Даже сдохнуть нормально не дают

Усяню на всё это хотелось скукурузить такое лицо, что даже спина Лань Циженя не видела его никогда, а это ого-го какой звоночек. Но оставалось лишь держать его, потому что уж очень не хотелось объяснять Фэн Синю и Наследному принцу почему у него эмоции будто он проглотил эту несчастную собаку так ещё и целиком. Се Лянь, которому проблема показалась мизерной по сравнению с этим скандалом, спросил: —И всё из-за того что пропала собака? Животное нашлось? Усянь вместе с Фэн Синем одновременно показали головой, затем второй произнёс: —Да если бы, обглодали и кости выбросили, кто же сейчас кости найдёт? Но судя по их реакции украли собаку действительно не они. —Спорим что если собаку и украли, то это были тёмные заклинатели, им ведь так нужны собаки на эксперименты—Сказав это с полной серьёзностью и погладив подбородок будто у него была борода, как раньше любил делать Учитель Лань. Фэн Синь от такого захотелось прыснуть, от смеха. Се Лянь же не поняв очевидной шутки, начал сразу говорить что собака очень бедная и несчастная раз попала им, а доверять чутью Му Цина по мнению принца всё таки надо, хоть он сам этому и не следует в основном. Усянь же поспешил успокоить божество, пока он себе что то ещё не накрутил и не пошёл их искать, гуй этого принца знает. —Ваше Высочество! Это была всего лишь шутка, не стоит всё так серьёзно воспринимать—от выражения которое появилось на лице принца когда он услышал слова Му Цина, но ещё не переварил значение его предложения. Фэн Синь всё такие не сдержался и прыснул, но быстро спрятал это за покашливание и в кулак. "Актёр Гуев"-подумал Усянь, но когда сам посмотрел на лицо Се Ляня только благодаря "врождённому актёрскому таланту." Сразу же не упал от смеха или не согнулся по полам. —Но не удивительно что взгляд Бао Чжэна был направлен на жителей столицы— Ему даже на секунду захотелось поделиться своим великим жизненным опытом с молодняком, но он прикусил язык. В это время простые люди начали кидать овощи и остатки в еды в людей Юньаня и оскорблять их, шепчась между собой о их невежестве. Усянь особо на это внимание не обращал понимая что всё должно мокро закончится и пришедших из дали накажут, но тут один из тех подал голос услышав о том что их опять обвиняют в воровстве. — Ты лично видел? — Усянь, Се Лянь и Фэн Синь повернули голову в сторону того человека который это сказал, первый на секунду замер признав в нём того мужчину у которого погиб ребёнок. Возмутившийся гражданин который и шептался о том что его обокрали с недоумением посмотрел на Юньанца и невольно ответил не ожидая что кто-то из этих решит с ним заговорить. — Что? — Ты лично видел как мы, люди из Юньаня, тебя обворовали или что-то украли? Гражданский затих, он был явно застигнут врасплох этим вопросом, пришлось быстро думать что отвечать, но он слова пришли быстро которые мужчина и начал излагать. — Своими глаза и я кончено и не видел, но до того как вы появились у нас всё было хорошо, а стоило вам явиться, как сразу начались пропажи и кражи! Лан Ин спокойно смотрел за злого и возмущённого мужчину и ответил: — Вот оно как, до этого кражу совершали ваши люди, но после того как появились мы вам стало удобно всё повесить на нас. Только закончив начало своего ответа, как ему в рот прилетел гнилой помидор, красный сок стекал по губам, напоминая рану которая могла остаться острым камнем. Лан Ин сразу выплюнул гнилой овощ и замолк больше не произнося не слова. Гражданский согнулся пополам от смеха от такого зрелища, выкрикивая что-то похожее на "Так и надо этому наглецу!". Се Лянь, в отличии от Му Цина который успевал ещё и слушать что говорят окружающие, отбивал острые камни чтобы людям не поразбивало ими голову до крови Фэн Синь тоже помогал. Закончилось всё ближе к вечеру, больше всего из людей устали стражники которым хоть немного, но приходилось прикрикивать на обе стороны и оттаскивать так и направивших горожан вылепить оплёху какому-нибудь Юньанцу. Воины решив что уже достаточно, подошли и сняли кандалы с "преступников" по приказу командира, да предупредили что если ещё раз такое повторится то их будут судить по всей строгости. Пожилые мужчины и женщины тут же согнувшись перед ними в поклоне поблагодарив за их милость и уверяли с улыбкой на старом лице что такого больше не повторится, видят боги сглазили их раз они так поступили, а после и удалились вместе с молодыми прочь. Лан Ин ушёл один, Усянь подгодав момент сказал Се Ляню что хочет кое-что проверить и пока принц ничего не сказал быстро ускользнул. Выбрав нужный момент, Вэй Ин показался из-за дерева в образе как и в прошлый раз, чёрная доули и светло-серую накидку с цветами хиганбаны на ханьфу и перегородил мужчине дорогу. Стоило ему появиться как Лан Ин захотел схватить того за горло и придушить, но признав по вышитым узорам на доули и накидке лишь произнёс. — Ты. Вэй Усянь заметив как тот резко спрятал руки, но при этом почти незаметно подумал что он довольно ловок, но вместо этого сказал. — Что ты здесь делаешь? Лан Ин посмотрел на него — Мой сын тут, значит и я буду. Усянь прикусил губу, вспоминая как он закапывал своего мёртвого ребёнка. Ни один родитель никогда не скажет что ребёнок погиб или похоронен тут, он скажет что он уснул, ушёл в лучшее место или просто лежит. Такая ложь больна, но она помогает не сойти с ума. — В Юньане в последнее время дела пошли лучше, появился дождь. — Усянь говорил спокойно, а из-за того что его лицо было не видно могло даже показаться что безразлично, Лан Ину до слов почти незнакомого человека не было никакого дела. — Мне всё равно будет дождь или нет, я не вернусь. Усянь смотрел как мужчина уходит, долго смотрел, он переживал что тот может что-то устроить, он видел таких людей издалека, жизнь наловчила, когда он скрылся, скрылся и Вэй Ин снимая чёрную ловли с вышитыми лотосами и ханьфу с цветами смерти. Давно привыкший к смертям и таким противостояниям между слоями общества, людьми отличающийся от други, понимал чем примерно всё закончиться, но наследный принц нет, он был ещё ребёнком в глазах государя, старшего советника, владыки небес и бывшего тёмного заклинателя чьё имя было известно каждому заклинателю в прошлом. Все они смотрели на принца с тяжёлым взглядом стоило тому сказать что он хочет спасти всех. Что же касается событий которые неминуемо случились, так то что государь "выгнал" всех Юньанцев из столицы с таким указом: "Каждому будет выданы деньги и минимум еды на пару дней чтобы они могли обосноваться в других городах." Их же было уже больше 500 человек, пару тысяч, две или три, постоянные драки и споры которые не могла остановить даже стража, хотя что 2-3 человека, даже хорошо обученных, могу сделать с 50 человек которые участвовали только в одном конфликте. Пришлось принимать такое непростое решение отцу-Государю. Перед беженцами стекавшим на Восток были резко закрыты ворота в столицу.