Инферно

Прошла уже половина рабочего дня, но по делу пропавшей Меган Форд так ничего и не сообщили. Тиффани отвлекалась от бумаг и задумчиво смотрела в пустоту. Забыть о девочке не получалось. Сидящий за соседним столом Мэттью занимался своей работой, но все равно умудрялся давить на нервы. Вечером Тиффани пыталась разобраться в своих чувствах, но сделала только хуже: чем больше она думала о напарнике, тем больше находилось причин этой симпатии. Зазвонивший телефон Мэттью вырвал девушку из мыслей. Парень поднялся с места и, коротко глянув в сторону Тиффани, куда-то ушел. Она проследила за ним взглядом до кабинета мистера Смита. К Тиффани подошла Джуди, преградив собой обзор на большую часть офиса. Сегодня ее волосы были необычно уложены: несколько коротких прядей, зафиксированных гелем, сплетались в волнистые узоры на лице. Под глазами она приклеила несколько стразов. Оглядев Тиффани, Джуди бесцеремонно опустилась в кресло Мэттью. — Как тебе работа? — задала она безобидный вопрос, но голос ее при этом резал не хуже холодной стали. — Неплохо. Не могу сказать, что я сильно помогаю, но стараюсь, — улыбнулась Тиффани. На душе было неспокойно. — Смотрю, вы подружились? — С Мэттью? — уточнила Тиффани. Джуди кивнула. — Мы ведь напарники. Нам стоит ладить, а не грызться из-за каждой мелочи. — Он тебе не нравится? Тиффани фыркнула. — Нет, конечно. Мне не нравятся высокомерные парни. Она чувствовала как щеки покраснели от вранья, а дыхание сбилось, но Джуди ничего не заметила. Мэттью, на самом деле, не был высокомерным. Тиффани поняла это быстро, стоило только им найти общий язык. По крайней мере она хотела думать, что она смогла его разгадать. Давно, в детстве или юности, что-то произошло с ним, заставило его защищаться ото всех и сразу агрессией и маской чрезмерно завышенного, по мнению многих, чувства собственной важности. Тиффани была такая же, только она погружалась в себя, надеясь, что так до нее никому не будет дела. В обоих случаях это работало плохо. — Знаешь, у меня на самом деле есть все шансы, — улыбаясь, Джуди подалась вперед, переходя на шепот. Она не успела закончить свою мысль, когда около стола появился предмет их обсуждения. Тиффани вздохнула с облегчением. — Будь добра, — процедил Мэттью, прожигая взглядом Джуди. Та тут же подскочила и убежала. — В следующий раз прогони ее с моего места. Мэттью сел на кресло, устало вздохнул. — В том лесу найдены еще тела. Обезглавленные. Тиффани и без уточнения поняла, о каком лесе шла речь. Кожа покрылась мурашками. Не просто тела. Это была казнь. — Он не рубил головы, — тихо ответила Тиффани. — Ни в одном из видео не было ловушек, которые работали как гильотина. — Сомневаюсь, что это был он. Ты не местная, поэтому не знаешь одной легенды. Около ста лет назад здесь орудовал маньяк, который отрубал своим жертвам головы. Он закапывал тела и головы в разных местах. Иногда их разделяли многие километры. В основном жертвами становились приезжие иностранцы, — Мэттью вздохнул. — Иногда местные, которые отличались внешностью. Как я, — он ухмыльнулся. Тиффани не сильно придавала значения тому, что Мэттью имел азиатские черты лица. В их время, когда на улицах ходит множество иностранцев, это было не удивительно. В первую очередь парень был обычным человеком. Мэттью молчал, тупо смотря в одну точку. Тиффани подвинулась немного ближе к парню, повинуясь какому-то странному желанию. Будто этим она могла поддержать его. Он посмотрел на нее, слегка приподняв бровь. Его глаза были как обычно холодными и острыми. Тиффани стало стыдно. Она посчитала его слабым. — Тебе не обязательно ехать со мной, — вдруг сказал он. Тиффани ожидала чего угодно, но не этого. — Я не могу сбегать от своей работы. — Я ведь сбегаю, — он посмотрел за спину девушки на кучу бумаг. — Если считаешь, что не готова, я пойму. — Я поеду, — сказала она твердо. На лице Мэттью появилась слабая улыбка, а глаза стали чуть мягче. — Того маньяка из легенды поймали? — Нет. Никто до сих пор не уверен, что он вообще орудовал один. Сейчас это в любом случае не он. Либо подражатель, либо просто похожий почерк. Скоро узнаем. Машина