Страх пустоты

Смерть — это нет, Смерть — это нет, Смерть — это нет. Марина Цветаева

Я сделал глоток принесенного мне в комнату чая, надкусил печенье и, стряхнув с пальцев крошки, задумался. Дориан не появился ни вчера, нарушив тем самым договоренность, ни утром, чтобы объяснить причину. Что же, мне не трудно самому зайти к нему — планов все равно никаких не намечается. На том и порешив, я раскрыл вечернюю газету и, держа чашку в руках, бегло прочел новости. Графиня Солсбери открыла выставку, Гастингсы на пороге банкротства — неудивительно, их наследник обладает незаурядным талантом тратить деньги, особенно, когда их нет. Что еще… Это скучно, это пошло, это попросту смешно. Случится ли когда-нибудь нечто стоящее в этом глупом веке? Вряд ли. Так, биржа, некролог… К черту некролог, к черту смерть. Хотя — что же это? Дориан?... Отставив чашку, я внимательнее вгляделся в строки. «Загадочная смерть загадочного аристократа в собственном доме». С минуту я слепо глядел в никуда. Я никак не мог вполне осознать смысла этих слов — что это значит, мертв? Какие-то часы назад я слушал, как он, удивительно юный, играет Моцарта. Несмотря на его очевидную наивность и порою даже глупость, я в некоторой мере завидовал ему. Тому, как он смог сквозь годы пронести свою юность — и внешнюю, и внутреннюю. Он будто бы вовсе не изменился за все это время, а потому видеть его рядом с собою было подобно возвращению в мои полнокровные красоту, смысл и жизнь — все они уже истончились, обратившись в блеклое подобие самих себя. Бросив газету, я спустился вниз и, проигнорировав недоуменные попытки слуг подать пальто, быстро накинул его и вышел из дома. До Грея недалеко, а ждать кэба у меня не было ни малейшего желания, так что я отправился пешком. Однако спустя пару минут судорожно быстрой ходьбы на грани бега я резко остановился. Куда я спешу? Убедиться в смерти Дориана. Зачем? Разве его имени в некрологе недостаточно? Из раздумий меня вырвал прохожий, задевший мое плечо. Я, будто очнувшись ото сна, судорожно посмотрел по сторонам. Оживленная улица, галдящая толпа спешит в свое никуда. Обыкновенный и привычный гомон вмиг обратился в нечто жуткое. Фигуры, движения, звуки — все это стало казаться иллюзией, которая разрушится, стоит мне притронуться. Она разрушится и выставит напоказ свою бессмысленную по сути природу — эдакий лабиринт пустоты, единственный выход которого ведет к Концу суеты, мыслей, забот... меня. — Лорд Генри, какая встреча! Право, я давно пытаюсь поговорить с вами. Видите ли, мне бы не помешала ваша помощь в одном деле... Этот резкий и неприятный звук привлек мое внимание, на кончике языка уже привычно вертелся универсальный ответ подобным незнакомцам-наглецам, но тут мой взгляд упал на его лицо. Оно было блекло и постно, и ничего собою не представляло, однако отчего-то вызвало тревогу. Казалось, будто это лишь маска, а за ней — та самая пустота. Игнорируя его продолжающуюся болтовню, я окинул взглядом людей вокруг и вскоре понял, что все передо мною будто бы лишь зыбкая личина. Тряхнув головою, я вновь отправился к дому Дориана, пытаясь урезонить обыкновенно столь надежный и прагматичный разум. Ни к чему поддаваться этому глупому безумию — я пойду и выясню, что произошло, вытесню этот сумбур логичными фактами.