Одна судьба на двоих

Приглушённый свет в ночном клубе создавал некую интимную обстановку, предрасполагающую к релаксации перегруженного работой мозга. Третий по-счёту коктейль и диджей, с хорошим музыкальным вкусом, сильнее помогали пришедшим сюда людям расслабиться и слиться с этой непринуждённой атмосферой. Чонгук не знал, сколько уже времени прошло с его прихода сюда, да и ему это было не интересно. Свою цель на ночь он ещё не нашёл. Все альфы вокруг были какие-то не такие, не для него. Один сильно смазливый, другой выпендривался так, будто это он владелец клуба, третий так вообще фыркнул в сторону Чона, ляпнув что-то вроде: "- Я не по альфам." Да, Чонгук нестандартный омега, даже очень, и уже свыкся с подобными высказывания в свой адрес, но каждый раз его это раздражало. Ну не ценители прекрасного, просто напросто недалёкие альфы. Жизнь частенько подкидывала ему тех, кто считал своим долгом высказаться об увлечениях Чона. Мол, такое вот напоминание, что омега вроде него не всех привлекает. От этого Чонгук не переставал себя любить и делать то, что он считает нужным. Зачем же всем нравиться? Главное в жизни - это удовлетворить себя и свои потребности, засыпая каждую ночь с улыбкой на лице. Остальное не важно. Есть по-просту завистники, у которых не получается взять свою жизнь в свои руки и начать что-то менять. Захотел набить тату? Набил. Захотел пирсингов? Сделал. В свои двадцать пять стал крутым фитнес тренером и заместителем директора самых лучших фитнес-клубов в городе. В подростковом периоде, конечно, были попытки измениться, стать тем самым стандартным омежкой с обложек глянцевых журналов. Но всё это быстро надоело. Носить маску куклы и выдавать себя за Чон Чонгука из параллельной вселенной оказалось не нужным для него изменением. Вот такой вот он, спортивный, подкаченный, возможно, немного эгоистичный и прямолинейный, одним словом, нестандартный омега. Однако, баловать себя он любил не меньше других представителей своего пола, так и присмотрел этот клуб, чтобы найти партнёра на ночь. Очень удобно. Не нужно ни о чём думать, нет никаких обязательств, да и в таком большом скопление людей обязательно найдётся кто-то, кому нравятся подкаченные омеги. — Четыре шота, пожалуйста, — низкий, басистый голос где-то совсем рядом вырывает из раздумий, пуская мурашки по коже. Чон поворачивает голову в сторону заинтересовавшего его объекта, а там он. За соседним барным стулом сидит альфа, совершенно не вписывающийся в атмосферу этого клуба, пропитанного похотью и алкоголем. Выглаженный костюм тройка болотного цвета и лакированные тёмно-коричневые туфли, белая рубашка, идеально уложенные волосы напоминающие смолу и поблёскивающие в свете сафитов. Когда он небрежно снимает с себя пиджак, откидывая на соседний стул, Чонгук замечает на запястьях альфы серебрянные запонки, сильно удивившие омегу. Потому что кто сейчас носит запонки? Ему бы в ресторане сидеть и пить выдержанное красное вино, а не осушать уже второй дешёвый шот в клубе на отшибе города. — А вы заведением не ошиблись, сударь? — Саркастично произнёс Чонгук, наблюдая за тем, как третий шот выпивается за долю секунды . — Здесь я могу излить душу? — Альфа обращается к бармену, который улыбается ему в ответ и молча кивает, отвечая на заданный вопрос. — Значит не ошибся. Теперь он поворачивается к омеге, одаривая его уже захмелевшим взглядом. Но даже алкоголь не может скрыть ту бездонную пропасть в двух омутах, что слишком быстро затягивала в себя тех, кто в неё посмотрит. А этот низкий голос, затрагивающий каждую струнку души и вызывающий ураган где-то в районе живота. Чонгук был в шоке от себя и реакции своего тела на этого аристократа. Его хотелось. — Так и какими судьбами, сударь? — Не сударь я. Меня зовут Ким Тэхён, — выпивается и четвёртый шот, после которого бармен быстро меняет пустые рюмки на новые. — Чон Чонгук, — небрежно бросает омега, облокотившись о барную стойку. — Ну и? — Ищу с кем-бы провести ночь. После этих слов приятная нега разливается по всему телу, туже закручивая узел возбуждения. Раз их цели схожи, значит Чонгук сегодня своего добьётся и узнает, каков этот Ким Тэхён в постели. И всё-таки, как быстро сбываются мимолётные мечты, о которых и через месяц толком никто и не вспомнит. Переведя взгляд на его жилетку, омега подтягивается к ней, медленно расстёгивая верхнюю пуговицу. Стоило перейти ко второй, как запястье перехватила чужая рука, от тепла которой Чон резко выдохнул, еле сдержав себя, чтобы не застонать. Это в нём явно говорили почти месяц отсутствия секса и ежедневная рутинная работа в зале. — Наши цели совпадают, Тэхён.

