — Миша! — перебил его Питер, грозно шикнув. — Не забывай, что ты на работе! А если кто… — Саша-Саша, так отчитываешь, будто мы в этом кабинете никогда раньше не спали. — Пожалуй, после разговоров о бессоннице спать в подобном контексте звучало особенно иронично. — Поверь, все, кто мог что-то услышать, уже давно это сделали. Зарплата и будущие пенсионные выплаты им явно милее, поэтому забей. Ещё в детстве Миша уяснил для себя простую истину. Когда в твоих руках власть, тебе дозволены вольности, что другим и не снились. О твоих греховных предпочтениях могут злобно сплетничать и украдкой шептаться, однако никто и никогда не посмеет осудить их открыто — прямо в лицо. А вместо этого, скрывая звериную натуру, лишь натянуто улыбнутся. Миша не осуждал. Он и сам был на месте безвластных. Был среди тех, кто не мог управлять даже собственной жизнью, не то что страной. Москве приходилось спасаться при помощи лести, что лилась изо рта точно горький мёд — ужасный на вкус, но полезный для тела и духа. Миша лебезил, заискивал и выслуживался. Но благодаря этому он сумел выжить и уже сам слушал горько-сладкую лесть от других. Правда, сейчас ему всё больше казалось, что власть ускользает из рук. Даже власть над собственной жизнью. — Ну раз Михаил Юрьевич так просит, то ладно уж — забью, — невозмутимым тоном ответил Саша, сверкнув перед Мишиным лицом ключами, на которых висел сувенирный брелок с изображением Дворцового моста в сердечке. Пф-ф-ф, позёр. — Мне пора уходить, но я обязательно продолжу думать, как спасти вас от импотенции. Негоже столице вялый стояк иметь. Саша отключился, а на словах о стояке в дверь резко постучали. Странно, что на моменте с «жёстко имел тебя» никто без спроса не ворвался: вот было бы веселье! На стол упали новые толстые папки с документами, и Миша надолго зарылся в бумажки. Затем посетил несколько встреч, на которых пришлось лицезреть много неприятных рож, и, вернувшись в кабинет, рухнул на диван. И не просто рухнул, а даже последовал Сашиному совету: принял горизонтальное положение и прикрыл глаза. Спал Миша редко и мало. В последнее время — едва ли больше двух часов. Москве снились кошмары, в которых жуткая тень ставила его на колени и завязывала узел на шее. Маленького Мишу пинали, хлестали и унижали. Пытались вышколить. Как глупую собачонку, шпыняли за то, что неверно выполнял приказы. А потом он сгорал дотла. Во снах появлялся и взрослый Миша, который в отместку пинал, хлестал и унижал множество крохотных размытых теней. Они трепетали, моля о пощаде, вот только Москва пропускал их жалостливые просьбы мимо ушей. В его руках вспыхивала спичка, однако вместо маленькой свечи ей зажигали всё вокруг. Горели тени, горел и сам Москва. Всякий раз Миша просыпался, когда перед ним появлялись два кроваво-красных глаза. Сегодняшний вечер исключением не был. Чем чаще Москва видел кошмары, тем больше усилий прилагал, чтобы не поддаваться сну и забыть об этих алых зрачках. Первое время силком заставлял себя бодрствовать, а потом просто привык. К психологу он идти боялся не хотел. С недавних пор Мише стало трудно доверять другим людям, особенно незнакомцам. Что уж говорить о том, чтобы перед ними душу наизнанку выворачивать… Лишь в Сашиных объятиях Мише было спокойно. Он крепко спал, а все кошмары странным образом отступали. И если Москве вполне хватало парочки безмятежных дней, то Питер отчаянно желал, чтобы его любимый был защищён всегда. Даже в те моменты, когда они не могли находиться рядом друг с другом. Тяжело дыша и обливаясь потом, Миша потянулся за телефоном. Судя по всему, прошло около часа: как раз половина того времени, что он обычно тратил на сон (и это в лучшем случае). Ещё Миша увидел пропущенный звонок от Саши и кучу уведомлений в «Телеграме». Саша Романов❤️: Во-первых, тебе стоит пить поменьше кофе, тем более вечером. Кофеин стимулирует нервную систему. А учитывая, сколько ты его за день потребляешь, неудивительно, что ходишь весь дёрганый Саша Романов❤️: Вот даже ссылка на исследование из научного журнала. Знаю, что ты его читать не будешь, но всё равно скину Саша Романов❤️: Кофе лучше пей утром. Ну или хотя бы за 3–6 часов до сна Саша Романов❤️: Во-вторых, когда идёшь спать (хотя тут лучше сказать «если идёшь спать»), откладывай телефон подальше. Синий свет от экрана