А ты меня любишь?..

— Туман рассеялся. — сообщил шатен. Рыжий парень наконец оторвал голову от колен осаму и сел рядом с ним. Оглядывая перемотанного парня с головы до ног, чуя осознает, что ему не особо-то идет белый цвет. По крайней мере, в таком стиле одежды. Накахаре было немного неудобно, из-за того что бывший босс мафии уткнул его носом чуть ли не в свой пах. На бледном лице, с голубыми, глубокими глазами был легкий румянец. Он только сейчас, спустя несколько минут после рассеивания, осознает что на нем нет шляпы. — что-то потерял? — спрашивает с усмешкой парень в белом. С недовольным лицом на него покосился чу. — где моя шляпа? Тут дазай делает какой-то трюк с руками и в одной из них оказывается потерянный предмет. Суицидник положив ее на свои ладони, словно корону, приподносил рыжему. Чуя посмотрел на изводителя бинтов и выркнув, забрал шляпу из рук детектива. Тот скорчил грустную рожицу и смотрел на своего ровесника. — не смотри так на меня. Ты не дождешься ничего. — грубо, в своем репертуаре, ответил на состроенные глазки накахара. — ну и ладно. Брюнет встал и подал руку своему напарнику. Все так же с недовольным выражением лица мафиози принял руку помощи и поднялся вслед перебинтованному. Кажется, они знакомы семь лет, а друзьями так и не стали. Где-то в глубине души каждый хотел подружиться со вторым, но осознавал, что это не получится сделать легко и в один миг. Никто из парней не решался на первый шаг. Чуя подходил к дазаю, но его ногу свело. Это было настолько неожиданно, что человек с шляпой покачнулся в сторону. Осаму придерживает его за плечи с серьезным лицом. На удивление на нем была еле заметная ухмылочка. Рыжий встал на обе ноги. Одну из которых все еще сводило. Это было больно. Она не проходила. Чу хотел было сделать шаг, но лишь переведя вес на одну сторону, скривился от боли. Суицидник выдохнул и бросив фразочку:"ничего ты не можешь, чиби» Поднял низкого на руки. Мафиозник был не особо тяжелым для шатена. Чуя начал возмущаться, заверяя что и сам способен передвигаться. Дазай не слушал. Ожидаемо. Вскоре рыжий успокоился. — ну и куда ты меня потащил? — спросил старший, когда осаму понес его в неизвестном направлении — домой — с чего такая честь? — ты идти не можешь, а мой дом намного ближе. Там отойдешь, может еды приготовишь, полы помоешь, а чу? — подстебывал осаму — да пошел ты нахуй. — единственный кто и пойдет — это ты. Накахара начал возмущаться. Ладно если бы шатен чую доставил куда-то в мафию или в его квартиру, но дазай его нес к себе. Да еще и с такими словами. «Возмущаться бессмысленно,» — понял рыжий. Он просто ждал развития событий. Под монотонные шаги и шум проезжавших машин, мафиознику хотелось уснуть. Вот бы еще бутылку дорогого вина 1948 года. Но он ее не получит. Они уже пришли к бывшему боссу мафии. Чуя наконец-то освободился из перебинтованных рук и уселся на диван. Ногу отпустило еще в дороге, но детектив его не отпускал. Накахаре понравился дизайн квартиры. Кажется, всего много, но не больше чем нужно, ну или же наоборот: вещей мало, но не меньше чем нужно. — хей, дазай и нах я тебе здесь? Брюнет призадумался. Он сам точно не знал зачем еще этот рыжий пес. — просто чтоб был. — шатен усмехнулся. — ты с ума сошел?.. — осторожно, словно ребенку задал вопрос мафиози. — нет. Рыжий облокотившись на спину дивана стал думать. Он не особо парился об осаму, они давно знакомы и ничего сверхъестественного не происходило оставшись один на один друг с другом. Чу надеялся, что у дазая есть хоть какая-то выпивка, но что-то подсказывало