***

Продолжать сидеть в забитом до отказа клубе не хотел ни один, ни второй. Было решено поехать к альфе, так как его квартира располагалась ближе всего. Как ни странно, они не прекращали разговаривать до самой квартиры. Редко такое бывало, что Чонгуку хотелось общения со своими партнёрами на ночь. С Тэхёном всё было просто. Темы для разговора вытекали одна за другой. Они начали с банального вопроса о сегодняшней погоде и спустя каких-то десять минут уже говорили друг о друге. В вопросах Чонгук не стеснялся. - Кем работаешь? - Профессором истории в сеульском университете, довольно интересная работа. - Какой секс больше нравится? - Честно сказать, мне без разницы. Мне больше нравится видеть, что приятно моему партнёру. - Сколько тебе лет? - 30. - Почему хочешь одноразовый перепих со мной? - Мне нужно забыться. И такие вопросы с ответами были с обеих сторон, на протяжении всех двадцати минут, что они ехали домой. Возможно это было похоже на заученный сценарий, который они повторяли уже не первый раз. Но как по другому? Вся наша жизнь это сплошной сценарий и мы проживаем его изо дня в день, он стоит на повторе и любое отклонение от текста вводит нас в ступор. Чонгук никогда такую жизнь не любил. Ему всегда нужно было что-то новое, интересное. Не вчерашняя запеканка на завтрак, а омлет с авокадо. И даже сейчас, прыгнул в машину к первому встречному, который ещё и немного пьяный, совершенно не зная, что его ждёт. В обиду он себя не даст, физически уж точно, за своё моральное состояние омега переживает больше. Как бы не ляпнуть чего-нибудь, о чём он будет потом жалеть. Он то точно может. Однако, альфу подобный допрос ни капельки не смущал. Отвечал на всё охотно и без раздражения, улыбался моментами, не переводил темы, словно его жизнь это доступная всем книга, которую каждый может прочитать или же он сам может нажать на плей в аудио режиме. Сразу видно, что Ким из тех людей, у которых всё прозрачно. Чонгук сам такой же, поэтому и понимает - у этого альфы не всё так просто в жизни, как он пытается это показать своим поведением. Пока Тэхён открывает входную дверь, Чонгук взглядом прожигает в нём дыру, рассматривая его крепкие и жилистые плечи, которые обтягивала белоснежная рубашка. Сегодня он поближе рассмотрит, что под ней у историка. — Профессор, неужели в твоём университете не нашлось ни одного омеги, который согласился бы с тобой переспать? — Чон снимает обувь в прихожей и параллельно продолжает задавать интересующие его вопросы. — Или может они предлагают, а ты отказываешься? — Предложений много, — ухмыляется альфа, уходя куда-то вглубь квартиры, откуда продолжает говорить, — но, во-первых, преподавателю нельзя заводить отношения со студентами, во-вторых, мне они все ненужны. Если только один… — грустно заканчивает, стоя за барной стойкой в гостиной, разливая виски в два стакана и протягивая один из них омеге. Глупым Чонгук никогда не был, как минимум мог сложить один плюс один. Вот и сейчас, шестерёнки в его голове быстро встали пас в пас, включив ту самую мыслительную лампочку. — Я понял! Не думал, что всё настолько банально, — он падает на диван, вальяжно закидывая ногу на ногу и делает пару глотков крепкого напитка. Горчит, в самый раз. — У тебя неразделённая любовь и сегодня ночью ты решил забыться. Я польщен, что твой выбор пал на меня. Ехидный смех разливается по всей гостиной, и Тэхён пытается