мешает организму вырабатывать мелатонин, из-за этого рушится цикл сон–бодрствование Саша Романов❤️: В-третьих Саша Романов❤️: Но этот пункт противоречит второму Саша Романов❤️: Можешь попробовать засыпать под АСМР. Я составил короткую справку о том, что это такое, и собрал подборку со ссылками на хорошие видеоролики (сам смотрел, мне понравились) Если эту справку Питер считал короткой, то Москва, блин, в таком случае был столицей США — тьфу-тьфу-тьфу! Информации об АСМР Саша нарыл настолько мало, что она даже в сообщение на четыре тысячи знаков не влезла. Пока Миша скроллил, у него заныл большой палец и разболелись глаза. Пожалуй, слишком высокая цена за возможность узнать, что всякие звуки якобы способны вызвать приятные мурашки. И тем не менее, чтобы не обидеть Сашу, он дочитал до конца. Михиал Московский: это АСМР-щиков называют шепчущими извращенцами? Питер написал через несколько минут. Ответ получился невероятно красноречивым: Саша Романов❤️: )) Миссия «не обидеть Сашу»: провалена. Впрочем, ничего нового. Михаил Московский: какие пассивно-агрессивные скобочки Михаил Московский: между прочим я всё прочитал а это было нелегко. у тебя в одном сообщении знаков больше чем у Александра Полярного во всей книжке Саша Романов❤️: Вы совершили героический поступок, Михаил Юрьевич. Полностью прочитали целое сообщение в «Телеграме» Саша Романов❤️: И с каких вообще пор ты что-то знаешь о современной молодёжной литературе? Михаил Московский: мне скидывают охуенные мемы Михаил Московский: вот сижу я на нудном собрании в думе чувствую как настроение резко падает. но стоит открыть любимый мем и на душе сразу теплеет Саша Романов❤️: И вас таких — вся Дума Саша Романов❤️: Для разнообразия можешь открыть не только мемы, но и видео, которые я тебе скинул. Зря, что ли, подборку составлял? Михаил Московский: открою прямо на собрании Михаил Московский: и вообще Михаил Московский: когда это я не смотрел то что ты мне скидываешь Михаил Московский: ? Саша Романов❤️: )) На этих пассивно-агрессивных скобочках их переписка прервалась. Глубокой ночью, когда Саша уже видел десятый сон, Миша-таки решился тыкнуть по ссылкам, надеясь, что просмотр видеороликов заставит его хотя бы зевнуть. К сожалению — ни зевка, ни дремоты. Лишь дёргающийся глаз. Чужие голоса не показались Мише приятными. У женщины из первого видео он был слишком низким, а у мужика из второго — чересчур высоким. Москва пытался слушать просто звуки, но уже на второй минуте его голова начала раскалываться от всех этих шуршаний и поскрипываний. И как это должно было помочь заснуть? Тот же вопрос Миша задал и Саше, когда на следующий день открыл их диалог, чтобы отчитаться. Михаил Московский: я не могу слушать всех этих рандомных людей у них бесячие голоса Саша Романов❤️: Вот прям у всех? Михаил Московский: прям у всех Михаил Московский: ну будь там твой голос я мб ещё и подумал а так… Питер прочитал сообщение сразу же, но не отвечал добрые десять минут. Видимо, отвлёкся, чтобы хорошенько обматерить телефон и побить подушку, представив на её месте лицо Миши Московского. Саша Романов❤️: Ладно. А если смотреть видео без голоса и шёпота? Вместо полноценного ответа Миша прислал стикер со злобным Невой и надписью NO. Всё-таки хорошо, что зумер Владивосток обожал Северную столицу: вон какие стикерпаки ему сооружал! Даже Москва их не стесняясь воровал, часто используя против самого Питера. От такой наглости Саша, как Нева, выпускал когти. Саша Романов❤️: Пресвятые Романовы, тебе ни фига не угодишь, Миша! Ещё меня изнеженным баричем называешь! В следующий раз, если я услышу от тебя что-нибудь о белой кости, пошлю далеко и надолго Михаил Московский: в театр? Саша Романов❤️: На хер. Шутки шутками, а по Мишиной спине и правда пробежал неприятный холодок. Михаил Московский: а кто сказал что со мной будет легко Михаил Московский: жалеешь теперь что втрескался в своего наставника? В ответ Саша прислал тот же стервозный стикер с Невой, что Миша ранее, и вышел из сети. Ранним утром четверга Питер попросил Москву не оставаться ночевать на работе, а вернуться домой и обязательно расстелить постель. Невольно Миша подумал, что Саша всё же решил навестить его. Хочешь уложить Мишу Московского спать, сделай это сам — правило действенное, работающее не первый год. Однако поздним