Класс? Призыватель. Путь?.. мастер.

Туннели были завалены паучьими трупами. — Вот это бойня, — скривилась Каскад, осторожно ступая за Джоном, который отодвигал трупы к стенам мечом. — Интересно, это правда задание железного ранга? Мне кажется, те гоблины были куда менее опасней, — Джон едва не споткнулся о пучок из паучьих лап. — Шутишь? Это серебро. Они, видимо, думали, что тут будет от силы пауков десять, а их тут сколько, не знаю, сотни? — Ну, может, не сотни, но около ста наверняка наберется. Причем в данном случае «около» — это больше ста. — Даже не верится, что ты всех их убил. Это… надо ж мне было поднять именно тебя… Они добрались до большой пещеры и наконец смогли ее изучить. К счастью, здесь имелся всего лишь один проход. — Наверное, он ведет к выходу, — сказала Каскад, — по этому пути они нас и окружили. В центре пещеры располагалась главная матка. Паучиха размером с лошадь, с гигантским брюхом, из недр которого раздавался скрежет. Джон немного подумал, и фамильяр послушно исполнил его желание, создав в воздухе протяженную дугу темной энергии, которая со свистом рассекла паучиху надвое. Из расползающегося брюха хлынул океан маленьких паучков. Каскад чуть не потеряла сознание, но с помощью телекинеза всех будущих монстров удалось перебить. Джон громко выдохнул, слушая эхо. — Как-то слишком легко, в общем-то. Зря я боялся. Каскад продолжала смотреть на фарш из паучков, ровно размазанный по влажному камню, с трудом сдерживая рвотные позывы. — Итак, — заложил руки за голову Джон, — в деревню? Они незаметно проехали по городу до лавки зельевара. Телега была почти до бортов наполнена хелицерами и жалами, которые они накрыли холстиной, чтобы не привлекать слишком много внимания. Конечно, они не смогли обкорнать каждого паука, но и этого оказалась много, и они объехали все лавки в городе, прежде чем вернулись в гильдию с остатками паучьих конечностей и мешочком золотых. К этому времени солнце уже опускалось, и в гильдии разносили ужин. Туман табачного дыма заполнил весь первый этаж. Даже там, где их записывали утром, стоял бокал вина. — О, новички! — показалась все та же девушка, — все-таки живы! Лицо гильдейской служащей менялось по мере того, как взгляд ее выхватывал все новые детали их одежды, пропитанной паучьей кровью. Джон с размаху положил мешок с остатками пауков на стол перед девушкой, отчего та отпрянула. — Заказ выполнен. Деревенские вместе с нами были в пещере, помогая собирать хелицеры, — говорила Каскад, — они видели еще нескольких пауков в лесу. Возможно, они вернутся в пещеру, но вряд ли смогут размножиться. За размножение у них, вроде как, отвечала матка, или как там это у пауков называется. Девушка нервно сглотнула. — Сколько примерно там было монстров? — Чуть больше сотни, наверное. Может, сто двадцать, не знаю. — Сто двадцать? — губы ее исказила нервная улыбка, — хорошо, сейчас принесу вашу награду. Едва они отвернулись от стойки, держа в руках теперь уже каждый по мешочку, как осознали, что на них смотрят почти все авантюристы. Каскад передумала ужинать в гильдии. — Похоже, мы становимся известными, — сказал Джон, едва они вышли на улицу. Чувствовать на себе внимание стольких глаз ему совершенно не нравилось. Он опасался того, что отреагирует на чье-то слишком резкое движение телекинетическим порывом фамильяра. Тогда их начнут рассматривать слишком пристально, если вообще выпустят из гильдии. Этого ни за что нельзя было допустить. — А толку-то, мы скоро отсюда свалим. Пойдем, я знаю один неплохой ресторанчик, там и гостиница рядом. Еще в гильдии Джон почуял что-то неладно. Смотря на авантюристов, с аппетитом уплетающих ужин, на их дымящиеся тарелки и кружки, он чувствовал, что что-то не так. А когда еду поставили уже перед ним, и он увидел, с какой жадностью, почти яростью Каскад набросилась на свиной окорок, до него наконец дошло. Он совершенно не хотел есть. Он даже не смог сдержать смешок при мысли о том, как легко человек привыкает к хорошему. Вот