Праздник МежГалактической Академии КиберЗащиты

Литон снова вызвал приятеля: — Отец сказал, что надо спросить Директора: автор стихов — его предок. — …себе! — бурно отреагировал Дигон. — Получается, что роялти до сих пор отчисляются ему, как наследнику. — Очень может быть, друг мой, — невольно скопировал манеру отца Литон. — Но спросить надо. Ты со мной? Кстати, как насчёт поиграть на бас-гитаре? — Давай сначала спросим, а потом уже будем инструменты выбирать. Встречаемся через пять минут на площадке. — Дигон отключился. Через десять минут приятели уже стучались в дверь кабинета Директора. Дверь распахнулась наискось, и юноши робко переступили порог. Внутри их встретил кабинет, который больше напоминал командный центр космической базы, чем привычный офис. Повсюду сияли гладкие поверхности из хромированного металла и стекла с лёгкой голубоватой подсветкой, подчёркивающей строгий, минималистичный стиль. Стены были покрыты панелями с голографическими экранами, на которых мелькали данные и схемы — постоянно обновляющиеся, словно живые. Высокотехнологичные приборы и сенсорные панели были органично встроены в мебель. В центре комнаты стоял массивный стол из тёмного кристаллического композита с встроенной голографической картой Трёх Галактик — она медленно вращалась, демонстрируя звёздные системы и маршрутные линии. За столом в удобном кресле из материала с памятью формы сидел директор Сандерс Фотон. В углу комнаты располагался небольшой музыкальный уголок: акустическая и электрогитары висели на тонких магнитных держателях у стены, а рядом стояла компактная драм-машина с сенсорным интерфейсом — яркий контраст с минимализмом кабинета, но аккуратно вписанный в общую технологическую эстетику. Мягкий свет из встроенных потолочных панелей создавал приглушённую атмосферу, подчёркивая, что сюда курсанты заглядывают редко — кабинет словно пропитан уважением и деловой сосредоточенностью. Воздух был слегка прохладным, с едва уловимым запахом электронных компонентов и нового металла — напоминание о высоком уровне технологического развития Академии. Дверь распахнулась наискось, и юноши робко переступили порог. — Здравствуйте, курсанты, — с уважением произнёс Сандерс Фотон, вставая из-за стола. — Проходите, не стойте на пороге. — Здравия желаем, Мастер Фотон, — хором ответили Литон и Дигон. — С чем пожаловали? Какая проблема? — Директор, поднявшись из-за массивного стола, пригласил их внутрь. — Проходите, не стойте на пороге. Литон глубоко вдохнул, словно собираясь с духом, и выпалил: — Мастер Фотон, это правда, что Александр Тайх — Ваш предок? — Очень интересный вопрос, — задумчиво произнёс Директор. — А вы откуда о нём знаете, юноша? — Я нашёл его песню. «Признание в Любви» называется, — смущённо ответил Литон, чувствуя, как сердце забилось сильнее. — И? — Хотел бы исполнить её на Празднике. Фотон внимательно посмотрел на Литона, а затем медленно кивнул: — Да, это мой предок, и я являюсь его наследником. Вы правильно поступили, что пришли ко мне за разрешением. Иначе последствия могли бы быть весьма серьёзными, — голос Директора стал более строгим. — Я же говорил! — не выдержал Дигон, слабо сдерживая улыбку. — Однако предок оставил важное условие: песня требует исполнения либо группой из четырёх человек, либо сольным исполнителем с гитарой. У вас есть состав? — Фотон вновь внимательно посмотрел на ребят. — Я играю на электрогитаре, акустической и полуакустической, — ответил Литон. — Дигон мог бы взять бас. — Отлично. А соло и барабаны? — голос Фотона стал чуть мягче. — И помните, ребята: группа должна сыграться так, чтобы каждый понимал другого без слов — по взгляду, по движению брови. — Отец говорил, что Вы когда-то играли на соло-гитаре, — добавил Литон, садясь на диван, где уже устроился Дигон. — Отец немного ошибся, — улыбнулся Фотон. — Я играл на ритм, но немного умею и соло. Так… Ритм есть, соло есть, бас есть. Осталось найти барабанщика или использовать драм-машину. — Ещё один момент: предок писал, что обычно песня исполняется наедине, девушке. У кого-то из вас есть дама сердца? Хотите сказать ей о своих чувствах публично, так? — Не совсем так, Мастер, — вступил Дигон. — У нас есть девушки, но мы не собираемся называть их имена. Пусть каждая курсанка думает, что именно ей посвящена эта песня. — Хитро, — одобрительно хмыкнул Директор. — А репетировать собираетесь в свободное время? — Да, Мастер. И ещё… Вы собираетесь играть соло? — Вы меня фактически назначили соло-гитаристом, — рассмеялся Фотон. — Простите, Мастер. Это отец у меня авторитарный, иногда прорывается. Но раз текст Вашего предка, то петь должны Вы. — Нет. Я старше вас всех, включая курсанток. Не могу петь «я люблю тебя», даже если песня посвящена всем девушкам Академии. — Логично, — кивнул Литон. — А жена у Вас есть? — Сдурел?!? — воскликнул Дигон. — Проехали, молодые люди, — серьезно ответил Директор. — Эта информация не для разглашения. — Простите, Мастер, вырвалось, — покраснел Литон. Фотон сел обратно за стол и произнёс торжественным голосом: — Подводим итоги. Разрешение дам с условиями: исполнение только на Празднике, в стенах Академии. Никаких записей на носители. Текст — наизусть. Мелодию я покажу позже. Всё это должны знать — ВСЕ — участники группы. Репетиции — только в свободное время, никаких прогулов. Учитесь хорошо. Репетиции не должны мешать режиму. Сонные курсанты на занятиях не нужны. Дигон покрутил головой: — Жёстко. — А вы думали, что к бабушке на пирожки попали? — усмехнулся Фотон. — Других условий не будет. Или будут, но жёстче. — Мы согласны, господин Директор, — произнёс Литон, незаметно подталкивая локтем приятеля. Директор щёлкнул пальцами, и в комнате зазвучал голос далёкого предка, мягко сопровождаемый звуками акустической гитары. Наконец, песня умолкла. — М-да... Нам до него — репетировать и репетировать. Ещё и акценты правильно расставить — вздохнул Дигон, — текстовые и музыкальные. Ты понял, на что подписался, чудик? — он саркастически покосился на приятеля. Ну хоть кто-то понимает всю эту движуху, — подумал Литон, чувствуя, как в груди закрадывается лёгкое волнение. Смогу ли я выдержать этот ритм? — Ой вей, — ввернул древнюю фразу Литон. — таки не делай мне нервы, их есть где ещё испортить. Лучше посмеяться, чем нервничать. — Спорить вы можете в другом месте, юноши, — Фотон снова поднялся из-за стола, намекая, что аудиенция закончилась. — Ой, да. Спасибо за разрешение, Мастер Фотон. А когда будет первая репетиция? — Дигон обернулся от двери, уже настраиваясь на действие. — Вам придёт сообщение, музыкант, — сухо ответил Фотон. Серьёзно, ничего не забить... — промелькнуло у Литона в голове. Первые шаги — самые важные.