вечером Москва понял, что Саша был намного упорнее и приезжать не собирался. Вместо Питера собственной персоной он получил видеофайл на полчаса. «Только попробуй потом сказать, что тебе голос не понравился» — гласила приписка к видео. Саша, блин, Романов записал ему чёртов… … АСМР-ролик. Ну да, этот упрямец не умел опускать руки. Особенно если дело касалось Мишиного самочувствия. Увидев на экране Сашу в окружении двух микрофонов, Миша слегка прихуел не поверил своим глазам. Комнату окутал приятный полумрак, в котором, точно маленькие светлячки, мерцали огоньки свечей. Саша утопал в этом полумраке. На нём была белая рубашка на пару размеров больше — явно Мишина одёжка. Благодаря двум расстёгнутым сверху пуговицам Москва мог с лёгкостью разглядеть соблазнительно оголившиеся ключицы и плечо. Тёмные локоны небрежно спускались на лоб. Саша выглядел расслабленно. Так, словно мгновение назад вышел из душа и накинул на нагое тело первую попавшуюся вещицу. Казалось, парочка крупных капель и правда только что скатилась по тонкой шее прямо к… — Твои капризы довели меня до съёмки этого АСМР. Придётся взять на себя ответственность, Михаил Юрьевич, — раздался ироничный, но донельзя мягкий шёпот Саши. Его пальцы двигались вверх-вниз столь быстро, что походили на рассекающие воздух крылышки. — Вот такие звуки рук называют бабочками. Мне кажется, похоже. Как думаешь? «Похоже», — мысленно согласился Миша, поудобнее устроившись на кровати. Он неотрывно наблюдал за порханием Сашиных пальцев. Красиво… — Надеюсь, я смог тебя удивить. Технику купил вчера. — Саша по очереди шептал сначала в один микрофон, потом — во второй, и Мише, лежавшему в наушниках, чудилось, будто оба его уха в самом деле опаляло жаркое дыхание. Шею и макушку странно покалывало. — А сегодня ходил в магазин за триггерами. Долго думал, что тебе понравится. Многое взял на свой вкус — уж извини. Бабочки замолчали, и в руках Саши появилась свеча. Он открутил металлическую крышку и понюхал гладкий воск молочного цвета. — Она ароматическая, с запахом синнабонов. К сожалению, свечей с ароматом фирменных петербургских пышек нигде не нашлось, поэтому взял эту, — усмехнулся Саша, посмотрев в камеру. Он знал, что Миша обожал сахарный запах, который всегда окутывал кухню после готовки. — Пахнет всё равно приятно. Сладко, но не приторно. Питер достал зажигалку, аккуратно поджёг деревянный фитиль. Свеча начала тихонько потрескивать. Когда Саша поднёс стеклянную баночку поближе к микрофону, звук усилился и стал походить на треск дров в камине. В танцующем огне оживали кошмары, которые мучили бедного Мишу по ночам. Большая тень ставила на колени, а маленькие — колени преклоняли… Треск. Треск. Треск. В безумных глазах потухло голубое небо, теперь там плескались лишь алые реки… Треск. Треск. Треск. Однако мерный шёпот заставил дурные видения рассеяться. — Не люблю зажигать при тебе свечи. Всегда боюсь, что огонь воскресит неприятные воспоминания. Но сегодня… Сегодня очень хочется, чтобы он из кошмара превратился в символ надежды. Решил побыть для тебя Прометеем и поделиться теплом. И я знаю, что ты сейчас смеёшься над этим пафосным сравнением, Миша. Давай, смейся-смейся, это будет моей карой… Миша не смеялся. Он лишь улыбался, лишь чувствовал, как мурашки проворно разбегаются по коже, с корнем вырывая болезненную усталость. — Ты символ силы, полубог. Ты озарил для смертных путь… — шептал Саша с одного микрофона на другой, с одного уха на другое. — Но не изменится душа бессмертной твёрдостью дыша. И чувство, что умеет вдруг в глубинах самых горьких мук себе награду обретать… Торжествовать и презирать… И Смерть в Победу обращать... Саша умел обращать смерть в победу, а Мишины стресс и тревогу — в покой и безмятежность. Даже находясь в семистах километрах от Москвы, Питер умудрялся оставаться грёбаным рыцарем и защищать свою прекрасную столицу. От этой мысли у Миши перехватило дыхание. Кто бы знал, что маленький Петербург, который раньше хлопал глазками и краснел лишь от одного Мишиного взгляда, будучи не в силах и двух слов связать в его присутствии, станет… таким. Треск оборвался, когда Саша накрыл свечу крышкой и отложил её в сторону. Следом он вытащил несколько цветастых пакетиков. — Не смог сдержаться и купил шипучку. Со вкусом клубники. Пошелестев