вспомнить, когда в последний раз эти стены в принципе слышали чей-то смех? Да никогда. Он живёт здесь один, просыпается по утрам, уходит на работу, возвращается поздно ночью, почти сразу же отправляясь на боковую. Сам он давно даже не улыбался. Смех омеги был похож на глоток воздуха, которого так давно не хватало в его серой жизни. Ким вглядывается в белоснежное лицо, светящееся от радости. Чонгук расслаблен настолько, словно давно живёт здесь, и это не он несколько минут назад впервые переступил порог этой квартиры. Цепляющий своей лёгкостью омега. — То есть, ты не стал бороться за возлюбленного? Значит ты дохляк, профессор, — совершенно не следит за словами, говорит так, словно вечность знает этого альфу. — Я уже сомневаюсь, сможешь ли ты удовлетворить меня в сексе. Каждое слово Чонгука было наполнено азартом и это чувствовалось. Тэхён ощущал, как в каждом сантиметре его тела пульсировало возбуждение. И это всего-лишь от нескольких сказанных предложений и лёгкого флирта, что же будет в процессе? — Язык у тебя будет поострее перца чили, — пустой стакан откладывается куда-то на барную стойку. В глазах альфы пляшут огоньки, он подобен дикому зверю, в логово которого попала антилопа. Этот взгляд чувствует и Чонгук. Пропускает через себя, ощущая мурашки по всему телу. Только вот на слабую и беззащитную антилопу он явно не похож. — А ты поцелуй и узнаешь, профессор, — дразнит, сильнее разжигая огонь в чужой душе. Самый настоящий хищник в овечей шкуре. Омега смотрит в ответ с тем же животным желанием, с неким бесстрашием. Необузданные и доминантные альфы для него были подобны сокровищу. Ему всегда нравилось чувствовать себя хрупким и желанным во время секса, просто наслаждаться процессом, не думать ни о чём, пусть об этом заботится более сильный пол. Но ему таких трудно было найти, так как Чонгук сам по себе сильный и властный омега. Поэтому, Тэхён для него стал находкой. Ещё и красивый, и ухоженный, и вообще, какой-то невообразимый. С таким не захочется прощаться и не получится забыть. Это явно будет не очередной перепих на одну ночь. — Нет. У меня есть одно правило, — томно шепчет Ким в приоткрывшиеся губы напротив. — Никаких поцелуев в губы, — длинный указательный палец ложиться на них, слегка надавливая, чтобы ощутить мягкость алой кожи. Хотя бы так. — Посмотрим, сможешь ли ты следовать этому своему правилу, профессор, — растерянность в глазах омеги за долю секунды меняется на азарт, с которым он медленно облизывает палец, приставленный к его губам, разочек заглотив до самого основания. Теперь уже приятно удивлён был альфа. Ким не смог скрыть свою слабую усмешку. Ему и правда безумно хотелось проверить, настолько ли острый язык у этого Чонгука, или это в нём просто разбушевавшиеся гормоны и алкоголь говорят. Узнать всё же не получится, правило есть правило. Всё потому, что поцелуй для него интимнее того же секса. Соприкосновение губ - это очень нежное и трепетное действие, которое абы с кем не провернёшь. Хотелось бы целовать и дарить тепло любви только тому самому, единственному. Чонгук таковым не являлся, хоть и туманил разум своей откровенностью и сексуальностью. Туманил - это даже мягко сказано. Он вроде должен был стать обычным разовым омегой. С такими спят ночь и забывают. Однако с этим не получится. Тэхён уже это знает. В нём что-то есть. Может это острый язык, из-за которого у альфы мурашки