***
2 октября 2023 г., 12:43
— Шур-шур-шур, — шуршат сухие листья под чёрными мохнатыми лапами Дика, который гоняется за собственным хвостом и заливисто лает.
Гермиона постоянно говорит, что пёс похож на своего хозяина, но хозяин с ней не согласен, утверждая, что Дик похож на Сириуса. Когда Гарри смотрит в умные карие собачьи глаза, становится теплее на сердце, словно крёстный рядом с ним.
Кто знает, может, существует реинкарнация? Наверное, Отдел Тайн знает, но Гарри неведомо.
Отдел Тайн, как и, собственно, магическая Британия остались в прошлом, а в настоящем имеется маггловская квартира в обычном, не фешенебельном, районе Лондона и озорной пёс по имени Дик.
Гарри думает, что он здесь ненадолго, пока не утихнут разговоры о победителе Волдеморта и имя Гарри Поттера не затрётся в суете будней и других событий. Затем он вернётся в мир магии, ведь быть волшебником ему нравится, а вот повышенное внимание — нет.
— Фить-фить, — свистит Гарри, подзывая пса. — Дик, домой.
Дик бросает погоню за хвостом и, подбежав, радостно запрыгивает на Гарри, облизывая лицо влажным языком и оставляя на пальто обрывки золотых листочков и немного земли.
— Всё-всё, — смеётся Гарри, — хватит. Идём.
Он цепляет поводок на ошейник, и они вдвоём не спеша идут к дому.
— Здравствуйте, миссис Робердсон, — вежливо здоровается Гарри с пожилой женщиной, что выглядывает из окна на первом этаже.
Он знает, что с соседями нельзя ссориться, иначе житья не дадут.
Особенно с бабульками, у которых фиолетовые волосы.
Гарри думает, что это выражение крайней эксцентричности, и побаивается их.
Бабулек, конечно же, не волос.
Гарри загоняет пса домой, моет ему лапы, наливает себе травяного чая с облепихой и собирается хорошенько отдохнуть в своём кресле-качалке. Рон, когда впервые увидел кресло, долго ржал, говоря, что Гарри превратился в старика, раз купил подобное.
Гарри не спорит, он действительно бесконечно стар внутри, потому что единственное, что хочется — покоя и чая.
Гарри глотает обжигающий напиток, втягивает носом осенний воздух, который проникает через открытую дверь балкона, и… внезапно ощущает запах табака.
— Чёрт, — ругается Гарри, проливая на себя чай и вскакивая с места. Он бежит на балкон и пытается понять, откуда идёт запах и какой мерзавец сейчас курит, отравляя лёгкие не только себе, но и соседям.
Ни сверху, ни снизу никого нет, а запах — есть. Причём уже только в квартире Гарри, потому что всё зашло внутрь.
Когда запах выветривается, Гарри успокаивается и спокойно допивает свой чай, правда уже без должного удовольствия.
Часа через три Гарри снова чует запах сигарет в своей квартире, снова выбегает на балкон, и по-прежнему никого не обнаруживает.
Видимо, пока негодяй курит, дым только начинает распространяться, а в квартиру Гарри проникает уже тогда, когда тот докурил.
Гарри, проветрив, с негодованием закрывает балконную дверь и ложится спать.