Мэттью постепенно становилась для девушки родной. Слишком уж часто в последнее время Тиффани ездила в ней. Всю дорогу она настраивалась: это место больше не должно пугать ее. Пол Беннер был мертв. Зато кто-то другой решил спрятать следы своего преступления там. Кто-то, кого она не станет бояться. Выходя из машины, Тиффани старалась держать себя в руках, но знакомые деревья вокруг, за которыми прятался старый особняк Алькуры, вызывали дрожь. Дыхание перехватило. Тиффани широко открыв глаза всматривалась в глубину темного леса, боясь, что ее история с лабиринтом еще не окончена. Мэттью встал перед ней, загораживая вид. Девушка подняла голову, посмотрела в его глаза. — Тебе нечего бояться, верно? Тиффани кивнула. Да, пока Мэттью рядом, ничего не случится. Она ведь решила, что он единственный, кому можно доверять. Больше ничего не сказав, Мэттью пошел к криминалистам. Тиффани засеменила следом, обходя особо грязные участки. — Их нашли поисковые собаки, — пояснила подошедшая к ним Тоня. Два тела были выкопаны совсем рядом. — Они искали жертв Пола Беннера, а нашли их. Способ убийства у обоих один. Они не подходят под описание тех жертв, которых искали. — Следовательно это что-то другое, — закончил за нее Мэттью. — Да. — Следы? — Сомневаюсь. Очень похоже на ту нашумевшую легенду о палаче. Он, как известно, следов не оставлял. — Ясно. Мэттью кивнул, а затем медленно двинулся в сторону тел. Тиффани все это время старалась даже не смотреть в сторону могил. Она следила за играми поисковых собак, которые резвились на небольшом островке мокрой травы, совершенно ни о чем не заботясь. Девушка хотела быть такой же беззаботной в этот момент. Не заметить взгляд остановившегося Мэттью, обращенный к ней, было сложно даже с закрытыми глазами. Тиффани сглотнула и последовала за ним. Лишь, когда они поравнялись, парень вновь зашагал. — Они не кусаются. Мэттью шептал. До сих пор, кроме него, никто больше не знал о маленьком страхе Тиффани. Фобия мешала работать, но девушка не убегала от своих обязанностей, ехала вместе с Мэттью на место преступления, покрываясь потом. Ей было стыдно. Какой из нее полицейский, если она не может спокойно реагировать на мертвецов? Мэттью сел на корточки около трупа темнокожей женщины. Головы не было, и тело от этого казалось странным. Отчего-то Тиффани была уверена, что лежащий рядом светлый мужчина тоже был иностранцем. Оба тела уже разлагались. Трупные черви вылезали из огромной засохшей грязной раны в шее. Живот скрутило. Тиффани резко отвернулась, но вокруг был лес, которого она боялась не меньше. Мэттью поднялся, взял ее за плечи и развернул к себе. — Возьми себя в руки, — сказал он сквозь сжатые зубы. На Тиффани словно вылили ведро холодной воды. Стало тяжело в груди. Кто она была такая, чтобы он успокаивал ее? — Я в порядке, — собрав волю в кулак, тихо ответила Тиффани. Она врала, потому что не хотела, чтобы Мэттью злился еще больше. Он не отпустил ее, наоборот еще крепче сжал плечи. Тиффани отвела взгляд в сторону, глянув на лес. Лишь после этого Мэттью вернулся к осмотру тел и их могил. Тиффани знала, что толку от нее сегодня не было. Она не могла искать улики, не могла ясно мыслить: страх побеждал ее, не давал сосредоточиться и притуплял ум. Да и многое ли можно было выяснить без детального осмотра трупа на столе патологоанатома? На обратной дороге Тиффани смотрела в окно покрытое каплями дождя. На душе было паршиво. Каждый раз вид трупов не только бередил старые раны, но и оставлял больное послевкусие. Тиффани было жаль погибших людей, но в то же время вид мертвецов пробуждал в ней какой-то странный беспочвенный страх. Они ведь не могли встать и укусить ее, не могли никак навредить ей, но она все равно боялась. Вместо леса за окном постепенно выросли серые высотки. Мэттью остановил машину, хотя до полицейского участка было еще далеко. Мимо проносился поток машин, въезжающих в город. Тиффани не пошевелилась, не взглянула на напарника вопросительным взглядом, как хотела. — Я схожу за кофе, — сказал Мэттью, но не вышел из машины. Тиффани никак не отреагировала на слова. Парень коснулся ее локтя, привлекая