упаковкой, тем самым вызвав у Миши ещё больше мурашек, Питер раскрыл пакетик и насыпал шипучку себе в рот. А затем приблизился к камере — так, чтобы Миша смог увидеть тающую на его языке сладость. Как и ожидалось, конфета начала громко шипеть. Сашины губы маняще приоткрылись, и Миша неосознанно провёл по экрану пальцем, представляя, как слизывает клубничный вкус с чужого языка. Судя по влажному взгляду, Питер думал о том же, но озвучивать собственные фантазии перед камерой не стал. Пусть АСМР-ролики и завораживали своей интимностью, грань дозволенного в них никто не переступал. Даже внезапно вспыхнувшее возбуждение было скорее эмоциональным, нежели физическим. Порой лёгкие намёки распаляли сильнее излишней откровенности. Всего-то конфетка напомнила Мише о том, как Саша объедался клубникой с его голого пресса, а шипящий звук — о холодных поцелуях с привкусом шампанского, которые неизменно переходили в горячий секс. Стоило пакетикам шипучки закончиться, как в видео тут же начался парад разнообразных триггеров. Вот Саша бросил в стакан круглую аскорбинку, отчего вода вспенилась и зашипела. А вот стакан с аскорбинкой заменил скотч, который изящные руки осторожно приклеили к ветрозащите микрофона. Позже Питер принялся лопать пузырчатую плёнку и, казалось, так увлёкся, что совсем позабыл о Мише по другую сторону экрана. Сам Московский хоть и разомлел, но всё ещё не мог заснуть. Тогда, будто опомнившись, великий АСМР-тист Александр Романов немедля использовал свой самый обезоруживающий триггер. Тёмное длинное пёрышко. — Оно очень мягкое, — шепнул Саша, проводя пером по своему лицу. По лбу, глазам, переносице, и ниже, ниже к губам и подбородку… — Расслабься вместе со мной, Миша. Тебе нужно отвлечься от работы, от всех срочных дел. Кончики пальцев прошлись вдоль перьевого стержня, задели ряды бородок. Вверх и вниз, вниз и вверх… Вблизи Миша мог лицезреть крошечные царапины, явно оставленные на белых ладонях котом, родинку на фаланге, аккуратные светло-розовые ногтевые пластины. Саша медленно трогал перо, цеплялся ногтями за опахало. Вверх и вниз, вниз и вверх… — Теперь хочу погладить тебя. — После этой фразы Мишино тело, словно бутыль, до краёв наполнила сладкая нега. — Закрой глаза и представь, что я касаюсь не камеры, а твоего лица. На этот раз Миша решил побыть послушным и выполнил указание. — Я нежно дотрагиваюсь пёрышком до твоих век… Тебе приятно, ты весь дрожишь от этих касаний. Веду вниз, мельком задевая кончик носа, уголок губы. Попутно треплю уши — я знаю, что это заводит тебя. Мише казалось, что Саша и впрямь очутился в его комнате. Сидел на нём верхом, в этой белой, расстёгнутой на две верхние пуговицы рубашке, и гладил пером. И пока Питер пылко шептал еле разборчивые предложения с одного уха на другое, Миша сжимал его мягкие бёдра, рисуя на коже причудливые узоры. Томная атмосфера и гипнотический голос окончательно затуманили разум. — Перо опускается к шее, щекочет грудь… Тебе спокойно, и сон наконец овладевает тобой. Ему спокойно, и сон… Глаза резко распахнулись. Наушник выпал из уха, телефон валялся на краю кровати. Миша потянулся к нему, чтобы выяснить точное время, и офигел от двух вещей. Первая — он заснул, так и не досмотрев последние пять минут Сашиного АСМР. А вторая… он заснул! И проспал четыре часа: вдвое больше, чем обычно. Ещё и впервые за долгое время чувствовал себя посвежевшим. Новость так сильно обрадовала Мишу, что он сразу же оповестил об этом Питера в «Телеграме». Однако Саша, в отличие от неспящего Москвы, по ночам всё же отдыхал, а потому написал уже ближе к обеду. Саша Романов❤️: Я буду доволен, когда ты проспишь свою норму в 8 часов. Но 4 часа — уже прогресс Миша отправил стикер с довольным котиком. Правда, не с Невой: с ним таких не нашлось. Михаил Московский: кстати а чем там твой асмр закончился? Михаил Московский: а то я заснул на 25-ой минуте Ответ пришёл немного погодя. Но Миша увидел его уже в тот момент, когда сидел на деловой встрече в окружении кучи людей. Саша Романов❤️: Я мастурбировал и громко стонал. Зря не досмотрел, тебе бы понравилось Саша Романов❤️: Запишу в следующий раз ещё что-нибудь — Михаил Юрьевич, с вами всё в порядке? Кажется, вы побледнели... Лишь ближе к вечеру Миша узнал, что последние пять минут Саша просто резал мыло фигурным ножом.