Мне холодно

Мы всë ещё стояли и обнимали друг друга. — Константин Владимирович, вы мне тогда по телефону, что… Что вы хотели сказать? — Сегодня, в шесть часов вечера будет дискотека, в здании школы. — Вы хотели меня туда пригласить? — Да, но… Я ему не дала договорить. — Сколько сейчас? — Ты что хочешь пойти? — Да. Он отпустил меня и сделал шаг назад. Развернул рукав. — Сейчас пол шестого. — Ну так чего мы стоим? Поехали! — Валерия, ты действительно хочешь пойти со мной? Ведь, это будет выглядеть странно. Я и ты такая молодая и… — Договаривайте. — Красивая. — Вы тоже ничего — я взяла его за руку и повела к бобику. — Лера, подожди — он остановился — Я старше тебя на целых двадцать два года. — И? — Что значит и? Между нами, ничего не может быть. Ты понимаешь это? — Но ведь вы несколько минут назад обнимали меня — я расставила руки по бокам — Или это другое? Мы просто потанцуем. Меня, никогда, раньше не приглашали на такие мероприятия. Не хочу упускать возможность. — Просто потанцуем? — спросил он. — Да и ничего больше. Так что идëм. Почему это он задаёт, эти вопросы мне, а не наоборот?

***

Мы сели в машину. — Ты уверена? — На сто процентов. — Константин Владимирович, не волнуйтесь всë будет хорошо. — Нас будут осуждать — сказал милиционер. — Вы же просто приглашаете меня, как подругу, а не как партнёра или любовницу. Так что вопросов не должно быть. — Если бы ты была младше на пять лет, то я был бы за решёткой. — Но ведь мне двадцать, а не пятнадцать. — Я хочу сказать, что когда ты родилась мне было двадцать два — он сжал руль — Валерия, что ты скажешь родителям, когда вернёшься домой? — Скажу, что я задержалась на практике. — А если они позвонят, в отделение? — Тогда нужно предупредить Дмитрия Михайловича, и сказать, что мы застряли на дороге. Очень глубокие сугробы. Машина встряла, а мы раскапывали еë от снега. — Умно, где ты такого набралась? — Родители постоянно ругаются, а мне не хотелось видеть эти ссоры. Мне приходилось брать Тошу после школы с собой к моим друзьям. Мы возвращались очень поздно, а там уже враньë мне помогало. — Надеюсь, в будущем, когда ты станешь милиционером. Ты не будешь врать. Людям нужны те, кто будет защищать их в сложных ситуациях. Есть те, кто говорят обычным людям «Мы приедем», а в итоге не приезжают. Или же говорят: «Звоните, когда человек уже того». — Константин Владимирович, вы лучший — улыбнулась ему я. Он посмотрел на меня. — Надеюсь, что это так, а теперь поехали. — А предупредить? — спросила я. — Точно. Подожди — милиционер вышел из машины. Было видно, как он достал сигарету и поджёг еë, а затем вытащил рацию. Как же он много курит. Он что нервничает? Ну конечно, как не нервничать, если его уломала малявка, как я. Мне так хотелось открыть бардачок и достать кассету. Но то, что он устроил в тот раз. Нет уж, потерплю. Он весь такой правильный, что немного выводит меня из себя. Хотя с этими его запретами… Мне почему-то хочется делать, что-нибудь неправильное. На зло. Да, на зло. Смотреть, как между бровей собираются морщины. И эта выгнутая бровь… м-м-м, как же это выглядит. С ним я чувствую себя более раскрепощённо, не знаю почему. Может из-за того, что мне комфортно с ним? Думаю, что да. Он открыл дверь машины и сел за водительское кресло. Захлопнул дверь. — Константин Владимирович, а можно включить музыку? — я наклонила голову и улыбнулась ему. — Да — он повернул ключ в замке для зажигания машины. Я открыла бардачок и увидела стопку кассет. Машина поехала. Достала кассету, а там было написано «Группа Кино» — Альбом «Ночь». Я поставила кассету в магнитолу и включила проигрыватель. Заиграла песня «Последний герой».

