Голод по жизни

      Я улыбаюсь с закрытыми глазами. Да, я давно не была так влюблена. И почему-то хочется верить, что когда-то это будет взаимно. Я влюблена в всадника. Голод. Он мне понравился по самой не ясной из всех возможных причин. Я и сама не поняла, как и почему это вышло. С другой стороны я хочу его убить, как смогла убить Войну, и мечтаю убить Чуму. Я представляю, как Голод обнимает меня, целует, как курит во время того, как я обнажена и лежу рядом с ним, как он стоит на коленях перед мной, как он восхищается мной, и это, конечно, взаимно.       Я не знаю причину, по которой меня так манит к не человеку, к монстру, к врагу в конце концов. И я не знаю о нëм ничего, кроме каких-то жалких и никчëмных крупиц, которые знают все. Мне никогда не нравился такой тип внешности, как у него, и это тоже не ясно мне. Бледный и скучный. Но меня тянет к нему, тянет так, что сложно держать лицо. Конечно, я боюсь его, он намного сильнее меня. Но я не могу понять, чего во мне больше, желание убить его, страха за собственную жизнь и весь мир в целом, или желание чтобы он поцеловал меня, чтобы носил меня на руках, чтобы... Не думаю, что это возможно, но чтобы полюбил меня. О, Шепфа, вот это я влипла. Как глупый подросток, который первый раз влюбился, и не знает, что с этим делать.       И самое интересное, я хочу развеять его скуку. Нет, я не глупая, понимая что максимум через лет десять я ему надоем, и он меня убьёт. И он не стоит того, чтобы я не боролась с ним, ради десяти лет с ним.       Я мечтаю убить, и хочу быть с ним, хочу видеть его улыбку. Но разумнее первое. И даже если между нами, что вряд ли, глупо о таком даже мечтать, будет, то это не должно поменять моих планов, относительно того, что убить его я обязана, при любой попытки.       А как я могу его убить? Надо подумать логически. Войну я убила любовью. Смерть, наверное, можно победить жизнью. А Голод... Сытостью? Нет, что мне его теперь, накормить? Это бред. Хорошо, тогда может его убить скукой, раз она его так бесит? Нет, она его бесит, но не убивает. Да и не бесит, он с ней живёт.       Я резко открываю глаза. Ничего не понимаю. Так, надо прекратить паниковать. Я же уснула в Ордене Сопротивления. Что я тут делаю сейчас? Сон? Нет, это не сон. Бессмертным сны не снятся просто так. Но сейчас я в какой-то другой комнате. Я первый раз её вижу. И вижу сидячего напротив меня, на другой одноместной кровати, держа в руках сигарету, и делаю затяжку, с интересом смотрящего на меня того, о ком думала только что. Голод.       Расположение мебели точно такое же, но тут темнее, и темнота это почему-то красным отдаëт, будто кровью пропитана, и сама мебель других цветов. Почти одно и тоже, но от этого почти страшно становится, не по себе, жутко как-то от не знания, не понимания происходящего. За окном тоже ночь, красная и тëмная, как внутри глубокой раны.       -Тебе нравится? Это ты создала комнату, - спрашивает Голод.       -Как? Я не умею этого делать, - отвечаю я, и улыбаюсь. Чëрт, ну нравится мне его взгляд, как он курит, как спокойно говорит. Кажется, что он из Всадников единственный, кто не ненавидит всех тут, людей, бессмертных. Ему может и всё равно, равнодушен, но есть в нëм и самоуважение, и даже уважение к другим. Это, наверное, выделяет его, и делает этого монстра в глазах глупой и слабой бессмертной.       Голод усмехается в ответ, кривая улыбка на его лице.       -Ты создала это, потому что я так захотел.       -Не хочу вытягивать из тебя информацию. Не хочешь, молчи, - говорю я.       -Ты её не вытягиваешь. Я даю тебе все ответы, просто не так открыто, как ты привыкла их получать. Ты скучала по мне? - с уверенной улыбкой, будто заранее зная ответ, спрашивает Голод.       -Чего? Что за глупые вопросы. Конечно, нет. Мы не друзья, сам сказал.       -Не друзья, - серьёзно ответил Голод, - но мне понравилось с тобой разговаривать.       -А меня ты не хочешь спросить, понравилось ли мне? Конечно, нет. Тебе не интересно это.       -Я знаю ответ. Тебе интересно, как минимум, общаться с любым из Всадников. Тебе понравилось общаться с Войной? - равнодушно спрашивает Голод, но мне показалось что его взгляд потемнел. Жуть. И красиво одновременно.       -Да, это было интересно, но не на столько, чтобы...       -Чтобы не убивать его, - закончил за меня Голод.       Могу я называть его мужчиной? Они имеют пол, но он для них не имеет реального значения.       А как бы звучало. Мой мужчина Голод. Правда некому всё это будет говорить, если всех убьют. Эх, а ведь и он будет идти к этой цели. Меня расстраивает эта мысль сейчас, когда мы так хорошо, ну или почти хорошо, разговариваем. И тут, бац, пропало всё желание. Хочу остаться одна, и обдумать всё. Я выдыхаю и закрываю глаза. Может быть, если я думала о нëм, и он оказался рядом, то может быть и наоборот? Я буду думать о Мими, об Ордене Сопротивления, и окажусь там? Надо попробовать. Главное сосредоточиться на этих мыслях, поверить, что я уже там.       -Вики, - услышала я голос всадника, и почувствовала запах сигарет. Видимо сосредоточиться мне будут мешать. Но я всё же... Ай, ещё минуту по буду рядом с ним. И всё, забуду о нëм.       Я открываю глаза, и вижу что он стоит над моей кроватью. И как же он красив в этом красном, кровавом свете... Как же он физически и ментально манит меня. Тяжело дышать под его взглядом. Он выкидывает сигарету.       -Ты думала обо мне, - говорит Голод, - и если тебе интересно, это взаимно. Обычно я ни о ком не думаю. Ты первая.       -Надо же, - растерянно отвечаю я. Мне очень нравится слышать его, нравится то, как он честен со мной, и что думал обо мне. Да не стой ты, ложись рядом со мной, я постараюсь сделать так, чтобы привычная скука на это время, пока мы вместе сейчас, ушла из твоей жизни!       -Ты сильная бессмертная.       -Я то? Ты же видел Мальбонте. Вот кто силён.       -Ты не его тень, - отрезает голосом Голод.       -И не твоя, - я ухмылкой отвечаю я, даже не замечая, как начинаю флиртовать, что не делало с момента, когда была восемнадцати летней девчëнкой, не заметила как перешла границу, что увлеклась, как с мальчишкой, в которого влюбилась по уши.       -Я был бы не против, если бы ты была моя. Но ты и не моя. И не будешь ею. Надеюсь, - отвечает Голод, и смотрит на меня. Я в лëгкой ночнушке, и сейчас, под его, пусть и равнодушным, но пристальным взглядом, смущаюсь, хочу прикрыться. Он гладит меня, проводит по лëгкому шëлку. Я стараюсь не показывать, но тело получает кайф, да и само осознание того, что он, Голод, такой недоступный, делает это, мне безумно нравится. Господи, я так давно на мужчин не реагировала.       -Тебе не противно? - спрашивает Голод, и смотрит мне в глаза.       Логично бы ответить, что да. Но я не хочу. Хочу бросить всё сейчас, бросится в омут с головой.       -Нет, - отвечаю я как-то ласково, и громко для такой тихой атмосферы.       Голод будто и сам растерян от того, что сейчас между нами происходит.