Букет красных роз

Очередной нудный рабочий день окончен. Сегодня Осаму опять не делал отчёты, за что получил выговор от Куникиды. Доппо хотел оставить шатена на ночь в Агентстве делать их, но пока Идеалист не видел, Дазай тихо улизнул из здания. На улице около здания он услышал громкий крик Куникиды:        — Опять этот болван улизнул и не сделал ни одного отчёта!        Осаму тихо хихикнул, радуясь тому, что сбежал оттуда и взглянул на экран телефона. Было только 18:17. Домой идти не хотелось, так как там было слишком скучно и тихо, из-за чего все мысли сразу лезут в голову, заставляя сходить с ума.        Кафе «Узумаки» уже закрылось, поэтому Дазай направился в парк. Людей в нём было не много, но ближе к парку аттракционов «Cosmo World» их становилось всё больше и больше. Шатен медленно прогуливался по дорожкам наблюдая за улыбающимися прохожими и счастливыми парочками, которые прогуливались держась за руку и громко смеясь. Смотря на этих людей у Осаму глубоко в душе всплыло чувство одиночества и печали. Он направился к смотровой площадке, с которой открывался вид почти на всю Йокогаму.        Оперившись на перила, Дазай устремил свой взгляд в даль. Небо было разукрашено жёлтыми, красными и оранжевыми тонами заката. Город суетился, торопился домой к семьям или в какие-то другие места.        В душу кралась глубокая тоска, поэтому шатен взглянул на время. На экране отразились белые цифры 20:23.        — Думаю, пора выдвигаться домой. — шёпотом сказал Осаму, сунул телефон в карман и продолжил путь по парку.        Наступали сумерки, на небе со временем появлялось всё больше и больше звёзд. Пахло росой и травой, которую скосили днём. Дазай медленно шёл по тропинке, обходя фонари стороной. Ему больше нравилось идти в тени. Вдруг он услышал громкий детский голос:        — Мужчина, мужчина!        Осаму начал крутить головой по сторонам, а когда не увидел ни одной мужской персоны рядом, то повернулся в сторону крика. К нему бежала девочка, лет 11-12, с длинными волнистыми каштановыми волосами, которые были распущены и развивались в воздухе, когда та бежала. В её волосах были красивые заколки в виде цветков и ромбиков, она была одета в белое платье с длинными рукавами, а на её шее был повязан нежно-розовый бант на ленте. В своей руке она держала букет из множества пышных красных роз.        Когда девочка подбежала к парню и согнулась в отдышке, Дазай полностью повернулся к ней и удивлённо спросил:        — Вы меня звали?        Девочка выпрямилась и лучезарно улыбнулась.        — Excuse me, sir, не хотите ли купить у меня букет этих роз? Мне нужны деньги для лечения моей матушки. — у неё в голосе слышался английский акцент, и некоторые японские слова она заменяла английскими, скорее всего, не зная или не помня как оно будет на японском.        — Конечно, почему нет? — детектив мило улыбнулся и достал из кармана брюк кошелёк. — Сколько с меня?        Девочка засияла от счастья и поторопилась произнести сумму.        — 50 йен.        Дазай отдал купюру девочки, на что в замен получил букет.        — Благодарю. — шатен взял букет в левую руку, а правой потрепал незнакомку по голове. — Ты из Англии?        — Верно. А как вы узнали?        — Ты заменяешь некоторые японские слова английскими, а ещё у тебя английский акцент.        — Просто матушке предложили работу три года назад в Йокогаме, поэтому мы переехали сюда.        — А зачем ты продаёшь цветы?        — Моя матушка больна, а денег с её работы не хватает на лечение. — девочка померкла и больше не казалось, что она светится.        — Скорейшего выздоровления ей. У неё очень любящая и заботливая дочь. — Дазай ещё раз потрепал её по голове в знак прощания.        — Благодарю за пожелания. Всего вам хорошего. — девочка поклонилась в японской манере, а Осаму помахал ей рукой и тоже попрощался.               Фонарный свет мигал перед глазами, Дазай крепко держал в руках букет, опасаясь его уронить. Был только один человек, кому он мог подарить красные розы, но к сожалению он бросил его четыре года назад, покидая Мафию, и ещё ни разу с тех пор не позвонил и не встретился с ним.        Вдруг в его кармане завибрировал телефон. Шатен полез рукой в карман, ожидая увидеть на экране номер Куникиды. Он продолжал идти по парку, достал телефон из пальто, взглянул на экран, увидел номер и резко остановился. Несколько секунд Дазай смотрел неверующим взглядом, специально моргал, пытаясь понять, кажется ли ему или нет.        На экране был номер того, кого Осаму бросил четыре года назад и ещё ни разу не встретился с ним. На экране был номер того, кого Осаму любил всем сердцем и получал такую же любовь в ответ, но бросил его четыре года назад и ещё ни разу не связался с ним. На экране был номер Чуи. Накахары Чуи. Человека, с которым Дазай встречался три года, а потом бросил, когда покинул Портовую Мафию. Он ни единожды скучал по рыжику, но ему было стыдно после своего поступка как-то связываться с ним.        Детектив вздохнул полной грудью, набрался смелости и ответил на звонок.        — Слушаю. — попытался он сказать твёрдым голосом, но получилось что-то испуганное.        — Ну чё так до-о-о-олго отвечал? — у Чуи был пьяный голос, поэтому шатен сразу понял, что Накахара пьян.        — Чуя? Что ты хочешь? — его голос дрожал. Он скучал по голосу Накахары и просто не мог поверить в происходящее.        — Осаму-у-у-у-у, забери меня пожалуйста. — рыжик начал хныкать в трубку, что означало, что тот пьян в стельку.        — Я… — Дазай замялся, обдумал всё и твёрдо ответил. — Хорошо, скидывай мне координаты, буду в ближайшие десять минут.        Через минуту ему в мессенджер уже пришли координаты. К счастью, бар, в котором сейчас был Чуя, был рядом с Осаму, и добраться до него не составляло никакого труда.               Дазай уже издалека видел рыжую макушку, которая была рядом с баром. Подойдя ближе, он увидел Чую, который явно перепил, из-за чего не мог нормально стоять на ногах и прислонился к стенке.       