внимание. — Может хочешь что-нибудь? — предложил он. Девушка отрицательно качнула головой. После того, как Мэттью ушел, Тиффани готова была убить себя за такое поведение, за такие реакции. Она ненавидела этот страх. Она ненавидела себя за проявленную слабость, за то, что подвела его. Девушка собиралась показать свою стойкость перед опасностью, перед своими страхами, но в итоге рассыпалась на кусочки в первые же минуты. Такой ли напарник был нужен Мэттью? Она думала о том, что может понравиться ему, как девушка, вместо того, чтобы понравиться, как детектив. Друзьями они могли быть вне работы, но на ней они были коллегами. Она должна была соответствовать гениальному детективу, а не подводить его. До того как Мэттью сел в машину, Тиффани успела стереть несколько дорожек слез на своих щеках. Она прислонилась к холодному стеклу виском, боясь смотреть на Мэттью. Наверняка напарник хотел отругать ее. Он ведь предлагал остаться в участке, не ехать с ним, а она поехала только для того, чтобы испугаться. Вместо этого Мэттью коснулся ее руки, раскрыл ее, и аккуратно вложил горячий стакан. — Пей свой чай и не переживай о том, что там произошло. Тиффани не отреагировала и на это. Она просто не могла пошевелиться, парализованная своими мыслями и страхами. Внутри все сжалось... Мэттью тяжело вздохнул. Сейчас он точно накричит на нее. И если бы он сделал это, возможно стало бы легче, но вместо этого, парень снова заговорил: — Побуду немного самовлюбленным и решу, что дело во мне. Если ты ждешь, что я буду ругаться, то зря. Я бываю жесток, но... Бояться нормально. Мэттью перевалился через панель передач, коснувшись пальцами подбородка девушки, развернул ее к себе. Его губы были поджаты, в глазах отражалось сочувствие. Он стер большим пальцем очередную слезинку с ее щеки. — Когда я пришел на работу в полицию, то был примерно в том же положении, что и ты. Правда начинал я еще ниже, на должности дорожного инспектора. Как и ты хотел расследовать дела, но мне не давали. И впервые труп я увидел, когда приехал на место аварии. Выглядело это плохо: оторванные конечности, разбросанные на расстоянии друг от друга, куча крови, разорванные ткани. Я чувствовал себя не лучше, чем ты сейчас. Тиффани хмыкнула. — Что? — Трудно в это поверить. — У тебя нет выбора, — усмехнулся парень. — Я привык и очерствел со временем. Тебя это тоже ждет, если останешься в полиции. Наша профессия связана с раскрытием убийств, тут ничего не поделать. Они еще несколько секунд смотрели друг другу в глаза, прежде чем Мэттью выпрямился. — Может быть хорошо, что из нас двоих ты все еще способна на большее сострадание, — словно сделал вывод из своего рассказал парень, а затем выехал с парковки. Тиффани не знала, почему он возится с ней, но запретила себе даже допускать мысль о том, что все дело может быть в симпатии. Нет. Она мысленно пообещала себе, больше не подводить Мэттью. Монотонная работа с бумагами немного успокоила Тиффани, но в то же время почти усыпила. Она думала о том, что стоило лечь сегодня пораньше: сон должен был привести ее мысли и эмоции в порядок. Это лишь один плохой день. Завтра она станет сильнее, перестанет бояться того, что не может навредить ей... — У меня есть две новости, — сказал Мэттью, подъехав к Тиффани на стуле. Она так погрузилась в мысли, что снова не услышала его приближения. — Первая — результаты вчерашнего дела. — Они нашли Меган? — Да. Их всех. С ней все в порядке, — опередил вопрос Мэттью. — Дети во всем сознались. Это была идея одного из ее друзей — сделать вид, что Меган похитили и затребовать у отца бриллиант в качестве выкупа. Они все вместе собирались рвануть за границу, чтобы начать новую жизнь. Все шло хорошо, пока у них не появился конфликт с Кристианом Морганом, парнем Меган. Он увлекался программированием, умел взламывать сайты, и лазал по даркнету. Там он и смог сбыть бриллианты, полученные от отца Меган. — Они убили его? — Несчастный случать, по их словам, — пожал плечами Мэттью. — Она толкнула Кристина в разгар ссоры, и тот раскроил себе череп о стол. В итоге кто-то из ее друзей предложил использовать это. Они устроили ему