Ты засела так глубоко

      К шести все разошлись. Мама с папой ещё раз двадцать пожелали мне всего самого наилучшего, прежде чем мне удалось выпроводить их. Мы с Лерой снова остались одни. — Может, какой фильм посмотрим? — перемывая грязную посуду, спросила она. — Например? Всё уже посмотрели. — без интереса ответила я, листая ленту ВКонтакте. — «Кунг-фу панда 2» мы не смотрели. Давай? — Не-е, не хочу. — А чего ты хочешь? — Пошли спать. Уже поздно. — решила я, указывая на сумерки за окном, хотя спать вовсе не планировала. Мой план состоял в том, чтобы незаметно и менее травмоопасно улизнуть из дома и добраться до штаба.       Грустно вздохнув, Лера продолжила мыть тарелки, пока я искала подходящие вещи, чтобы появиться в них перед ребятами. В шкафу откопала синие скинии-джинсы, чёрную футболку и такую же ЗИП-кофту. Ну да, ещё свежие носки. Подобранное спрятала под кровать, чтобы вездесущая подруга ни о чём не догадалась, а сама завалилась на кровать, написав Глебу, что буду не раньше восьми.       Домыв посуда, Лера зашла в комнату, молча взяла бельё и отправилась в ванную. Чую, засядет она там надолго. «Да кати ты её к чёрту!» — проскользнуло во вне, но эту дурь я быстренько отряхнула.       По возвращении минут через сорок Лера, вся свежая, улеглась рядом и пожелала мне спокойной ночи. Я же, за время её отсутствия вздремнувшая, начала действовать: дождалась, пока она уснёт, вытянула одежду и на цыпочках ушла одеваться в ванную.       По времени сейчас было около восьми, а точнее без пятнадцати. Немного опоздаю, ничего. Главное, чтобы такси согласилось довести. Да-да, такси. Не лето, чтобы на велике гонять.

***

      Такси это треклятое ехало с полчаса. Пока ждала на улице, насквозь замёрзла, ещё и снег повалил. Дома оставаться было небезопасно, Лера могла захотеть попить или в туалет, и если бы она меня увидела — не избежать допросов. Чувствую себя блудной женой, которая бегает от постылого мужа к другим мужикам.       Доехала тоже с трудом, через пень-колоду объяснила таксисту, как и куда ехать, так как точного адреса не знала, несколько раз заезжали не туда. Но всё же к десяти добралась. Надеюсь, тот терпеливый таксист, которому хватило терпения не высадить меня посреди леса, найдёт дорогу домой.       В доме меня встретило совсем немного человек, всего лишь Глеб и мои любимые полусонные Даня и Ефим. — Извиняюсь за заминку. — сказала я громко, чтобы хоть немного всех оживить. — Мы заебались тебя ждать. — съязвил Даня. — Сказала, что в восемь, а сама ночью прикатила. — добавил Глеб. — Не в восемь, а не позже восьми, на минуту. — поправила я. — И где остальные? Почему вас так мало? — Да хуй знает. — пожал плечами Ефим, заносящий с улицы тарелку с шашлыком. — Артёма Юлька не пускает, а Сеня... Да он от поцелуя всё никак не отошёл. — Поня-а-атно. — вздохнула я, присаживаясь за стол. — Ну, давайте второй этап. Первый был с семьёй. — Давно пора. — сказал Глеб, откупоривая бутылку с белым сухим вином, разливая по бокалам. — За твоё взросление.       Мы подняли наполовину наполненные бокалы, чокнулись и опрокинули себе в рот. Я скривилась, мне абсолютно не нравился вяжущий привкус сухого вина. — Включайте музыку, чё как на похоронах? — потребовал Ефим, закусывая сыром, и Глеб ушёл за колонкой.