Вдох. Выдох. Пошёл.

       Осаму решительным шагом подошёл к Накахаре и остановился на некотором расстоянии от него. Завидев шатена, Чуя оттолкнулся от стены, сделал несколько решительных шагов в сторону Дазая, после чего его ноги предательски подкосились и он начал падать в сторону Осаму. Детектив ловко поймал Накахару и прижал к себе. Исполнитель обнял Дазая и со счастливым выражением начал тереться лицом о грудь шатена. Осаму молча снял с головы Чуи шляпу и стал осторожно перебирать мягкие рыжие волосы.       

Как же он скучал по этим объятьям. Как же он скучал по этому человеку.

       — Чуя, я.        — Осаму-у-у-у, просто закрой свой рот и поцелуй меня-я-я-я.        — Что? — Дазай был ошарашен тем, что Накахара просит после его предательства о таких вещах.        В ответ на реакцию Осаму, Чуя пьяно закатил глаза, схватил детектива за скулы и притянул к себе.        По началу Дазай был удивлён этим действием, после чего закрыл глаза и завёл одну из своих рук за спину Накахаре, начиная медленно её поглаживать. Они чуть ли не вгрызались друг другу в губы, язык исполнителя сплетался с языком детектива, передавая вкус алкоголя, Осаму покусывал губу Чуи, на что получал тихие стоны, и им было всё равно на окружающих, они снова вместе. Когда поцелуй пришлось разорвать из-за нехватки воздуха, Накахара снова обнял Дазая и весело сказал:        — Ты обязан теперь дотащить меня до дома.        Шатен усмехнулся и крепко обнял своё рыжее чудо.       

Он больше не хотел с ним расставаться.

                     — Чуя! Эй, Чуя! Где ключи от квартиры?        Исполнитель сонно потёрся об спину детектива и пробурчал:        — Посмотри в щитке, я оставлял их там.        Осаму улыбнулся, поудобнее расположил Накахару у себя на спине и открыл электрощеток. Года идут, а Чуя всё не меняется. Как оставлял ключи в щитке, так и оставляет до сих пор.        Замок щёлкнул и дверь с тихим скрипом отворилась. Приятный домашний запах встретил гостя и хозяина. Дазай заметил, что за прошедшие четыре года обстановка не изменилась. Все вещи как стояли на своих местах, так и стоят, разве что Чуя сменил фиолетовый ковёр на тёмно-серый. В семнадцать лет Накахара часто жаловался, что этот коврик ужасен и когда-нибудь он заменит его на тёмно-серый.        Дазай аккуратно положил Чую на кровать в спальне и начал его будить.        — Чуя, мы дома, просыпайся, тебе надо переодеться!        Исполнитель сделал недовольное лицо и снова пробурчал:        — Я не в состоянии переодеться, переодень меня ты.        Осаму достал из шкафа оверсайзовую чёрную футболку, сел рядом и начал переодевать Накахару. Он заметил, что за время их разлуки шрамов от пуль стало всё больше. Даже самых лучших эсперов могут ранить, оставляя следы на коже на всю жизнь.        Когда дело было окончено, Дазай поудобнее расположил Чую на кровати, накрыл одеялом и поцеловал в скулу. Когда он развернулся и собирался уходить, Исполнитель схватил его за руку. Детектив удивлённо обернулся и увидел грустный взгляд.        — Ты уходишь?        — Да, мне нужно возвращаться домой, завтра ко мне придёт Ацуши-кун с Кёкой-чан и занесут важные документы и зарплату, я должен быть там.        — Останься со мной.        — Чуя, я не. — Дазай увидел этот взгляд, полный печали и мольбы, вздохнул и залез под одеяло к Накахаре. — Хорошо, но утром я уйду.        Исполнитель кивнул и прижался к детективу, после чего кратко поцеловал шатена в губы и прошептал:        — Я скучал.        — Я тоже. — прошептал в ответ Осаму, и понял, что Накахара отключился.                      На часах 7:46. Чуя стоит перед зеркалом и застёгивает пуговицы желета. Через зеркало он замечает что-то красное на столе и удивлённо оборачивается. Подойдя ближе, Накахара понимает, что это. Букет красных роз, а рядом записка, в которой написано:       

Извини, что поступил так с тобой. Я больше не брошу тебя, обещаю.

       Чуя улыбается. Он знает, от кого эти цветы, ведь вчера он не был пьян…