Помешанные на любви

Кто бы мог подумать, что всё получится именно так. Гммм, наверно, нужно кое-что пояснить для начала. Хорошо. Сейчас я сижу в ТЦ, жду начало какого-то очередного американского боевика, а самый красивый, умный, смешной и умопомрачительный парень в мире, по которому сохнут все девчонки, покупает нам сырный попкорн. Ха, да, кстати. У нас свидание. И всё же начать я должна не с этого… *** — Ты идти вообще собираешься? Недовольная Оля склонилась над моей партой. Идеальный пучок светло-русых волос на затылке, отглаженная белая рубашка и строгая чёрная юбка — карандаш — всё это делало мою лучшую подругу до жути похожей на нашу математичку. Что, кстати говоря, комплимент, ведь Зоя Павловна с самого первого дня в нашей сумасшедшей школе стала той, кому завидуют все девочки (и женщины), и той, в кого влюбляются все парни. Везёт же… — ЛОООООООРААААААА! — взревела Олька мне прямо на ухо и, тут же поняв, что вышло слишком громко, начала быстро осматриваться. Она не любила показывать эмоции на людях, стеснялась своих вечных всплесков чувств, поэтому тщательно скрывала то, что на самом деле она человек, а не бездушный робот. И всё же сейчас бояться ей было нечего — класс уже давно опустел, и лишь ворона, сидевшая по ту сторону окна, противно каркала. Чуть географию нам не сорвала. Бедный Владимир Валерьевич, или в простонародье Шэрри (нет, мы любили «Лунтика», а не французский), добрых пятнадцать минут пытался выгнать птичку. Ну, как выгнать, такого он не умел. Поэтому просто пытался уговорить её улететь к себе «домой», ведь «не стоит мешать бедным детям заниматься. Зачем так делать? Наверняка у такой красивой птицы есть дела поважнее, чем каркать на уроке. Скоро зима, нужно готовиться…» и всё в таком духе. Я до сих пор считаю, что наш географ прилетел с какой-то другой планеты. Планеты добрых людей. Ведь даже наша школа (!) не смогла убить в нём эту детскость и любовь к жизни. И вот эта ворона вернулась. Зло всё-таки выиграло. Как всегда. — Если я сейчас уйду, то ты больше никогда меня не увидишь.- заявила Оля своим фирменным генеральским тоном. — Ни-ког-да. — Вот трагедия. А кто же тогда будет тырить у меня ручки? — Агххххх, хватит препираться! И пошли уже!!! Что поделать, пришлось вставать. Закинув пожитки в рюкзак, я вот в который раз заглянула в глаза Пятому, смотревшему на меня с одного из десятка значков, прицепленных к сумке. Да, я немного помешана на побрякушках. И сериалах. И мальчиках. Ладно, о последнем стоило бы умолчать. Задвинув стул, мы НАКОНЕЦ вышли из класса и, под Олино бурчание о " капушах, не считавших времени», спустились вниз, к раздевалкам. Этот учебный день закончен, но сколько ещё таких впереди… Опять. Опять я слишком много думаю. Не стоит грузиться раньше времени. Да, мне сидеть здесь ещё целых три года. Целых три года стрессовать из-за феноменального количества домашки, из-за своего глупого вида, из-за … Да, снова не успела. На вешалке, принадлежавшей 9 «А» осталось висеть только две куртки — белая Олина и чёрная моя. Его куртки не было. Он давно ушёл. Какая я всё-таки дура.