С нежностью к тебе

Альхайтам был неразговорчивым, хмурым, незаметным. Он был таким в детстве, и сейчас, в свои подростковые годы, не изменился. В обществе это называется интровертностью, но Альхайтам назвал бы это... незаинтересованностью. Хайтам был убеждён, что каждому человеку есть замена– идентичный, подобный точно где-то да найдётся. А если на каждого имеется замена, есть ли смысл искать себе спутника жизни? Но возможно в своих таких размышлениях он совершил ошибку. Может, пару. Может быть все его такие мысли были неправильными. Кавех – человек-светило своего даршана. Его почитают и уважают, пророчат великое безбедное и беззаботное будущее. Все стремятся иметь с ним знакомство, а профессора без ума от талантливого ученика. Аль-Хайтам, из-за силы слухов, был и раньше наслышан об академисте и умалять его заслуги не было смысла. Кроме всех прочих лестей, девушки хвалили его внешность, а парни на это кивали и прятали горящие щёки. Волей-неволей, Хайтам думал о том, действительно ли существует человек преуспевающий во всём: Красив, умён, добр, талант среди талантов. Такого и заменить невозможно. В конце концов, Альхайтаму довелось увидеть и узнать человека, скрывающегося под описанием "идеальный". Кавех был слегка... непонятным. То ли из-за своей доброты, то ли от собственной глупости, но парень всегда подсаживался к Хайтаму, пытаясь вывести на разговор. Талант Кшахревара задавал глупые вопросы, вёл бестолковые беседы, словно они уже были друзьями. Каждый разговор – хотя вернее назвать это монологом – начинался с садящегося Кавеха; он нежно улыбался и приветствовал молчаливого "собеседника". Каждый их разговор заканчивался уходом Альхайтама; он приподнимал бровь и, закидывая сумку на плечо, не проронив ни звука, оставлял человека, что болтал без остановки часы подряд. Но Кавех не оставлял попыток подружиться, даже наоборот – подсаживаться стал не только после занятий, в библиотеке, но подходил на перерывах, сопровождал к кафетерию. Глупо это было. Друзья Кавеха тоже так считали. «Каве, отстань ты от него уже. С ним пытались заговорить множество раз, не только ты. Ты ему неинтересен, он просто зануда». Отчего-то, студент Кшахревара не послушал даже их, всё чаще начиная разговор с мимо идущим Альхайтамом. – Ты читаешь историю Академии? О, ты знаешь, у Академии довольно необычное строение, хотя здание выполнено в стиле Сумеру, но всё-таки выделяет его среди остальных множеством деталей. Вообще, это самая лучшая постройка, по мнению многих профессоров и архитекторов. Красота и прелесть в том, что достаточно сложно спроектировать и построить аккуратную и удобную конструкцию в дереве, но наши предки смогли!.. Эй, тебе удобно, твои волосы закрывают глаза? Осторожнее, – Кавех оказался перед Хайтамом и аккуратно убрал пряди за ухо, стараясь не касаться кожи парня, – Так намного лучше. У тебя красивые глаза, но дело даже не в том, что ты их прячешь за волосами, а в том, что это достаточно опасно. Ты можешь чего-то не увидеть; и потом – если постоянно так закрывать глаза, можно сильно испортить зрение. Тебе пойдут очки, но не думаю, что ты сам хочешь носить их постоянно. Парень улыбнулся, снова вкладывая всю нежность в жест. – Скоро начнётся лекция – не опаздывай! Удачи и хорошего дня: сегодня я не смогу прийти в библиотеку, посидеть с тобой, так что прощаюсь сейчас. Но завтра буду! Жди меня. И Кавех быстро ушёл, оставляя в одиночестве Альхайтама. В одиночестве, с горящими ушами и колотящимся сердцем. Приходи.