***

«Ночь коротка, цель далека. Ночью так часто хочется пить Ты выходишь на кухню, но вода здесь горька Ты не можешь здесь спать, ты не хочешь здесь жить.»

***

— Константин Владимирович? — сказала я. Он не ответил. Я надула губы. Он меня постоянно будет игнорировать? — Константи-и-н Владимирови-и-ич — протянула я. — Ну, что? — Ничего — я повернулась к окну. — Валерия. Я буду тоже игнорить! Почему ему можно, а мне нет! Да это выглядит по-детски, но всë же. Мне обидно. — Лера — он положил свою руку мне на плечо. — Да? — Обиделась? — милиционер убрал руку. — Нет. Я не стала поворачиваться к нему, но зато пялилась в окно. Как будто могла там что-то увидеть. Темно, как… не буду говорить. — Я же вижу. — Что вы видите? — Я ушел в свою обиду. И сказал, что я не выйду. Вот не выйду никогда, буду жить в ней все года! И в обиде. Я не видел. Ни цветочка, ни куста… — Это что ещё? — я повернулась к нему. — И в обиде. Я обидел и щеночка, и кота… Я в обиде съел пирог. И в обиде я прилег, и проспал в ней два часа. Открываю я глаза… — А она куда-то делась! Но искать не захотелось! — договорила я. — Знаешь это стихотворение? — спросил он. — Конечно, когда мы с братом ссорились, бабушка рассказывала нам этот стих. Мы мирились и обнимались. Константин Владимирович, мы тоже обнимемся? — Ты хочешь обняться? — Ну или — я потянулась к его лицу и… — Что ты делаешь? И поцеловала его в щёку. — Я больше не обижаюсь, честно — похлопала я ресничками. — Валерия… — прошептал он — Больше так не делай, хорошо? Мы ведь договорились.

(Мы приехали).

— Константин Владимирович, а то, что я без платья. Вас это устраивает? — Ну, я сам, конечно, не в костюме. — Но ведь вы в своей форме, а она очень вам к лицу. — Спасибо за комплимент, а теперь пошли.

(Мы зашли в здание школы).

— Константин Владимирович! — крикнула ему пожилая женщина, стоящая в гардеробной. — Здравствуйте, Ольга Ивановна — сказал милиционер и снял шапку-ушанку. Я шла рядом с ним. — А это кто у нас? — спросила она, заглядывая за спину Тихонова. — А это Валерия. Моя практикантка. — Практикантка? — Да. — Очень интересно, а чего это вы пришли сюда? На дискотеку пришли? — Да, мы пришли на дискотеку — сказала я и сняла куртку с шапкой. — Э-э-э-э-э. Я ей не дала договорить. — Почему мы вдвоём? Я пригласила его — протянула ей свои вещи — Мне так хотелось прийти потанцевать, что не знала кого позвать. А тут подумала, а почему бы не позвать Константина Владимировича? Он согласился. Милиционер удивлённо поднял брови. — Ну мы пошли — сказал он и взял гардеробные номерки. Мы ушли на достаточное расстояние. — Валерия — он остановил меня — Что это за выходка? — Ну, надо же было спасать наше положение. — Ладно, молодец — милиционер вздохнул и закатил глаза. — Вы знаете куда идти? — Да. Я взяла его за руку. — Валерия. — Я не хочу тут заблудиться. У вас длинные ноги и я не успеваю за вами. Он снова вымученно вздохнул. Мы стали подниматься по лестнице. Слышалась музыка «Ночное Рандеву — Криса Кельми». — Давайте быстрее. Такая хорошая песня играет — я потянула его. — Ты же говорила, что не успеваешь идти за мной. Я сильнее сжала его ладонь. — Говорила, но ведь такую песню упускаем! Мы побежали к актовому залу. Музыка звучала громче. Милиционер остановился и снял пиджак, оставаясь в рубашке с галстуком. — Там будет жарко — сказал он. На мне была водолазка, а под ней ничего. Только бюстгальтер. — А я так пойду. Он открыл дверь. Здесь, кажется, собрался весь посёлок. Никто даже не обернулся, чтобы посмотреть кто вошёл. Милиционер повесил пиджак на стул. Из колонок «Подiлля» играла музыка. Диджей стоял и следил за плёнкой, чтобы успеть подмотать на нужную песню, и контролировал звуки на усилителе «Корвет-100-УМ-048». Толпа людей танцевала, прожектора светились разными оттенками. Такое у меня было впервые. — Пойдёмте — улыбнулась я.