и он очень быстро привык к тому, что больше не нужно питаться. И все же есть он вполне мог, и вкус еды чувствовал, только теперь он ел ее по-другому: смакуя, чувствуя каждую толику вкуса. Он мог бы пережевывать и выплевывать, но решил съесть весь заказ и посмотреть, что будет. Только когда Каскад осушила второй бокал вина, до нее тоже дошло. — Эй, ты ведь не должен есть. — Не должен. — А почему съел? Неужели хочется? — Мне интересно, что будет. Жевать пищу вкусно, но думаю, что вполне смогу без этого обойтись. — Если ты сможешь таким образом восстанавливать ману, будет неплохо. — А как это проверить? — На данном этапе — никак. Вот если бы я могла чувствовать трату своей маны на восполнение твоей… — Нам нужно будет заняться твоим обучением. — Моим? — рассмеялась девушка, — а ты ничего не перепутал? — Я сегодня выложился на полную, уничтожил целый легион пауков. А что делала ты? Тряслась сзади? — Глупец, я ведь некромант! Когда ты, мой слуга, сражаешься, это значит, что сражаюсь я! — То есть, чтобы увеличить твой запас маны, сражаться может… даже мой фамильяр? — Да. Джон широко улыбнулся. — Мне на мгновение показалось, что это я хорошо устроился. Каскад налила себе третий бокал и звучно отхлебнула. — Кайф! — По-моему, вино надо пить как-то иначе. Не как чай. — А кто мне теперь укажет? — откинулась на спинку девушка, — отца рядом нет, рядом только мой верный бессмертный слуга и его демонический фамильяр, которые защитят меня от любой напасти… кстати, когда я увеличу свой запас маны, можно будет снова отправиться на кладбище… а лучше в фамильный склеп какого-нибудь великого воина! Я подниму его, и он будет меня защищать. Ведь, если со мной что-то случится, то ты тоже умрешь. А ты в бою, на передовой. Даже тупые пауки чуть меня на свои жала не насадили, а если будем выступать против кого-нибудь посильней, а? Против кого-то более быстрого? — Это верно, — почесал голову Джон, смотря на сидевшего рядом дьяволенка, бесстрастно взиравшего на мир через свою маску, — придумал. Я назову его Джаэль. Итак, Джаэль, как же нам так сделать, чтобы твой телекинез стал действовать на большем расстоянии? Новоиспеченный Джаэль ничем не выдал хоть какой-то заинтересованности в этом вопросе, и Джон лишь вздохнул. — Да, идея со вторым слугой неплохая. Но как вообще увеличить запас маны? Как мне сделать Джаэля могущественнее? — Вот это мне нравится, — прищурилась Каскад, — «могущественнее». Да, ты подобрал нужное слово. Как и все в этом мире, мана с магическими умениями оттачиваются очень просто — многократным повторением, многократными попытками переступить черту. Ты должен раз за разом истрачивать мою ману, и тогда у меня ее станет больше. Ты должен как можно чаще приказывать Джаэлю пользоваться телекинезом, и со временем он поднатореет. Все просто. «Все просто». Коридор второго этажа гостиной упирался в балкон. На город уже опустилась ночь, но люди и не думали спать. Улицы полыхали огнями и гудели от множества голосов. Здесь, на балконе, было прохладно. Приятный ветер то и дело шевелил деревья в небольшой рощице неподалеку. Шторм двух минувших дней должен был оставить в сознании прежнего Джона развороченный пирс и кровавую пену, однако на душе у него нынешнего была безмятежность. Пугающая, если бы он только мог как следует испугаться. Надо же, а ведь он никогда особо не любил нежить в играх. Костлявая, в обносках, она никогда его не привлекала даже чисто с эстетической точки зрения. Вампиры, конечно, другое дело, но они были не совсем нежитью в его понимании. А ведь сейчас он был почти что вампиром, только без слабости к солнцу. И это было в высшей степени превосходно. Сзади раздался скрип, он обернулся и увидел на крыше девушку с полузакрытым маской лицом. Она в один прыжок оказалась на перилах и, не теряя равновесия, устремилась к нему. Даже будь у него меч, который остался в номере — он все равно не успел бы его вытащить. Помогло сориентироваться, конечно же, хладнокровие нежити. Девушка