что нет. Накахара лежал и понял, что был бы не прочь покурить. Он осторожно встал с кровати и хотел было выйти на балкон. — и куда ты? — остановил путника детектив — покурить хочу, а что нельзя? — можно, иди. — стой, а какого хрена ты мне даешь разрешение, м? Я что у тебя в заложниках? — ну если тебе так нравится думать. дазай отложил дела и подошел к рыжему. Сейчас можно было понять насколько чуя низкий. У них разница 22 сантиметра. Это сильно ощущалось. Осаму положил свои руки старшему на плечи — чуя, пойми на тебя сильно повлиял твой собственный дар. Тебе стоит восстановиться. — он нихера не сделал. Все в порядке — а скажи когда у тебя в последний раз сводило ноги, до такой степени, что ты не мог стоять? Накахара хотел было что-то возразить, но действительно призадумался. У него года полтора подобного не было. Это странно. «Может дазай прав и мне стоит отдохнуть? " — размышлял мафиози, — " Боже, я что совсем рехнулся? Какой прав? Нет. Я в полном порядке! " Только мысли и сознание противоречили друг другу. Дазай убрал руки, тем самым отпуская второго на балкон. Пока чуя стоял и докуривал сигарету, суицидник где-то на кухне готовил еду. Все, сигарета докурена, накахара осмотрелся и нашел пепельницу, на половину полную. Он не знал, что осаму тоже курит. Выкинул остатки от чапмана, он вернулся в квартиру. — я не знал, что ты куришь. — сказал рыжий — я не курю, — из кухни ответил парень в бинтах. — в смысле? У тебя пепельница стоит на балконе — я просто поджигаю сигарету, но не курю. Мне запах нравится — ты редкостный идиот Осаму лишь усмехнулся. Вот и все еда была готова. — чу, есть будешь? Мафиозника удивлял тот факт, что осаму заботится о нем, ну или типа того. Накахара просто пришел и сел за стол. К удивлению обоих, во время трапезы они болтали о всякой ерунде, словно друзья или товарищи. Время близилось ко сну, но никто не хочет спать, (бл, флешбеки на мейби бейби. Ахах.) по крайней мере, не говорит об этом. — чиби, уже поздно. Ты домой или как? — домой далеко. Ладно, я останусь. Ты не против? — я только за. Только боюсь, что мне придется спать в гостиной. — идиот, я же не какая-нибудь девушка с которой это все соблюдается. Я нормально отношусь к одной кровати, но только если двушка. — вау, мне фартит пока что. — тронешь меня — ебальник разобью. — ладно Они улеглись. Вечер был теплый, да и в квартире стояла хорошая температура. Поэтому чу почти не укрывался. Прошло минут тридцать. Мафия так и не уснул, на счет второго он ничего сказать не мог. Лежа на боку, он смотрел в окно. Ничего интересного. Во время такой скучной попытки уснуть на грудь накахары ложится рука. Сначала он хотел ее откинуть, но после решил оставить. С ней как-то проще глаза сомкнуть, да и грела она неплохо. Утро. Уже восьмой час. Рыжий открывает глаза. Его удивил тот факт, что дазай даже не поменял позу. Он скинул с себя чужую руку и сел, облокотив подушку о спинку кровати, для удобства. Ночь была приятная, только он слегка замерз, поэтому натянул одеяло. Накахаре почему то очень понравился матрас. «Надо будет узнать название и мягкость. Может себе возьму потом» — поставил себе задачу в голове чуя. Шатен наконец открывает глаза. Он наблюдал за чуей, который строчил сообщение боссу. Рыжий одними губами произнес: «Заебал». Суицидника это улыбнуло. — доброе утро, чиби-чу. — доброе. — не отрываясь от экрана сказал чуя — чего хмурый? — мори заебал. Он меня хочет в ночь поставить работать сегодня. А у меня заслуженный выходной! Чуя отложил телефон куда-то на тумбу. А после лег, забрав часть