Любовь пять звёзд

Весь следующий вечер мои мысли были заняты ИМ. Попросил своего стилиста выбрать в честь ТАКОГО дня белый костюм для выступления. Улыбка так и не слезала с моего лица. Я буквально летал весь день. Дома, как мне сообщила помощница все уже было готово. Сегодня будет не до сна. В гримерной приставлял как касаюсь его рубашки, стягиваю галстук с шеи и затем забираюсь под джинсы. Ух, меня аж передернуло. Фантазия проснулась… Схватив айфон в руку, напечатал ему: «Ты сегодня красивый. Домой поедем вместе». Спустя секунд, наверно, двадцать, пришел ответ: «Ты тоже. Хорошо. Буду ждать в машине». В машине… в салоне мы целовались словно изголодавшиеся друг по другу любовники. Не хотелось его отпускать. Наши пиджаки спали с плеч. Мешавшие нам кепка и очки валялись между нами… Надо остановиться иначе я перестану контролировать свое желание. — Закончим дома, — прошептал я, отлипнув от его губ. Дом принадлежал нам двоим. Водитель отвез детей к их друзьям. Мне очень хотелось побыть только с ним, даже весь домашний персонал отпустил на пару дней. — Пойдем, — взяв его за руку, произнес я. — У меня для тебя сюрприз. — А где все? — посмотрев по сторонам в темноту, спросил Макс. — Никого нет. Все ушли в осень, — ответил я словами одной из песен бывшей. — Пойдем наверх. Едва включив свет в моей спальне, Макс широко открыл глаза. Он явно не ожидал (нет, вру, точно ожидал), что я закажу красные розы и разбросаю их лепестки на нашей постели. — Я подарю тебе любовь пять звёзд, — напел я и тут же предложил шампанского. — Да, давай, — ответил он и взял в руку коробку конфет. — Мои любимые. — Я знаю. Мои, кстати, тоже. — Так тебе же нельзя? — уставился он на меня исподлобья. — Ха… Кто сказал? Сегодня, подчеркну, — особенно сегодня, — можно все, — подмигнул ему я. — Открывай. Пробка шампанского упала на ковер, игристый напиток наполнял стеклянные бокалы. Подав один Максу, глядя в его глаза, предложил выпить за нас. — Today. Tomorrow. Forever! — вполголоса проговорил он и, сделав несколько глотков, прижался к моим губам. Одна его ладонь легла на лацкан моего черно-золотистого пиджака Versace, а другая принялась расстегивать пуговицы рубашки. Я же, потянув его за тонкий чёрный галстук, прижал к себе и целовал так нежно, но в то же время страстно, словно это было наше прощальное сплетенье губ. — Я хочу тебя, — выдавил я, посмотрев в глаза. — Я тоже. Он присел на постель, а я на пол. Мои руки помогли ему избавиться от белья и джинсов. Белая расстегнутая рубашка обнажила его мощную покрытую тату грудь. — Как же я скучал, — присев рядом, прильнул к его шее, став трепетно оставлять влажные следы от губ. — Я бы хотел кое-что попробовать… — прошептал ему на ушко. — Чтобы это не было я согласен. Взяв со столика свечу, зажег ее. — Сядь на колени… — попросил я. Усевшись рядом с ним в расстегнутых черных брюках и своей слегка уже помятой рубашке, сказал, чтобы он закрыл глаза. Подняв и слегка наклонив алую свечку над ним, принялся наблюдать, как капли воска медленно стекают вниз и падают на его кожу. — Ай! — воскликнул Макс. — Больно? — Больно, но приятно. Как же мне хотелось спрятать тело, принадлежавшее мне, под слой воска, чтобы никто не видел его тату, шрамов, мышц… — Тебя это возбуждает? — поинтересовался я, снимая с себя рубашку. — Да. — Пора выставить стеснение за дверь, — уверенно выдал я и затушил огонь. Сев со стороны его спины, я стал целовать его плечо, спускаясь все ниже… Ситник медленно наклонялся, тяжело дыша. — Давай, да… Еще, — просил он, когда я впивался пальцами в его шею и грудь. Его тело было полностью в моей власти. Я был на пределе. Мы занимались сексом при свете лампы. Любя его, иногда бросал взгляды на отражение в зеркале. Вот он, весь такой горячий, напряжённый в моих руках стоит на коленках, а вот я, тоже абсолютно голый, с телом Аполлона с диким взглядом смотрю на нас в начищенное зеркало. На днях я прочитал, что секс — это чувственность наших тел, это наша физическая связь, это часть жизни, которую невозможно исключить. Он может быть разным. Сначала у нас он был нежным и ласковым с изучением каждой клеточки, а затем жестким, страстным, когда желание освободиться взяло вверх. Мы лежали нагие, свободные на красных лепестках и белом одеяле. Рука, лежавшая на его плече, нежно поглаживала теплую кожу. Я смотрел на него и думал о том, что будет завтра: снова утро, дела, люди, машины… — Тебе понравилось? — спросил я. — Да. — Не желаешь выпить? — Если только тебя, — он повернулся ко мне и чмокнув в нос, положил голову на мою грудь. — Ты — мой самый сладкий источник удовольствия… — сказал я и крепко сжал в своих объятиях.