пошатнулась, однако равновесия не потеряла. Джаэлю был отдан новый приказ, но незнакомка отпрыгнула в сторону и приземлилась, скользнув по стене. Вдруг она ускорилась до такой степени, что изображение ее размылось. Джон ощутил чудовищной силы удар в грудь, и взмыл в воздух. В свете луны на крыше дома напротив проявилась еще одна фигура. Она оттолкнулась от дымохода и перелетела улицу, чтобы ударом ноги отправить его вниз. Он рухнул аккурат в узкой улочке между гостиной и высоким забором конюшен, с треском упав на доски и мусор. Не ощущать боли было, конечно, приятно, но из-за этого он не был уверен, что вовремя поймет, когда у него что-то выйдет из строя. На этот раз, вроде, все было цело. Едва он успел поднять голову, как в проходе уже появились налетчицы. Все-таки вторым атакующим тоже была девушка. Однако с ними не было Джаэля, и он ничего особенного не чувствовал, а значит, фамильяра первая девушка не тронула. Ну еще бы, зачем трогать такого бесполезного питомца. — Что вам нужно? — спокойно спросил он, вставая. — Вопросы здесь задаем мы! — холодно сказала первая девушка, переходя на бег. Джон выпрямился, и на него обрушился град ударов. Он отбил едва половину, хотя и в этом нужды не было — по какой-то причине удары были очень слабыми. Глаза незнакомки выдали ее удивление. Периферический зрением Джон заметил край маски Джаэля, торчащий из-за кучки мусора в паре шагов от них. Поняв, в чем тут дело, Джон перешел в контратаку, и первым же попаданием ударил девушку с такой силой, что ее не спас даже поставленный блок — она отлетела на несколько метров, где ее поймала подруга, а в ушах Джона все еще слышался отзвук хруста костей. Девушка простонала. — Что за фигня? — недоумевала вторая. — Кажись, руку. — Что?! Быть такого не может! Джон не спешил атаковать, размышляя, что делать. Противник, хоть и проигрывал в ломовой мощи — все-таки телекинез Джаэля мог разорвать их в любую секунду, — но вот в скорости девицы превосходили его значительно, причем настолько, что он мог и не поспеть за их следующей атакой. В любом случае, убивать тех, про кого ничего не знаешь, было бы крайне неразумно. — Что стоишь? Наслаждаешься своей силой, ублюдок? — выпрямилась первая, пробуя сжать и разжать кулак, — нападай! — Нападать? — усмехнулся Джон, — с чего бы мне нападать? Вы неплохо смахнули меня с балкона, хорошая работа. Так может, у вас и еще что-то есть в рукаве? Я лучше постою тут. А если вы не собираетесь больше ничего делать, так может, я пойду? Девушки переглянулись, кивнули и побежали к нему. Приблизившись, они прыгнули наперерез друг другу, оказавшись одна на стене гостиницы, другая на заборе конюшен. Выглядело это эффектно и неожиданно, однако Джон продолжил стоять. Через мгновение девушки схватили его за руки. Хороший знак. — Теперь ты ответишь на наши вопросы! — прорычала вторая, из-под капюшона которой выбился золотой волос. — Неужели для того, чтобы задать пару вопросов, обязательно было меня избивать? Я бы и так ответил. Девушка рассмеялась и пнула его в живот, однако, конечно же, вместо его живота уперлась в барьер Джаэля. Ей наверняка было больно, но виду налетчица не подала. — Короче, рассказывай, кто вы такие и откуда пришли. — В каком смысле? — В коромысле! Пауки заводятся в пещерах не за один день, мы были там задолго до вас, и знаем, насколько тяжело справиться с целой колонией. Как вы зачистили ту пещеру? — Как-как — вошли в пещеру, перебили всех пауков, вышли. А можно как-то иначе? — Не морочь нам голову! Если мы не смогли, то как… — Смогли мы? А тебя не смущает, что вы вынуждены держать меня вдвоем, чтобы ощущать хоть какую-то безопасность? Да и то у вас это вышло лишь с моего позволения. — Не заливай, ты обездвижен, ты полностью… — А разве вы сами можете двигаться? Блондинка усмехнулась и замерла. Глаза ее расширились. И ее, и ее подругу Джаэль в самом деле окутал незримой энергией телекинеза, не давая даже пошевелить пальцем. — Что ты с нами сделал?! — закричала