***
Следующие три дня Гарри продолжает ловить куряку, но у него ничего не выходит. Тогда он решает прибегнуть к помощи тяжёлой артиллерии и обращается к миссис Робердсон, расспрашивая о своих соседях над и под его квартирой. — Под тобой живёт мужчина, работает в службе доставки, — охотно делится миссис Робердсон, игриво поправляя свои ужасающие фиолетовые локоны. — Приходит в шесть вечера. Ни с кем не общается; он вполне может курить на балконе. Гарри кивает, думая, что после шести навестит его. — Над тобой живёт молодой парень, тоже недавно заехал, студент. У него, кстати, и собачка есть, но не как у тебя — дворняжка (на что Гарри недовольно хмыкает, Дика он взял из приюта, и тот ничем не хуже породистых собак), а породистая. Выгуливает он её в четыре-пять утра. Гарри благодарит миссис Робердсон, на что она суёт ему плесневелые плюшки с маком, которые он выкидывает по приходу домой.***
Сосед снизу оказывается добропорядочным и законопослушным гражданином, поэтому просто материт Гарри, отрицая, что именно он является заядлым курильщиком, и наглядно аргументирует свои слова увесистым кулаком. Гарри решает, что доставщик пиццы не врёт, — аргумент показался ему крайне весомым, — поэтому он встаёт в половине четвёртого утра и высматривает в окно, не гуляет ли какой-нибудь молодой парень с породистой собакой; хочется заранее предугадать все аргументы и доводы. Предрассветную мглу рассекает свет фонаря, и Гарри наконец замечает высокую стройную фигуру в плаще и кепи с английским бульдогом на поводке, возвращающуюся домой. Парень не кажется ему таким же добропорядочным, как курьер мистер Бонс, поэтому Гарри решает посетить соседа вечерком. Утром слишком замедленная реакция на всё происходящее, вдруг он всё-таки упустит какое-нибудь очень важное доказательство невиновности, например, в свой нос. Гарри одевается и тоже выводит Дика гулять.***
Вечером Гарри собирается с силами и идёт наверх к своему соседу в кепи, надеясь, что разговор пройдёт более-менее мирно, и, возможно, этот пижон внемлет просьбам и перестанет курить. Гарри склонен думать, что курит именно сосед сверху. Подумать только, убийца самого ужасного Тёмного Лорда теперь страшится маггла. Но, к сожалению, магию к магглам лучше не применять, придётся обороняться, если что, кулаками. Он решительно стучит в дверь. Примерно через минуту та распахивается, являя хозяина квартиры, босоногого и обнажённого по пояс. Сразу становится понятно, что заядлый курильщик, из-за которого квартира Гарри пропахла табаком, это он, потому что в зубах у него вызывающе дымится сигарета. Гарри подслеповато щурится, рассматривая буйные кудри, тёмные глаза, золотисто-смуглую кожу, и понимает, что знает своего соседа давно. Перед ним, окутанный сизым облаком, Теодор Нотт — бывший однокурсник, слизеринец и друг Драко Малфоя. Вот прямо здесь: в маггловском районе, в маггловской квартире с маггловской сигаретой во рту. — Нотт, — презрительно выплёвывает Гарри. — Не доброго тебе дня. Я твой сосед снизу. Ты в курсе, что твой сигаретный дым проникает в мою квартиру? У меня уже все вещи пропахли табаком. Ты мог бы курить не на балконе? Красноречивым ответом служит захлопнувшаяся перед самым носом Гарри дверь, оставляя его с этим самым носом. Он ещё раз громко стучится, но абсолютная тишина в квартире говорит о том, что мерзавец поставил Заглушающее.***