одеяла себе. — отдай, — сказал осаму. Рыжий покачал головой. В ответ бывший мафиози попытался забрать одеяло, бросив еще и пару матов в сторону товарища. По итогу чуя забрал все одеяло и перевернулся, ложась на один край телом. — чиби, ты сволочь! — а ты лох. (Самый информативный и разумный разговор в моей жизни. Кстати, у меня действительно так было)) Осаму встал с кровати подошел с другого бока. — двигайся, — сказал он приподнимая одеяло — что ты задумал?.. Накахара отодвинулся слегка и дазай лег рядом. После суицидник взял руку чуи в свою. — у тебя рука холодная. — сказал рыжий — а у тебя горячая. У нас происходит теплообмен, — улыбнулся детектив. — какая важная, до колик души, информация. — ой, чиби, я могу тебе многое рассказать, — с ухмылкой протянул шатен. — и слушать не буду. Дальше они просто лежали. Теплообмен не особо происходил. Руки брюнета не грелись почти ни как, а ноги и подавно. Чуя бы хотел это как-то исправить, но не мог. Такое не лечится. Почему-то рыжего уже не бесила компания осаму, даже после того как он лег в нескольких сантиметрах от него. Ему начали нравится подъебы, слова и действия детектива. Кажется, наконец-то у них начала зарождаться дружба. Или что-то иное. Пока дазай с закрытыми глазами держал руку, ее хозяин разглядывал лицо и в общем собеседника, который молчит. Накахаре сначало показалось, что его напарник совершенно не меняется, но после до него дошли некоторые изменения. Его глаза слегка выцвели, это он понял когда тот вопросительно посмотрел на чу. Прическа тоже иная. Если судить с его пятнадцатилетней копией, то сильно изменилось телосложение и лицо. «Все эти изменения и неотъемлемые части образа ему идут.» — понял чуя. Ему они нравились, хотя все же в пятнадцать лет дазай ему по характеру нравился побольше. Дазаю надоело лежать, он решил навести суета, осознавая, что возможно его потом чуя попытается убить. Одним движением он скинул с обоих одеяло, которое со звуком упало на вторую половину кровати. Накахара вопросительно взглянул на перебинтованного. Суицидник одной рукой перевернул чую на спину и навис над ним. — дазай, ты рехнулся? Он молчал. Длинные пальцы взяли за подбородок рыжую голову, после быстро скользили по изгибам черепа и ушам, с мочками слегка игрался. После остановился вглядываясь в голубые глаза. — можно? — тихо спросил шатен, намекая на губы Чуя отвел взгляд и еле заметно кивнул Осаму улыбнулся, приблизился к чужому лицу и накрыл губы рыжего своими. Накахара ответил на поцелуй. Последний и не знал, что ему может понравится дазай. Губы шатены отдавали интересным вкусом. Одну руку детектив запустил в рыжие волосы. Они были суховаты. Скорее всего чуя не давал должного ухода им, но тем не менее это даже придавало свой шарм, как бы дополняло образ чуи, его нрав и действия. Воздух в легких закончился, как и поцелуй. Они оба глубоко дышали, в попытке восстановить дыхание — идиот. — проговорил чу, — И чем я тебе понравился?.. — чуя, — бывший босс мафии лег рядом и посматривал в акварельные глаза, — ты мне нравишься многим. Я люблю тебя. Уже. Уже давно. — он помолчал. — ты можешь ответить взаимностью? Ты любишь меня? Накахара и не думал об этом. — дазай. Мне жаль, но боюсь мы не сочтемся. — с чего ты взял? — я не знаю. С одной стороны я люблю тебя, но с другой. Я не смогу. Рано или поздно я разозлю тебя, и ты меня возненавидишь. Да и тем более как мы будем в отношениях и при этом не попадаться на глаза? — я придумаю. Мы можем жить вместе или что-то вроде. Накахара уткнулся в грудь шатена. — ладно. Плевать… Люблю