первая, — отпусти нас, мать твою! — О, вот как вы теперь заговорили. Сначала напали, а теперь отпустить? А может быть, мне просто убить вас? Джон достал из коротких ножен у первой девушки искусной работы клинок. — Нет, пожалуйста… — вдруг взмолилась она жалобно. — И ведь даже ничего у вас не попросишь. Сбежите, как только яд перестанет действовать… — вкрадчиво говорил Джон. К сожалению, девушки только умоляюще на него смотрели, не предлагая никаких компромиссов. — Ладно, я сегодня добрый. Он легонько ударил в грудь сперва одну, затем вторую, старательно делая вид, будто это и было лекарство от яда. Едва получив свободу, незнакомки взмыли ввысь, на высокий забор конюшни, и скрылись за ним. Вздохнув, Джон поплелся ко входу в гостиницу. Джаэлю он приказал скрывать свое присутствие, и фамильяр в самом деле был едва различим в темноте. Каскад спала поперек постели. Она не стала возражать против номера с одной кроватью, и он в самом деле собирался лечь спать вместе с ней. Но только спать. Джон сел рядом с ней и легонько потряс за плечо. Девушка издала сладкий стон и перевернулась. Удивительно, что он пережил нападение, а она совершенно ничего не почувствовала. Нужно будет это исправить, чтобы однажды их не перебили по одиночке. — Каскад! — А? Ну ладно-ладно, двигаюсь, чего ты… — На меня напали. Глаза девушки распахнулись, и она резко села. — Да тише ты, я же сижу тут, а не валяюсь мертвый на улице. — Кто напал? Сколько их было?! — схватила она его руку. — Не знаю. Две девушки, лица закрыты. Очень быстрые и прыгучие. Одна сшибла меня с балкона, другая ударила в воздухе и закинула в проулок у конюшен. Они были в паучьей пещере задолго до нас, и решили, что такие слабаки, как мы, сами не справились бы. Пытались узнать, как мы это сделали. — И что ты? — Думаю, я вполне удачно скорчил из себя очень сильного воина, так что они знатно обосрались и убежали. Но теперь я понял, что нам надо держаться вместе. Если бы они подловили так не меня, а тебя… почему ты не почувствовала, что я использую ману? — Да уж… — Каскад тронула свою грудь, — я спала, как младенец. Надо же… — она вдруг просияла, — но это ведь лишь еще одно подтверждение, что ты чертовски силен! И ведь это тебе еще приходилось играть, а если бы захотел, скажи, размазал бы их прямо там на месте, правда? Ничего, завтра мы разузнаем, что это за девки, ты ведь голоса их запомнил? — Да, но… погоди, ты думаешь, они тоже авантюристы? — А на кой еще им в паучью пещеру соваться? Возможно, в ближайшие дни они в гильдии не появятся, чтобы не ворошить лишний раз твою память, но мы все равно будем держать ухо востро. — Мне бы твой оптимизм, Каскад. — А чего переживать-то? Еще два дня назад вся моя жизнь умещалась на мельнице, а ты вообще лежал в могиле на кладбище… Лицо Каскад изменилось. — Что такое? — нахмурился Джон. — Могила! Брови Джона ползли вверх по мере осознавания. — Черт. — Ничего страшного. Так. Надо тебе что-то на лице носить, чтобы не узнали те, кто хоронил, и порядок. Да, так и поступим. Шлем тебе купим. Все. А теперь спать. Спать… И Каскад завалилась обратно, укрыв голову простыней. Джон отправился в баню, чтобы смыть с себя всю ту грязь, что осталась после драки. Опрокидывая на себя таз с теплой водой, он думал о том, что сейчас точно так же наверняка где-то мылись две девушки, скрипя зубами и негодуя оттого, что так ничего и не узнали. Если они расскажут о том, что случилось, кому-то еще, нападение может повториться, и не факт, что в следующий раз целью нападавших будет просто информация. Этот мир был гораздо более жестоким, чем его. Сколько он ни пытался, заснуть так и не удалось. Не помогло даже мерное сопение Каскад рядом. Джаэль сидел на тумбочке, безразлично смотря в пустоту. Джон протянул свою руку, и фамильяр пожал ее. Маленькая ладонь, совсем как у ребенка, но какая в ней была заключена сила. — Ты здорово меня сегодня выручил, брат, — прошептал он, смотря в непроницаемую маску слуги. Джаэль ничего не ответил.