***

«Ночное рандеву на бульваре Роз Ночное рандеву в фейерверке грёз» Мы прошли в самый центр зала. «Ночное рандеву — час разлуки Ночное рандеву — шанс от скуки Ночное рандеву на бульваре Роз»

***

Константин Владимирович был немного скован в движениях, а я же наслаждалась музыкой и танцевала, как вне себя. — Константин Владимирович, вы тоже тут! — кто-то кричал. Я открыла глаза. Кристина Александровна, что-то говорила милиционеру, а потом посмотрела на меня, выгнув бровь. — Валерия! А ты чего тут делаешь! Как же она бесит меня. — А вы не видите! Я танцую!

***

«Ночное рандеву — шанс от скуки Ночное рандеву на бульваре Роз».

***

— Константин Владимирович, вы станцуете со мной? — крикнула она милиционеру. Песня сменилась на «Группу Кино — Дождь для нас».

***

«В моем доме не видно стены. В моем небе не видно луны. Я слеп, но я вижу тебя. Я глух ноя слышу тебя».

***

Он наклонился к Кристине Александровне, и что-то прошептал. Её глаза в удивлении посмотрели на меня, и она ушла. Милиционер взял меня за руку и притянул к себе. — Валерия, ты станцуешь со мной?

***

«Я не сплю, но я вижу сны. Здесь нет моей вины. Я нем, но ты слышишь меня. И этим мы сильны».

***

— Да.

***

«И снова приходит ночь. Я пьян, но я слышу дождь, Дождь для нас».

***

Мы танцевали, медленно кружась. Руки его были тёплыми.

***

«Квартира пуста, но мы здесь, Здесь мало что есть, но мы есть. Дождь для нас».

***

Я прижалась своей головой к его груди. Стук сердца был бешеным. Он сжал мою талию. — Константин Владимирович, я вам уже говорила это, и скажу ещё. Вы мне нравитесь.

***

«Ты видишь мою звезду, Ты веришь, что я пойду. Я слеп, я не вижу свет. Я пьян, но я помню свой пост».

***

Он наклонил голову и прошептал. — Я знаю, но ты ведь помнишь о чём мы говорили? — Да. — Между нами ничего не может быть.

***

«Ты смотришь на Млечный Путь. Я — ночь, а ты утра суть. Я — сон, я — миф, а ты нет. Я слеп, но я вижу свет».

***

Слёзы покатились по щекам и впитались в рубашку милиционера. — Валерия ты плачешь? Я подняла голову. — Мне нужно проветриться. Я вырвалась из его объятий и побежала к выходу. Коридор. Какая же я глупая. Не надо было идти сюда. Я делаю себе только больнее. Дверь хлопнула. — Валерия? Как мне смотреть ему в глаза? Я убежала от него поднимаясь по лестнице. Поднялась на последний этаж и упёрлась спиной о стену, съезжая по ней вниз. Обняла свои ноги и спрятала лицо в коленях. Я задыхалась от слёз. Шаги отдавались по коридору. — Валерия? Ты чего? Он опустился рядом со мной. — Константин Владимирович, я не. не могу так. — Ты ещё слишком молода. Не порть свою молодость… на меня. — Я не испорчу её вами! — Валерия… Я подняла голову и посмотрела ему в глаза. Он смотрел на меня, а потом его взгляд упал на мои губы. Я придвинулась ближе. Он тоже. — Константин Владимирович… Он приложил свои ладони к моим щекам и притянул к себе. Я закрыла глаза. Поцеловал. Открываю глаза. Смотрит на меня. — Вы поцеловали меня. — Да. — Но ведь вы говорили. — Говорил. — И как вам? — Мне понравилось. — И мне. Послышался шорох на лестнице и шёпот. — Ты сфоткал, на? — Да.