по всему телу, или же блеск в чернильных глазах, непрерывно смотрящих лишь на Кима. Последняя у них эта ночь или же только первая из тысячи, непонятно. Тэхён точно знает одно - он этого омегу забыть не сможет. Альфа ненадолго отлучается, возвращаясь с презервативами и лубрикантом, которые откладываются к пустому стакану. Им спешить некуда. Тэхёну хочется медленно исследовать это тело, не оставив на нём ни одного пропущенного сантиметра. Он начинает с шеи. Нежно целует под нижней челюстью, переходя всё ниже и ниже. На ключицах срывается, оставляя несколько багровых отметин. Одна ярче другой, а омега и не против, лежит на диване, полностью отдавшись хищнику на растерзание. Его всё устраивает. Вещи на них только портили всю картину. Альфа начал раздевать своего партнёра с его обычной чёрной водолазки, что скрывала под собой накаченное тело. Его рельефы завораживали. Ким нежно, еле касаясь, проходился по каждому кубику пресса, очерчивая их границы, глазами зацепился за слегка выпирающие рёбра и застыл на паховой области, где к классическим брюкам спускались две чёткие полоски от паха. Ещё чуть чуть и у него точно пойдут слюни. — Тебе и правда нравится? — Редко кто смотрит на Чонука таким голодным взглядом. Его не передать словами. В глазах альфы немое восхищение, он словно увидел перед собой Бога. Поэтому невозможно было избежать этого вопроса, он так и просился наружу. — Очень. Ты невероятный, Чонгук, — томно шепчет Тэхён, вновь припадая к чужой шее. Пока они раздевались, освобождаясь от сковывающей и скрывающей, все нужные места, одежды, омега задумался о том, что диван станет их первым местом для секса. Первым. В мыслях он уже миллион раз отдался этому альфе, во всевозможных позах, в каждом углу этой и даже своей квартиры. Тэхён ему понравился. Просто как парень, как человек, вот просто понравился. С ним бы он хотел реализовать в жизнь все свои эротические фантазии. Вдруг получится? Мысли о сладком будущем отвлекли от важного процесса в настоящем времени, но Тэхён и сам хорошо со всем справлялся. На землю Чонгука вернули прохладные прикосновения в области ануса и только тогда он понял, что лежит абсолютно голый с таким же голым альфой, на чужом диване и вот вот он почувствует в себе его длинные пальцы. Ещё в баре они привлекли внимание омеги, когда целиком обхватывали шоты, опрокидывая их в своего хозяина. Теперь им нашлось ещё более приятное применение. — Какой ты нежный, профессор. Я и без такой тщательной подготовки могу, — в моменте они столкнулись взглядами, застыв так ненадолго. Им нужно было увидеть этот огонь страсти друг в друге, пылающий одинаково сильно. Не отрывая взгляда, Чонгук потянулся к чужому, не менее накаченному торсу, пальцами проходясь по всей брюшине, цепляясь ноготками за выпуклые кубики альфы. На каждой новой царапине, Тэхён слабо вздрагивал, томно выдыхая спёртый воздух. — Я уже весь мокрый и это только от одного взгляда на тебя. — Твой язык… — недолго думая, Ким раздвигает двумя пальцами колечко мышц, входя в него и, одновременно с этим, кусает чужую ключицу, оставляя на ней чуть ли не метку. Чонгук вздрагивает от неожиданности, громко вскрикивает, себе же удивляясь. Давно не слышал от себя таких звонких звуков. — Не знаю, с кем ты спал до этого, но сегодня ты с настоящим альфой, так что лежи и наслаждайся. У нас ещё вся ночь впереди, — Тэхён заглаживает свой мимолётный