Каждый надорец делает это

В особняке на улице Мимоз было этим вечером тихо. Не слышалось ни песен, ни перебора гитарных струн. Похоже, что Первый Маршал Талига изволил пребывать в глубокой задумчивости. Рокэ Алва был и в самом деле озадачен. И озадачивала его всё та же тишина, причиной которой являлся, как ни странно, оруженосец. Да, вот уже который день герцог Окделл ухитрялся не попадать в неприятности. Ни проигранного имущества, ни внезапных дуэлей, ни "тайных" визитов к господину кансильеру. По правде говоря, молодой Окделл вообще перестал выходить вечерами из дома. Сразу после ужина он закрывался в своей комнате, выманить откуда его не мог даже собственный эр. Нет, конечно, на зов Рокэ он являлся, и послушно наливал вино, но взгляд его при этом явно говорил, что ему гораздо приятнее вернуться к себе, чем слушать пение монсеньора. И не то чтобы это задевало, нет, но как же у Ричарда при этом блестели глаза! Словно торопился на свидание к возлюбленной. Или, по крайней мере, писал ей нежное письмо. Впрочем, если это и было правдой, письма и чувства Ричарда не покидали его комнаты. Казалось бы, Рокэ стоило радоваться, что оруженосец больше не доставляет проблем. Вместо этого, он ломал голову над странной загадкой и пытался вспомнить, когда это началось. Ну да, почти неделю назад, как раз после того, как в особняк явилась пожилая женщина, судя по одежде и внешности - родом из Надора. Женщина, не пожелав говорить ни с кем, кроме "тана Ричарда", вручила ему какой-то сверток. Ричард трепетно прижал полученное к груди и удалился в свою комнату. Откуда с тех пор выходил весьма нечасто. Нет, сегодня Рокэ был решительно настроен раскрыть эту тайну! С этой мыслью он решительно направился к комнате оруженосца. Дойдя, прислушался. За дверью, как всегда, было тихо. Только доносился странный, едва слышный звук, который Рокэ Алва никак не ожидал услышать. Вероятно, поэтому Рокэ нажал на ручку двери, забыв о вежливом стуке. - Ричард, надеюсь я не помешал? - проговорил он, с удивлением глядя на Ричарда Окделла, чинно сидевшего в кресле. - Вовсе нет, монсеньор, - звук сбился, затих, на щеках Ричарда проступил слабый румянец смущения. - Что вам угодно? - По правде говоря, мне угодно знать, чем это вы заняты вот уже который вечер, - Рокэ говорил, не сводя глаз с герцога Окделла, в дрогнувших руках которого застыли вязальные спицы. Впрочем, застыли они лишь на мгновение. Рокэ еще не договорил, когда спицы, словно опомнившись, снова засновали в пальцах Ричарда с тихим позвякиванием - те самым, которое так удивило Рокэ. - Я думаю, вы сами прекрасно видите, чем я занят. Я вяжу, монсеньор, - с достоинством произнес Ричард. Действительно, герцог Окделл вязал. И весьма умело, приходилось признать. Его пальцы, казалось, жили отдельной жизнью, и им вовсе не требовалось помощи честнейших устремленных на эра глаз, чтобы тянуть из мотка пряжи толстую темную нить, превращая ее... Во что?! - И почему же вы вдруг решили променять шпагу на спицы? Неужели дуэль с маркизом Сабве так на вас повлияла? - Дуэль здесь вовсе не при чём, - на удивление спокойно отозвался Ричард, не прекращая вязать. - Просто я не забываю о традициях. - О традициях? - Каждый истинный надорец должен уметь связать себе чулки, - с достоинством пояснил Окделл, нежно глядя на, как вдруг понял Рокэ, почти законченное вязание. - Чулки? Очаровательно. И вы решили исполнить этот обычай? - Я уже давно его исполнил, - слегка пожал плечами Ричард. - Чулки себе я вязал не один раз, да и сестрам тоже. Эти чулки, - он снова одарил вязание нежным взглядом, - я вяжу для вас. Честно говоря, хотел сделать вам сюрприз, но раз уж так вышло... - Для меня? - Вы ведь обещали съездить со мной в Надор посмотреть, как справляется новый управляющий. Вам нужно быть подобающе одетым! И не волнуйтесь, эр Рокэ, у вас будут самые теплые чулки из настоящей надорской пряжи! - Так вот что вам передали на прошлой неделе, пряжу? - догадался Рокэ. - Однако, я удивлен, к чему такие хлопоты? В Оллари предостаточно отличной пряжи! - Ну да, - Ричард снисходительно улыбнулся. - Такой тонкой, что из нее годится вязать чулки только для прекрасных столичных эреа. Но ехать в этом в Надор, поверьте мне, совсем не годится! - Да вы знаток, как я погляжу, - Рокэ улыбнулся. - И что же, я поеду в Надор одетый строго по тамошней моде? - Ну, - Ричард вдруг смутился, - не то чтобы строго... Я позволил себе сделать чулки немного длиннее, чем принято в Надоре. Его взгляд выразительно скользнул вверх по ногам эра. - Как оруженосец, я не вправе допустить, чтобы в Надоре у вас мерзли колени! Рокэ представил себя толстых шерстяных чулках выше колен. Усилием воли отогнал мелькнувшие в мыслях подвязки в багряную надорскую клетку, протянул руку, осторожно касаясь вязания. Шерстяное тепло на удивление, не закололо, а мягко окутало пальцы, растеклось по ним, словно желая уже сейчас добраться и защитить колени непривычного к надорским холодам кэналлийского соберано. - Монсеньор? - ресницы Ричарда дрогнули, явно скрывая блеснувшие в серых глазах искры волнения. - Я совершенно уверен, что мне не грозит замерзнуть в Надоре, - произнес Рокэ. - Благодаря вам, мой верный оруженосец. Ричард улыбнулся. От этого, как вдруг понял Рокэ, невероятно редкого зрелища, ему вдруг стало жарко, будто с головы до ног укутался в надорскую шерсть. - Спасибо... Спасибо вам, монсеньор! - Но, я полагаю, - продолжал Рокэ, - что ваше увлекательное занятие не помешает вам послушать еще несколько кэналлийских мелодий. Поверьте, так и дело пойдет быстрее. - Слушаю эра, - Ричард бережно подхватил вязание, поднимаясь из кресла. Наверняка в кабинете эра Рокэ, под звуки гитары легко можно будет улучить момент и заговорить о том, что в Надоре мужчины умеют вязать не только чулки, а от холода нужно беречь не только колени. Интересно, понравится ли эру Рокэ идея носить надорский шарф в черно-синюю клетку?