Великая охота

      Летнее солнце медленно скрывалось за верхушками темных сосен. Люди в деревне готовились к празднику Солнцестояния – мужики собирали палки, хворост да дрова в костер, а девушки сплетничали меж собой, плетя венки для обряда. И все было хорошо, все вовсе забыли свои заботы и печали, хоть и на одну, но волшебную ночь. Однако, не одни люди готовились отмечать летнее Солнцестояние – в лесу, что находился в 6 верстах отсюда проживали эльфы, которые столь же беспорядочно сновали туда-сюда, спешно готовясь к предстоящему торжеству. У них праздник имел несколько другое значение, чем у людей, да и способ празднования его сильно отличался. Не было ни огромной кучи сухого хвороста да веток; не ставили в его центре столб с колесом, украшенном лентами; не плели эльфийки и венков из цветов луговых.       Нет, все было совсем иначе – тот народец готовил свои кинжалы, мечи, да лук со стрелами. Ночь их ждала крайне оживленная, однако вне дома. Чем дальше заходило палящее солнце за горизонт, тем больше эльфов собиралось на главной поляне их небольшой деревни, тем больше нарастало всеобщее возбуждение.       И вот, наконец на землю опустилась ночь. Яркий месяц начал подниматься по небосводу, обливая окрестности мягким серебристым светом. Все казалось столь волшебным, необычным – светлячки, как маленькие огоньки летали на поляне, как маленькие фонарики, мерцая желто-зеленым светом; в деревне уж было развели огонь, который поднимался вверх столбов, облизывая колесо с лентами неугомонными языками пламени.       А что же эльфы? Те молчали, и стояли тихо и покорно, ожидая начала церемонии, и не желая прерывать нависшей над поляной тишины. Тихо запела флейта, и ее воющий мотив подхватили несколько женских голосов, начиная тихо петь. Хор голосов и свист флейт вместе с дрожанием арфы постепенно усиливался, и вот уже из тихой и дивной мелодии то переросло в чарующую песню, охватившую всю округу.       Все закончилось так же быстро, как и началось. Мелодия и голоса замолкли, как по команде – взгляд эльфов был прикован к фигуре, стоящей в центре поляны, и державшей в поднятой руке кинжал. Все будто ждали чего то, какого то действия от мужчины, который неспешно окидывал всех властным взглядом, будто вводя в гипноз, заставляя подчиниться и смотреть лишь на него.       Убедившись, что завоевал внимание сородичей, он опустил руку с кинжалом, и поднес лезвие к ладони второй. Выждав небольшую паузу, мужчина чиркнул по коже обсидиановым лезвием, и сжал руку в кулак. Из сжатой руки потекла кровь, и закапала на землю. Эльфы из толпы, несколько выждав по времени, проделали то же самое, и подняли рассеченные ладони вверх, после чего мужчина громко объявил:

- да начнется Великая охота на орков, браться и сестры!