приступ агрессии нежным поцелуем и медленным облизыванием получившегося багрового засоса. От таких перепадов чужого настроения у Чонгука плавится мозг. То грубо, то нежно. Это как после бани прыгнуть в снег - мурашки до костей пробирают. Но именно такие ощущения заставляют желать большего. Они разгоняют адреналин по всему организму, посылая импульсы в каждую клеточку организма, всё больше возбуждая омегу. Пальцы альфы действительно оказались пальцами самого Бога. Сдвигая и раздвигая их в хаотичном направлении, Ким довёл омегу до оргазма, наслаждаясь судорогами партнёра под собой. Другой, на его месте, уже бы пристраивался своим членом к колечку мышц Чона, но не Тэхён. Он смиренно ждал, когда приятная нега отпустит Чонгука, чтобы только потом продолжить. Подставлял свои плечи и спину под раздачу, давая омеге простор для действий. Слишком прекрасный и слишком нереальный. Сладкий сон наяву для любого представителя слабого пола. — Перейдём к основному, — раскатав один презерватив по стволу и уже чуть войдя в Чона, произнёс альфа, медленно продолжая раздвигать стенки его ануса своим половым органом. Находясь в какой-то прострации, между явью и сном, омега чувствовал, как его тело вновь напрягается, принимая в себе новую плоть. Ещё чуть чуть и он точно отрубиться от такого обилия всевозможных, непонятных чувств. Тэхён медленно начинает двигаться, заходя почти до упора и вырывая стоны из приоткрытого рта Чона. Он сам пытается подмахивать бёдрами, чтобы лучше прочувствовать чужой член, его тепло и каждую взбухшую на нём венку. Альфа же не спешит, он сосредоточенно заходит и выходит из него, в поисках той самой точки. И вскоре она находится. От неожиданности, Чонгук подскакивает, руками и ногами цепляясь за своего партнёра, а тот и рад, прижимает его к себе, как можно ближе, не позволяя им расцепиться. И тут Ким наконец-то даёт себе волю, наращивая темп. Он фиксирует руки на подлокотнике дивана, что находится над головой омеги, открывая себе обзор на все его эмоции, которые мимикой отображаются на загнанном лице. Альфа буквально видит, как Чона поглощает оргазм, забирая вместе с ним и его самого. Стеночки ануса начинают сокращаться, быстро сжимаясь, а Ким чувствует тепло в своём члене, готовое вот вот выплеснуться наружу. И так они достигают пика. Кажется Чонгук улетел куда-то рай, потому что его скрючило так сильно, что он чуть альфу с себя не скинул. Омега весь мелко подрагивал, пока альфа сам доводил себя до оргазма, пару раз проведя рукой по изнывающему стволу. Он кончил с протяжным рыком у самого уха Чона, от чего тот ещё и покрылся мурашками, нервно хватаясь за плечи своего паптнёра. Оба довольные и разморённые после дикого секса, разлеглись на том же диване, медленно приходя в чувство. Первым вернулся к реальности Тэхён, взявший где-то влажные и обычные салфетки, и принялся вытирать ими омегу. Тот полностью пришёл в себя только когда альфы уже не было рядом. Сказать, что это была лучшая ночь в жизни Чонгука - ничего не сказать. Этот парень покорил его сердце, которое было давно замуровано в бетонной стене. Теперь точно не хотелось, чтобы эта встреча была у них последней. Осталось придумать, как всё провернуть и продлить причинную негу, а пока, он тихо поднимается с дивана, голышом направляясь в душ, как раз туда, куда и ушёл альфа. Одного раза за ночь, да ещё и с таким партнёром, явно будет недостаточно.