кислотную ванну, чтобы кожа растворилась, но кости остались нетронутыми. Почти. Рассчитать все у них не получилось, но череп не потерял форму. Это было главным. — Господи, — протянула Тиффани, откидываясь на спинку кресла. — Я не могу даже смотреть на трупы, а они... Какая жестокость. Мэттью кивнул. — Про самого Клауса Форда пока ничего сказать не могу, но Эндрюс говорит, с его деятельностью действительно что-то не так. Меган кажется, что он занимается производством какого-то нового наркотика. Тиффани замычала, не сумев подобрать слова. Вся эта история оказалась настолько мрачной, что хотелось срочно выбросить ее из головы. Подростки убивающие друг друга без особого зазрения совести, родители торгующие наркотиками... — Вторая, — продолжил говорить Мэттью, прервав ее мысли, — нашли головы жертв. Не факт, что тех утренних, но сейчас они уже на столе у Тони. — И ты не поехал осматривать место преступления? — Честно говоря, в этом нет особо смысла. Просто могилы. Все сведения о преступнике может хранить только тело. Сейчас известно лишь то, что их пытали, до отсечения головы. — Как ты и говорил, они все не местные... Мэттью кивнул. — Это ужасно... — Любое убийство ужасно, и любая жизнь ценна, — улыбнулся он. — Почти. Не хочешь сходить в архив? — Зачем? — Найти то дело столетней давности. Вдруг в нем есть что-то, о чем легенда умалчивает? — Думаешь, что зацепки будут там? — Знаешь, я не понимаю, с кем мы имеем дело. Это точно не тот же маньяк, прошло больше ста лет. Но может ли это быть подражатель? Не настолько это извращенный способ убийства. Самый обычный, им долгое время казнили провинившихся в средневековье. Похож только выбор жертв, — он задумался. — Что если это приемник? — Семейное дело? — Вроде того. В общем, я собираюсь сходить в архив, так что ты можешь либо возиться здесь с бумажками, либо... — Возиться с ними там, — закончила Тиффани, поднимаясь с места. — Но со мной в компании это куда приятнее делать. Тиффани хмыкнула. — Пошли уже. Архив находился в подвале и был ничем не примечателен. Куча серых стеллажей тянулись несколькими рядами под белым потолком, выложенным плиткой. Белые стены, белый пол, словно они оказались в психушке. Яркие лампочки хорошо освещали каждый угол. — Здесь нумерация по годам. Самые старые в конце. Те, что оцифровывали постепенно убирают и сдвигают все бумаги туда, — Мэттью махнул вперед. — Нам нужен стеллаж ближе к дальней стене. Ты ищи тут, а я здесь. — А год-то какой? И месяц? — спросила она глядя на даты ближайших стеллажей. — Кажется 15 августа 1914 года. — Как хорошо ты помнишь дату, — удивилась Тиффани. — Я родился в этот день. Только год не тот, конечно. — Что? — Тиффани выглянула в проход между стеллажами, посмотрев на парня. — Это было совсем недавно, и ты не сказал? — Я не праздную, да и к тому же это было через пару дней после... — он осекся. — После той истории. — Точно... — Тиффани опустила взгляд. Похоже он тогда решил, что ей было не до этого. Да и кто она такая, чтобы он говорил ей такие вещи? — Будем считать, что тот торт был твоим подарком. — Ты его почти не ел. — Но было вкусно. Ищи давай. Тиффани двинулась дальше, приложив холодные ладони к горящим щекам. Все стеллажи, даже у самой стены, оказались не теми. Пришлось идти в следующий ряд. Ее окликнул Мэттью. — Здесь. Тиффани быстро дошла до нужного места. В руках парень держал уже успевшие пожелтеть старые листы бумаги. Напечатан текст был на печатной машинке, фотографии немного выцвели. Они внимательно прочли все, что находилось в папке. Подозреваемых было несколько, но даже после того, как одного из них осудили, убийства продолжались. На счету маньяка было больше пятидесяти жертв. Многих нашли не в городе, а на отшибе, в пригороде. Женщины, мужчины, даже дети. На одной из фотографий был еще совсем младенец. Тиффани вцепилась в рукав пиджака Мэттью, и он тут же захлопнул папку. — Столько подозреваемых, и ни один из них не был убийцей, — задумчиво протянул парень. — Надо признать, что этот маньяк был хорош. Но я сомневаюсь, что он действовал в одиночку. — Целая семья нацистов? — уточнила Тиффани. — Да. Целая семья.