***

      Тихое, ленивое веселье шло по-своему: Ефим уснул на плече Дани, к которому я неустанно приставала с расспросами насчёт сведения (чтобы он меня научил), а Глеб сидел на другом конце дивана и притупленным алкоголем взглядом пялился на меня. Я же старалась не замечать столь пристального внимания. — Ну так что? Даня-а-а! — тормошила я полуживого, вернее сказать вусрань пьяного Панка, не отлипающего от бутылки водки. — А? Что? — голосил он, перекрикивая музыку. — Давай завтра поговорим? Не могу сейчас ответить? — Тебе сложно? — обиделась я. — Или ты меня разлюбил? — Тебя... Я люблю, но... Не всё так просто. — он заикался и искал. — Вышел альбом... Куча всяких других проектов... Так что не знаю. Выбрать время надо. Не обижайся, Викусь.       Я отстала, окончательно разочаровавшись. Разве я многого прошу? Всего лишь научить — это сложно? Наверное, да, если Даня так неохотно мне отвечает.       Частично повысить градус настроения мне помогло сообщение от Артёма в инстаграме: Boulevard Depo Ещё раз привет) Глеб писал, что вы празднуете в доме. Извини, что не приехал. Так сложились обстоятельства. Хорошо вам повеселиться!       Писать ответное сообщение я не стала, перед глазами расплывалась клавиатура. Да мне бы и не пришлось — подсевший ближе Глеб опустил мою руку с телефона и сказал «привет». Привет? Мы же здоровались. Что за цирк Шапито? — Привет. — не зная, что ещё сказать, зеркально поздоровалась я, но Глеб разговор не продолжил: он взял меня за руку, сам встал и потянул меня к лестнице.       Я покорно последовала за ним. Пришли мы в его тесную комнату, где мы в день моего посвящения в Мёртвую Династию распивали совиньон. Сейчас же этот день как будто повторялся: Глеб снова достал ту же бутылку, материализовал бокалы, разлил алкоголь.       В его комнате за счёт малого пространства было гораздо теплее, даже душно, и я стянула с себя кофту, показывая набитые на коже символы. Один привлёк Глеба в особенности — это дьявольское число 666, расположенное ниже правого плеча. Глеб косо улыбнулся, провёл большим пальцем по нему и протянул мне бокал. Мне вдруг стало некомфортно от одного его прикосновения и, сложив все пазлы, предположила, что он хочет меня опоить и воспользоваться. Но подавать виду о догадке я не стала, отпила чуток и отставила бокал на пол. — Я плохо к тебе относился... Ты извини. — он попросил прощения, не знаю только, с пьяни или искренне. — Проехали. Если ты всё понял, то я не обижаюсь. — Расскажи о себе побольше. — он отпил половину содержимого бокала.       Он хочет, чтобы я рассказала о себе? Вспомнить бы ещё. Алкоголь лихо затуманил мой разум, однако некоторые события всё же пришли в голову. Рассказала ему сразу обратную свою сторону: о похождениях на кладбище, где я занималась вандализмом и призывом Сатаны, мельком упомянула бывшего друга-слэш-любовный-интерес и по совместительству лидера той банды мародёров (помните его), который запер меня у себя и признавался в любви. Он, кстати, помер на улице, недавно узнала из общего чата. Про коробку с памятными вещами тоже немного рассказала. Не затронула только про проблемы с головой. Не хотелось настолько отпугивать от себя человека. Хотя и одного этого было достаточно, чтобы адекватный человек уже сбег от меня за милю. Но, видимо, это не про Глеба, который сидел и, кривая понурой головой, внимательно слушал, допивая совиньон. Мало мне нравилось в его странном поведении, и не зря. Под конец моего сумбурного рассказа он резко поцеловал меня, да так настойчиво, что не хотел отлипать, когда я отталкивала. Когда у меня всё же получилось отпрянуть от него, я с тяжёлым дыханием ошалело посмотрела на него. — Не пей так много, а то голову совсем теряешь. — испуганно бросила я, соскочила с кровати и убежала, забыв о кофте.       Сидела я поближе к ребятам, боясь, что Глеб попробует снова пристать, но он всё не спускался. — Я, наверное, домой поеду. — предупредила я Даню, листающего ленту в телефоне. — А? Да не, останься. По ночам будешь кататься. — Боюсь, Лера, подруга моя, будет переживать. Если только рано выехать. — колеблюсь я, наблюдая, как Глеб, держась за перила, лишь бы не покатиться, спускается к нам. — Вот я тогда тебя разбужу. Оставайся. Чего ты так на него смотришь? — Даня заметил моё пристальное внимание, сфокусированное на Глебе. — Я? — дрожащим голосом. — Не я же. — Ничего. Ничего страшного. — Так ты останешься? — Придётся.       Не стала я рассказывать, что произошло. Мне не нужны разборки на ночь глядя, тем более в день рождения. Оставаться здесь тоже не выход, но оправдания своему возражению, кроме приставаний Глеба, у меня в запасе не нашлось. Пришлось согласиться. Даня заботливо расстелил мне диван, притащив от себя простынь, подушку и одеяло, а сам, разбудив Ефима, принялся за уборку. Что удивительно, Глеб ко мне больше не лез, он просто молча сидел рядом и пялился в стену, пока я наблюдала за процессом уборки и вскоре заснула.       Утром, конечно же, меня никто не разбудил. Весь дом спал мёртвым сном. Глеб никуда и не уходил, уснул здесь же, откинувшись на диван. Я потихоньку встала, вытянула из пуховика телефон, вызвала такси. И также тихо покинула дом.       Таксистом оказался тот же мужчина, что подвозил меня вчера. Верно, как только автоответчик сообщил адрес, он сразу понял, кого и куда надо вести. В любом случае до цивилизации мы добрались гораздо быстрее, чем до сюда. Только смысла в этом никакого не было, потому что как только я вошла в квартиру, на пороге меня встретила недовольная Лера.