***

Встречать утро не в своей квартире для Чонгука не в новинку. Это частое явление, особенно в выходные дни, которые он предпочитает проводить в чьей-либо компании. В этот раз это оказался не просто кто-либо. Около часа, после своего пробуждения, омега неподвижно пролежал в кровати с Тэхёном и почти не сводил с него взгляда. Думал, как бы чаще так просыпаться и видеть такие виды рядом с собой. Было бы здорово. Всё усложняла лишь влюблённость Кима. Так бы Чонгук просто позвал его на свидание и закрутилось бы и завертелось. Но с этим альфой так не получится. По нему видно, какой он упёртый. Даже если вспомнить его правило "целоваться в губы только с возлюбленным". От одной только мыли об этом, глаза омеги быстро закатилась куда-то назад. Характерный, поэтому просто не получится. А кто ищет лёгкие пути? Кто-то, кто не Чонгук. И вот, его осенила одна прекрасная идея, от которой все будут в плюсе и он захотел как можно скорее поделиться ей с альфой. — У тебя тоже сегодня выходной, профессор? — Омега приподнял одеяло, которым был прикрыт Тэхён и стал медленно целовать его грудь, опускаясь к торсу. — Чонгук! — Невесомые поцелуи только расщекотали и рассмешили Кима, дёрнувшегося от неожиданности. Он мгновенно проснулся, будто и не спал вовсе. — Да, я сегодня дома. — Прекрасно. Сегодняшняя ночь была, наверное, лучшей в моей жизни, спасибо тебе. — Взаимно. Давно я не получал такого удовольствия от секса, — альфа приподнялся, чтобы облокотиться на один локоть, и смотреть в лицо своего нового знакомого для дальнейшего диалога. — Жаль, что это только на одну ночь. Внутри себя, Чонгук разорвался на миллион мелких кусочков от этой фразы и собрался обратно. Раз у них всё обоюдно, то и его идея будет одобрена. И не придётся ни о чём жалеть. Наверное. — Кстати об этом. Я тут подумал, раз нам было так комфортно друг с другом, то зачем ограничивать себя одной ночью? — В глазах Кима было видно непонимание всех этих прозрачных намёков, в которых всё говорилось прямым текстом. Вот вроде профессор, а элементарные вещи не понимает. Чонгуку не трудно было всё разъяснить на пальцах, лишь бы его поняли и дали положительный ответ. — Ну, будем друзьями по сексу? Или даже не так, просто будем видеться, когда нам нужно расслабиться и всё. Никаких обязательств, никаких отношений, просто секс, профессор. И больше не придётся искать партнёров на ночь, будем помогать друг другу,— на последнем слове, омега наклоняется к чужой грудине, оставляя на ней невесомый поцелуй, при этом, он не сводит взгляда с лица Кима, который точно также пристально наблюдает за ним. — Просто секс? — Просто секс. Когда захочешь и где захочешь, — не дожидаясь ответа, Чонгук забирается на бёдра альфы, медленно пристраиваясь к его половому органу. Этот омега просто самый настоящий чертёнок, искуситель. Плод греха, что манит в свои сети всех, кто забрёл не туда и каждого заставляет потерять голову. В нём можно утонуть, даже попытки вынырнуть не помогут, утащит на самое дно, как те самые сирены из страшных легенд моряков. Только такой как он мог предложить такую безумную идею. Но, таким безумным людям, как они, подобные вещи подходит. Кто бы мог подумать, что в профессоре истории будет столько похоти и на все поползновения этого чертёнка он ответит: — Почему бы и нет, — ехидно улыбаясь, Ким медленно вставляет в Чонгука головку, с каждой секундой погружаясь всё глубже и глубже. Лицо омеги в моменте меняется от такого резкого ответа и сопутствующего ему действия. Невозможно скрыть улыбку. Он помогает себе, насаживаясь до самого основания, после чего наклоняется к альфе, чтобы поцеловать его, совершенно забыв про сказанное вчера правило. — Никаких поцелуев - это неизменное правило. Чонгук будто ошпарился об утюг, резко отдёрнув себя от чужого лица. И ладно, пусть путь к губам ему и закрыт, но всё остальное тело он теперь может исследовать целыми сутками и никто, ничего ему не скажет. Идея, конечно, получилась заманчивая. Только вот к чему она их приведёт? Неизвестно.