Запах сигарет становится неизменным спутником Гарри, отравляя существование и одежду. Гарри упорно не желает закрывать балкон, ведь оттуда видна прекрасная картина парка, деревья которого сейчас покрыты золотым. Тогда он предпринимает ещё одну попытку разговора и выводит Дика гулять в четыре утра, чтобы столкнуться с Ноттом. Тот по-прежнему выглядит как пижон, одетый в длинный плащ и кепи, из-под которого топорщатся кудри. Его бульдог злобно скалится, завидев Гарри и Дика, а сигарета во рту Нотта угрожает кольцами дыма, от которых першит в горле. — Теодор, послушай, давай решим вопрос мирно. Ты нарушаешь мои права, когда куришь. Я не должен из-за тебя подвергаться пассивному курению, — миролюбиво начинает Гарри, оттаскивая Дика от бульдога. — Попробуй активное, — почти не размыкая губ, отвечает Нотт. — Нет, ты не понимаешь, — Гарри еле сдерживается, чтобы не начать хамить, — я могу написать на тебя заявление. Ты хочешь проблем? Всего-то — перестань курить на балконе. — Угрожаешь, Поттер? — Нет, — Гарри сжимает кулаки и цедит сквозь зубы. — Пытаюсь воззвать к гражданской ответственности. — Понял тебя, — лениво ответил Нотт. — Правда? — Конечно, — он затягивается и выпускает струю дыма прямо в лицо Гарри. — Мать твою, что ты творишь? — бесится Гарри. — Я же попросил не курить! Нотт делает круглые удивлённые глаза. — Я думал, речь шла о балконе, — нагло отвечает он, а бульдог злобно рычит. Гарри яростно пинает кучку листьев, взметая их вверх, и уходит, волоча за собой Дика.***
Дворник подметает опавшие листья, и они кружатся в янтарном вихре, который пытается поймать Дик своей пастью. — Ишь какой активный, — глядя на пса, усмехается дворник, и его лицо добродушно сморщивается. — Посмотри-ка, как ему нравятся листочки. Гарри согласно кивает, наблюдая за не в меру активным животным. — А гляди, как листья-то танцуют свой танец. Словно в вальсе, — говорит словоохотливый старый дворник. Гарри снова кивает. — Хотя нет, — сам себе возражает мужчина. — Вальс слишком суматошный, это больше к зиме и её снежинкам. Осенний листопад как блюз — неторопливый, вальяжный, немного пьяный, но, несомненно, утончённый. Знаешь, парень, осенью хандрить лучше всего под блюз. — Да вы настоящий писатель, — замечает Гарри, удивляясь философски-размышляющему дворнику. — Не-ет, — улыбается тот в седые усы, — я музыкант. — И на чём играете? — Дык на чём… на метле, конечно, — смеётся дворник и продолжает мести, насвистывая какую-то мелодию.***
Гарри качается в своём кресле и внезапно слышит, как в квартире сверху что-то гремит в районе балкона. Он выбегает уже на свой балкон и опирается спиной на ограждение, запрокидывая голову, чтобы поймать своего соседа с поличным. Нотт в распахнутой белой рубашке на голое тело (в такую-то погоду!) облокачивается на перила резного заграждения и самым дерзким образом затягивается сигаретой, выпуская дым, который клубится прямиком в сторону квартиры Гарри. Гарри хочет гневно окликнуть его, но крик замирает в горле, когда он случайно задерживается взглядом на смуглой обнажённой коже, так резко контрастирующей с белой мятой тканью, крепких стройных ногах и белых трусах, едва тронутых полами пресловутой рубашки. Он прикрывает глаза, чтобы не пялиться на слишком аппетитные ягодицы, ощущая разрастающийся жар в паху, а когда, спустя мгновение, открывает, наталкивается на пристально смотрящего на него сверху вниз Нотта. — Поднимайся, разговор есть, — говорит тот и исчезает с балкона. Гарри, как заколдованный, выходит из квартиры, предварительно наказав Дику вести себя смирно в его отсутствие, и поднимается к знакомой квартире. Он не успевает постучать, как дверь распахивается, Нотт всё также в одной расстёгнутой рубашке и трусах облокачивается на дверной проём. — У меня есть тыквенный пирог, — произносит он, — музыка на пластинках и желание заняться сексом со своим соседом снизу. Если тебе нравится что-то из вышеперечисленного, то заходи. Гарри нерешительно мнётся, залипая на белые боксеры Нотта, почти не скрывающие полувставший член. — Считаю до трёх и закрываю дверь. Один… Два… «Три» растворяется в громком стуке захлопнувшейся двери, оставляя лестничную площадку совершенно пустой. За окном подъезда продолжают кружиться жёлтые сухие листья под мелодию блюза, которую насвистывает старый морщинистый дворник, подметая асфальт.
